Глава 31. Тайна печати Бикуань
- Лин Эр, - сказал Цинь Шаоюй. - Это старший Жэнь Сяояо, нынешний лидер альянса боевых искусств. Я уже упоминал о нём раньше, помнишь?
- Конечно, помню, - поняв, что противник — супермастер номер один в Цзянху, Шэнь Сяошоу быстро отказался от идеи дать ему прозвище.
Так мило!
Это всё интриги.
- Что он сказал обо мне? - спросил Жэнь Сяояо у Шэнь Цяньлина.
- Он говорил, что хотя его боевые искусства не имеют аналогов в мире, он совсем не высокомерен. Он добросердечный и честный, и он один из лучших, - Шэнь Цяньлин быстро вспомнил навыки своей прошлой актёрской жизни. На самом деле, слова его мужчины звучали так: "Хотя Жэнь Сяояо и является лучшим в мире мастером боевых искусств, ему целый день нечем заняться, поэтому все жители Цзянху хотят, чтобы Цяньфэн занял пост лидера альянса, чтобы не больше не разыскивать его повсюду". Но этого нельзя говорить!
Цинь Шаоюй коснулся своего подбородка, выражение его лица было очень спокойным.
Жэнь Сяояо покачал головой:
- Ты такой умный и обаятельный, ты действительно похож на свою мать.
Шэнь Цяньлин:...
Неужели ты не можешь просто вежливо выслушать? Если я скажу правду, ты разозлишься. Если ты захочешь подраться, мой мужчина, возможно, не сможет тебя победить. Это раздражает.
И откуда ты знаешь мою мать?
Знает ли мой отец об этом?
- Ты скрываешь в доме кого-то ещё? - Жэнь Сяояо слегка нахмурился.
- Как вы можете говорить, что я скрываю? - Цинь Шаоюй улыбнулся. - Это гость издалека.
Жэнь Сяояо сказал:
- Это мастер.
Му Ханье с улыбкой вышел из дверей:
- Старший пошутил. Мои навыки посредственны. Как можно называть меня мастером?
- Так это король Цицзюэ, - Жэнь Сяояо протянул руку, чтобы пощупать его пульс. - Да, это намного лучше, чем в предыдущие два года
- Спасибо тебе, старший, - отношение Му Ханье было очень уважительным. Видя, что Цинь Шаоюй и Шэнь Цяньлин кажутся немного озадаченными, он объяснил:
- Несколько лет назад, когда старший Жэнь расследовал одно дело, он приехал в страну Цицзюэ и научил меня способу открытия меридианов.
Тёмный страж поднял Хуан Дасяня и усадил его на крыше, в его глазах было отчаяние.
Он слышал, что кто-то прокрался на гору, и был очень рад, думая, что будет жестокая битва, и он сможет воспользоваться хаосом, чтобы сбежать. В результате, прежде чем он успел сделать и два шага, он случайно столкнулся с тёмными стражами, заканчивавшими практику боевых искусств, и сотни людей бросились к нему. Это была трагедия.
- Кто этот человек? - Жэнь Сяояо указал на крышу.
Му Ханье великодушно сказал:
- Мою королеву зовут Хуан Юань.
Когда Хуан Дасянь услышал это, его колени подогнулись, и он чуть не скатился с крыши, выглядя крайне глупо.
Жэнь Сяояо покачал головой:
- В боевых искусствах ты сравним с Шаоюем, но если говорить о женитьбе, то ты далёк от него.
Шэнь Цяньлин:...
Почему ты и тут приплёл меня? Я снова получил пулю даже лёжа.
- Ничего не поделаешь, - Му Ханье не воспринял всерьёз этот выпад. - Если старший сможет убедить его вернуться в страну Цицзюэ вместе со мной, я определённо буду благодарен.
В глазах Жэнь Сяояо появилось удивление:
- Так ты и согласия ещё не получил?
Му Ханье беспомощно развёл руками.
Хуан Дасянь сказал на последнем издыхании:
- Я хочу в туалет.
Тёмный страж подхватил его на руки и спрыгнул во двор.
Все повернулись, чтобы посмотреть на него.
Хуан Дасянь снова чуть не заплакал. Здесь больше одного туалета, так почему бы не пойти в тот, что за пределами двора?
- Иди вперёд, вон туда, - тёмный страж любезно указал ему путь.
Хуан Дасянь поплёлся туда.
Жэнь Сяояо почувствовал ещё большее отвращение:
- Похоже, с почками что-то не так.
Во дворе воцарилась тишина, и все присутствующие сочувствовали Хуан Дасяню.
- Почему бы нам не пройти в дом? - Шэнь Цяньлин сделал предложение, потому что чувствовал, что если Му Ханье сейчас же не уйдёт, Хуан Дасянь может остаться в туалете до конца своих дней.
Тёмные стражи аплодировали в душе, наша госпожа по-настоящему добра.
Слуги быстро заварили ароматный чай. Шэнь Цяньлин не был знаком с западными регионами, поэтому он просто тихо сидел и слушал, изображая очень разумного и воспитанного человека.
Жэнь Сяояо не удержался и снова спросил Му Ханье:
- Ты действительно планируешь жениться на том человеке на улице? Я вообще не вижу никаких преимуществ.
Му Ханье кивнул.
Жэнь Сяояо с сожалением сказал:
- Изначально я планировал поговорить с тобой о браке.
Му Ханье улыбнулся и сказал:
- Спасибо за вашу доброту, старший.
- Давай перейдём к делу, - Жэнь Сяояо спросил: - Где Цяньфэн?
- На пути во дворец Погони за Тенью, - сказал Цинь Шаоюй. - Изначально он собирался навестить Лин Эра, но они с Е Цзинем были на северо-востоке, и чтобы добраться сюда, потребуется некоторое время. Вероятно, это займет три или четыре дня.
