Глава 191. Tелефон

Танг Чжен был родным младшим братом Танг Фана. Он был всего на пять лет моложе его. В юности они считались, пожалуй, самыми недюжинными талантами и самыми незаурядными личностями школы Тьеньсинь. Во время правления великого мистика и главы секты Ю они привлекли его внимание и он лично обучал их.

В то время многие люди гадали, кто из них станет преемником великого мистика Ю, ибо оба брата были лучшими в последних трех поколениях правителей Тьеньсинь. Целыми днями народ судачил, кто окажется лучше: Танг Фан или Танг Чжен. Некоторые даже считали, что это станет причиной неизбежного разлада между ними и брат восстанет против брата.

Однако все это вылилось в совершенно никем не ожиданный финал. Не выбрав преемника, Ю умер.

Глава секты был мистиком на пике семизвездного Духовного уровня силы (8.7+). Ему оставалось лишь преодолеть этот барьер и выйти на Царский уровень могущества (9-й). Однако однажды он отбыл из секты по делам и все представители их секты, он и его свита, как старейшины, так и ученики, погибли в стычке с демонами.

Гибель мастера семизвездного Звездного уровня в одном лице с главой секты больно ударила по Тьеньсинь. К счастью, Тьеньсинь всегда отличалась своими мощными потайными ресурсами и могла и без него защитить себя от слетевшихся стервятников. В критический момент из-за занавеса вышел могущественный старейшина, охранявший секту, пока глава был в отлучке. Он в одиночку раскидал всех шакалов, прибывавших к воротам секты, чтобы разодрать ее на куски.

Но, как говорится «Король умер. Да здравствует король». Страна не может ни дня обходиться без правителя. Огромная секта Тьеньсинь также не могла ни дня обойтись без главы. Тот сильный старейшина обязался лично назначить кого-то на пост главы школы. Главными претендентами на пост главы были два славных сына секты и ее почившего главы, Танг Фан и Танг Чжен. Благодаря их превосходным данным, трудолюбию и нраву, какие встречались раз в сто лет, они стали лучшими кандидатами на пост гранд мастера секты. Однако всегда, когда появлялись два претендента, им приходилось соперничать в открытом поединке.

Ко всеобщему удивлению за день до поединка, Танг Чжен решил отозвать свою кандидатуру, уступив должность гранд мастера своему старшему брату Танг Фану и добровольно отправился охранять тюрьму смертников секты Тьеньсинь. Никто не знал, почему он решил уйти, и единственное, что они знали, это что с тех пор Танг Фан продержался на посту Великого Мистика секты в течение нескольких сотен лет...

Эта старая история не являлась особым секретом, ибо все современники и предшественники Танг Фана, жившие, как и он, тысячу лет тому назад, знали о ней. Янгу И достаточно было немного поспрашивать, чтобы в общих чертах знать, что тогда случилось.

Младший брат, пожертвовавший собой ради будущего своего старшего брата. На всем континенте Лонсянь, если и был человек, способный безоговорочно доверять Танг Фану, то им был именно его родной младший брат Танг Чжен.

Услышав эту странную историю от Янга И, Ю Сяо Мо почувствовал, что что-то тут было не так. Танг Чжен уступил место главы школы Танг Фану, что демонстрировало только то, что отношения между двумя братьями были очень хорошими. Но даже если и так, Танг Чжену незачем было отправляться лично охранять камеры смертников, оставаясь на этом бессменном посту тысячу лет.

У любого, кто безвылазно проведет в блоке смертников слишком много времени, крыша поедет и начнутся серьёзные изменения в психике в сторону патологии. Кроме того, это задержит развитие силы мистика и его прогресс в культивации и совершенствовании. Атмосфера в том месте царила чрезвычайно тяжелая, угнетающая и асоциальная; это была среда предателей, шпионов и злодеев, полная соблазнов самому вступить на путь Тьмы. Если мистик не отличался сильной и светлой душой, то одержимости дьяволом и утраты контакта с реальностью ему было не избежать.

Так что если они были друг другу родными братьями, то почему Танг Фан не отозвал брата, как только закрепился на месте главы секты? Но он не только не отозвал брата, он безразлично относился к этому вопросу в течение нескольких сотен лет. Неужели в блоке смертников было что-то особенное, о чем никто не догадывался?

Ю Сяо Мо хотелось посетить Лес Всех Зол, но его караулили с особой строгостью. Он не рисковал туда сунуться. Ему пришлось бы бежать ещё до того, как он войдет в лес.

Он посоветовался с Ше Цю, но тот лишь презрительно закатил на него глаза и сказал, что этим он только помешает планам Линь Сяо и что лучше бы он попридержал свои силы для чего-то более стоящего.

