Глава 42. Дела давно минувших дней
Из рассказа евнуха Сыси все, наконец, поняли, что скрывается за историей печати Бикуань и нефрита Сюаньхай.
Сто лет назад император Чжоу без удержу предаваться пьянству и разврату, и жизнь простого народа стала невыносимой. Тогда предки императора Чу восстали и повели свои войска на столицу. В панике император Чжоу захватил большое количество золота и серебра и бежал в заснеженные горы крайнего севера вместе со своими слугами и старыми министрами в поисках убежища, но в конце концов он был обезглавлен императором Чу, а десятки тысяч солдат династии Чжоу оказались заперты во дворце Сюэхайхан и за одну ночь все были перебиты. В то время, чтобы спасти свою жизнь, доверенное лицо императора Чжоу, премьер-министр, перед казнью прокричал, что знает потрясающую тайну.
Император Чжоу жил в роскоши, и дворец его был полон редких сокровищ. Даже сбежав, он не забыл захватить с собой множество сокровищ, думая, что однажды у него будет возможность собрать армию и снова отправиться на юг, чтобы захватить власть. Поэтому, как только он прибыл на северо-восток, он закопал сокровища в секретном месте. Вместе с сокровищем была похоронена карта водных жил западной пустыни - более десяти лет назад генерал Чжэньси из династии Чжоу потратил свою жизнь на исследование и создал эту карту, но он не ожидал, что буквально через месяц после того, как он передаст её императору Чжоу, всё его семья будет уничтожена.
- Подождите, - у Шэнь Цяньлина немного кружилась голова, поэтому он прервал Шесть фрикаделек. - Могу ли я задать вопрос?
- Конечно, молодой господин Шэнь, пожалуйста, - евнух Сыси был очень уважителен.
- Генерал Чжэньси усердно трудился, изучая местность и составляя карты. Вполне объяснимо, что император Чжоу не наградил его, но зачем было убивать всю его семью? - Шэнь Цяньлин был озадачен. Если ты сумасшедший, не становись императором.
- Династия Чжоу в то время была прочна, не было ни внутренних проблем, ни внешних врагов, был мир, и страна процветала на протяжении поколений, - сказал Сыси. - Согласно первоначальному намерению генерала Чжэньси, он хотел, чтобы император Чжоу послал войска проложить каналы вдоль жилы водяного дракона, и превратить пустыню в оазис. Это позволило бы строить дома, переселять людей и вести сельское хозяйство для дальнейшего процветания династии. Жаль, что император Чжоу привык жить в праздности, ему было лень затевать такие грандиозные работы по всей стране, поэтому он отложил карту и планировал передать её своим потомкам. Однако он был обеспокоен тем, что генерал Чжэньси однажды предаст страну и откроет карту другим племенам Мобэя[1], создавая угрозу династии Чжоу, поэтому он прислушался к словам своей наложницы и велел вырезать всю семью генерала Чжэньси, а жила водяного дракона стала вечной тайной.
[1]Под Мобэем понимается, видимо, территория современной Монголии.
Шэнь Цяньлин покачал головой:
- Учитывая, что он перестал различать чёрное и белое, неудивительно, что десять лет спустя он погиб от меча предков императора Чу.
- А какое отношение к печати Бикуань имеет Сюаньхай? - спросил Е Цзинь.
- В то время среди приближенных царя Чжоу был способный человек по имени Юй Тяньгун, - сказал Сыси. - Снежные равнины севера огромны, снег заметает всё. Если вы закопаете что-то под землю своими руками, то уже на следующий день вы можете не найти это. Поэтому Юй Тяньгун усердно работал три дня и три ночи, чтобы создать печать Бикуань и нефрит Сюаньхай, которые вместе образовали карту сокровищ.
- Карта сокровищ? - Шэнь Цяньлин был удивлён таким взаимопониманием между Алибабой и Сорока разбойниками.
- Именно, - евнух Сыси кивнул. - Премьер-министр династии Чжоу в то время не знал конкретных деталей. Он знал только, что печать Бикуань и нефрит Сюаньхай нужно объединить, чтобы выяснить, где зарыт клад и топографическая карта жил водяного дракона.
- Если это так, то печать Бикуань и нефрит Сюаньхай должны были находиться в руках императора Чжоу. Почему печать Бикуань оказалась в королевстве Цицзюэ, а нефрит Сюаньхай – вообще за тридевять земель? - Е Цзинь нахмурился.
