Глава 25.

Шармоль была столицей Мастрелии, в которой сочетались роскошь аристократии и таинственность магов. Этот город сложно было назвать удобным для всех, но в нем определенно проживало множество обеспеченных люди еще со времен завоевательской кампании. Именно она подняла Шармоль на тот уровень, в котором находится по сей день.

Реймонду всегда было душно в этом городе. Люди и здания, атмосфера привилегированности и высокого статуса на каждом шагу – все это вызывало в парне легкую тошноту, от которой невозможно было надолго избавиться. Отчего первый день, когда он ступил за пределы Шармоля, стали для него воистину незабываемым мгновением.

И теперь он снова въезжал в величественные каменные ворота, уныло смотря в одну точку и сдерживая порыв высунуть голову в окно. Элиза и Ноа редко бывают в столице, но виды столицы их впечатляли не так, как пейзажи за городом, поэтому лишь изредка бросали взгляды на проезжающие мимо кареты и гуляющую по магазинам знать. Только Эллиот с блаженным выражением лица думал о том, как отдохнет после долгих недель работы в горной глуши без нормальной в его понимании еды и скромных водных процедур.

– Скажи спасибо, что мы прибыли на день раньше из-за хорошей погоды. Ты сможешь передохнуть после дороги, а завтра встретиться с его высочеством в бодром расположении духа. – Рей поднял на Вильерса взгляд и понял, что тот, даже разговаривая, не покидает собственных мыслей.

– Зачем я вообще тут нужен. У него и так все отчеты на руках, включая каждое мое действие.

– Не знаю, но не стоит делать такую кислую мину – он ведь не зверь какой. Просто поговорите о проделанной работе и он отпустит тебя восвояси.

– А по связи это нельзя сделать? – буркнул Рей.

– Святая богиня, Рей, ты кронпринцу еще условия ставишь?

Единственное, о чем искренне переживал Реймонд, так это где расположить Элизу и Ноа. Приводить их в Олишерскую Башню не составляло возможным, Эллиот жил слишком далеко от центра и не горел желанием приглашать гостей. Оставался всегда работающий вариант с гостиницей, деньги на которую были всегда.

– Я хочу заглянуть к себе на рабочее место, но в саму Башню я не могу вас пригласить. – Рей тяжело вздохнул. Глупые запреты. – Может, у вас пока есть желание посетить какое-то заведение?

У Ноа тут же загорелись глаза, но Элиза покачала головой.

– Спасибо за предложение, но раз мы прибыли в столицу, нам стоит заехать к нашему знакомому. В последний раз, когда мы были здесь полгода назад, он уезжал, и нам не удалось его застать.

– Неужели ты про дядюшку Оскара? – уточнил Ноа.

– Да. Пока мы в городе нам стоит проведать его.

– Я даже рад это слышать. Думал, у вас совсем никого нет. – спокойно сказал Рей.

Элиза взглянула на него исподлобья и фыркнула, пнув по его раскинувшимся в карете ногам. Тот быстро подтянул их к себе и протянул обидчивое «За что?!»

– Твою бестактность я еще с первой встречи забыть не могу! Совсем дурак? Сколько времени уже путешествуем, в отличие от тебя, конечно, у нас есть знакомые в разных городах!

– Мхм. – Рей отвернулся к окну и уперся взглядом в знакомые виды Шармоля. – Зато теперь я не один.

Элиза тут же смутилась и махнула рукой, неловко замолчав, в то время как Ноа хихикнул и расплылся в довольной улыбке. Что ж, ему правда хотелось увязаться за магом, но сестра была права. Им явно стоило узнать, все ли хорошо у дядюшки, прежде чем заниматься остальными делами.

«Да и злить ее после недавнего себе дороже...»

Реймонд распрощался с друзьями в самом любимом торговом квартале. После совершеннолетия, когда сняли запрет на выход из Башни без сопровождения, он старался хоть иногда приходить сюда в поисках вкусной сдобы или магических безделушек, на которые он тратил последние накопления. Это было одним из малых развлечений, когда Рей чувствовал себя хоть чуточку взрослым и независимым.