Наконец-то он попробовал заботиться о Линь Сяо, но как только он это сделал, его тут же назвали помехой. Кое-кто совсем от рук отбился.

Три дня спустя у Ю Сяо Мо неожиданно появился Фань Чень Ле, с которым они уже несколько дней, как не виделись. На этот раз он пришел не для того, чтобы поболтать. Больше двух месяцев тому назад он пообещал Ю Сяо Мо, что принесет ему семян зачарованных трав высоких уровней. Не так давно травы на небольшой делянке высокоуровневых посадок сбросили несколько семян и у Фань Чень Ле наконец-то появился предлог зайти с ними на семенной склад секты. Набрав там семян, Фань Чень Ле тут же прибежал к нему, чтобы подарить семена. Недолго погостив, он поспешно вернулся на пик Юн Шуй.

Ю Сяо Мо вручил семена Ше Цю и его команде, попросив сначала замочить их на несколько часов в живой воде, а затем подготовить почву в аптекарском огороде и посадить все эти семена. Зачарованные травы высоких уровней созревали медленнее всего и им нужно было посеять их заранее, а затем ждать, когда и они осыплются уже высококачественными семенами.

После полудня Ю Сяо Мо вышел из пространства и тут же столкнулся с Жао Да Жу, который срочно искал его. Увидев его, Жао Да Жу тут же выпалил:

— Седьмой брат, мне очень жаль, — чем сбил Ю Сяо Мо с толку. Он ничего не понял. Тот говорил загадками: его фраза была что рыба без головы и без хвоста.

Жао Да Жу перевел дух и объяснил:

— В прошлый раз ты сказал мне никому не рассказывать про моего МэнМэна*, а мой папа его нечаянно обнаружил. Мне пришлось ему рассказать. — МэнМэн был божественным шестикрылым тиргом Жао Да Жу.

*Жао Да Жу назвал своего тигренка МэнМэн, что означает «ласковый малыш» или «невероятный очаровашка». Мэн — милый, милашка. Удвоение имени – МэнМэн или МоМо — ласково-уменьшительная форма обращения, вроде Ванечки или Ванюши вместо Ивана.

Ах вот он о чем! Прежде Ю Сяо Мо недоумевал, что он хотел ему сказать. Он заранее ожидал, что Жао Да Жу не сможет утаить своего зверя от дяди Жао, так что новость Жао Да Жу соответствовала его ожиданиям.

Жао Да Жу увидел его ничем не примечательную реакцию и не мог не удивиться:

— Ты знал?

Ю Сяо Мо похлопал его по плечу и снисходительно сказал:

— Пятый брат, если честно, то я думаю, что с твоим нехитрым умом тебе никогда не удастся обмануть отца.

Жао Да Жу поджал губы:

— И мне следует сказать спасибо за твое понимание?

Слова Ю Сяо Мо звучали так, словно он хвалил его папу, но за счет того, что это ему ума не хватало.

Ю Сяо Мо рассмеялся:

— Не стоит.

Жао Да Жу закатил на него глаза. Ты себе льстишь, брат. Но беспокойство в его душе все-таки прошло. Раньше он беспокоился, что Ю Сяо Мо на него рассердится.

По правде говоря, Ю Сяо Мо совсем не рассердился. Наоборот, он считал, что лучше было бы посвятить дядю Жао в эту тайну. Дядя Жао был намного умнее своего сына и хорошо понимал, что сокровища лучше было держать хорошо укрытыми от чужих глаз. Как человек опытный и сообразительный, он поможет Жао Да Жу и вероятность обнаружения МэнМэна станет еще меньше.

Жао Да Жу сказал:

— А! Вот еще что. Ты слышал о делах с сектой Синь Луо?

Ю Сяо Мо ответил:

— Слышал, а что?

Жао Да Жу сказал:

— Мой отец сказал, что глава секты завтра отправится в ущелье Юнь на сборы с другими сектами, а затем они пойдут войной на дом Синь Луо. По самым скромным оценкам эта война продлится как минимум несколько дней.

Ю Сяо Мо кивнул:

— Я знаю.

Жао Да Жу недовольно закатил глаза:

— Я знаю, что ты знаешь. Я не это тебе хотел сказать. Не перебивай, дай мне досказать.

Ю Сяо Мо смущенно потер нос. В последнее время на него слишком часто закатывали глаза.