- После того, как Юй Тяньгун сделал эти две вещи, он принял яд и покончил с собой. Во время последней битвы император Чжоу попал в ловушку во дворце Сюэхайхан, у него были сломаны ноги, и он знал, что не сможет избежать смерти. У него не осталось выбора, кроме как раскрыть секрет премьер-министру. Тот должен был пройти в боковой зал и найти наследника престола, а затем передать печать Бикуань и нефрит Сюаньхай. Кто бы мог подумать, что, когда они разговаривали, их случайно подслушал какой-то солдат. Когда премьер-министр поспешно покидал подземный дворец с двумя нефритами, тот внезапно набросился на него. Во время драки он сумел выхватить печать Бикуань, у премьер-министра остался только нефрит Сюаньхай.
- Может быть, солдат, укравший печать Бикуань, был предком короля Цицзюэ? - догадался Шэнь Цяньлин.
Цинь Шаоюй кивнул:
- Судя по степени подлости, действительно, похоже.
Шэнь Цяньлин:...
На самом деле, у Му Ханье всё более-менее сносно, а?..
Это ты явно серийного производства...
- В то время наследный принц был ещё молод, несколько старых министров отнесли его и спрятали в боковом зале подземного дворца. После того, как премьер-министр нашёл всех, он понял, что их дела плохи, поэтому он скрыл инцидент с печатью Бикуань, только тайно сказал принцу, что нефрит Сюаньхай связан с жилой водяного дракона и местом, где зарыты сокровища, и попросил принца забрать нефрит и бежать, - сказал Сыси. - Потом премьер-министр спрятался в ящике, но армия Чу нашла его.
Шэнь Цяньлин сказал:
- Он, должно быть, сожалел, что не бежал с принцем.
- К счастью, он не сбежал, - сказал Шэнь Цяньфэн. - Если бы он сбежал, тайна печати Бикуань была бы похоронена, и император Чу никогда бы не узнал о ней из его уст.
- Если принц и другие успешно сбежали, Сюаньхай должен был остаться в руках клана Чжоу, - сказал Е Цзинь. - Почему он оказался так далеко на чужбине, заставляя всех воевать друг с другом?
- Боюсь, это нужно спросить у Чжоу Цзюэ, - Цинь Шаоюй коснулся своего подбородка. - Но, кроме Чжоу Цзюэ, должен быть ещё один человек, который знает.
- Хуан Дасянь? - сказали все в один голос.
На этот раз, наконец, это не было проигнорировано, и это действительно огромное улучшение.
- Что ты собираешься делать? – в другом ресторане города Люша Хуан Дасянь обнимал колонну и настороженно смотрел на человека перед ним.
Му Ханье прямо сказал:
- Поцелую тебя.
Хуан Дасянь чувствовал, что жизнь хуже смерти:
- Ты уже целовал сегодня.
- Нет, - Му Ханье покачал головой.
Хуан Дасянь хотел врезать ему в качестве отказа, но, прежде чем он успел, Му Ханье уже подхватил его на руки, склонил голову и поцеловал его взасос - перед уходом они заключили соглашение: Му Ханье поклялся никогда не совершать ничего непристойного, а взамен он будет целовать Хуан Дасяня каждый день.
Хотя это был нечестный обмен, и другая сторона была убита горем, однако, выжить в таких условиях можно только, если искать лазейки. Другого выхода нет.
- Готово, - Му Ханье с энтузиазмом сказал: - Пойдём сегодня вечером послушаем рассказы.
- Я не пойду, - Хуан Дасянь висел на волоске от смерти.
- Хорошо, - весело сказал Му Ханье. – Если нам больше нечего делать, давай снова поцелуемся.
- Давай послушаем рассказы, - Хуан Дасянь на ватных ногах спустился по лестнице.
Му Ханье радостно последовал за ним.
- Вы оба, стойте! – выходя, они на кого-то наткнулись.
- Есть дело? - узнав Цинь Шаоюя, Му Ханье поднял брови.
- Пожалуйста, подойдите, - сказал тёмный страж. – Наш хозяин дворца хочет кое о чём посоветоваться с господином Хуаном.
- А можно, я пойду один? - с надеждой спросил Хуан Дасянь.
- Нельзя, - Му Ханье отказался и, кстати, потрогал его задницу - да, мужчина из северо-западной пустыни такой горячий!
Хуан Дасянь был истощен морально и физически, поэтому он не сопротивлялся, когда его посадили на коня.
