Экстра 5. Прошлое Честейн

Когда, казалось бы, жизнь Кассиана пришла в спокойное русло, он услышал сплетни, повергшие его в ужас. То, что его перестали донимать, не означало, что обидчики успокоились. Их внимание просто перескочило на девочку-героя. Хоть они не могли открыто ее оскорблять или чинить неприятности, как это происходило с магами, они стали делать это скрытно.

В условиях своего дома дети чувствовали себя, как рыбы в воде, в отличие от Дафны, для которой это место было просто местом обучения. Сначала это были безобидные шутки, но, когда стало понятно, что Дафна не реагирует на них, методы воздействия стали жестче. Один раз дошло до того, что девочка пришла на встречу с Кассианом полностью промокшая и молчаливая в середине октября, он не на шутку встревожился.

- Почему ты не скажешь об этом своим родителям?! - парень накинул на нее свой пиджак и принялся высушивать с помощью заклинания одежду, отведя взгляд в сторону. Спасибо, хоть на такие мелочи в использовании магии закрывают глаза. - Или этому индюку хотя бы.

- Им ни в коем случае нельзя было знать, что у меня проблемы. - Дафна чихнула, и слегка наклонила голову. Духовная сила Каса была очень уютной, в отличие от ее знакомых с группы. - Иначе я больше никогда сюда не вернусь.

- ... учеба здесь так лучше какой-нибудь школы для знати? - Кассиан не понимал, как можно настолько жертвовать собой ради этой академии. Для аристократов была сделана отдельная программа, сильно отличающаяся от той, по которой учатся все маги. Максимальный для знати срок обучения составляет пять лет, но это был вариант стойких и упорных ребят, которых не отчислили на промежуточных экзаменах.

Но девочка лишь посмотрела на него мягким взглядом и плотнее прижала к себе его пиджак.

- Настанет день, когда меня лишат возможности выбирать. Я возьму обязательства, и перестану жить так, как мне захочется. Поступление сюда было моим маленьким бунтом, но мне здесь так нравится! - Дафна рассмеялась, вспоминая первые месяцы обучения. - С какой-то стороны тебе повезло, что ты не видел полного мира. Здесь порой чувствуется намного больше свободы, пусть и слегка болезненной. Особенно мне нравятся такие редкие занятия по навыкам владения оружием!

Кассиан решился заглянуть в ее глаза и увидел там столько печали, что не смог скрыть свои эмоции на лице. Увидев это, девочка протянула к нему руку и неловко подвинула челку, чтобы увидеть уже так сильно полюбившиеся ей бордовые глаза.

- Не стоит так переживать за меня, я не боюсь обязательств. Поэтому все трудности для меня лишь пыль. Однажды я крепко встану на ноги и смогу самостоятельно позаботиться о графстве.

В этот момент девушка полностью высохла, но пригретая чужим теплом, она сидела в чужом пиджаке, словно птенчик, не желая уходить или вставать. Пока ей было так хорошо, Кассиан смотрел в пол пустым обессиленным взглядом, на мгновение потеряв собственное ощущение в пространстве.

В таких моментах, где четко прослеживается разница их статусов, Кассиан чувствовал себя мирской пылью, которой суждено лишь бесцельное существование. Но почему ему становится так тяжело именно рядом с ней? Впервые он жалел о своем безродном положении. О том, что на самом деле он не представляет из себя ничего, за что можно было зацепиться, чтобы просто быть рядом с ней. Пройдет время, и Дафна распахнет свои крылья.

Кассиан даже не знал, доживет ли до своего совершеннолетия, не говоря об более далеком будущем. Впрочем, о чем ему мечтать? Порой он не понимал, какой смысл вкладывает в свою жизнь. Высший долг целителя? Какой бред. Почему его должны волновать незнакомцы, ради которых он должен жертвовать своим здоровьем?

Но... Если бы это была она?

- Я знаю. - выдохнул Кассиан. - Когда ты уедешь, будешь хоть иногда вспоминать?

- Я не смогу забыть тебя, даже если сильно постараюсь. - нежный голос Дафны разливался в его душе до самых кончиков пальцев.

Он готов умереть прямо сейчас, страшась будущего без нее. Но жить ради осознания, что Кассиан навсегда останется в сердце Дафны, хотелось сильнее.

Позднее Кассиан чудом смог встретить Бертрана одного. При виде него мага мгновенно охватила злость, и тот, не стесняясь аристократов вокруг, подошел для разговора. Бертран все с таким же равнодушным лицом повел его в сторону, чтобы не выяснять отношения при людях.