Жэнь Сяояо кивнул:
- На этот раз я ненадолго задержусь в Средиземье. После того, как он приедет, я передам ему пост лидера альянса как можно скорее.
- Цяньфэн ранее прислал письмо, в котором сообщал, что старший задержался в пустыне, - Цинь Шаоюй налил ему чашку чая. – Можно узнать, почему?
Жэнь Сяояо сказал:
- Чтобы разгадать секрет печати Бикуань.
Как только он это сказал, все присутствующие в комнате на мгновение растерялись.
- Старший тоже интересуется печатью Бикуань? - спросил Му Ханье.
- Более десяти лет назад я путешествовал в пустыне, - сказал Жэнь Сяояо. - В то время я слышал о печати Бикуань, но по какой-то причине последние два года вокруг неё всё больше шума, и слухи достигли предела абсурдности.
- Кто-то тайно вмешался, - сказал Цинь Шаоюй. - Мы также расследуем это дело.
- Из семьи Чжоу? - сказал Жэнь Сяояо.
Цинь Шаоюй кивнул:
- Оказывается, старший тоже знает.
- Я был на Северо-востоке специально из-за этого, и даже кое-что нашёл, - сказал Жэнь Сяояо. - Чжоу Цзюэ завоевал расположение многих людей на крайнем севере. Его следы более запутанные, чем следы снежных червей. Похоже, с ним нелегко иметь дело. Однажды, чтобы найти его логово, я обыскивал огромное ледяное поле целых три дня. В итоге меня накрыло лавиной, и я провалился в расщелину.
- Вы что-нибудь нашли? - перебил его Шэнь Цяньлин.
Жэнь Сяояо рассмеялся:
- Почему я должен был что-то найти, провалившись в расщелину?
Шэнь Цяньлин:...
Потому что в телевизионных драмах это разыгрывается именно так.
- Старший тебя спрашивает, - Цинь Шаоюй ущипнул его сзади за шею.
- Если вы ничего не нашли, зачем рассказывать о такой ситуации? – сказал Шэнь Цяньлин. - После трёхдневных поисков я ничего не нашёл, да ещё и провалился в расщелину. В этом нет ничего героического. Это так неловко, не так ли?
Жэнь Сяояо улыбнулся и сказал:
- Это правда, что люди из семьи Шэнь умнее других.
Шэнь Цяньлина похвалили, и он почувствовал некоторое облегчение.
- И что же нашёл старший? - спросил Му Ханье. Если вопрос связан с печатью Бикуань, он, естественно, должен быть обеспокоен больше, чем другие.
- Меня засыпало снегом, но особых травм я не получил, - сказал Жэнь Сяояо. - Когда лавина закончилось, я выполз из снега только для того, чтобы обнаружить, что оказался в аду.
Шэнь Цяньлин слегка нахмурился и взглянул на Цинь Шаоюя.
- Под трещиной оказалась огромная выбоина, похожая на дворец, высеченный изо льда, - сказал Жэнь Сяояо. - Там было полно трупов, стоящих и лежащих один на другом, их лица были посиневшие и выглядели отвратительно, и они, очевидно, сильно страдали, прежде чем умерли.
- Сколько там было человек? - спросил Цинь Шаоюй.
- Десятки тысяч. Поскольку они оказались заморожены и засыпаны, - сказал Жэнь Сяояо, - они совсем не разложились. Я внимательно осмотрел доспехи и сабли. Это, должно быть, оружие армии бывшей династии Чжоу.
Цинь Шаоюй кивнул:
- В этом есть смысл. В книгах по истории этой династии записано, что предки-основатели сражались в последней битве с королем Чжоу на крайнем севере, уничтожили более десятка тысяч человек, отрубили голову королю Чжоу, а затем объединили реки и горы.
- Король Чжоу был жесток, он предавался пьянству и разврату, поэтому такой конец неудивителен, - Му Ханье покачал головой. - Просто жаль, что десятки тысяч молодых и сильных мужчин погибли напрасно.
- В ледяном зале я также нашёл это, - Жэнь Сяояо достал какой-то свёрток. - Текст размыт, и я смог разобрать совсем немного.
Остальные подошли поближе и увидели несколько небрежных строк, написанных красной киноварью на пожелтевшей овчине.
- Это про печать Бикуань? - спросил Му Ханье.
Глаза Шэнь Цяньлина сразу же наполнились ожиданием: ты можешь понять? Быстро переведи это.
Цинь Шаоюй и Жэнь Сяояо тоже посмотрели на него.
Му Ханье дотронулся до своего подбородка:
- По правде говоря, я узнал только три иероглифа языка , которые есть на печати Бикуань. Я просто догадался.
Шэнь Цяньлин:...
Оказывается, он ещё и дилетант.
- Это действительно язык Ло Туо, - сказал Жэнь Сяояо. - Я показал его своему близкому другу, чтобы тот посмотрел его. Хотя он хорошо осведомлён, он смог лишь предположить, что этот текст связан с печатью Бикуань и даже упоминает сокровища и жилу водяного дракона.
- Жила Водяного дракона? - Шэнь Цяньлин был озадачен.
- Это система использования грунтовых вод, - сказал Цинь Шаоюй. - Если Бикуань действительно связана с Жилой Водяного дракона, то слухи не являются ложью. Это действительно может превратить пустыню в оазис.
- А что насчёт сокровищ? - Му Ханье нахмурился. - Мой отец не говорил мне об этом раньше.
