Глава 36

В голове Реймонда до сих пор не укладывалось, что он возвращается в столицу с первыми большими успехами. Ведь мыслями маг до сих пор блуждал в чужих воспоминаниях, осмысляя прошедшие события. Даже Гален, заметив столь несобранное состояние Реймонда, решил не вовлекать его в разговор с его высочеством и сам вкратце доложил обстановку, после чего вся процессия двинулась в путь.

Заброшенная деревня находилась не так далеко от границы с Мастрелией, как казалось раннее, но дорога до нее была осложнена высокими скалами и частыми пустынными ветрами, что весьма мешало ориентироваться на местности. Только люди, постоянно путешествующие в таких районах, могут понимать, куда стоит двигаться. Но на вопрос, сможет ли Юнес временно стать гидом, он лишь улыбчиво показал средний палец со словами «Вы же сюда, черти, как-то добрались, значит и обратно проблем не будет».

Это и впрямь не было бы большой проблемой, если бы не было ограничений по времени. Из-за чего Реймонду самому пришлось подойти к Юнесу и осторожно попросить стать их маяком в этих недоброжелательных местах.

Закованный в грузные кандалы Юн понуро ухмыльнулся и покачал головой.

– Как же жестоко с твоей стороны быть просителем, зная, что я не смогу отказать... Ладно. Я буду твоим навигатором.

В итоге обратная дорога в империю, что в худшем случае заняла бы дольше недели, заняла лишь три дня, а в Шармоль процессия прибыла через пять. Еще никогда Реймонд не въезжал в столицу с настолько тяжелым сердцем. Казалось, он вернулся не с выполненным поручением, а полным провалом, по которому теперь под суд пойдет именно он, а не Юн.

Едва их с Галеном повозка, ехавшая в самом начале, остановилась у административного дворца кронпринца, как Реймонд тут же выскочил наружу, совсем позабыв о неважном из-за укачивания самочувствии. Он хотел как можно скорее встретиться с его высочеством для разговора, пока не стало поздно, однако мага резко остановили, схватив за руку.

– Стой, куда ты спешишь в таком беспокойном состоянии? – Лютвиц взволнованно взглянул на Реймонда. – На тебе лица нет!

– Мне нужно поговорить с его высочеством.

– Может, обсудишь это сперва со мной? Чтобы не рубить с плеча в первые минуты возвращения.

– Я... – растерянно потупил взгляд Рей.

Заметив необходимое сомнение, Гален отдал срочные указания и направился вместе с магом во дворец для более уединенного разговора. Юнес, которого уже уводили в противоположную сторону, взглянул на Реймонда с последней жаждой умирающего. Он и не надеялся обменяться с ним в последний раз парой словечек, и даже выкрикнуть нечто смущающее южанину мешал дурацкий кляп, столь неудобно закрывающий рот.

Юнес и впрямь хотел, чтобы тот посмотрел на него. Пока он все еще похож на человека. Но вместо мага на него мельком скользнул презрительный взгляд Галена, в чьих глазах читалась неприкрываемая злоба и отторжение.

– Рей, после всего, через что ты прошел, как у тебя язык поворачивается просить о снисхождении к Юнесу?

Гален ошеломленно смотрел на Реймонда не зная, то ли разозлиться и устроить ему длиннющую лекцию о морали и законе, то ли смириться с его наивной глупостью и запереть в безопасном месте, пока тот не натворил делов. Впервые капитан особого назначения сталкивается с настолько противоречивой ситуацией. Запираясь в одном из гостевых кабинетов дворца, мужчина рассчитывал на небольшую передышку для мага, но он и подумать не мог, что это обернулось большей удачей. Услышь кто подобные слова, из этого обязательно бы раздули скандал.

– Я прошу не о снисхождении, а о справедливом наказании. – Рей воззрился на Галена усталым, но твердым взглядом.

– Ты настолько не уверен в компетенции людей, что будут судить его? Не доверяешь моей объективности в выносе решений?

