Глава 155. Равнина десяти тысяч волшебных питонов

Хотя территория Тьеньтан и называлась райским царством, она располагалась в одном из самых опасных мест континента, потому что Тьеньтан находилась на равнине десяти тысяч волшебных питонов Вань Ман. Люди говорили, что после Леса Конца Света МоРи, по своей смертоносности зловещая равнина занимала почетное второе место. На этой равнине располагалось древнейшее гнездовище разумных змеевидных питонов. Вся смертоносная равнина кишела тысячами и десятками тысяч злобных небесных питонов МоТянь. Наиболее сильные из них достигали девятого уровня могущества, равного силе мистиков Царского уровня (9го).

По этой причине всякий раз, когда открывался барьер над территорией Тьеньтан, Танг Фан лично вел свою группу, пролагая путь по равнине, как и полвека тому назад. В равной мере это касалось и проводников секты Цинь Чень и дома Синь Луо. Одно лишь появление мистиков Царского уровня или выше сдерживало злобного небесного питона девятого уровня, а в присутствии группы настолько сильных мистиков он вообще не осмеливался носа высунуть.

Ю Сяо Мо стоял на спине Крылатой птицы. Он смотрел вдаль на смертоносную равнину десяти тысяч питонов и его сердце трепетало. Рельеф гористых окраин равнины был подобен божественному удаву. Извиваясь с востока на запад, он обосновался на этом месте континента, отрезая доступ людей к равнине десяти тысяч питонов. Среди могучих горных массивов грандиозной гряды непрерывными толчками вздымалась, выстреливала и кипела ядовитая дымка, подобная клубящемуся серому пеплу из жерла вулкана, заполняющему небо перед его извержением.

За горной грядой располагались владения злобных питонов-оборотней — единственного разумного обитателя этих мест. Ни один другой волшебный зверь не отваживался ступить на их территорию, в страхе быть отравленным серым дымом. Чтобы умертвить гостей равнины, питонам не нужно было даже высовываться из их гнезд.

Как ни странно, но поднимавщийся над горной грядой пепельный дым никогда не покидал границ равнины десяти тысяч питонов. Пока мистики оставались на границе, ни шагу не ступая на территорию равнины, они не отравлялись этим газом. Вот почему по прибытии Ю Сяо Мо и Линь Сяо увидели большую группу людей, собравшихся на краю зловещей равнины Вань Ман. Среди толпы людей было несколько человек, которых Ю Сяо Мо хорошо знал. Это были люди, пришедшие первыми: Танг Фан со своей группой.

Только сейчас посмотрев на них, Ю Сяо Мо понял, что изначальное количество мест, которые имела Тьеньсинь, было порядка сорока-пятидесяти человек. Если отбросить десять с небольшим квот для подразделения магов, то подразделение боевых искусств получило более тридцати мест. Скопище людей, стоявших там, очень бросалось в глаза, в особенности Танг Фан. Он являлся мистиком Царского уровня, на которого смотрели во все глаза. В момент своего появления он сразу же вызывал всеобщее внимание. Достаточно многие люди один за другим подходили к нему, чтобы поприветствовать и по-приятельски перекинуться парой слов.

Кроме Тьеньсинь там же стояли представители двух других крупнейших фракций мистиков: секты Цинь Чень и дома Синь Луо.

Среди циньченьцев Ю Сяо Мо распознал только одного знакомца. Он стоял в легко развевавшемся на ветру великолепном мягком синем платье. По его ткани серебристо-белой шелковой нитью были вышиты светлые фрагменты, искристый блеск которых создавал красивые светотени, что ещё больше подчеркивало его мужскую красоту, подобную кристально чистому прохладному роднику. Добавим изящные черты лица и он, который просто стоял, превращался в главный элемент прекрасного пейзажа, привлекая взгляды многих женщин, которые поневоле задерживались на его теле, тогда как по их щекам невольно распускались в цветы две точки румянца.

Этим человеком был не кто иной, как Луо Шу Хе от секты Цинь Чень, героический гений последних новостей с передовой. Несмотря на то, что Луо Шу Хе был знаменитостью, ему ни в чем не уступал стоявший рядом с ним мужчина средних лет. Ю Сяо Мо догадывался, что мужчиной средних лет был Луо Чень Юань, тот, что запустил лапу и прикарманил себе рецепт волшебной пилюли девятого уровня секты Тьеньсинь. Гранд мастер секты Цинь Чень. При всей его импозантной внешности, он обладал жалкой душонкой и являлся вероломным и лживым человеком.