В магистрате все их ждали с нетерпением. Как только они вошли в дверь, все окружили их.
- Эй, в последнее время ты хорошо выглядишь, - сказал Е Цзинь Хуан Дасяню.
- Ты уверен? - Хуан Дасянь плакал в глубине души, он чувствовал, что умирает.
- Точно, - нагло сказал Му Ханье. - Я хорошо воспитан.
Хуан Дасянь не хотел с ним разговаривать, поэтому он спросил Шэнь Цяньлина:
- Вы меня искали?
- Да, - Шэнь Цяньлин кивнул. – Мы хотим узнать о Сюаньхае.
- Откуда вы о нём знаете? - Хуан Дасянь был удивлён, когда услышал это.
Все переглянулись – кажется, есть шанс, а?
- Чжоу Цзюэ всегда хотел заполучить Сюаньхай. Он лишь сказал, что это может помочь ему завершить план по восстановлению страны, но не объяснил, каким образом, - сказал Хуан Дасянь. - Я знаю только, что много лет назад Сюаньхай был украден у клана Чжоу. Семья Чжоу искала его на протяжении нескольких поколений.
- А как насчёт остального? – спросил Цинь Шаоюй. - Что ещё ты знаешь?
- Больше ничего, - Хуан Дасянь покачал головой. - Меня никогда не интересовал так называемый план восстановления страны, и Чжоу Цзюэ не очень-то доверял мне. Самое большее, что он мне поручил – отправиться в королевство Цицзюэ и украсть печать Бикуань.
Му Ханье коснулся своего подбородка:
- Я должен отправить ему благодарственное письмо.
Все молча посмотрели на него.
- Почему вы вдруг заинтересовались Сюаньхаем? - спросил Му Ханье.
Цинь Шаоюй в общих чертах объяснил ему суть дела, однако, нарочно или ненарочно, он скрыл связь между печатью Бикуань и нефритом Сюаньхай, сказав только, что Сюаньхай может быть связан со спокойствием Цзянху, поэтому Чу Юань отправил людей повсюду, чтобы найти его.
- Так же загадочно, как Бикуань, - Му Ханье было всё равно. - Что ж, если это всё, то мы идём слушать рассказы.
- А можно не ходить? - Хуан Дасянь спрятался за Шэнь Цяньлина. – Может, поужинаем вместе со всеми?
- Нельзя, - Му Ханье взял его на руки и вышел. - Сначала послушаем рассказы.
Все взглядами выражали сочувствие Хуан Дасяню.
- Если так будет продолжаться, не наживём ли мы проблем? - Шэнь Цяньлин был немного обеспокоен.
- Нет, - сказал Цинь Шаоюй. - Му Ханье не коварный злодей. Он, естественно, будет бороться за то, что хочет, но, если ему суждено потерпеть неудачу, он не будет делать ничего слишком экстремального.
- Ты уверен? - Шэнь Цяньлин выглядел смущённым.
- Что? - Цинь Шаоюй ущипнул его за подбородок - Не веришь мне?
- Конечно, нет, - Шэнь Сяою прислушался к чужому мнению. – Всё, что ты говоришь, так разумно.
Такой находчивый.
- Теперь, когда всё почти закончено, давайте уйдём, - сказал Е Цзинь. - Несколько дней назад я получил известие, что Фэнъюнь Ле вернулся на виллу Байцзян.
- Вероятно, это ещё одна чрезвычайно сложная задача, - у Шэнь Цяньлина было огорчённое лицо. - У меня болит голова, когда я думаю об этом.
- Что бы ни случилось на вилле Байцзян, ты единственный, кто не пострадает, - Цинь Шаоюй ущипнул его за щёку. - По крайней мере, ещё есть нефритовый меч, который можно взять.
- Да, - Шэнь Цяньлин коснулся подбородка и представил себе светлое будущее для себя и своего сына, когда у них обоих будут нефритовые мечи.
Два дня спустя дела в городе Люша были улажены, и на ночь глядя все отправились в путь на север - что касается того, почему они отправились ночью, то Шэнь Цяньлин совсем не хотел снова наслаждаться роскошным обращением с простыми людьми, и у него кружилась голова, когда он думал над этим.
Вдалеке Му Ханье тоже ехал верхом на лошади вместе с Хуан Дасянем, неторопливо глядя на звезды.
- Спи, - в карете Цинь Шаоюй укрыл Шэнь Цяньлина одеялом.