Жао Да Жу заговорщически прошептал:

— Есть вещи, о которых ты не знаешь и знать не можешь. На самом деле, в Тьеньсинь далеко не все слушаются главы школы. Папа говорит, что внутри Тьеньсинь есть фракция сильных старейшин, которых глава не смог подобрать под ноготь, и потому он всеми силами хочет как можно скорее избавиться от них. Но они слишком сильны и слишком влиятельны. Ему пришлось бы разделываться с ним поодиночке, а не то даже главе секты их не одолеть.

Ю Сяо Мо задумался:

— Ты хочешь сказать, что в прошлом они были против того, чтобы Танг Фан сменил мистика Ю на его посту?

— Угадал! Папа сказал мне, что за главой уже в те годы числились кое-какие дела, из-за которых ему нельзя было становиться гранд мастером секты. Но что именно, никто прямо не говорит.

Ю Сяо Мо был не дурак. Услышав, как часто Жао Да Жу упоминал своего папу, он понял, что тот пытался ему сообщить.

Такого рода постыдные секреты секты были ее уязвимым местом. Даже супер сплетник брат Янг И не смог ничего о них разведать. Поскольку дядя Жао сообщал ему об этом через своего сына, он явно тем самым благодарил Ю Сяо Мо за маленького волшебного зверя высшего уровня, которого он подарил пятому брату.

Дядя Жао не мог помочь с делом Линь Сяо, но это могли сделать люди из оппозиции Танг Фана. Дядя Жао давал ему знать, что он мог искать поддержки этих союзников.

Проводив Жао Да Жу, Ю Сяо Мо оставался у себя в комнате остаток дня до ужина, а когда он вышел из своей комнаты, то по решительному и твердому выражению его лица было видно, что он принял какое-то бесповоротное решение.

На следующий день Танг Фан вместе с другими воинами и магами действительно покинул школу Тьеньсинь и отправился в ущелье горной реки Юнь. После его ухода за главу секты остался тот старейшина, что в прошлом помог ему унаследовать должность гранд мастера. Этот старейшина был уже очень стар и давно не появлялся на глазах у публики, поэтому никто не знал, насколько он сейчас был силен.

На следующий день после отъезда Танг Фана Ю Сяо Мо собрал всех членов своей команды Шариков на секретное совещание в пространстве...

— Ты хочешь, чтобы я прокрался в блок смертников в Лесу Всех Зол и нашел там нашего Босса? Один я? — глядя на него, Ше Цю нахмурился. Он не понимал, почему Ю Сяо Мо никак не отказывался от своей глупой затеи. Он же понятным языком объяснил ему не мешать боссу. Что там было непонятного?

Ю Сяо Мо кивнул в знак подтверждения:

— Я не прошу тебя провести меня к Линь Сяо, но я хочу, чтобы ты помог мне рассказать ему об этом деле. Думаю, что из него можно раздуть шумиху и воспользоваться ею для наших целей. Может быть нам даже удастся вызволить оттуда Чоу Пенга.

Ше Цю долго смотрел на него со сложным выражением лица, а затем перевел взгляд на Сяо Хея и остальных. Три пары глаз аккуратно уставились подальше в сторону. Черныш Сяо Хей и другие оборотни хором отвернули головы и синхронно отвели глаза от Ю Сяо Мо.

Реакция его волшебных зверей привела Ю Сяо Мо в замешательство. Ему самому его план казался безупречным. Он был в нем почти уверен. Но почему тогда его звери так странно себя повели? У него было такое ощущение, что они вели себя с ним так, будто в чем-то провинились.

Некоторое время спустя Ше Цю притворно прочистил горло и вынул из-за пазухи светящийся камень, который он вручил Ю Сяо Мо.

Ю Сяо Мо взял камень:

— Что это?

Белый камень выглядел словно хрусталь, наполненный внутри живой белой эмульсией; он был очень красивым.

Ше Цю моргнул:

— Это камень для передачи звуков на расстояние.

Ю Сяо Мо спросил:

— Что это значит?

Ше Цю попытался увильнуть:

— Ну... это... С его помощью могут разговаривать люди, находящиеся в двух разных местах. Главное, чтобы дистанция не превышала сотен миллионов ли. Он не передает на бесконечные дистанции.

Ю Сяо Мо понимающе кивнул. Похоже на сотовый телефон двадцать первого века на Земле, разве что расстояние было больше и не было ограничений на ловлю сигнала или конкретной геолокации. Конечно, он понял.

Затем он спросил очень мягким тоном:

— И с кем же вы обычно с его помощью разговариваете?

Ше Цю отвел глаза и отвернул голову, подражая остальным. Он не осмеливался смотреть Ю Сяо Мо в глаза.

Ю Сяо Мо:

— ...

Хрустальный телефон:

— Ха-ха-ха...