– Дело не конкретно в тебе... Вся система ответственности в империи устарела, а в последнем столетии конкретно потеряла всякую объективность, и не только по отношению к Алтерану. Если бы все механизмы работали, как надо, его высочество не начал бы тормошить их в попытке наладить весь процесс. Быть может, ты и впрямь подойдешь к делу Юнеса беспристрастно, но где гарантии, что так поступят остальные? Я не могу изменить то, что формировалось веками, однако если я смогу повлиять на судьбу одного человека... Чуть повернуть рычаг, не дав ему замкнуться окончательно... Я бы поверил, что все мои действия подле кронпринца не бессмысленны.

Гален смотрел на Реймонда не зная, что сказать. Несмотря на здравое зерно в словах мага, он все еще не разделял подобную точку зрения. Не хотел принимать ее, посвятив свою жизнь конкретным целям и принципам.

– Даже если спросить тебя сейчас, какова вероятность смертной казни Юнеса, ответ будет очевиден.

– ...

Все повторяется вновь. Бессмысленная смерть оступившегося человека, которому не дали и возможности искупить вину, какой бы тяжелой она не была. Юнес станет следующим, несмотря на исходные причины своей ненависти.

Смерть в качестве наказания за преступление – единственное, чего Реймонд никогда не мог принять в своей жизни. Любые пытки, вечное изгнание или пожизненное содержание в подвале имело для мага больший смысл нежели моментное лишение человеческой души.

Тяжело выдохнув, Гален поднял взгляд к потолку.

– Знаешь, – Гален поморщился, словно не желая этого говорить. – ситуация усугубится до критической только в том случае, если его высочество объявит о принадлежности Юнеса к королевской семье Алтерана. Официальных объявлений об этом ведь не было.

– Значит, у меня все таки есть шанс. – на лице мага просияла искра надежды.

– На самом деле, я против того, чтобы заикаться перед его высочеством о подобном. – Гален чуть опустил лицо, из-за чего его взгляд стал суровее. – После этой миссии ты словно одурманился, отчего не видишь полную картину. Юнес – не оплошавший единожды мальчишка. Он взрослый человек, что прекрасно осознавал свои действия. Ответственный за разжигание раздора на границе Алтерана он убил из моего отряда троих человек, пока мы расследовали его преступления. А сколько еще мирных жителей пострадало от его рук, кроме тех, кто заявил об этом? Реймонд, хватит прикрывать его. Ты не смоешь кровь с его рук, как бы ни старался. Он обязан понести ответственность за каждое свое действие.

– Я не пытаюсь обелить его, но Юнес признал свою вину! К тому же те причины, из-за которых он делал все это, были исчерпаны, а значит он больше не вернется к прошлому.

– Весьма громкие ничем не подкрепленные слова. – съязвил от нарастающего раздражения Гален.

– Его сотрудничество с нами совсем для тебя не показатель? Он буквально добровольно сдался!

В воздухе повисла тяжелая тишина. Реймонд выжидающего смотрел на хмурого Лютвица, на лице которого явно отражалась борьба с собственными принципами. Его можно было понять – Рей лишь недавно вступил на путь служения имперской семьи и не осознает многих вещей из–за своего мировоззрения, сильно отличающегося от взглядов знати.

Но Гален, уже не первый год борющийся с подобным злом, имел четкие границы между моралью и законом. К тому же Юнес был для него неким личным трофеем – точкой в их долгих «догонялках», наконец-то показавшей свое лицо. Сейчас даже допущение мысли о снисхождении для него казалось нечто невообразимым.

Еще страннее было осознавать, что сподвигает его на это Олишерский маг.

Послышался тихий вздох, Гален отвернулся от Реймонда в сторону выхода.

– Я не буду мешать твоему разговору с кронпринцем, но и помогать не буду. Помни, что твои слова могут повлиять, но в большей мере исход зависит от допроса Юнеса. Его судьба в его собственных руках.