Когда карета остановилась на одной развилке, что вела уже в противоположные стороны, Рей поблагодарил Эллиота и хотел было выйти наружу, как тут же напряженно замер от внезапного вопроса:

– Ты ни разу не думал о том, чтобы посвятить свою жизнь служению его высочества?

– ... не думаю что вы спрашиваете меня из-за последних «заслуг». Однако отвечу категоричное «нет».

Маг, взглянувший на чиновника, не смог понять его настрой. Обычно чуть приподнятые уголки его губ были опущены, чуть повернутое в сторону лицо нахмурилось, а темный взгляд неморгающих глаз застыл в пространстве. Но уже через мгновение Эллиот расслабился и блаженно расправил затекшие плечи.

– Вот как. Ладно, увидимся завтра.

Дверь кареты хлопнула, и уже через несколько секунд Реймонд остался наедине с собой и незнакомыми в округе людьми. Он не собирался добираться до территории Башни пешком, когда теперь можно спокойно телепортироваться прямо к себе в кабинет, избежав встреч с дурными сплетниками. Сделав шаг, Рей прикрыл глаза и растворился в воздухе. В городе его уже не волновало, увидят ли его за магией или нет, ведь Шармоль единственный город, где это понимали и принимали. Хоть и через силу.

Территория Олишерской Башни была огромна и располагалась параллельно императорскому дворцу, примыкая к лесным территориям. В последние года были построены разные корпуса для жизни и работы, поэтому пустыри из юношества Рея теперь вплотную заставлены непонятного назначения зданиями. Живя в старейшем центральном корпусе, Реймонд не обращал внимание на строительные нововведения и даже не читал уведомления об открывшемся к ним доступе.

В кабинете Реймонда в это время суетились два подростка, параллельно споря о недавнем домашнем задании.

– Да неправильно ты руны чертишь! При таком раскладе вместо того, чтобы цветок расцвел в синий цвет, ты его сожжешь вместе с корнями!!!! – девочка активно пыталась выхватить из рук парня тетрадь, но тот легко уворачивался, скрывая ее за своей спиной.

– Я сверялся с книгой, балда. Этот символ надо начертить вправо, а не вниз. Если хочешь, чтобы профессор поставил тебе неуд – оставляй как знаешь.

– Жаль, у нас не осталось тестовых образцов, я бы тебе показала...

– Их не осталось именно потому, что ты показывала. – послышалось фырканье.

– Что ты сказал?! Да я сейчас...

Но не успела она продолжить, как ребята дружно обернулись на возникшее у дверей сияние. Секунда – и их глаза радостно заблестели. Все дела были брошены, чтобы поприветствовать внезапно вернувшегося наставника.

– Учитель!

Только Рей открыл глаза, как рядом с ним тут же возникли счастливые Шейд и Фелизе, взбудораженные его приходом.

– Как вы быстро вернулись! – Фелизе, как волчок, крутилась на месте, не зная, куда выплеснуть свои эмоции. – Вы насовсем?

– Дура, учитель ведь работает с его высочеством, ты думаешь, вся работа уложилась бы в месяц вместо положенного года? – Шейд посмотрел на подругу, закатив глаза, и та снова готова была вспылить, если бы не стоящий перед ней учитель.

Реймонд, вернувшийся с деревни в смешанных расстроенных чувствах, тепло улыбнулся и положил ладони на детские макушки. Он не желал возвращаться в Башню, но мысль о собственных учениках грела его душу. Только после ухода Рей осознал, насколько сильно привязался к ним, хоть и не видел этого.

– Вы даже без меня цапаетесь... Рад видеть вас, хоть и ненадолго.

Шейд и Фелизе подняли на него глаза и поморщились, чтобы сдержать нахлынувшие чувства в виде слез.

– Без вас тут не так интересно...

– Я же говорил – если вам тяжело под временной опекой Агнес, вы можете попросить сменить учителя. – Рей прошел вглубь кабинета и бегло осмотрел помещение. Дети стараются держать здесь порядок, но легкий бедлам в виде разбросанных чертежей, учебных книг и бумаг все равно присутствует. И все же визуально намного опрятнее, чем в типичный рабочий день Реймонда.

– Что вы! Мы не хотим к другому учителю – мы будем ждать вас и усердно учиться, чтобы не посрамить вашу честь. – Фелизе вздернула нос и хлопнула себя в грудь. – Вот у меня за это время повысились оценки по нескольким предметам.