- Еще секунда и из глаз кровь пойдет. - Бертран смотрел на Кассиана сверху вниз, забавляясь его нетипичной тихой агрессией.

- У тебя проблемы с памятью? - Кассиану и правда требовалось много сил, чтобы не перейти на крик. - Как угрожать мне слежкой ты мастер, а как прислушаться к словам присмотреть за Дафной - так ты великий глухой!

- Ах, ты про тот факт, что над ней издеваются? - спокойно спросил Бертран, ни один мускул на его лице не дрогнул. - Я знаю про все случаи.

- И? - нетерпеливо бросил Кассиан.

- Дафна связала мне руки. Я разговаривал с ней по этому поводу.

- Ты идиот, скажи мне?

- Разъясняю для отсталых. - устало вздохнул Бертран. - Из-за ваших тупых правил я не могу решить проблему один. Учитывая, что это прежде всего ваш дом, сюда запрещен вход любым посторонним людям, кроме студентов, и строго отслеживается любая магическая деятельность даже с помощью артефактов. Максимум, что я могу сделать - пойти набить им лица. И понести за это заслуженное наказание. Другое дело, если бы Дафна придала этому огласку, но она яро отказывается. Мало того, даже угрожала мне, что заявит о моей «лжи». Как глупо.

- Неужели... Пока не произойдет нечто серьезное, ты не будешь ничего предпринимать? - Кассиан в шоке распахнул глаза, удивляясь такому беспристрастному ответу.

- Верно. - кивнул Бертран.

- ... ты совсем за нее не боишься? - проскрипел Кассиан.

- Не стоит так думать. Считаешь, что дворянку захотят убить в столь наблюдаемом месте? Неужели маги совсем не умеют думать о последствиях? К тому же, до такой крайности дело не дойдет. Если ей необходимо пострадать, чтобы осознать, к чему приводят ее безрассудные действия, значит я позволю этому свершиться.

Руки Кассиана заледенели до самых кончиков пальцев, отчего он прижал их к телу. Его сейчас стошнит от таких слов. Это и правда все глупо. Из Бертрана вышел бы изумительный маг. Такой же равнодушный к чужой боли. Или Кассиан так наивен, и на самом деле большинство аристократов подобны ему?

- Как по мне самое лучшее решение - это досрочно сдать экзамены и, наконец, покинуть академию. - равнодушно сказал Бертран. - Какой ей смысл находиться здесь, до сих пор не понимаю.

- Может, потому что ей, как минимум, это интересно? - саркастично спросил Кассиан. - Представляешь, люди могут учиться не только ради достижения целей, а ради удовольствия.

- Глупости. Судьба Дафны - выйти замуж и взять под управление семью. В знатных семьях собственные желания и интересы мало играют роли. Хотя, кому я рассказываю. - ухмыльнувшись ответил Бертран, оставляя Кассиана наедине с тяжелыми мыслями.

Взглянув напоследок в спину Бертрана, Кассиан быстрым шагом направился в свою комнату для составления плана. Если никто не будет прислушиваться к нему, стоит взять дело в свои руки, пока не стало слишком поздно.

***

«Смерть ради жизни». Табу для магов-целителей, так как идет против всех установленных догмат. Но именно про нее вспомнил первым делом Кассиан, осознав, что необходимо что-то менять. Если позволить и дальше творить беспредел против Дафны, в один момент все перевернется с ног на голову и примет ужасающие последствия.

Но запретное направление целительства лишь озвучивали, а не преподавали, поэтому Кассиану пришлось немалых трудов, чтобы забраться в потайной отсек запретной литературы поздно ночью. Если его поймают - наказания не избежать.

- Ты что тут делаешь?

Поймали его быстрее, чем он думал. Кассиан, пластом лежавший в темноте под стеллажами, листал книгу в специальных очках для ночного чтения. Когда его позвали, он испуганно подскочил и сильно ударился о полку, снова распластавшись на полу.

- Ы-ы-й...

- Я еще раз спрашиваю - что ты здесь забыл, сопляк?

Паренька грубо подняли с пола и поставили перед собой. Старик с хриплым голосом был смотрителем библиотеки, и как раз собирался закрывать на ночь запретный отсек, но услышал шуршание в самом дальнем углу. Подумав, что это мог забежать его кот, он захотел забрать животное обратно, но с удивлением обнаружил парня.