- Я тоже не знаю, - сказал Жэнь Сяояо. – Язык Ло Туо давно утрачен. Первоначально им пользовалась только королевская семья династии Чжоу. После того, как император Чу объединил страну, люди ещё больше боялись говорить на нём. Прошли сотни лет, и осталось очень мало людей, которые могли бы понять его.
- Восемь из десяти это письмо было написано королём Чжоу, когда он потерпел поражение, - сказал Цинь Шаоюй. – Судя по почерку, он очень торопился. Упоминание печати Бикуань в самый критический момент показывает, что с ней связано действительно что-то очень важное.
- Могло ли быть так, что печать Бикуань когда-то принадлежала королю Чжоу? – догадался Шэнь Цяньлин. - А позже она случайно оказалась в стране Цицзюэ или что-то в этом роде.
Му Ханье был очень спокоен:
- Молодой господин Шэнь шутит, очевидно, печать моя.
Шэнь Сяошоуй пристально посмотрел на него. Стоило ли так быстро возражать? Я просто выдвигаю гипотезу! Кроме того, король Чжоу мёртв уже сотни лет, и он не придёт за тобой.
- Правитель Ракша тоже хочет её. Похоже, у печати Бикуань действительно есть какие-то секреты, - Цинь Шаоюй приподнял брови. - Брат Му действительно угостил меня горячей картошкой.
Уголок рта Му Ханье скривился:
- Если она слишком горячая, брат Цинь, просто верни её мне.
Цинь Шаоюй спокойно сказал:
- Цинь всегда верен своему слову и, естественно, не передумает. Брат Му может быть в этом уверен.
Шэнь Цяньлин лениво зевнул, - как долго ещё будет продолжаться это вежливое лицемерие?
- Уже поздно, - сказал Цинь Шаоюй. - Для всех будет лучше сделать перерыв и продолжить обсуждение завтра.
Такая любовь к своей жене заслуживает похвалы.
Слуги быстро убрали комнату для гостей, и Цинь Шаоюй вместе с Шэнь Цяньлином лично отправили Жэнь Сяояо в его резиденцию. Му Ханье ещё посидел в доме, продолжая пить чай, потом вышел, сложив руки на груди.
- Король Цицзюэ, - тёмные стражи поприветствовали его и доложили:
- Хуан Дасянь находится в аптеке Восточного крыла.
Конечно, они лучшие шпионы в Цзянху.
- В аптеке? -Му Ханье слегка нахмурился. - Он болен?
- Должно быть, - сказал тёмный страж, - я не знаю, Левый страж хотела осмотреть его, но он отказался.
Му Ханье поднялся на ноги, вышел и отправился в аптеку, чтобы найти его лично.
- Проблемы с мочеиспусканием? - как только Му Ханье вошел во внутренний двор к аптеке, он услышал эти слова.
- Да, - выражение лица Хуан Дасяня было озабоченным. - Не каждый раз всё проходит гладко.
Старик с белой бородой пощупал у него пульс, а затем сказал:
- Не волнуйся, сын мой, всё в порядке.
- Правда? - Хуан Дасянь отнёсся к этому с подозрением.
- Пульс сына стабилен, и никаких проблем нет, - доктор очень терпелив. – Тебе нужно перестать нервничать и больше отдыхать, и всё придёт в норму.
- Ты не можешь дать мне какое-нибудь лекарство? - не сдавался Хуан Дасянь. - По крайней мере, должно стать легче.
Доктор покачал головой:
- У каждого лекарства есть побочные эффекты. Если можно не принимать его, лучше не принимать. У молодого господина нет никаких проблем с организмом, так зачем вам лекарства? Всё дело в ваших нервах.
Хуан Дасянь выглядел несчастным.
У меня действительно проблема.
- Уже поздно, сын мой, возвращайся поскорее и отдохни, - настаивал доктор.
Хуан Дасянь, должно быть, не хотел уходить, но когда он толкнул дверь, то увидел Му Ханье, который хохотал, прислонившись к дереву.
...
- Значит, у тебя есть такого рода проблемы, - Му Ханье было нелегко перестать смеяться, его тёмно-синие глаза стали тёмными, как бездна в ночи, - ещё более злыми, чем когда-либо.
Хуан Дасянь поджал ноги и снова засеменил в туалет.
Доктор собрал аптечку и встал в дверях, глядя на него очень сложным взглядом.
Чего, чёрт возьми, тебе стоит бояться...
С другой стороны атмосфера была гораздо теплее. Отправив Жэнь Сяояо в гостевую резиденцию, Цинь Шаоюй и Шэнь Цяньлин медленно пошли обратно вдоль берега, держась за руки.
- Чирик! - маленький феникс бросился в объятия Шэнь Цяньлина, чтобы почесаться.
- Ты раньше говорил, что старшему Жэню на всё наплевать, - сказал Шэнь Цяньлин. - Теперь кажется, что он явно многое сделал.
- Вопрос внутренней стабильности старший не оставит это без внимания, - сказал Цинь Шаоюй. - В конце концов, он является лидером альянса боевых искусств, поэтому он может просто отпустить ситуацию и игнорировать мелочи. Он не будет совершать ошибок в больших делах.
- Я хочу увидеть Бикуань, - сказал Шэнь Цяньлин.
- Да? - Цинь Шаоюй рассмеялся. - С чего это тебе вдруг захотелось её увидеть?
- Любопытно, - сказал Шэнь Цяньлин. - Сначала я думал, что это просто разрекламированный кусок нефрита, но теперь он кажется интересным.
- Уже поздно, тебе не хочется спать? - Цинь Шаоюй подтянул его за воротник. - Я уже давно смотрю, как ты зеваешь.
- Я хочу увидеть, - Шэнь Цяньлин очень любопытен.
Цинь Шаоюй всегда подчинялся его просьбам и, естественно, не отказал. Они вдвоём пошли в тайную комнату и передали птенца тёмному стражу у двери.
