Экстра 1. Прошлое Честейн

Большая часть магов, выросшая в Олишерской Башне, застала непростые времена. Предыдущий Верховный маг был человеком более беспринципным и жадным, чем все его предшественники. Но любовью своих подчиненных обделен не был лишь потому, что поощрял чужие пороки, задавливая только проросшую добродетель. В связи с чем нынешнее поколение магов выросло в ужасной на человечность среде. Страшнее было вспомнить, как именно многие оказались в Башне.

В зоне риска всегда были две самые уязвимые категории - дети и девушки, потому что вырастить и обучить человека магии с детства намного легче, чем пытаться вылепить подобие уже из взрослого. Покупка детей на закрытых аукционах, насилие над девушками с высоким содержанием духовной силы в надежде, что она родит такого же ребенка - было разрешено все. На логичный вопрос, почему же император не пресекал подобные случаи, можно ответить одной фразой: им тоже было выгодно. Императорскому дворцу требовались маги, число которых резко сократилось после завоевательской войны. К тому же, пока дело не касается знати, все будут молчать и закрывать глаза на подобный ужас.

Такая политика приведет к ухудшению в отношениях между магами и остальными социальными группами. Маги возненавидят всю знатную верхушку, а простые люди - магов. Лишь в последнее десятилетие перед сменой верховного мага в академии при Башне будет создан факультет для аристократов, но это лишь попытка влить в чан с грязной водой кружку чистой. Попытка, ничего не поменяющая.

Маг пересчитывал прибывших детей и заносил сырые данные в таблицу, чтобы потом остальные наставники смогли присмотреть себе кого- то в подопечные. В этот раз «улов» был неплохой, но всегда отметали треть, которым не повезет умереть от скрытых болезней, и кто просто не сможет раскрыть свои силы. Малочисленным девочкам, вероятно, не повезет сильнее - они будут жить.

- Так, этот вроде неплохой. Помечу, чтобы потом забрать к себе в отдел. - мужчина оставил светящуюся метку на лбу ребенка и подтолкнул его дальше в комнату. - Так, а это что такое?

Следующий на очереди был худощавый забитый мальчик, смотревший по сторонам испуганными глазенками. Он сжался так сильно, что казался вдвое меньше других детей, и вместе с тем был самым тихим - то ли боялся говорить, то ли не мог физически.

- Ты кого притащил? - маг обратился к своему напарнику. - У него даже маны почти не чувствуется. Ты уверен, что вам не продали брак?

- Шоун уже провел над ним экспресс- тест. Вероятность того, что он станет целителем - почти сорок процентов. - напарнику уже надоело возиться с детьми, отчего его голос был раздраженнее обычного. - К тому же не нам оспаривать итоговое решение главы комитета. Лучше быстрее заполняй бумажки, я есть хочу.

- Черт. - маг посмотрел на бумаги с его краткой информацией. - У него самая низкая цена. Толку, что пророчат целительство, если он такой... ургх.

Мужчина брезгливо кинул в ребенка старые тряпки, которые служили временной одеждой. Большинство покупаемых детей были сразу с большим потенциалом в магии, но здесь на мальчугана без слез не взглянешь. Количество духовной энергии мизерно, на вид тощий, как погнутая тростинка. Даже во внешности ничего не цепляло. Мальчик был похож на побитого щенка, которого принесли с мусорки из-за большой жалости. Вот только этот ребенок попал сюда из-за корысти и безысходности. Потому что ему не повезло оказаться украденным и проданным за гроши. Потому что он уже не помнит, кто был его опекуном или родителем. В голове не было ни единого воспоминание о собственной личности. Лишь паника и страх перед неизвестным, подстегивающие холодом каменного пола.

- Вот ты идиот. Целителей и так кот наплакал, а брать бремя кому-то надо. Или ты хочешь сам жертвовать своей жизнью ради других?

- Мне что, заняться нечем? - фыркнул маг и поставил прочерк в графе живые родственники.

- Значит, не выпендривайся. Много осталось?

- Так, только имя...

- Как имя? У него нет?

- Да он молчит, как рыба! Может и есть, да я знаю что ли?

Напарник подошел к ребенку и взглянул в его маленькое личико.

- Как тебя зовут?

Малыш отпрянул, задев другого мальчика, чем вызвал ответное раздражение - его толкнули с громким воплем, и малыш упал на пол, распластавшись по каменному полу. Он не спешил вставать, лишь его пальцы подрагивали, пытаясь опереться о твердую поверхность. Из-за незалеченных ран давалось это с трудом, и малыш просто притянул руки к себе, сильнее исцарапав их об шершавый грязный пол. С трудом усевшись на коленках, он снова испуганно взглянул на мужчин, наблюдавших за ним, как за забавой. Все это время он не издавал ни звука.

- Кто захочет такого брать к себе... Ты посмотри, какие глаза пустые. Жуть!

- Хм-м. - ощутив урчание собственного живота, напарник выхватил бумажку из рук мага и вписал последнее необходимое слово. - Все, закончили. Пошли есть, а то я сам сейчас тут разлягусь.

- А имя? Что ты вписал?

- Ну как же. Ты сам сказал его. - гадко улыбнулся мужчина и показал бумагу.

Маг взглянул и фыркнул со смеху, ударяя друга по плечу.

- Идиота кусок.

- Знаю-знаю.

Малыш обрел новое имя совсем не подозревая, что оно появилось из-за дурости незнакомых ему людей. С ранящим подтекстом, который потом не выжечь из сердца, как бы не хотелось. Он запомнит и ощутит начало своей ничтожности с первым произношением имени, звучащих из уст отвратительных магов.

Кассиан.