- Ты не знаешь, что полагается за посещение запретного отсека? Не думаю, что ты в своем возрасте дорос хотя бы до среднего ранга, не говоря о высшем. - взгляд упал на книгу, которую Кас листал и брови старика нахмурились. - Да еще и подобное взял... Бессмертный, погляжу.

- Знаю я, что меня ждет. - понуро ответил Кассиан. - Но и это - мой единственный выход.

«Смерть ради жизни» заключалась в том, что на базисах целительства использовались противоположные лечению заклинания. Если суметь овладеть подобным, можно было не просто забирать чужие жизни без применения силы, но и перенимать здоровье человека на себя. Вся теория была довольно жесткой, словно читаешь, как правильно использовать пытки. На практике это действительно не отличалось от них.

Использование подобного направления запретили, когда целители стали быстро чахнуть, не сумев справиться с нагрузкой на организм. Возможно, существовал способ подчинения такой агрессивной силы, но прежде чем кто-то смог добиться его, Верховный маг того времени наложил полный запрет кого-либо касаться этого направления. Целители и так всегда были в меньшинстве, а потерять последних было крайне рискованно.

- Дуралей ты малолетний. - старик выхватил книгу и поставил ее обратно на полку. - Сначала научись обычному целительству, а потом уже думай, как себя угробить. Ты ведь даже минимум не сможешь компенсировать.

- Но я не смогу по-другому возместить... боль, что причинили моему другу.

Смотритель закашлялся и, восстановив голос, спросил:

- Ты ведь Кассиан, верно? Мальчишка, попавший через аукцион, как и многие другие. Тебе не нравится учить целительство?

- Мне не хочется заниматься бесполезным дело. - парень взглянул на свои руки и выпустил маленький шарик света, рассеявшийся тихим звоном на пыль. Старик почувствовал, как стало легче его больным коленям. - Жить в самопожертвовании ради ничего не стоящих людей... Отвратно. Мне не нужно признание и деньги, статус или сама жизнь...

- Вот только похоже, ты нашел, ради кого все же двигаться дальше.

Кассиан сжал руки в кулаки и посмотрел на старика. В его глазах отражался свет искр.

- Да. Ради нее, я готов потянуться к закрытому ящику. Если мне не нужна жизнь, то лучше я отдам ее другу. Так... все обретет смысл. Особенно мое существование.

В молчании Кассиан ожидал, что его прямо сейчас потащат в кабинет директора и выставят самую высшую меру наказания. Несмотря на дрожащие руки, он был четко тверд в своих словах и осознании последствий. Все это стоило того, чтобы попытаться. Уж лучше так, чем наблюдать со стороны за тем, как Дафна принимает на себя его унижения.

Однако старик не торопился куда-то идти. Вместо этого он прошаркал к противоположному стеллажу и достал с полки повыше другую книгу.

- Под твою ответственность, я на все закрою глаза. И дам лишь один шанс.

Кассиану всучили и найденную им книгу, и новую, с более потрепанной обложкой, на которой не было названия.

- Их надо изучать вместе. Не используй современные догмы целительства. Чтобы «Смерть ради жизни» не навредила тебе, необходимо опираться на трактовку рун по Шизлу. И как почувствуешь, что тебе становится плохо - приходи ко мне в ночь.

Не ожидав такого расклада, парень с подозрением посмотрел на смотрителя:

- Почему вы вдруг решили мне помочь?

- Мне забрать книги и настучать на тебя? - фыркнул старик.

- Н-нет, спасибо...

Почти разойдясь из пыльного помещения, старик сказал самому себе:

- Если у этих идиотов не получилось подчинить себе такую силу, не значит, что не смогут более способные.

Кас слышал эти слова, но ничего не ответил и вышел из библиотеки. Теперь у него появилась цель взять себя в руки.

Действительно ли старик знал, в чьи руки вручал запретные книги, но просидев всю ночь над двумя книгами одновременно, Кассиан почувствовал, что именно этого ему не хватало на уроках. Словно маленький кусок пазла смог сложить воедино большую картину. Интерес и жажда знаний вспыхнули, как никогда раньше. Теперь парень проводил втайне больше времени, чем раньше.