– А расскажешь, как завалила экзамен на прошлой неделе? – Шейд ехидно улыбнулся, убирая свою тетрадь подальше от глаз девочки.

– Э-это...

Реймонд взглянул на свой рабочий стол, где не лежало никаких срочных рабочих бумаг, лишь собственные черновики и пометки из прочитанных книг. Сейчас он официально освобожден от решения административных вопросов из-за работы с кронпринцем, но при своем желании все еще может участвовать в жизни Башни и ее деятельности даже на расстоянии. Дело лишь было в том, что этого желания у него не было от слова совсем.

– Агнес у себя? – спросил Рей, не зная зачем заглядывая в ящик стола.

– Ах, должна быть. – задумчиво протянул Шейд. – По крайней мере нам она ничего не говорила.

– Хорошо, тогда я загляну к ней. Можете выбрать, куда хотите пойти в городе. Вечером сходим, я угощу вас.

– В городе?! – уже успевшая поникнуть от напоминания о проваленном экзамене Фелизе встрепенулась и встряхнула парня за плечи. – Слышишь, слышишь, мы наконец выйдем в город!

– Прекрати так трясти, иначе я не доживу до этого.

Рей усмехнулся и, взяв одну из своих книг, вышел из кабинета. Он прекрасно понимал их радость. Ученики имеют право выходить за пределы Башни только в сопровождении своего наставника, однако не все хотят им потакать. В детстве Реймонда было много возможностей выйти за пределы своей комнаты и учебных кабинетов, однако он как дикая кошка брыкался каждый раз, стоило Салливану попытаться вытянуть его наружу. Через некоторое время Салливан сдался и более не пытался взять парня с собой по делам. Но так как это всегда был вопрос работы, а не развлечений, Реймонд никогда не пожалел о своем решении.

Кабинет Агнес располагался в этом же корпусе, но на три этажа выше. Хоть Рей и ненавидел лестницы, у него не было иного выбора, как в самом медленном темпе шаг за шагом недовольно подыматься все выше и выше. Может, женщина на это и рассчитывала? Что к ней никто не рискнет взбираться в такую высь?

«Однажды они снимут эти дурацкие ограничения по использованию заклинаний в Башне и мир схлопнется пополам»

Добравшись до цели и тяжело отдышавшись, Рей про себя посетовал: неужели его тренировки совсем пользы не приносят, раз он не может нормально взобраться по лестнице?!

Реймонд выпрямился, привел дыхание в порядок и постучал в темную лакированную дверь. Изнутри слышались голоса, но Рей не знал, можно ли тревожить в такой момент весьма своенравную Агнес. Тут послышался громкий положительный ответ, и парень открыл дверь. Как и ожидалось в кабинете была не только его хозяйка.

– Добрый день, Агнес.... госпожа Наения! – Реймонд был изрядно удивлен ее присутствию, но не меньше от этого рад. Его лицо смягчилось в ответ на довольную улыбку гостьи.

– Здравствуй, Рей. – кивнув, Наения протянула в его сторону руку, приглашая подойти поближе. – Как давно я тебя не видела.

Женщина средних лет, чей возраст на самом деле клонился к цифрам старейших в Башне магов, являлась высшим магом первой категории, сформировав группу всесторонней поддержки. Но чаще всего Наению видят за кафедрой в качестве профессора многих дисциплин. Но из-за довольно молодой внешности новые студенты нередко путают ее с ассистентом.

– Что ж, после выпуска я и правда перестал заходить в учебные корпуса. – Рей подошел к столу, около которого разговаривали дамы и с прищуром посмотрел на Агнес, что недовольно смотрела на пришедших снизу вверх. – Агнес, спасибо, что ты присматриваешь за детьми, но... Как ты могла так поступить с моим любимым цветком? Я надеялся, что маг естественного направления уж о цветке то позаботится.

– Пф. Заработалась, уснула и вот.

– Чтобы он сдох, нужно проспать несколько недель.

– ... я надолго уснула.

– Агнес!