- Я не хочу спать, - сказал Шэнь Цяньлин. - Я хочу покататься верхом.
- Какое может быть верхом посреди ночи, - Цинь Шаоюй отказался. - Закрывай глаза.
- Нет! - Шэнь Цяньлин был чрезвычайно мятежным, подражая своему сыну и вытягивая ногу.
Цинь Шаоюй ткнул его в живот.
Шэнь Цяньлин засмеялся и слегка пнул его.
Карету слегка тряхнуло, и Е Цзинь взглянул на Шэнь Цяньфэна:
- Ты помнишь, что обещал мне? Есть шанс увидеть поцелуй взасос!
Шэнь Цяньфэн обнял его, а затем в одно мгновение запрыгнул в карету, дерзко распахнув занавеску.
Шэнь Цяньлин разговаривал с Цинь Шаоюем и был застигнут врасплох, когда увидел их:
- Что случилось?
- Гм, - Е Цзинь кашлянул и, между прочим, ущипнул Шэнь Цяньфэна – придётся найти другой подходящий момент.
- Ничего, - Шэнь Цяньфэн был очень спокоен, - Сяо Цзинь подумал, что на улице ветрено.
Шэнь Цяньлин:...
Тогда почему бы вам не сесть в свою карету?
- Ты ошибся дверью, - Е Цзинь пристально посмотрел на Шэнь Цяньфэна. – Я же говорил тебе не торопиться.
Мастер Шэнь был в очень хорошем расположении духа, он обнял Е Цзиня и снова вскочил на коня.
- Ну и какой от тебя толк?! - мастер долины Е был недоволен, потому что ничего не видел.
Шэнь Цяньфэн обнял его за талию, наклонился и поцеловал:
- Давай подождем следующего раза.
- Я должен увидеть это в следующий раз, - подчеркнул Е Цзинь.
- Да, - Шэнь Цяньфэн прекрасно объяснил, что значит не иметь принципов.
Конечно же, он заслуживает того, чтобы быть главой альянса боевых искусств.
Следующие несколько дней путешествие прошло гладко, и, наконец, в сумерках они добрались до подножия горы, где и находилась вилла Байцзян.
- Ты уверен, что это здесь? - выпрыгнув из кареты, Шэнь Цяньлин сдержанно выразил свои сомнения, потому что с какой стороны он ни смотрел, это выглядело как голая гора без каких-либо следов какого-либо здания.
- Пока непонятно, надо осмотреться, - сказал Цинь Шаоюй. - Это займёт некоторое время.
- Я такое вижу в первый раз, - за прошедшие годы Шэнь Цяньлин вместе с Цинь Шаоюем несколько раз посещал другие секты. Большинство из них имеют вывески, которые видно издалека, и все они заботятся о стиле. Никто никогда не прятался так, как вилла Байцзян.
- Вот почему я сказал, что мастер Фэн ведёт дела тихо, - Цинь Шаоюй был очень спокоен.
Шэнь Цяньлин был немного озадачен, почему он вдруг так вежливо сказал "мастер Фэн"?
Но прежде, чем он успел спросить, он уже знал ответ.
- Хозяин дворца Цинь, спасибо, - Фэнъюнь Ле, широко улыбаясь, шагал по каменистой тропинке. -Как только я услышал новость о том, что вы въехали в город, я сразу же поспешил сюда, но я не ожидал, что вы меня опередите. Пожалуйста, простите меня, если вам пришлось ждать.
- Мастер Фэн слишком вежлив, - сказал Цинь Шаоюй. - Мы только что прибыли.
- Пожалуйста, проходите сюда, - Фэнъюнь Ле повернулся боком, освобождая дорогу. - Я уже приготовил прекрасное вино и вкусную еду, и банкет начнётся немедленно.
В животе у Шэнь Цяньлина заурчало.
Цинь Шаоюй с трудом сдержал улыбку.
Да пошёл ты со своими смехуёчками! Шэнь Цяньлин разозлился - твоя семья голодна, разве ты не должен чувствовать себя виноватым?
- Чирик! - комок перьев расправляел крылья и неторопливо летал, бесконечно наслаждаясь этим умением. И хотя время от времени он падал, тёмные стражи считали, что это нормально. Самый счастливый момент в нашей жизни - это момент, когда мы ловим молодого хозяина дворца!
Это того стоит на всю оставшуюся жизнь.
После нескольких поворотов, перед ними предстало огромное серое здание. У двери стоял каменный меч, над которым бешенной скорописью были написаны четыре иероглифа.