Количество учеников и старейшин секты Цинь Чень во главе с Луо Чень Юанем было почти таким же, что и у Теньсинь. Их боевой состав нельзя было недооценивать.

По сравнению с этими двумя фракциями группа от третьей такой же могущественной фракции — дома Синь Луо — выглядела явно незначительно. Они традиционно тушевались и скрывали свои силы. Небольшое число учеников, не завёрнутых в серые плащи, все имели серовато бледные лица, скорей всего из-за методик боевых искусств, на которые они полагались в своих интенсивных тренировках. Все остальные представители дома Синь Луо были с головы до пят завернуты в мышиного цвета накидки с глубокими капюшонами, будто бы играя в таинственных серых кардиналов.

Несмотря на то, что и в прошлый раз было так же, их главный лидер – глава дома Синь Луо, Шень Ту Дао — отсутствовал и в этот раз. Говорили, что он пребывал в затворничестве и в настоящий момент был не в состоянии покинуть его. Его подменяли двое старейшин дома Синь Луо, один из которых был хорошо знаком Ю Сяо Мо. Им был краснорожий Дин Ши с аукциона во дворце десяти тысяч сокровищ, мистик семизвездного Небесного уровня силы (7.7-го). Естественно, что его сила погоды на равнине питонов не делала, поэтому дом Синь Луо направил ещё и другого старейшину, Сян Пен Тяня, сила которого достигала шести звезд Духовного уровня (8.6-го).

Пускай он и не был мистиком Царского уровня (9го), до которого он не дотягивал на одну звезду с хвостиком, его шестизвездный Духовный уже был достаточен для того, чтобы считаться одним из владык мира сего. Поэтому никто не осмеливался смотреть на дом Синь Луо свысока, особенно представители групп мистиков от дома Сяо Яо, башни Дзи Ле и клана Сюэ Ша. Ю Сяо Мо удивился их присутствию. Впрочем, будучи силами второго сорта, им не досталось большого количества мест.

Кроме них имелись ещё и независимые мистики. Эти вольные люди не являлись частью какой-то организованной группы или армии. Хотя у них была свобода поступать как им вздумается, на пути культивации своей силы они могли полагаться лишь на самих себя. Им приходилось самим обеспечивать себя такими вещами, как методики культивации, методики боя и рецепты пилюль, сами пилюли, позволявшие им форсированно переходить с уровня на уровень и закрепляться на них, зачарованные травы и так далее. В их среде убийства и грабежи были обычным делом, а если кому-то из них не посчастливилось обидеть какую-нибудь из крупных организованных групп, то песенка такого вольного мистика была спета.

И тем не менее независимых мистиков нельзя было списывать со счета. Число мистиков на континенте исчислялось миллионами и не все они до единого являлись членами каких-то фракций. Во-первых, секты не всех к себе принимали. Во-вторых, требования к новоиспеченным ученикам сект были очень высокими, принимали только самых одаренных от рождения. Тем не менее существовали и гении от бога, которые не желали присоединяться к крупным сектам.

По этой причине Тьеньсинь и две другие основные силы, служившие проводниками в Рай через равнину смерти, дабы не вызвать мятежа и недовольства вольных мистиков, выделяли им по десять мест всякий раз, когда барьер в Рай открывался. Кому принадлежали эти места решали уже они сами.

Линь Сяо похлопал остолбенелого Ю Сяо Мо по плечу, дав знак, что Крылатая птица собиралась идти на посадку. Ю Сяо Мо сразу же крепко ухватился за руку Линь Сяо. Он не хотел трагически упасть у всех на глазах, когда Крылатая птица спускалась с высоты на землю. Ибо тогда Ю Сяо Мо ударит в грязь лицом не только перед соучениками своей школы, но и перед всеми мистиками.

По сигналу Лин Сяо Крылатая птица легонько защебетала и издала радостный и пронзительный крик. Её резкий щебет сразу же привлек внимание всех снизу. Не успела толпа людей задрать головы, как Крылатая птица уже пикировала вниз. Поднялся сильный порыв ветра и несколько человек не смогли не закрыть глаза. Когда они их открыли, Крылатая птица высотой в четыре-пять метров находилась перед ними и на ее спине стояли два человека. Присмотревшись, они увидели среди них величественный талант, такой же знаменитый, как и Луо Шу Хе. Лин Сяо.