– Ну что, прости, ладно? Хочешь, такой же куплю? – в голосе девушки совершенно не слышалось раскаянья. – Мне и правда в один момент не до него было, меня заставили в срочном порядке взять под контроль одну разработку, потому что поджимали сроки сдачи, а прошлый руководитель не справлялся. Если не веришь словам, посмотри на эти круги под глазами.

Рей закатил глаза, но понял, что выплескивать свою досаду на Агнес бессмысленно. Он знал, что рано или поздно цветок зачахнет без него, но все равно предпринял попытку сохранить его через другого человека.

– Ты, вообще, чего в Башню то так рано заявился? – недоумевающе спросила девушка.

– Завтра у меня встреча с кронпринцем. После этого я снова уеду.

– Как жаль, я надеялась полюбоваться тобой чуть дольше. – опечалено сказала Наения.

– Вообще-то... Раз мы с вами так удачно пересеклись, я бы хотел кое о чем поговорить.

– Правда? О чем же?

– ... о полукровках.

На лице Наении застыло удивление. Она тихо охнула, а затем по-ребячески улыбнулась, словно ей вручили давно забытую детскую мечту. Реймонд знал, как важна для нее эта тема, ведь Наения – единственный маг, который глубоко изучал полукровок с различных сторон, исключая жестокость и отношение к ним как к вещам. Когда-то именно она возглавляла большую группу по исследованиям, путешествуя не только по империи, и искала отчужденных. Общалась с ними, изучала особенности внешности и сил, всевозможные патологии. Собирала всевозможную информацию, чтобы показать – они не так сильно отличаются от людей, чтобы отрекаться от них.

Однако среди остальных старейшин и уважаемых магов ее деятельность не нашла поддержки. Ее называли слишком эмоциональной и не видящей их истинную сущность. Впоследствии группу расформировали, а написанные книги Наении до сих пор пылятся в библиотеках.

– Если хочешь, можешь тоже обсудить с нами и выразить мнение. – обратился к Агнес Реймонд.

– Ну уж нет. Еще один долгий разговор, когда с моей последней крошки во рту прошло пятнадцать часов? Увольте. Я в столовую.

Девушка вышла из кабинета, оставив профессора и Реймонда вдвоем.

– Ты меня удивил. Уже и не помню, когда разговаривала о веринах не по своей инициативе. – женщина присела на диван, параллельно выполнявший спальное место, и с интересом воззрилась на Реймонда, присевшего напротив нее на табуретку. – Что-то случилось в твоей работе?

– Да, и позже в своих размышлениях я вспомнил о вас. Госпожа Наения... Полукров–... точнее верины. Все ли они исключительно одиночки? – у Реймонда не было привычки называть полукровок специальным термином, но из-за уважении к профессору он старался правильно подбирать слова.

– Ах, мое милое дитя. Первое, что я говорю о них на уроках детям – верины по своей сути не отличаются от людей. Это просто бедняги, от которых отказались остальные.

Взмахом руки женщина проявила подпространственную личную библиотеку. Она казалась лишь полупрозрачной мерцающей проекцией, но когда Наения протянула руку к одной из книг, она ощутима легла в женскую ладонь.

– Это моя самая любимая книга, написанная одной из первых. Почитай позднее, как будет время. А возвращаясь к твоему вопросу – конечно нет. Более того, ты даже не подозреваешь, сколь много веринов ходит смешавшись с другими людьми.

– И до сих пор старейшины не могут урегулировать их статус...

– Да, проблема укорененных устоев, когда в норме было и рабовладельчество, и проведение опытов над всеми живыми существами. Постепенно, конечно, приходят перемены, однако уравнивание статусов – самое сложное. Раньше я пыталась поспособствовать этому, но... У меня ничего не вышло. Как ты знаешь, были запрещены даже уроки про веринов с точки зрения людей. Теперь изучаем только как магических существ.

– Я никогда не понимал этого. – тяжело вздохнул Рей. – Что же будет, если выявится маг–полу–, верин? Прежде я долгое время изучал свод правил Башни, однако не нашел и намека на подобное.

– Думаю, потому что подобные инциденты не выносятся наружу. – в голосе женщины просквозила невыносимая печаль. – При прошлом верховном маге такие люди бесследно исчезали, но по очень узким слухам Башня находила им нужное «применение». Не забывай – маги не считают веринов за людей.