- Чирик! – маленький феникс был немного ошеломлён, не пора ли ему помыться и лечь спать? Зачем его принесли в это странное место?
Тёмный страж успокоил его и накормил вяленой говядиной.
Пришли в тайную комнату поздно вечером – хозяин дворца и его жена действительно влюблены друг в друга.
Я понятия не имею, что будет дальше.
В тёмной комнате нет свечей, но из-за того, что стены инкрустированы ночным жемчугом, здесь очень светло. Печать Бикуань хранилась в трёх вложенных ящичках. Цинь Шаоюй невинно заявил, что в последнее время у него стала плохая память, поэтому Шэнь Сяошоу пришлось потерять власть и унизить страну в крайне неравноправной сделке - "один поцелуй за один замок", чтобы, наконец, получить три ключа.
Спекулянты или кто-то в этом роде на самом деле самые ненавистные.
- Ничего особенного, - Шэнь Цяньлин достал печать и осмотрел. - На ней есть пятна и выбоины, это не похоже на хороший нефрит
- Точно, - Цинь Шаоюй обнял его сзади. - Это действительно плохой нефрит, он намного хуже нашего.
- У нас тоже есть нефрит? - Шэнь Цяньлин был озадачен, когда услышал эти слова.
Цинь Шаоюй положил подбородок ему на плечо:
- Ну, Бай Юй[1].
[1]Опять игра слов: белый нефрит, он же образно – тофу. Очередной намёк на плотские утехи.
Лицо Шэнь Сяошоу мгновенно вспыхнуло:
- Не надо таких шуток! Негодяй!
В голосе Цинь Шаою послышалась улыбка:
- Почему же шутки? Лину это нравится.
- Заткнись! - взорвался Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй обнял его на столе, наклонил голову и нежно поцеловал.
Шэнь Сяошоу потерял дар речи, был печален и зол, неужели ему не терпится вернуться в спальню?
- Хороший, - Цинь Шаоюй сосал и кусал его за шею, его правая рука развязывала пояс.
Видя, что собеседник уже очень заинтересован, Шэнь Цяньлин, чтобы защитить свою хрупкую маленькую хризантему от посягательств, пожертвовал своим животом и протянул руку помощи, чтобы решить проблему.
Весенне-осенние краски в доме очаровательны, одежда Шэнь Цяньлина в беспорядке, его губы переплелись, а под глазами появился туман. Цинь Шаою прошёлся по его телу обеими руками, пока каждый дюйм его кожи не загорелся, прежде чем положить его плашмя на стол.
- Не здесь, - Шэнь Цяньлин держал его за руку.
- Не бойся, - Цинь Шаоюй поцеловал его. - Я сделал это только прошлой ночью и больше не хочу к тебе прикасаться.
Уши Шэнь Цяньлина покраснели, и он отвернулся, отказываясь снова смотреть на него.
Самая хрупкая часть была зажата в его руке. У Шэнь Цяньлина перехватило дыхание, и он инстинктивно отпрянул в сторону, но случайно коснулся чего-то холодного у себя за спинной. Он мгновенно испугался, даже Сяо Сяолинь поник.
Цинь Шаоюй рассмеялся:
- Это Бикуань.
Шэнь Цяньлин:...
Можно не упоминать об этом, ладно?
Цинь Шаоюй взял нефритовую печать и положил её рядом с ночной жемчужиной.
Шэнь Цяньлин лежал на столе и, случайно взглянув туда, увидел, что на стене за печатью появился какой-то текст.
- Хм, - Шэнь Цяньлин пнул его ногой. – Смотри.
- На что смотреть? - Цинь Шаоюй был сосредоточен на хулиганстве.
- Там какие-то слова, - Шэнь Цяньлин сел.
Цинь Шаоюй снова прижал его к себе:
- Не двигайся.
Шэнь Цяньлин:...
Там действительно есть слова!
- Вставай, вставай! - Шэнь Сяо был зол и продолжал сопротивляться в знак протеста.
Цинь Шаоюй беспомощно отпустил его:
- Ты не боишься, что я тебя укушу?
- Посмотри быстрее, - Шэнь Цяньлин указал на Бикуань.
Цинь Шаоюй посмотрел в направлении его пальцев:
- Что там?
Шэнь Цяньлин:...
Хм... где слова?
- Говори, - Цинь Шаоюй погладил его по лицу.
Стена была пуста, Шэнь Цяньлин колебался три секунды, а затем серьёзно сказал:
- Я никогда не лгал тебе с тех пор, как мы поженились, верно?
Цинь Шаоюй кивнул:
- Хм.
- Только что на стене были какие-то слова, - выражение лица Шэнь Цяньлина искреннее.
Цинь Шаоюй слегка нахмурился, подошел ближе и долго внимательно смотрел:
- Ты уверен?
Шэнь Цяньлину не хватило уверенности, и он сказал:
- На самом деле, я не слишком уверен.
Возможно, я был ослеплён, перевозбудился или что-то в этом роде, или у меня было головокружение, или двоилось в глазах.
Цинь Шаоюй:...
- Хорошо, давай продолжим, - Шэнь Сяошоу был очень благоразумен и снова послушно лёг.
Цинь Шаоюй был удивлён, склонил голову и крепко поцеловал:
- Маленький поросёнок.
За дверью тёмной комнаты маленький феникс лениво зевнул, затем изменил позу и продолжил крепко спать в объятиях тёмного стража. Ему совсем не нравились тяжёлые условия.
За это стоит получить десять упаковок вяленой говядины.
Рано утром следующего дня Шэнь Цяньлин встал с постели и пошёл на кухню, чтобы лично приготовить еду, потому что он чувствовал, что Цинь Шаоюй в последнее время много работал, и ему захотелось сварить немного супа, чтобы успокоить нервы.