- Господа, не смейтесь, - сказал . – Это почерк моего отца.
Шэнь Цяньлин похвалил:
- Рука энергичная и почерк хорош.
Е Цзинь удивлённо спросил:
- Ты способен понять, что тут написано?
Шэнь Цяньлин проявил всё своё очарование. Нетрудно догадаться, что тут написано "Вилла Байцзян"[2]. Врядли тут может быть написано "Много радости вашему дому" или "Пусть каждый год будет изобильным". Это явно не новогодние пожелания.
[2]Имеется в виду смысл фразы: вилла Поклонения Мечу, а не... что-то другое.
Фэнъюнь Ле сказал с сухой улыбкой:
- Это оригинальный текст моего предка из семьи Фэн.
Шэнь Цяньлин:...
Ну, я было подумал, что твоим предкам нечем было заняться, и они придумывали бессмысленные фразы. Разве они не должны были хорошо ковать мечи? Это действительно раздражает – слоняться без дела.
- Пожалуйста, проходите, - Фэнъюнь Ле лично открыл дверь.
Шэнь Цяньлин был немного удивлён, потому что в этом доме повсюду виднелись тени мечей.
- Конечно, это соответствует духу дома Байцзян, - сказал Цинь Шаоюй. - Я думаю, что мастер Фэн также должен быть экспертом в оружии.
- Я не эксперт, но кое-что знаю, - Фэнъюнь Ле улыбнулся и повёл всех в комнату для гостей, а затем сказал: - Я сейчас пойду на кухню и проверю, всё ли готово, а потом лично приглашу вас на банкет.
- Как вам будет угодно, мастер Фэн, - Шэнь Цяньфэн кивнул.
Когда Фэнъюнь Ле ушел, Шэнь Цяньлин огляделся:
- Даже ручка крышки чайника сделана в форме меча?
Это не слишком неловко?
- Всё должно быть в меру. Нет ничего плохого в том, что вам что-то нравиться, но если вам это нравится до такой степени, что это становится злом, это уже слишком, - Цинь Шаоюй положил фигурку с мечом, которую держал в руке, обратно на полку, затем наклонил голову и поцеловал Шэнь Цяньлина : - За исключением того, что ты мне нравишься, и я схожу с ума по тебе.
Слова любви или что-то в этом роде были действительно трогательными, поэтому Шэнь Сяою поддался и поцеловал его взасос, а затем спросил:
- Где Му Ханье и Хуан Дасянь?
- Мы договорились, что они остановятся в городской гостинице, - сказал Цинь Шаоюй. - Но я не хочу уделять ему слишком много внимания. В конце концов, он король страны, а не человек Цзянху.
- Однако, вы два сапога пара, - подчеркнул Шэнь Цяньлин.
- Одно дело сойтись характерами, другое дело – положение в обществе, - сказал Цинь Шаоюй. - Я действительно очень им восхищаюсь, но если я действительно хочу выпить и поговорить с ним без каких-либо обид, боюсь, мне придется подождать, пока вопрос печати Бикуань будет полностью решён.
- Возможно, не придется долго ждать, - сказал Шэнь Цяньлин. – Теперь, когда печать Бикуань находится во дворце Погони за Тенью, и если мы успешно найдем нефрит Сюаньхай на вилле Байцзян, тайна сокровища и жилы водяного дракона может быть раскрыта. Потом будут королевские разборки между Чу Юанем, Чжоу Цзюе и Му Ханье, в которые нам не нужно слишком сильно вмешиваться.
- Му Ханье, кажется, человек без амбиций, или он вообще не удосуживается участвовать в борьбе за трон, - сказал Цинь Шаоюй. - Но если в будущем действительно будет найдена жила водяного дракона, земли Му Ханье неизбежно расширятся. И тогда отношения между Чу и королевстом Цицзюэ станут более деликатными. В конце концов, даже если бы Му Ханье не собирался бунтовать, Чу Юаню было бы трудно не испытывать головную боль из-за такого могущественного противника, затаившегося на краю страны.
- Это дела будущего, - Шэнь Цяньлин похлопал его по лицу. - Всё должно решаться одно за другим, давай сначала найдём Сюаньхай.
Цинь Шаоюй кивнул:
- Верно.
- Но вилла не выглядит маленькой, - Шэнь Цяньлин вздохнул. – Если бы Сюаньхай был таким же большим, как каменный меч, который стоит у дверей виллы, то его было бы легко найти.