Первыми подопытными были растения. Разница, между простым уничтожением и противоположным целительством была огромна. Грубая сила и неконтролируемые эмоции никогда не позволяли добиться результата в этом направлении. К счастью, Кассиан всегда выделялся спокойным нравом и трезвым разумом. Но с первых раз не выходило добиться нужного результата. Другие всенепременно сказали бы, что это потому что он слабак и бесхребетное ничтожество, ведь у лучших на потоке любое заклинание получается с первого раза. Однако, что действительно у Кассиана хорошо выходит - так это упорствовать в делах ему нужных.

Спустя неделю он смог забрать всю жизненную силу цветка, оставив лишь пепел. Эта малая капля в его организме стала большой победой для человека, которого общество академии ни во что не ставили. Не верили в его силы, даже если и говорили про его предназначение. В обычно тусклых глазах загорелся живой огонек. Он сможет стать сильнее даже будучи целителем, если на кону стоит жизнь во благо его единственного спасителя.

Практика с животными давала большее разнообразие. Кассиан изучал реакции заклинаний и воздействие отрицательного целительства, делая пометки и меняя порядок действий. Сложность состояла в том, что часто они умирали не как закономерный и конечный результат, а как случайность и погрешность. И если достать мышей было просто, то с дичью покрупнее возникали вопросы. Уходить безродному несовершеннолетнему воспитаннику за пределы Олишерской Башни было нельзя без специального разрешения, отчего даже в лес случайно не забредешь. А на территории Башни в лесных насаждениях не было никого крупнее кроликов.

И хоть он не прекращал изучение, изредка наблюдаясь у смотрителя библиотеки, Кассиан усиленно думал, как ему преодолеть эту грань в учении. Время течет немного быстрее, чем он думал.

***

В последнее время Дафна выглядела уставшей, и все из-за дополнительной нагрузки со стороны семьи. Парень облегчал ее головные боли и усталость, но пока существовал первоисточник, это не помогало на длительный срок.

- Думаю, этот год действительно станет последним. - обмолвилась как-то Дафна, перекладывая чужие пряди волос. - Сначала родители согласились оставить меня здесь до восемнадцати лет, но теперь их раздражает, сколько времени это отнимает. Видимо, хотят хорошо подготовиться к церемонии совершеннолетия. Еще и семья Бертрана в огонь подливает.

Стоило только услышать упоминание Бертрана, как в Кассиане тут же появилось раздражение, которое сложно было подавить. Нахмурившись, он продолжил листать книгу, пока ему заплетают косу. Это стало маленькой традицией, в которой Дафна развлекается как может. Сегодня в черные пряди были вплетены ромашки.

- Их семья слишком правильная и порой слишком занудная, особенно по поводу родовых традиций. Когда они услышали, что я поступила сюда, так ахали, словно я остригла волосы и ушла в монастырь, или того хуже! - продолжала девушка и, закончив свою работу, развернула маленькое зеркальце к Кассиану. - Смотри, как тебе?

Парень осмотрел себя в зеркальце и деловито хмыкнул. Он никогда не понимал, почему девушка считала его симпатичным, и никогда не любил смотреться в собственное отражение.

- Мило. - сказал, как отрезал, парень.

Обратив внимание на скованное поведение друга, девушка повисла на его плечах прижавшись к его щеке.

- Ты злишься? Из-за Бертрана? В последнее время он и правда ведет себя, как свинтус.

- Чт-что, нет. - покраснев, Кас хлопнул книгой и резко встал с места. Девушка почти шлепнулась на землю, но ее вовремя успели подхватить за руку. - Мне... многое не дает покоя. Но я и правда хотел быть немного... лучше него. Иметь возможность быть ближе к тебе, решить все твои проблемы и уберечь от других.

Чем дольше он говорил, тем сильнее слова застревали в горле. Из-за пересохшего горла голос был тих и бессилен, словно еще мгновение и Кассиан потеряет сознание. Но алые глаза блестели ярким светом, выдавая из глубины души всю поднаготную чувств.

Дафна смотрела на Кассиана с невообразимой печалью и невозможностью хоть как-то утешить его. Потому что эти слова будут пустыми обещаниями, временным теплом, что рассеется через мгновение в холодном воздухе. Ее сердце, обычно ведомое головой, громко стучало от нахлынувших чувств. Ей было так приятно видеть реакцию Кассиана, и в то же время слишком невыносимо.

«Как далеко зашла моя привязанность к нему»

И в моменте, когда сердце окончательно победило разум, Дафна сдалась. Взяв его лицо в свои ладони, девушка сначала легонько подула на него. И когда на его немного расслабившемся недоуменном лице возник немой вопрос «Что ты делаешь?», девушка чмокнула его в нос, заставив бордовые глаза распахнуться от удивления.