- Доброе утро, - у двери раздалось крайне слабое приветствие.
Вам не нужно гадать, кто это... Шэнь Цяньлин посмотрел на Хуан Юаня с сочувствием:
- Ты рано.
- Пахнет вкусно, - Хуан Дасянь вошёл в кухню и сел на маленькую скамеечку рядом с ним, с тёмными кругами под глазами, трагичный, как панда.
- Ты что, не спал всю ночь? – неуверенно просил Шэнь Цяньлин.
Хуан Дасянь был чрезвычайно опечален и разгневан, когда услышал это:
- Он был на моей крыше всю прошлую ночь! У него есть комната, почему бы ему не спать там?
Шэнь Цяньлин успокоил его:
- Он всего лишь на крыше, он же не вламывался в комнату. Просто спи спокойно. Чего ты боишься?
- Если говорить проще, - Хуан Дасянь поник, - когда я думаю о нём, мне нужно в туалет.
У Шэнь Цяньлина сложное настроение.
Легендарный человек, который от страха постоянно хочет писать...
- Ты можешь помочь мне сказать об этом? – сказал Хуан Дасянь. - Даже если ты живешь во дворе рядом со мной, не сиди на крыше всю ночь напролёт. Если это продлится не день или два, то он меня точно замучает до смерти.
- Хорошо, - Шэнь Цяньлин был полон симпатии к нему, поэтому сразу согласился:
- После того, как суп закипит, я поделю с тобой миску. Это успокоит твои нервы.
- Сяо Юань, - Му Ханье позвал во внутреннем дворе.
Хуан Дасянь, как кролик, прыгнул за спину Шэнь Цяньлину.
Шэнь Сяошоу:...
Он был полумёртв, но почему же вдруг стал таким энергичным?
- Что ты делаешь? - Му Ханье стоял в дверях кухни.
Шэнь Цяньлин сказал:
- Суп.
- Пахнет вкусно, - Му Ханье кивнул, затем указал на Хуан Дасяня и сказал:
- Научи его, и он научит меня, когда вернётся в Цицзюэ в будущем.
Кто хочет вернуться с тобой в Цицзюэ... Хуан Дасянь испытывал невыносимые страдания.
К счастью, на этот раз Му Ханье не стал задерживаться на кухне слишком долго. Сказав несколько слов, он развернулся и покинул двор.
- Ушёл, - Шэнь Цяньлин протянул ему чашку чая. - Почему ты его так боишься?
- Тебе не кажется, что он ужасен? - Хуан Юань сел на кучу соломы.
- Я думаю, всё в порядке, - Шэнь Цяньлин был очень честен. - Кроме того, очевидно, что это ты первым солгал ему, а он ничего тебе не сделал.
Глаза Хуан Дасяня были мрачны, вообще-то он изнасиловал меня, но это всё равно что ничего не сделал.
- Даже не думай об этом, в общем, на этот раз Цицзюэ останется в Средиземье надолго, и он не сможет сразу забрать тебя, - утешил Шэнь Цяньлин, - это займет много времени...
- Он может меня отпустить? - глаза Хуан Дасяня были полны ожидания, и ему не терпелось прервать его.
Шэнь Цяньлин сказал с сухой улыбкой:
- Наверное...
На самом деле, он хотел сказать: "Может быть, со временем ты больше не будешь отвергать его так сильно", но, увидев полное надежды лицо Хуан Дасяня, он не смог сказать правду.
- Если настанет такой день, я буду жечь благовония и поклоняться Будде каждый день, - при одной мысли об этом Хуан Дасянь чуть не расплакался.
Шэнь Цяньлин сочувственно похлопал его по плечу.
Утром не было ничего особенного, поэтому Цинь Шаоюй просто соревновался с Му Ханье в горах, упражняясь на мечах. Узнав об этом, Хуан Юань быстро вернулся в спальню и поспал ещё немного.
Жизнь может быть трудной.
Шэнь Цяньлин и Жэнь Сяояо сидели в павильоне и наблюдали за соревнованиями первых двух участников.
- Можно мне пощупать пульс молодого господина? - внезапно спросил Жэнь Сяояо.
- Конечно, - хотя я не знаю, почему ты хочешь проверить мой пульс, но я по-прежнему готов к сотрудничеству.
Тёмный страж ревнует на расстоянии. Не думай, что если ты номер один на арене, то можешь небрежно коснуться маленькой ручки нашей госпожи!
Это раздражает.
Жэнь Сяояо убрал руку и покачал головой.
- В чём дело? - Шэнь Цяньлин почувствовал себя виноватым.
Жэнь Сяояо сказал:
- Судя по пульсу, ты действительно человек.
Шэнь Цяньлин:...
Разве это не само собой разумеющееся?
Жэнь Сяояо выхватил зеркало и молниеносно поднёс его к глазам Шэнь Цяньлина:
- А сейчас!..
Тёмный страж:...
Шэнь Сяошоу:...
Жэнь Сяояо с сожалением вздохнул:
- Зеркало демона бесполезно.
Шэнь Цяньлин сжал кулаки.
Брат! Если! Ты! Продолжишь! Это! Делать! Я! Тебя! Выгоню!
- Я сделаю тебе подарок, - Жэнь Сяояо сунул ему бронзовое зеркальце. - Оно стоило триста таэлей серебра, что недёшево.
Тоже в это веришь? Шэнь Цяньлин не мог ни смеяться, ни плакать.
- Что ты делаешь? - после нескольких сотен трюков с Му Ханье Цинь Шаоюй вошёл в павильон.
Шэнь Цяньлин сказал:
- Старший сделал мне подарок.