- То, что добыто с таким трудом, естественно, будет храниться с особой тщательностью. Если внимательно наблюдать, то обязательно увидишь подсказки, - сказал Цинь Шаоюй. - Не волнуйся слишком сильно.
- Но у нас мало времени, - напомнил Шэнь Цяньлин. – Вообще-то я сказал, что пришёл сюда за нефритовым мечом. После того, как я его получу, нам следует уйти. Мы не можем оставаться здесь вечно, как бы благоразумно себя не вели. Кроме того, Фэнъюнь Ле настолько проницателен, что трудно гарантировать, что он не догадается о нашей цели.
- Поэтому сейчас крайне важно найти предлог, чтобы прожить здесь долгое время, - Цинь Шаоюй дёрнул его за нос.
- Что за предлог? - заинтересовался Шэнь Цяньлин.
- Поцелуй... – прежде, чем он договорил, Шэнь Цяньлин поднял голову и поцеловал его.
Так романтично.
В глазах Цинь Шаоюя была теплота, и он обнял его за талию, медленно углубляя поцелуй, его губы и язык были горячими, и даже воздух стал сладким.
- Гм! - Е Цзинь стоял в дверях и кашлял, чувствуя облегчение.
Шэнь Цяньфэн стоял рядом с ним с беспомощным выражением лица.
Но двое в комнате вовсе не отскочили друг от друга, как от огня, а продолжали целовать друг друга, прежде чем неохотно расстаться — у Шэнь Цяньлиня немного закружилась голова, поэтому он не сразу нашёл свою невестку, а Цинь Шаоюю было совершенно всё равно – смотрите сколько хотите.
Итак, господин Е Гу снова стал высокомерным, потому что, по сравнению с этим он чувствовал, что его поведение в тот день было немного глупым.
- За двадцать лет впервые вижу такой взгляд, - Цинь Шаоюй поцокал языком.
...
Шэнь Цяньлин с опозданием обнаружил своего брата и невестку. Он сразу же смутился, но это была просто неловкость. Он был не так возмущен, как его невестка, не говоря уже о том, чтобы отчаянно избивать своего мужчину.
Мастер Е Гу гордо фыркнул:
- Мы здесь, чтобы посетить этот дом.
- Я обсуждал с Лином, какой предлог найти, чтобы подольше остаться на вилле Байцзян, - сказал Цинь Шаоюй.
Шэнь Цяньфэн кивнул:
- Я тоже об этом думал.
- Может, я притворюсь больным? - Шэнь Цяньлин вызвался добровольцем.
- Если бы не Е Цзинь, это было бы вполне удачно, - сказал Цинь Шаоюй. - Но теперь рядом с ним чудо-лекарь, и притворяться больным нет смысла.
Е Цзинь сердито сказал:
- Не выставляй Лао-цзы обузой! И если ты ещё можешь сам, больше не проси меня об этих бесстыдных лекарствах.
Шэнь Цяньлин смутился:
- Он же тебя похвалил.
Так раздражает, что его невестка не понимает комплименты.
- Тогда что ты собираешься делать? - спросил Шэнь Цяньфэн.
- Почему бы не привлечь Му Ханье? – сказал Цинь Шаоюй. – Он идёт за нами, так что может оказать нам услугу.
- Му Ханье? - Шэнь Цяньлин был удивлён. - Он даже не может показаться на людях. Как он может нам помочь?
- Именно потому, что он не может показаться на людях, он и может помочь, - Цинь Шаоюй коротко изложил свой план: - А ты как думаешь?
Шэнь Цяньлин рассмеялся:
- Хорошая идея.
- Старший Призрачная Десница всегда был очень добродетельным и уважаемым, как у него мог оказаться такой беспутный ученик? - тихо произнес Е Цзинь. - Рано или поздно тебя выгонят из школы.
- Тогда всё улажено, - сказал Шэнь Цяньфэн. - Сегодня вечером я пошлю на поиски короля Цицзюэ.
- По крайней мере, сначала тебе нужно придумать историю, верно? - сказал Шэнь Цяньлин. Даже если у вас есть общий план, вам нужны детали!
- Хорошо, - Цинь Шаоюй потёр затылок. - Подумай об этом.
Шэнь Цяньлин указал в окно и с чувством сказал:
- Они придумают.
Глаза тёмных стражей засверкали.
Точно!
Госпожа действительно очень хорошо нас знает.