***

Отреставрированный корпус, в котором на данный момент находился его высочество, кишил суетящимися людьми и разговорами, которые Реймонд не мог понять то ли от усталости, то ли от нехватки знаний. Гален шел чуть впереди, став навигатором в витееватых коридорах и поворотах, чему маг был очень благодарен.

Несмотря на то, что большая часть людей не обращала внимание на Реймонда, были и те, кто бросал на него косые взгляды, заинтересованно разглядывая бледнолицего гостя. Слухи о молодом маге, приблизившимся к кронпринцу, давно гуляют среди людей, поэтому это не было чем-то удивительным. Но каждый раз, когда Реймонд считал себя привыкшим к подобному, выясняется, что ему все также некомфортно. И даже присутствие знакомых лиц не может полностью спасти ситуацию.

Как только вернувшиеся добрались до переговорного кабинета, его дверь отворилась и в коридор хлынула толпа мужчин. На их угрюмых лицах читалась отчетливая усталость, и все же после того, как они покинули злополучное помещение, некоторые морщины мгновенно разгладились, а глаза радостно заблестели.

Брови Реймонда удивленно вскинулись, когда он заметил в этой толпе Эллиота. Такого же уставшего, но в добавок раздраженного, на что намекали ярко выраженные межбровные складки. Как только его взгляд пересекся с магом, что неловко кивнул ему в знак приветствия, Вильерс немного смягчился.

– Ах, и ты... вы тут. Надеюсь, вы с хорошими вестями, иначе нам потом и вовсе не жить.

Не став развивать разговор, мужчина растворился в толпе. Рей лишь нервно взглянул на Галена, но тот слегка подтолкнул мага вперед.

– Неужели весь запал растерял? Что ты мне так уверенно говорил наедине?

– Ыкх... – случайно прикусив язык и издав болезненный стон, Реймонд вошел в кабинет. Спустя мгновение Лютвиц также оказался внутри. Дверь защелкнулась изнутри.

Кронпринц стоял у открытого окна. Несмотря на душную и весьма напряженную атмосферу, что еще не успела раствориться после собрания, лицо мужчины выглядело совершенно расслабленным и несколько задумчивым. Слегка закатав рукава и расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, Алан наслаждался прохладными потоками свежего воздуха на своей коже. Как только вернувшиеся с миссии оказались в кабинете, кронпринц бросил на них взгляд и удовлетворенно хмыкнул.

– Рей, ты весьма вовремя – я только вспоминал о вас с лордом Лютвицем.

Когда Реймонд и Гален расположились за столом по жесту Алана, кронпринц продолжил:

– Сперва хочу поздравить вас. Вы очень порадовали меня – не только вернули меч, но и поймали давно мешавшую нам занозу. Особенно в этот раз Реймонд превзошел мои ожидания – Гален доложил о том, насколько сильно ты повлиял на события. Вам будет положена хорошая награда за ваши труды, и, надеюсь, увидеть вас на скором празднестве в добром расположении духа. Рей, если у тебя нет серьезных вопросов, можешь идти отдыхать.

– Ваше высочество. – негромко, но уверенно вставил Рей, намереваясь завести частично заготовленную речь. Гален скосил взгляд в сторону, словно не знал, что сейчас начнется. – Ваши слова действительно воодушевляют, и как ваш подчиненный я рад быть полезен вам. Но есть один момент, который не дает мне покоя.

Кронпринц, уже готовившийся к разговору с Лютвицем, несколько удивленно распахнул глаза и более сосредоточенно взглянул на мага. Он не ожидал, что у того и впрямь возникнут волнующие темы.

– Что случилось?

– Я хочу дать показания в пользу Юнеса.

На лице Алана появилась межбровная складка, а взгляд скользнул в сторону Лютвица, что все еще делал вид непричастности к ситуации.