- Зеркало? - Цинь Шаоюй был озадачен.
- Совершенно верно, - сказал Жэнь Сяояо. - Древние артефакты - редкость в мире, и они стоят больших денег.
Му Ханье, стоявший в стороне, равнодушно сказал:
- Как только в западных регионах наступает базарный день, улицы просто заполняются ими.
Жэнь Сяояо:...
Му Ханье продолжал создавать проблемы:
- Впервые я услышал об этом от клана Ву. Говорят, что это зеркало может заставить монстров появляться в их первоначальном виде. Если более серьёзно, то оно может разбрызгать кровь на пять шагов вперед. На Центральных равнинах это называется зеркалом демона.
Лицо Цинь Шаоюя мгновенно помрачнело.
- Владелец лавки мне ничего не сказал, - Жэнь Сяояо был потрясён. - Он только сказал, что зеркале можно увидеть настоящий образ!
- Старший, - Цинь Шаоюй стиснул зубы.
Жэнь Сяояо::...
- На самом деле ничего не произошло, - Шэнь Цяньлин смирился. - Зеркало очень красивое, по крайней мере, резьба очень детальная.
- Я научу тебя двум трюкам, - Жэнь Сяояо знал, что был не прав, поэтому решил смягчить ситуацию. В любом случае, слова "кровь, разбрызгивающаяся в пяти шагах" звучат несколько преувеличенно, и для Цинь Шаоюя нормально злиться.
А? Шэнь Цяньлин был вне себя от радости, и это была чистая случайность, что лучший мастер в мире сможет научить его мужчину двум трюкам.
- Спускайся, - Жэнь Сяояо выскочил на площадку для тренировок по боевым искусствам.
- Большое спасибо, - Цинь Шаоюй улыбнулся Му Ханье.
- Брат Цинь слишком вежлив, мне это ничего не стоило, - Му Ханье сел за стол и налил себе чашку чая.
Цинь Шаоюй последовал за Жэнь Сяояо на тренировочную площадку по боевым искусствам, и Шэнь Цяньлин сообразил – только что они оба заставила мастера обучить Цинь Шаоюя боевым искусствам, и при этом у них якобы нет сговора!
- Ты ешь это или нет? - Му Ханье очистил для него несколько каштанов.
- Спасибо, - Шэнь Цяньлин всё больше и больше чувствовал, что человек, стоящий перед ним, был хорошим, и он не мог понять, почему Хуан Дасянь так боялся его.
- В чём дело? – спросил Му Ханье. - Кажется, у мастера Шэня что-то на уме.
- Думаю о Хуан Юане, - сказал Шэнь Цяньлин.
Му Ханье был немного удивлён:
- Скучаешь по нему?
- Он действительно нравится королю Му? - спросил Шэнь Цяньлин.
- Если бы он мне не нравился, я бы не стал преследовать его до самого города Юньлань, - Му Ханье улыбнулся. - Он тебе что-то сказал?
- Ну, не так уж много, - Шэнь Цяньлин был немного смущён. - Он просто сказал, что, когда подумал о тебе, ему хочется в туалет.
...
Му Ханье ошеломлённо рассмеялся.
Хоть это и забавно, но если вдуматься, то на самом деле это весьма трагично, не так ли? Шэнь Цяньлин любезно сказал:
- Если возможно, король Му не должен оставаться на крыше всю ночь в будущем. С такими вещами нельзя торопиться.
- Я просто хочу подразнить его, - Му Ханье спросил. - Он когда-нибудь рассказывал тебе, что притворился лисой-оборотнем и проник в мой дворец Цицзюэ?
Шэнь Цяньлин покачал головой.
- Я никогда не видел такого глупого человека, - Му Ханье поднял голову и выпил бокал вина.
Шэнь Цяньлин:...
И ты беспощадно преследуешь его и не хочешь отпустить – чувствуется привкус настоящей сенсации.
- В тот день, когда я отправился на охоту, он притворился лисой-оборотнем, и я подстрелил его, - сказал Му Ханье. - Когда он встал, мешочки с кровью из его рук упали на землю, и он был так ошеломлён, что не заметил этого.
В глазах Шэнь Цяньлина было сочувствие, и это была печальная история.
- Войдя во дворец, он каждый день говорил чепуху, разбрасывал бобы, чтобы сделать солдат, и вызывал ветер и дождь, по одному трюку каждый день, - сказал Му Ханье. - По сравнению с ним все эти певцы и актёры были просто посредственными и совсем не веселили.
Шэнь Цяньлин не мог удержаться и снова начал посылать открытки с соболезнованиями Хуан Дасяню. Он проделал весь путь от заснеженных гор крайнего севера до западных регионов только для того, чтобы бесплатно делать развлекать других. Такая жизнь - просто трагедия.
- Я был с ним слишком мягок, - Му Ханье улыбнулся и сказал: - Прошло больше полугода, я не ожидал, что он действительно сможет забрать печать Бикуань.
- Могу я задать вопрос? – неуверенно произнёс Шэнь Цяньлин.
Му Ханье кивнул.
- Что королю Му нравится в Хуан Дасяне? - Шэнь Цяньлин действительно озадачен. Потому что, под каким бы углом на них ни посмотреть, они совершенно не подходят друг другу! Хотя Хуан Дасянь сейчас выглядит прекрасно, когда он впервые появился во дворце Цицзюэ, он был замаскирован под рябого! Таким образом, я всё ещё не могу придумать других причин, кроме настоящей любви.
Му Ханье сказал:
- Наверное, потому, что до его появления я редко был так счастлив.
Шэнь Цяньлин:...
Я тоже была очень счастлив, когда впервые увидел золотого коня грязной траве, но это же не любовь.