- В моей жизни нет никого ближе тебя, Кассиан.

Парень опустил веки и растворился в нежности девичьих рук. Накрыв ее ладонь своей, он коснулся губами ее руки, не говоря ни слова. Было так страшно. Ноги казались ватными, словно подует ветер, и он подкосится наземь. Но от слов Дафны сердце трепетало, как никогда. Парень почувствовал себя таким маленьким счастливым человеком, что готов был сделать все, о чем бы она не попросила. Впервые ему захотелось жить настолько, что смерть теперь выглядит слишком ужасным концом его недолгих прожитых дней. Даже если ее слова - сладкая ложь, он позволит себе поверить в них.

Проводив Дафну спустя некоторое время к главному входу, на обратном пути Кассиан наткнулся на человека ему уже почти ненавистного по отнюдь неизвестным причинам. Бертран, холодно наблюдавший со стороны за их прощанием, преградил путь магу.

- Что тебе? - раздраженно спросил Кассиан, пытаясь обогнуть слишком широкого по сравнению с ним парня.

Бертран же молчаливо взял из волос Кассиана цветок ромашки и небрежно бросил его на пол.

- А еще говорил у меня проблемы с памятью. - его голос был низким и неимоверно надменным, но столь типичным для наследников знатных семей. - Не думаешь, что пора прекращать этот цирк?

- Цирк? Не понимаю, о чем ты. Как я и говорил, между нами ничего нет и не будет. - пожал плечами Кас. - Вот только разве ты имеешь право влезать в наши отношения?

- Если искренне хочешь ей счастья, стоит остановиться прямо сейчас. - ответил аристократ, проигнорировав вопрос. - После ее совершеннолетия ей будут поступать свадебные предложения, и твое присутствие рядом лишь все испортит.

На словах о свадьбе у мага отлила кровь от головы. Он помнил об этом, но сейчас, эта мысль словно кол вонзилась в голову. Ответить на такое ему было нечем.

- Всему есть предел. - Бертран встал вровень с Кассианом и положил ему руку на плечо. - Ты ей не ровня даже для дружбы, безродное ничтожество.

Пока парень уходил вдаль, Кассиан стоял на месте, не в силах пошевелиться. Все сказанное ему было правдой. Жестокой и отвратительной, но правдой. С самого начала их дружба была лишь прихотью и блажью, он с самого начала держал в голове мысль о расставании, но теперь, когда оно так близко...

Стук капель оторвал уставший взгляд от плиточного пола, и маг поднял глаза к небу. Дождь пошел так внезапно, что за одно мгновение Кас полностью промок. Пока другие люди вокруг него суетились и бежали в помещения или хотя бы под навес, парень неторопливо возвращался к себе в дальний корпус академии. Теперь он не волновался о своих чувствах, ибо ему в очередной раз напомнили не забываться о своем положении. Пройдет время, и все тепло превратится лишь в приятные воспоминания.

От намокших волос отлетел цветок ромашки и упал прямо перед парнем, что чуть не наступил на него. Не зная зачем, Кассиан поднял его, уже грязный и растрепанный, прикрыл пальцами в ладони.

- Мы с тобой похожи. - тихо промолвил Кас и заметил, что в глазах помутнелось из-за влаги. - Какой сильный дождь...

***

Бесснежный декабрь нагнетал сильными холодными ветрами, делая хмурые будни еще мрачнее и неприветливее. Уже практически никто не находился на улице ради удовольствия, предпочитая проводить время в тепле и уюте. В теплицах почти не было цветений, отчего даже нечастые гости перестали их посещать.

Кассиан же обыденно читал за чайным столиком, плотнее укутавшись в теплый плащ. Дафна задерживалась, но это не было удивительным. Ей тяжелее состыковать свободное время с собственным графиком, поэтому Кассиан был готов ждать столько, сколько потребуется.

Но отчего-то именно сегодня Кассиан тревожился сильнее обычного. Сосредоточиться было сложно, взгляд постоянно метался от книги к окну, а в груди необъяснимо тяжелело. Не выдержав, маг поднялся с места и подошел ко входу, всматриваясь на улицу. Запотевшие окна не открывали полной картины, но Кассиан напрягается, увидев нечто странное. На земле кто=то лежал, почти не двигаясь. Кассиан, предполагая, что это могло быть раненное животное из леса, вышел для помощи.