В отличие от кристально чистого и романтичного образа Луо Шу Хе, Линь Сяо был одет в расшитые золотой шелковой нитью белоснежные мягкие одеяния, развевавшиеся на ветру. Длинные волосы чернильно-черного цвета элегантно трепетали, словно он был не от мира сего. Уголки его рта, как и раньше, держались в легкой теплой улыбке, придавая его образу благородство и утонченность. С его точеными красивыми чертами лица и аурой надежного заступника он заставлял людей чувствовать себя в безопасности.

Возможно потому, что его явление народу было полно драмы и динамики, взгляды людей были полны предвкушения. На глазах у всех он занес ногу в серебристо-белом парчовом сапоге, сделал шаг вперед, одновременно подхватывая на руки стоявшего рядом с ним Ю Сяо Мо, и спрыгнул вниз. Его движения были выполнены на одном дыхании. Только когда они устойчиво опустились на землю, внимание множества людей привлек человек в объятиях Линь Сяо, поразивший каждого из них в самое сердце.

Какого человека стал бы носить на руках самый выдающийся талант Тьеньсинь, Лин Сяо? Оказаться в его объятьях? Столь особой чести нелегко было удостоиться. Следует сказать, что женщин, желавших попасть в объятья Лин Сяо, было столько, что хватило бы окружить ими равнину смерти Вань Ман несколько раз.

Когда они всерьез присмотрелись, то обнаружили, что человеком, которого он держал, оказался юный мальчик. Лицо Ю Сяо Мо залилось багряной краской стыда. Когда они приземлились, он нервно соскочил с рук «Лин Сяо», сильно оттолкнувшись от его груди, и второпях потерял равновесие, растянув лодыжку. К счастью «Лин Сяо» вовремя подхватил его.

В его глазах плескался океан безмерной любви. Ласково улыбаясь, он спросил:

— Младший брат, ты в порядке?

Ю Сяо Мо бросил на него сердитый взгляд. Этот тип был сплошной неприятностью, но... под пристальным вниманием многочисленных пар глаз он не осмелился сделать что-то выходящее за рамки приличия, поэтому он мог только ответить шепотом:

— Я в порядке.

Вокруг стояла полная тишина...

Пока толпа людей строила догадки об их отношениях, там, где находилась школа Тьеньсинь, было невообразимо тихо.

Ранее, когда Крылатая птица появилась на небосклоне, люди из Тьеньсинь заметили, что это была одна из их птиц. Они мгновенно предположили, что она несла на себе Лин Сяо с Чоу Пенгом. Танг Юн Ци и еще несколько её человек обрадовались и собрались подойти, как у них на глазах Чоу Пенг, который изначально должен был сопровождать Лин Сяо, превратился в нелюбимого ими Ю Сяо Мо. Танг Юн Ци и ее свита были настолько ошеломлены, что потеряли дар речи.

Танг Фан также обнаружил подставу. Его непроницаемое лицо потемнело. Впервые в жизни он публично показал недовольное выражение лица, но ему оно было простительно. Никто не обрадуется, узнав, что его собственный ученик обвел его вокруг пальца. Как могло случиться, что такой хитроумный старый лис как он не смог догадаться, зачем этот ученик хотел, чтобы они ушли первыми? Оказывается, он вынашивал этот план.

По правде говоря, Танг Фан все больше и больше разочаровывался в том, как вел себя его лучший ученик, его названный сын.

Раньше он только предполагал, что тот сиюминутно пристрастился к чему-то новому, для чего и сблизился с молодым магом. Однако по мере того, как «Лин Сяо» совершал ради Ю Сяо Мо все больше и больше выходящих за пределы нормы поступков, тогда Тан Фань заметил, что что-то было не так.

Было бы это лишь ради жадного интереса к новизне, то разве стал бы он снова и снова идти против интересов Танг Фана, да еще и положив начало вражде с другими старейшинами ради мага? К тому же, с тех пор, как в характере «Лин Сяо» произошли значительные изменения, все его действия и поступки все становились все более высокомерными. Если бы Танг Фан не был уверен, что этот ученик без всякого сомнения действительно был Лин Сяо, он бы заподозрил, что его в качестве шпиона подослали демоны.