– Дело в том, что в ходе выполнения миссии мне раскрылось множество деталей касаемых его жизни и причин, из-за которых он и пошел на преступления. Самая главная – тот самый меч. Он принадлежит непосредственно ему, так как был выкован матерью Юнеса. Однако теперь он признал, что перешел черту – Юнес признал вину и готов понести наказание. У него нет причин для повторения преступлений.

– ...

В комнате повисла напряженная тишина. Реймонд знал, что разговор по этому поводу не будет простым, но даже не подозревал что настроение кронпринца столь быстро изменится не в лучшую сторону.

Взгляд Алана мгновенно похолодел, легкая расслабленность растворилась в тяжести услышанных слов, а головная боль нарастала в висках с неимоверной скоростью.

– Чего конкретно ты хочешь добиться, высказывая столь провокационные слова по отношению к давно разыскиваемому преступнику?

– Прошу, не выносите ему смертную казнь. Это единственное, о чем я прошу.

– Я не могу обещать этого. – резко ответил кронпринц.

– Но ваши слова определенно могут повлиять на итоговое решение.

– Только от слов Юнеса зависит его судьба. Часть его преступлений уже доказана, однако если он откажется признавать их и рассказывать подробности, это лишь усугубит его положение. Уверен, Гален уже объяснял это.

На этих словах Лютвиц неслышно выдохнул.

«Объяснять то объяснял, а что толку»

– Рей. Надеюсь ты понимаешь, что этого человека нельзя обсуждать ни с кем, кроме присутствующих здесь. Ты сильно недооцениваешь его положение и политическую роль. Я бы не хотел, чтобы тебя приписали к нему в соучастники.

Только Реймонд открыл рот, как его остановили жестом руки. Лицо кронпринца показывало, что он более не хочет продолжать столь бессмысленную для него дискуссию.

– Лишь в качестве исключения я дам тебе возможность стать незримым наблюдателем за допросом Юнеса, чтобы ты осознал бессмысленность твоих слов. А теперь ступай.

Маг не отрывал взгляда от кронпринца еще несколько секунд, после чего молча кивнул и вышел из кабинета. Гален ожидал такого исхода разговора, но на душе все равно тяготело сожаление. Упертость качество хорошее, но Реймонд расстрачивает ее совершенно не в то русло.

– Хоть ваше задание и завершилось удачно, однако очевидно не было простым. Что же произошло с Реймондом, что по возвращению он стал столь добросердечен к человеку, что пытался убить его?

Лютвиц виновато покачал головой.

– Простите меня, ваше высочество, это моя вина. Какое-то время Реймонд и Юнес провели наедине, прежде, чем мы настигли их на границе с Алтераном. Мне кажется, этот оборванец промыл Рею мозги, иначе и представить нельзя, с какой стати все вышло именно так.

«Лучше опустить тот факт, что между ними был заключен магический контракт»

Кронпринц задумчиво хмыкнул и мельком взглянул на характеристику Юнеса, специально подготовленную к возвращению отряда из миссии. Несмотря на прямое родство, он не был претендентом на трон Алтерана, так как не прошел необходимых божественных испытаний. Хоть в королевской семье и творится хаос, они свято чтут собственные устои и традиции. Если бы Юнес имел статус «признанного сына Бешнуру», которым нарекают претендентов на трон, то казнь подобного человека могла бы привести к большим волнениям и усугублениям ситуации на юге.

Однако не имея подобного статуса, Юнес являлся всего лишь очередным ребенком от никому неизвестной наложницы. И смерть такого человека не принесет проблем, наоборот, станет укором и актом подавлением помыслов разрушать целостность империи. Главное правильно выставить поступки пятого принца перед лицом народа, остальное пойдет как по маслу.

– После публичной казни Юнеса у Реймонда не останется иного выбора – он смирится с положением дел. Уверен. Спустя некоторое время он осознает, что был неправ, и все вернется на круги своя.

– Значит, вы не планируете содействовать отмене казни? Разве подобное пошло бы вразрез с вашей политикой? – несмотря на согласие с кронпринцем, Гален был несколько взволнован из–за Реймонда, отчего не сдержал порыв задать столь бессмысленный вопрос.