- Почему тебе нравится брат Цинь? - риторически спросил Му Ханье.
Шэнь Цяньлин на мгновение растерялся.
- Если ты какое-то время не можешь назвать причину, то это правильно, - сказал Му Ханье. - Кто может точно определить причину возникновения любви?
Ну да. Шэнь Цяньлин чистил арахис и ел его.
Исходя из этой позиции, боюсь, он не отвяжется от Хуан Дасяня.
Зажжём поминальную свечу.
- Тогда прекрати его постоянно запугивать, - через некоторое время сказал Шэнь Цяньлин. - Иначе ты навредишь его здоровью.
Му Ханье рассмеялся и протянул ему чашку прозрачного чая:
- Молодой господин действительно интересный человек, неудивительно, что брат Цинь считает его настоящим сокровищем.
Шэнь Цяньлин:...
Я просто говорю правду.
Согласно первоначальной идее Жэнь Сяояо, он изначально планировал научить Цинь Шаоюя одному или двум трюкам, а затем остановиться, но он явно недооценил коварство Цинь Шаоюя и его мастерство. Они ходили кругами и не закончили до сумерек.
- Спасибо тебе, старший, - Цинь Шаоюй выглядел отдохнувшим.
Жэнь Сяояо махнул рукой:
- В следующий раз, когда я снова увижу этого владельца лавки, я обязательно его побью.
- Чирик! - тёмный страж принёс маленького феникса на заднюю гору. Птенец подпрыгнул и упал в объятия Цинь Шаоюя. Ему очень хотелось поиграть – чтобы его подбросили высоко.
- Феникс? - спросил Жэнь Сяояо.
Цинь Шаоюй кивнул и передал ему комочек перьев:
- Очень послушный.
- Чирик! - хотя мы и не знакомы, комок перьев был очень дружелюбен, а его маленькие чёрные глазки-фасолины были такие милые!
- Пойдёмте поедим, - Шэнь Цяньлин спустился из павильона вместе с Му Ханье. - Я специально попросил повара приготовить несколько лучших блюд, чтобы устроить банкет в честь приезда старшего.
- Чирик! - птенец попытался броситься в объятия Шэнь Сяошоу.
Жэнь Сяояо спокойно сжал его лапки.
Комок перьев:...
- Старший, - Шэнь Сяошоу действительно хочет вернуть своего сына.
- Чирик! – маленький феникс тоже расправил свои короткие крылья в сторону Шэнь Цяньлина.
Глаза тёмных стражей наполнились слезами, эта сцена была такой трогательной.
- Феникс любит блестящие вещи, - Цинь Шаоюй сказал в сторонке: - Было бы здорово, если бы это было редкое сокровище. Если бы оно было у старшего, феникс определённо захотел бы поиграть с ним.
- Правда? - Жэнь Сяояо достал снежный кристалл.
- Чирик! – как и ожидалось, кристалл тут же привлёк внимание комочка перьев, и он пнул его лапками и потёр брюхом.
Жэнь Сяояо был в хорошем настроении и пошёл назад, держа его в руках.
Цинь Шаоюй коснулся своего подбородка и прошептал Шэнь Цяньлину:
- Кристалл выглядит очень ценным.
Шэнь Сяошоу потерял дар речи: он фактически использовал своего сына как инструмент для зарабатывания денег.
А как же сердечная отцовская любовь?
На передней горе был приготовлен большой стол с блюдами, и Шэнь Цяньлин отправился в винный погреб, чтобы самому выбрать вино. Хуа Тан специально послала пригласить Вэнь Люняня, и все вместе весело ужинали.
- Говорят, что сегодня на горе находится лучший мастер в мире? - хотя господин Вэнь учёный, он интересуется боевыми искусствам.
- Этот дядюшка, вы знаете, где он?
- Знаю, - собеседник кивнул.
- Где? - Вэнь Люнянь огляделся по сторонам.
- Я.
Вэнь Люнянь:...
- Мастер Вэнь зачем-то ищет меня? - спросил Жэнь Сяояо.
Вэнь Люнянь сухо рассмеялся:
- Я просто хотел выразить своё почтение.
Жэнь Сяояо двумя пальцами поднял его за шиворот:
- Это правда, что у тебя нет сил даже связать курицу.
Вэнь Люнянь:...
Самооценка просто подорвана.
Ближе к вечеру на банкете началось оживление. Судя по настроению Цинь Шаоюя, очевидно, что певиц и танцовщиц не будет, к тому же Шэнь Сяошоу очень ревнивый! Тёмным стражам показалось, что стало немного скучновато, поэтому они взял на себя инициативу и попросили о выступлении, но прежде чем они успели начать петь, Цинь Шаоюй выгнал их.
Мы просто хотим оживить атмосферу, хорошо?
Убиты горем.
Маленький феникс присел на скамейке, вытянул шею и стал ждать, когда Шэнь Цяньлин подаст ему рис с мясом, но не успел он отправить его в рот, Жэнь Сяояо уже передвинул его вместе с гнездом и скамейкой.
Маленький феникс с несчастным видом, слегка обиженный и голодный, выпустил когти.
Жэнь Сяояо быстро достал пригоршню золотистых бобов и положил их в гнездо.
- Чирик! - хотя это и не редкость, но всё равно выглядит очень броско. Маленький феникс неохотно согласился и послушно спустился.
Жэнь Сяояо сказал:
- Могу ли я...
- Нет, - Цинь Шаоюй прервал его. - Это источник жизненной силы Лин Эра. Я буду защищать его, не щадя жизни.
У Жэнь Сяояо не было другого выбора, кроме как с сожалением сдаться.