Но теперь его действия все больше и больше переходили всякие границы. Ради этого мага-замухрышки он дошел до того, что посмел обмануть учителя. Это сумасшествие уже наносило серьёзный удар по границам допустимого. В глазах Танг Фана завихрились песчинки черной бури, но они тут же были подавлены. Сейчас было не время для выяснения отношений. К тому же публичный выговор лишь выставил бы Тьеньсинь на смех всем этим людям. Кроме того, «Лин Сяо» все-таки являлся редчайшим из редких военных гениев. Если бы секта потеряла его, то потеря оказалась бы беспрецедентной.

Танг Юн Ци подошла к отцу, обняла его руку и обиженно сказала:

— Папа, Сяо-ге опять привел с собой эту маленькую ≈лядь. На этот раз Вы должны как следует поговорить с Сяо-ге.

Низким голосом он сказал ей:

—Ци-эр, ты моя, Танг Фана, дочь. Тебе не следует по поводу и без повода обзывать кого-то ≈лядью. Если люди услышат, они посчитают, что я, Танг Фан, вульгарный человек, который не знает как наставлять собственную дочь.

Танг Юн Ци, казалось, испугалась его недовольного тона. Опустив голову, она нерешительно сказала:

— Да, Ваша дочь поняла.

Когда она произнесла это, по ее лицу скользнула тень  несогласия и недовольства. Она посмотрела на Ю Сяо Мо полным ненависти взглядом.

Линь Сяо также подошел со стороны, взяв с собой Ю Сяо Мо. Линь Сяо по-прежнему улыбался, несмотря на то, что он заметил недовольство на старом лице Танг Фана. Он держался по прежнему непринужденно, когда он приблизился и поздоровался:

— Учитель, я прибыл.

От этих слов лицо Танг Фана опять помрачнело:

— Ты не собираешься предоставить своему учителю никаких объяснений?

Линь Сяо застыл, якобы только что понял, что тот имел в виду. Он театрально хлопнул себя по лбу и со смехом сказал:

— Приношу учителю мои извинения. Я так обрадовался всех вас снова увидеть, что почти забыл.— С этими словами он выставил Ю Сяо Мо перед собой.

Ю Сяо Мо, испытывая жуткую неловкость, мельком посмотрел на Танг Фана. Выражение лица главы секты вызвало у него чуть ли не инфаркт. Он с силой подавил свое желание нырнуть под мышку к Линь Сяо или спрятаться у того за спиной и уважительным тоном заявил:

— Приветствую гранд мастера!

— Учитель, это младший брат Ю, которого Вы раньше видели на горе Ушуань. Раньше я собирался взять с собой младшего брата Чоу, но буквально перед отлетом у младшего брата Чоу возникли проблемы и он не смог покинуть секту. В тот момент Ваши ученики нечаянно встретили младшего брата Ю. Чтобы не задерживать нашу группу, младший брат Чоу согласился передать свое место младшему брату Ю. Вашему ученику ничего не оставалось, как привести его с собой, чтобы наш отряд был в полном комплекте. — Линь Сяо легонько улыбался, а тон его голоса приуменьшал важность происшедшего, он был достаточно бесцветным и спокойным и звучал гладко, не быстро и не медленно, словно в этом не было ничего такого. Словно он говорил о небольшом, но и не маленьком деле

При виде его довольного лица зрачки Танг Фана на мгновение снова остро сузились, но эмоциональный самоконтроль главы секты был воистину легендарным. Если он сам того не хотел, то другие ни за что не узнали бы о чем он думал и что чувствовал. Спустя некоторое время на серьезном лице Танг Фана появилась едва заметная улыбка:

— Раз уж твой младший брат Чоу согласился, твой учитель тоже ничего не имеет против. Но так как ты привел человека сюда, ты обязан о нем позаботиться. Ладно, его учитель тоже здесь. Отведи его туда.

— Да, учитель! — улыбнулся Линь Сяо, сложив руки в традиционном приветствии.

Провожая взглядом Линь Сяо, направившегося с магом к Конг Вэну, Танг Фан слегка прищурился. В его черных глазах зарождались и росли непонятные ему самому эмоции, но они были готовы прорвать кокон его самоконтроля и выйти наружу.

Увидев, что ее отец неожиданно легко отпустил Ю Сяо Мо, Танг Юн Ци не смирилась со своим очередным поражением.

 Она резко сжала кулаки, совершенно не замечая, как ее ногти глубоко вошли в мясистую мякоть ее ладоней.