– Достаточно того, что Юнес, как очень гордый и нераскаявшийся алтеранец, не будет свидетельствовать против самого себя. Его молчаливых проклятий в наш адрес хватит, чтобы с легкостью отправить на эшафот.

***

Реймонд не захотел дожидаться Галена, даже несмотря на его обещание. Настроение после разговора с кронпринцем было на нуле, хоть в его адрес и прозвучало достаточно похвалы. Но все это меркло на фоне того, как тот отреагировал на просьбу мага. Конечно, странно было бы ожидать полного понимания и согласия в столь серьезном вопросе, однако Рею хотелось хотя бы большего внимания к его словам, интереса.

Может, их прибытие просто не было удачным во времени, но на лице кронпринца отразилось лишь мимолетное негодование, словно ребенок в сотый раз требует от родителя дорогую игрушку ради собственной прихоти.

Неторопливо ступая по арочным коридорам, Рей устало потирал левое плечо. Когда он в последний раз спал в нормальной постели? Все тело ломило от накопленной усталости, а ослабление боли собственной магией больше не давало длительного эффекта.

«Вернусь в Башню обязательно наберу ванну...»

Стоило только на секунду прикрыть глаза, как внезапно в мага влетела девушка. С громким возгласом в воздух взлетела кипа документов, разлетевшись во все стороны шуршащим дождем, а Рей вместе с незнакомкой оказались на каменном полу, охая от болезненного столкновения.

– П-простите пожалуйста, вы в порядке?!

Как только девушка подняла свой взгляд на Реймонда, на ее лице вина сменилась удивлением, а затем и вовсе отразилось белым испугом.

– Да, ничего страшного... – Рей встал с холодного камня и протянул девушке руку. – Сами то целы?

– Ах, д-да, да. – она неловко поднялась с чужой помощью и принялась быстро собирать листы. – Простите-простите, так торопилась, что в пустом коридоре влетела в единственного человека, ха-ха...

– Я вам помогу. – только Рей хотел помочь собрать документы, как вдруг девушка резко остановила его, испугав громким возгласом:

– Нет! Не стоит!!! Вы ведь занятой человек, верно? Не нужно тратить на меня время.

– Все в порядке, зачем же вы так... – несмотря на сопротивление, Рей принялся собирать листы.

– Софи, какой смысл торопиться, если господина еще нет на месте... А?

Вышедшие навстречу Реймонду трое мужчин окинули его и знакомую им девушку удивленным взглядом, после чего молчаливо переглянулись, сдерживая ехидные смешки. Заметивший это маг опустил взгляд в пол и продолжил суетливо подбирать пыльные документы с пола. Теперь ему хотелось как можно быстрее уйти отсюда, так как вмиг атмосфера стала не просто неловкой – она давила неприкрытой надменностью.

– Держи. – более Реймонд не смотрел на девушку, боясь считать ее эмоции. – В следующий раз будь аккуратнее, можешь пораниться.

Только он собрался уйти, как в воздухе, громко и отчетливо, раздался вопрос:

– Эй, а ты ведь та самая ручная собачонка его высочества с магической башни?

Реймонд не планировал отвечать, а потому собрался просто пройти мимо грубостей в свой адрес, однако проходя мимо компании мужчин был схвачен за руку одним из них.

– Уходить посреди разговора – дурной тон. Магов совсем не учат базовому этикету?

Хоть явное раздражение ситуацией мгновенно отразилось на лице Реймонда, а зеленые глаза укоризненно переметнулись на забавляющегося мужчину, тот и не думал отпускать мага столь быстро. У Реймонда совершенно не было ни сил, ни желания отвечать на откровенную агрессию. Он надеялся, что их интерес угаснет от отсутствия реакций с его стороны и они умчатся по более важным делам, как и планировалось до этого.

– Я слышал, он еще и сынок верховного мага.

– Да ну? Теперь то понятно, с какой стати кронпринц взял его к себе на службу.