Однако представленная картина вышла намного хуже, чем только он мог представить. Его сердце рухнуло, когда он понял, что это лежит не животное. Это лежала девушка, за которой тянулся длинный кровавый след.

- ДАФНА!!!

Бросившись к ней, Кассиан судорожно начал осматривать Дафну, и с каждой секундой все больше приходил в ужас. Ее длинные белокурые волосы были срезаны, по всему телу располагались синяки от побоев, а некоторые раны до сих пор кровоточили. Когда маг коснулся ее спины, где форма сильнее всего была разорвана, он обнаружил магическое клеймо, до сих прожигавшее девичью кожу.

- Дафна, Дафна, очнись, тебе нельзя терять сознание. - голос Кассиана дрожал, но он настойчиво пытался привести девушку в сознание, параллельно активируя заклинание экстренного лечения. Оно расходовало много маны, отчего ему приходилось сосредоточенно следить за внутренним состоянием Дафны. И единственное, чего он хотел сейчас - чтобы хоть кто-нибудь, хоть этот ублюдок, нашел их. Спас ее. Потому что ему страшно в одно мгновение понять, что его сил не хватит.

- Дафна, умоляю, ты же не хочешь оставить меня?...

Тут он ощутил, как его лица коснулось нечто холодное и мокрое. Боковым зрением он увидел первый снег, размеренно падавший на землю. Если обычно Кассиан с безразличием отмечал первый день «настоящей» зимы, то теперь он со страхом в сердце ожидал следующих минут.

Тут глаза Дафны зажмурились, и девушка с тяжестью открыла их. Мутный взгляд уставился на Кассиана, и тот дрожащими руками коснулся ее лица.

- Дафна! Дафна, скажи, кто это с тобой сотворил?

Но Дафна, даже несмотря на лечение, распахнула глаза и с криком съежилась, впиваясь руками в бока. Кассиан не успел предотвратить того, что ее ногти с силой впились в кожу и открыли новые кровоподтеки.

- Кас, Кас!!! Мне больно, убери... Убери со спины... УМОЛЯЮ!!!

Дафна зарыдала от боли, ее крик приводил Кассиана в отчаянье и ужас. Решившись на крайние меры, маг начал читать заклинание, чтобы перенять на себя клеймо. Полностью забрать его не выходило. Кассиан ощутил болезненный жар на спине и прикусил щеку изнутри, не сбиваясь с чтения. По лицу Дафны было заметно, что ей стало легче, и Кассиан мысленно выдохнул.

- Дафна!!!

Наконец прибыла подмога в лице Бертрана и нескольких высокопоставленных магов. Кассиана быстро сменила целительница высшего ранга и в несколько раз быстрее принялась залечивать раны девушки. Заметив клеймо на спине, явно не светившее в полную силу, она обратилась к студенту:

- Ты забрал часть сил?

Кассиан тяжело кивнул.

- Что ж, теперь тебе неизбежно придется жить с клеймом. Разве не помнишь, что подобные заклинания необратимы?

«Помню»

- Что тут произошло, молодой человек? - один из профессоров строго обратился к Кассиану.

- Это я вас хочу спросить. - влез в разговор Бертран. Понизив голос, он гневно смотрел на присутствующих взрослых. - Как так вышло, что дворянка подверглась настолько зверскому издевательству? Если бы не он, она бы погибла!

- Молодой господин, давайте спокойно поговорим в кабинете... - один из более молодых магов попытался увести Бертрана внутрь академии, но тот с силой ударил его по руке.

- Я уже сообщил ее семье о произошедшем. Оставлять случившееся без внимания непростительно. Будьте уверены, что дело дойдет до императорского дворца!

Целительница взяла Дафну на руки, когда самое опасное состояние миновало. Девушка снова потеряла сознание и теперь лежала на руках, словно тряпичная кукла. Кассиан смотрел на нее мокрыми глазами, не обращая на ругань Бертрана и других магов. Весь мир вокруг него сжался до одной точки. Все происходило за мгновение, как страшный сон.

Когда Кассиан решился подняться с холодной земли, вокруг не было никого, кроме Бертрана.

- Ты знаешь, кто это был? - спросил аристократ.

Кассиан молча отряхнул одежду, не отвечая на вопрос. Его расфокусированный взгляд намекал на то, что владелец до сих пор не пришел в себя. Лишь спустя пару минут, Кассиан посмотрел на Бертрана. От леденящих душу алых глаз у парня пошли мурашки по телу.