По спине Реймонда пробежал табун мурашек только от одной мысли, что же могли испытать люди перед тем, как их жизнь разделилась на до и после. С того момента, как их личность потускла в глазах смотрящего.

– Милый, ты встретил верина на своем пути, не так ли? – ласково спросила женщина и взяла Реймонда за руки. – Неужели ты испугался?

– Нет, я.... – Рей несколько растерялся от теплого прикосновения наставницы и опустил глаза в пол. – Та девушка... была преступницей. Я упустил ее. Но больше меня напрягает, что она действует от имени некой «семьи». И по ее же словам там она не единственная такая.

– Так вот к чему ты ведешь. Тебя назначили искать их? – женщина по-матерински гладила руки Реймонда, ее голос нежно звучал в помещении, отчего парень невольно размяк. – Я могу помочь тебе, только скажи как.

– Что вы, я просто хотел быть немного более... подготовленным к следующей встрече. Возможно, чего стоит ожидать в их способностях. – Рей немного смутился от такой заботы и не решался смотреть Наении прямо в глаза. Она всегда была такой доброй к ученикам, именно поэтому он всегда любил посещать ее уроки естественных направлений.

– Тогда эта книга должна ответить на большинство твоих вопросов. – Наения отпустила чужие руки, улыбнувшись чужому стеснению, и пальцами постучала по мягкой обложке. – Но если возникнут более узкие вопросы, не стесняйся обращаться ко мне. Точно! У тебя есть камень связи? Запиши мои координаты, чтобы позвонить мне и после отъезда.

Договорив с наставницей, Рей в приятном расположении духа вышел из кабинета. После встреч с наставницей Реймонду всегда было легко на душе. Он даже предполагал, что именно так выглядят отношения между матерью и детьми. И ведь многие, даже выросшие под ее опекой маги, относятся к ней как к родной душе. Возможно, поэтому ее так и не любят старшие влиятельные маги – за излишнюю эмпатичность к другим, в то время как они выросли на твердом отчуждении друг от друга.

Реймонд решил не задерживаться в коридорах во избежание столкновения с уже менее приятными людьми и быстрым шагом направился к своим ученикам. Он бы хотел вернуться к разговору с Агнес, но судя по ее настрою сейчас не самый лучший момент.

«Думаю, Шейд и Фелизе не будут против провести чуть больше времени вместе»

***

Дядюшка Оскар держал в столице магазин керамики уже три года, и за это время успел твердо встать на ноги. Элиза с Ноа виделись с ним раз в полгода, но порой и реже из-за его отъездов по работе. В этот раз девушка хотела повидаться хотя бы с его женой и передать купленные в Келингтоне небольшие подарки.

Зайдя в магазин, брат с сестрой увидели несколько клиентов, рассматривающих ассортимент за стеклянной витриной, и снующего рядом с ними мужчину. Оскар поднял голову для приветствия новых посетителей, но с радостью осознал, что прибыли его любимые знакомые. Уточнив, требуется ли сейчас помощь в выборе клиентам и получив отрицательный ответ, мужчина позвал своего помощника подсобить на прилавке, а сам подошел к гостям.

– Элиза, Ноа! Святая богиня, как же вы вымахали! Неужели мы так давно с вами не виделись? – мужчина от души поерошил за волосы обоих и звонко загоготал, никого не стесняясь. – Проходите в дом, поди устали с дороги, накормим от души.

Брат с сестрой с легкой улыбкой последовали за Оскаром в жилую часть дома. Дядюшка Оскар, похоже, совсем не меняется – как любил громкие разговорчивые приветствия, так и встречает. Его жена в это время хозяйничала на кухне и, услышав громогласный зов своего мужа, вышла в коридор в фартуке и тряпкой в руках.

– Чего орешь так, я ж не глухая... – но стоило только увидеть гостей, как она сразу же переняла манеру Оскара. – Батюшки, кто к нам пожаловал! А я только недавно вспоминала вас, боялась, как бы не пропали совсем дети мои! Оскар, что ты там мешкаешь?! Проходите скорее на кухню, я как раз почти сготовила пироги к обеду.