– Р-ребята, нам пора...

– Брось, Софи, разве не ты сегодня бросала на любопытные взгляды в его сторону? Может, мистер все же поделится с нами способами для быстрого продвижения по карьерной лестнице?

Из-за пассивной реакции Реймонда усмешки мужчин перерастали во все более откровенные насмехательства. Пока маг не знал, как лучше поступить, чиновники успели проехаться не только по его способностям, но и отличной от их бледной внешности. Ему не хотелось устраивать переполох в месте, где большинство встанет не на сторону Реймонда, а лишний донос до кронпринца явно не поспособствует улучшению ситуации в дальнейшем. Даже если им сделают выговор, про Реймонда все равно продолжат говорить и искоса смотреть каждый раз, когда он появляется в публичных местах.

В конце концов, надоев слушать бессмысленный поток желчи, Рей хотел было телепортироваться за угол, как вдруг позади него послышался знакомый зычный голос:

– ЧТО ВЫ ТУТ УСТРОИЛИ?!

– И-ик... Это же лорд Лютвиц!

Мужчины испуганно замерли, а маг тут же был отпущен. Стоило только Галену подойти к компании, как все склонили головы в вежливом поклоне. Только Рей хмуро смотрел на него, а вновь всплывшие воспоминания про казнь Юна лишь добавили беспокойства в его выражение лица.

Однако Гален протрактовал это иначе. Посчитав, что мужчины практически до смерти загнобили мага, капитан окинул чиновников ледяным взглядом.

– Позор. Я обязательно сообщу вашему руководству о столь недозволительном поведении. И можете не волноваться – способы продвижения по карьерной лестнице вам больше не понадобятся.

После этих слов девушка уронила грудь на голову и тихо всхлипнула. Ей хотелось сказать хоть слово в свою защиту, но гнев Лютвица буквально не давал никому вновь открыть рот.

– Идем, я, как и обещал, отвезу тебя домой.

Не дожидаясь реакции Реймонда, Гален чуть подтолкнул его вперед и они покинули гнетущую обстановку. Рей так и не услышал ни единого слова от мужчин, пока направлялся в сторону выхода.

– Девушка не виновата. – неловко сказал Рей, как только они отошли на достаточное расстояние.

Но вместо того, чтобы сохранять хладнокровие, Гален остановился на месте и всплеснул руками:

– Реймонд, Святая Богиня, ты когда уже начнешь о себе думать, а не о других?! Неужели ты ни капли не злишься из-за ситуации... Из-за Юнеса! Почему я беспокоюсь о тебе сильнее, чем ты сам?!

– А... – брови Реймонда изогнулись в ярком непонимании. Почему Лютвиц так зол на него? Тонкие губы поджались – маг не знал, что ответить, поэтому лишь виновато пожал плечами. Правда, за что он чувствовал вину, так и не осознал.

– Ты не должен позволять другим с собой так обращаться. – голос Галена стал тише, но от того не менее переживающий. – В следующий раз хотя бы выскажи им обратно все то дерьмо, что летело в твой адрес!

– Это бессмысленно. Воевать с каждым очень утомительно. Думаешь, в Башне такого нет? Большинство людей одинаковы. Но меня...

Усталый взгляд мага несколько секунд задержался на Лютвице, после чего Реймонд развернулся и вышел за территорию административного корпуса.

– ... меня это не волнует. Правда.

Что Мастрелия, что Алтеран – жители нынешнего века стали заложниками формировавшейся столетиями системы равнодушия и жестокости. Как только Реймонд стал работать с кронпринцем, он смог прочувствовать на себе все несовершенство людских чувств и то, к чему они приводят. И будучи одинокой, не имеющей должной силы пешкой, маг не может повлиять даже на сотую долю происходящего, что могла бы повлиять на чью-то жизнь.

«Желать столь сильных перемен, не желая притрагиваться к власти... Ха-а, это действительно тяжело»

Лишь время покажет, что из этого выйдет.