За горными воротами группа тайных стражей прогуливалась и ковыряла в зубах после еды. Внезапно они увидели вдалеке двух людей верхом на лошадях на другой стороне горной дороги. Тёмные стражи тут же проявили бдительность и схватились за кнуты.
- Они выглядят знакомыми, - пробормотал один из них.
- Чушь! – сказал другой страж, и вдруг ясно разглядел приближающихся. Он не смог удержаться от радостного крика:
- Да это же мастер Шэнь и мастер Е Гу!
- Действительно, - остальные некоторое время аплодировали, а затем выбежали, чтобы коллективно поприветствовать их.
Лунный свет подобен воде, а извилистая горная дорога словно покрыта битым серебром. Высокий чёрный конь несётся на ветру, словно гром и молния. Два человека на спине, один с красивым лицом, другой с равнодушным и отстранённым взглядом, представляют собой неописуемо идеальную пару.
Это были Шэнь Цяньфэн, молодой хозяин дворца Солнца и Луны, и Е Цзинь, хозяин долины Цюнхуа, которые также были старшим братом и невесткой Шэнь Цяньлина.
- Мастер Шэнь, - тёмные стражи с энтузиазмом замахали руками.
Чёрный конь заржал и остановился перед ними.
Шэнь Цяньфэн спешился, держа Е Цзиня на руках, и с некоторым удивлением спросил:
- Вы специально пришли поприветствовать нас?
- Это не... Ах! - прежде чем один из них закончил говорить, его товарищ пнул его, и он быстро заткнулся.
- Конечно! - другой страж широко улыбнулся и добавил: - Мы даже подготовили специальное выступление.
Хозяин дворца выгнал нас ещё до начала песни. Мы должны найти возможность выступить ещё раз!
Е Цзинь был удивлён:
- Выступление?
Е Цзинь устал и немного замёрз в дороге, он хотел поскорее пойти отдохнуть, но тёмные стражи были так настойчивы, и их было так много, что им с Шэнь Цяньфэном пришлось стоять на месте и слушать, как они поют очень длинную песню.
- Ну как? – закончив петь, тёмные стражи не могли сдержать радости.
Е Цзинь безучастно произнёс:
- Мы только что пришли, зачем вы спели нам прощальную песню?
Тёмные стражи:...
Всё кончено. Они просто выбрали самую длинную песню, потому что она была приятной, но совершенно не учли её смысла. Так не должно быть!
- Сейчас мы споём другую песню!
- В этом нет необходимости, - Шэнь Цяньфэн отказался. – Я высоко ценю ваши добрые намерения. Где Лин и Шаою?
- Всё ещё в столовой, - тёмные стражи почувствовали некоторое сожаление и решили, что если в будущем представится подходящий момент, они должны снова спеть для Е Гу!
- Большое спасибо, - Шэнь Цяньфэн очень быстро повёл Е Цзиня прямо к горным воротам, очевидно, опасаясь, что их заставят слушать другую песню.
Тайные стражи вздохнули от всего сердца.
- Хозяин дворца, - тёмный страж вбежал в столовую. - Сейчас придут гости.
- Гости? - Цинь Шаоюй рассмеялся, услышав эти слова. - В последнее время во дворце Погони за Тенью царит оживление.
- Это мастер Шэнь и мастер Е Гу, - тёмные стражи тоже очень счастливы, очевидно, они относятся к ним как к членам своей семьи.
- Лин, - сказал Цинь Шаоюй. - Цяньфэн и Е Цзинь здесь.
- Ммм...? - в глазах Шэнь Цяньлина было замешательство, и у него слегка кружилась голова - он из любопытства попросил вина, которое Жэнь Сяояо привёз из пустыни. Он выпил совсем немного, но вино оказалось очень крепкое.
Цинь Шаоюй нахмурился:
- Ты пьян?
- Конечно, нет, - Шэнь Сяошоу был очень серьёзен, а потом попытался встать, но не удержался на ногах.
Цинь Шаоюй не знал, смеяться или плакать, он подхватил его на руки:
- Я отведу тебя отдохнуть.
- А где же сын? - Шэнь Цяньлин огляделся по сторонам.
- Чирик! – маленький феникс усердно поедал рыбу.
- Забудь об этом, - Цинь Шаоюй вышел за дверь с ним на руках и столкнулся с Шэнь Цяньфэном и Е Цзинем.
- Что случилось? - Шэнь Цяньфэн на мгновение растерялся.
- Ничего, - сказал Цинь Шаоюй. – Он пьян.
Шэнь Цяньфэн не мог ни смеяться, ни плакать.
- Как удачно, - Е Цзинь вынул письмо и сунул его в руку Цинь Шаоюя. - Инь Ушуан попросил меня передать это тебе. Спрячь его быстро, чтобы Лин не узнал об этом.
- Кто?! - несмотря на то, что Шэнь Сяошоу был пьян и сбит с толку, он был очень внимателен к имени своего соперника!
Инь Ушуан - глава секты Усюэ на северо-востоке, а также одна из двух лисиц в мире наряду с Шэнь Цяньлином. Несмотря на то, что он мужчина, он родился с ледяными мускулами и нефритовыми костями и обладал непревзойдённой красотой. Раньше он был увлечён Цинь Шаоюем, и какое-то время был связан с ним. Хотя в последние годы никаких известий от него не было, Шэнь Сяошоу по-прежнему беспокоится. Чрезвычайно мелочная душонка.
- Никто, - Е Цзинь уговаривал его: - Ты узнаёшь меня?
Шэнь Цяньлин отшвырнул его:
- Голова кружится.
- Сначала пройдём во внутреннюю комнату и присядем, - сказал Цинь Шаоюй. - Старший Жэнь и Му Ханье здесь, как раз вовремя, чтобы обсудить кое-что вместе.