- Нет. А вот ты...

Вплотную подойдя к Бертрану, Кассиан коснулся его шеи холодными пальцами. Тут же Бертран ощутил, как силы резко начали покидать его. Пошатнувшись, он разорвал прямой контакт с магом, но медленно растекающаяся боль по телу не прекратилась. Упав на колено, Бертран тяжело задышал и поднял голову. Ненависть и отвращение в глазах Кассиана жаждали чужой крови и возмездия, и первым на очереди стоял именно Бертран.

- ... ты наблюдал за тем, как ее мучали? Специально довел до этого?

- Н-нет. - тяжело ответил Бертран. Горло жгло огнем, отчего разговаривать было настоящим испытанием. - Я бы не довел до такого. Я... лишь недавно вернулся с тренировки... И увидел ее, когда ты уже приступил к лечению.

- И думаешь, что не виновен в случившемся? - Кассиан схватил Бертрана за волосы и пристально заглянул ему в глаза. - Хочешь обвинить всех, кроме себя?

- ... а ты? Ничтожество, самый первый знал о своих «дружках», и что в итоге?

Лицо Кассиана исказилось в мучительной боли, и маг отпустил руку, одновременно прекратив выкачивать из Бертрана жизненные силы. Аристократ закашлялся от облегчения и медленно встал с земли.

«Верно... На мне вины столько же, сколько на преступниках»

Кассиан пошел прочь, не желая больше разговаривать с Бертраном. В голове роилось множество мыслей, которые стоило разобрать немедленно. Но если раньше он пытался бороться с самоуничижительными чувствами, то теперь в полной мере был поглощен ими. Клеймо, проявившееся на его спине, Кассиан даже не пытался залечить. Наоборот, он хотел расцарапать его в кровь, добраться до самых костей, лишь бы немного понять всю ту боль, что перенесла Дафна.

Что толку с того, что он начал изучать обратное целительство? Что толку в его громких словах о преподнесении своей жизни ради нее, когда в самый нужный момент он оказался бесполезен?

Когда ноги почти донесли его до общежития, Кассиан услышал знакомый глупый смех старших ребят. Остановившись за углом, он стал прислушиваться к разговору:

- Эй, а мы точно не перегнули?

- Да брось, ей там максимум ребра сломали да печать поставили. Волосы точно фигня, отрастут. К тому же, раз она молчала все это время, значит и сейчас проглотит.

- Мне кажется стоило остановиться, когда она потеряла сознание...

- А кто ржал, как конь, когда она поползла, и называл слизнем?

Кассиан смотрел в землю, не шевелясь и совершенно не дыша. Струна, дрожащая в его душе, лопнула с оглушительным звоном, чуть не оглушив разум. Однако Кассиан уже ничего не слышал вокруг себя. В то мгновение мир просто перестал быть. Существовать в той гамме, в которой он жил все эти месяца. Остались лишь белое полотно снега, темно-серая земля и бордовые глаза, впившиеся взглядом в компанию парней.

Зайдя в переулок, где находилась компаний парней, Кассиан неторопливо начал подходить к ним. Взгляд бегал от одного замолкшего парня к другому, запоминая каждую черту и выражения их лиц.

Остановившись в двух метрах, Кассиан приподнял уголки губ и вежливо произнес:

- Не расскажите, о чем болтаете?

***

Скрыть подобный скандал уже не представлялось возможным. На следующий день в академии стоял несмолкаемый гул даже среди взрослых. Сразу же привлечь тех, кто из детей был причастен к этой ужасающей истории, было непросто, так как свидетелей не было, а Дафна не просыпалась в течение недели из-за воздействия клейма. Пока к ответственности привлекли нескольких магов, что курировали несколько групп подростков, и директора академии. Каждый день на территории Башни ходили следователи императорского дворца, расспрашивая подробности про Дафну и тех, кто мог бы ей навредить.

Кассиан сказал, что не знает, кто это был. От участи подозреваемого его избавил, как ни странно, Бертран. Доверяя репутации целителей и Кромера, следователи быстро оставили его расспрос, даже не заметив, как сильно помрачнело его бледное лицо.

Через три дня группу из пятерых человек нашли мертвой прямо на главной площади академии. Они лежали в одной куче полностью обескровленные, их тела были изуродованы до неузнаваемости. Страшнее было осознавать, что внешне не было ни единого повреждения. Тела выглядели просто мешками из кожи, в которых находились вперемешку органы и кости, явно не на своих местах. Такого не мог совершить никто, кроме мага, однако какой монстр мог быть способен на такое?