Уже в более спокойной обстановке за столом, когда все подарки были вручены, Элиза с Ноа рассказали о своих новых знакомствах и поездках по городам. Особенно воодушевленно свои впечатления рассказывал Ноа, стараясь избегать конфликтных тем. Однако чем дольше про их проведенные дни слушал Оскар, тем быстрее его улыбка пропадала с лица. Маргарет, жена Оскара, постоянно цокала и тяжко вздыхала, разделяя настрой супруга.

– Лиз, я все понимаю, вы дети уже большие, самостоятельные. Но затесаться в обществе магов? Да хоть ради денег, Лиз, о чем вы думаете!

– Вот-вот, уж мы то знаем, о чем говорим. – подтвердила его слова Маргарет. – Далече ходить то и не надо, и к нам приходят, и мы порой с ними сталкиваемся... Уж больно неприятные люди.

– Реймонд действительно хороший человек! Немного неловкий, но искренний и честный! – пытался заступиться за своего друга Ноа. Элиза же молча слушала.

– Да ты знаешь его то всего ничего, Ноа! Вот уже втюхался в доверие к вам, а потом и оставит совсем ни с чем! Уж взрослые то наверняка больше вас в этой жизни видели! – женщина взволнованно повысила голос, но мужчина попросил ее быть тише.

– Лиз, давай на чистоту. Единственная причина, по которой вы якшаетесь с этим парнем – деньги?

Элиза молчала, обдумывая ответ. Ноа смотрел на нее непонимающе, с толикой раздражения. О чем тут думать, если это не...

– ... нет. Но это стало первопричиной.

– Послушай. Наверняка ты и сама думала над тем, что вы не будете вместе постоянно. Разве это жизнь перебиваться бог знает где на бог знает что? Лиз, дочки то мои уже большие, старшая уже и замуж скоро пойдет. Раньше ты отказывалась из-за них, я знаю, но подумай сейчас над моей помощью. Хотите – здесь пристрою, работу дам. Ежели стесняетесь – так ведь брат двоюродный на севере живет. Да, условия там непростые, зато жилье свое будет! Уж всяко лучше чем свою жизнь под угрозу ставить.

Элиза не поменялась в лице, но ее руки заметно сжались на груди.

– Мы подумаем.

Ноа глубоко вдохнул и шумно встал из-за стола.

– Я в уборную.

Боковым зрением девушка заметила, как недовольно нахмурилось его лицо. В ее груди болезненно кольнуло. Даже если кажется, что Ноа самый спокойный и уравновешенный среди них двоих, Элиза знает про его слишком чувствительную натуру. Которая приводит порой к слишком неприятным ситуациям.

– Ничего, и он смирится. – негромко сказал Оскар в ответ на уход Ноа. – Эх, парниша то хороший, та все не повзрослеет никак. Ты его слишком опекаешь.

– А кого мне еще опекать. – буркнула Элиза. – Он единственный, кто у меня есть.

– И что? А коли влюбится в кого да женится, что, тоже будешь с ними жить?

– Я... – на эти слова девушка опешила, так как даже не задумывалась об этом.

– Помогать друг другу надо обязательно. Но ты бы подумала и над своей жизнью. В вашем возрасте многие уже семьи строят. Мы то в отличие от магов люди простые да с жизнью покороче. Так что советую не отказываться от моего предложения. Пока я могу так хоть и вас на ноги поставлю.

Элиза кивнула и вызвалась помочь Маргарет прибрать на кухне, поблагодарив за вкусные угощения. Но в голове у нее был туман, пронизывающий все тело отрешенностью от происходящего. Когда в последний раз им Оскар предлагал им помощь, Элиза четко и твердо отказалась. Они с женой только открыли магазин, на учебу их дочерей уходили большие для работяг деньги, работа забирала все их драгоценное время. Но сейчас их жизнь наладилась, это ощутилось сразу же, как только они вошли в магазин. Он не был большим и роскошным, как магазины для аристократов, но в него было вложено немалое количество сил, денег и заботы.

Когда Элиза вновь услышала предложение о помощи, в глубине души она захотела сразу же согласиться – так сильно сказалась усталость от переживаний и мыслей о завтрашнем дне. Но она понимала, что упрямство Ноа еще приведет их к разговору.

А пока ей остается только представить, как хорошо бы она спала в собственной кровати, не думая куда стоит однажды уйти.