По итогу факультет для аристократов, что временно приостановил свою деятельность, впоследствии полностью прекратил свое существование.

Привыкнуть к одиночеству снова оказалось тяжелее, чем это было раньше. Не потому, что парень отвык от тишины. Цветочного аромата, проходящего невесомым шлейфом, больше нет. Он больше не видел своего ярко-голубого неба, не ощущал случайные и специальные касания девушки и не слышал ее звонкий голос. Кас не мог отделаться ощущения, что стало физически больнее жить. Словно он обессилел в одно мгновение, и ни одно зелье не помогает излечить недуг. И никакое принятие случившихся обстоятельств не могло утешить тяжелое сердце.

Однажды он даже выцепил Бертрана, заехавшего последний раз в академию, чтобы узнать, все ли в порядке с Дафной. Даже сухого «Да» ему хватило, чтобы хоть немного успокоиться. Но ничего не изменит прошлого. Он больше никогда не встретит ее. Не скажет напутственных слов, не улыбнется ее маленьких шалостям и не похвалит ее за красиво заплетенные косы.

Через некоторое время Кас и сам находился на грани жизни и смерти. Несмотря на успехи в использовании «Смерти ради жизни», слишком рано было говорить о безвозмездном подчинении этой силы. Пока его скрывал у себя смотритель библиотеки, как единственный, кто знал об истинных причинах болезни, Кассиан в бреду боролся с лихорадкой и мучительными болями, словно теперь ему самому ломают кости и рвут мышцы.

Лишь когда пик страданий отступил, парень смог открыть глаза в более ясном взоре.

- Ну что, сопляк, как тебе последствия?

Тяжело дыша с открытым ртом, Кассиан повернул тяжелую голову на мокрой от пота подушке в сторону старика.

- Все в порядке, так и должно быть. И они, и я... заслужили все это.

Фыркнув, старик снова впихнул в парня лекарства и тот заснул глубоким сном.

С того момента, как девушка покинула академию, прошел месяц.

Лишь тогда парень полностью восстановился здоровьем, но не душой. Только он искренне не понимал из-за чего. Он ведь просто вернулся к исходной точке, так отчего стало невыносимо жить? Первоначальная жажда стать сильнее ради Дафны теперь кажется странной. Действительно ли целитель хотел именно это?

Но даже появившиеся силы оказались бесполезны из-за его отсутствия рядом.

Проведя один из типичных дней в библиотеке, маг выходил из здания на закате, как вдруг услышал весть о приезде какой-то высокопоставленной семьи. Среди которой была красивая девушка с чудными белокурыми волосами, схожая с бывшей императрицей. Зацепившись лишь за одну фразу, Кассиан замер на мгновение и, бросив все свои вещи на землю, рванул к центральному входу. Легкие разрывало, еще бы немного, и парень мог спокойно потерять сознание. Но лишь одна мысль держала его в сознании.

«Дафна...»

«Дафна, скажи, что это ты!!!»

Только оказавшись у ворот он разочарованно увидел карету с гербом другой семьи. Людей, естественно, там уже не было, но Кассиан уже осознал свою оплошность. Ее прекрасных волос уже не было, а из поместья девушку вряд ли выпустили обратно в обитель порока и зла.

Устало упав на колени, парень дрожащими руками закрыл лицо. Теперь он не может отрицать очевидный факт своей душевной боли и разочарования в самом себе.

Он влюблен в девушку с небесными глазами. Влюблен давно и обреченно, быть может с ее первой улыбки, с первого взгляда. Утерян момент начала, но не чувство, проросшее в нем глубокими крепкими лианами, пройдя сквозь все тело и закрепившись в сердце.

Кассиан любил Дафну и долгое время пытался осознать это. Он не мог помнить, как его любили в раннем детстве. Ему не показывали нормальных отношений между людьми, что уж говорить про более высокие возвышенные чувства. Первая влюбленность оказалась более трагичным и скрытным тайником, чем описывали в книгах.

Возможно, если бы Кассиан знал, что ему предстоит испытать, он бы никогда не открывал его. Тогда и Дафна бы не испытала такой невыносимой боли. И лишь по его вине.

В тот день бессонница, мучавшая его долгое время, отступила. Первый сон, прибывший к нему за долгое время, напоминал ромашковое поле, где Кассиан лежит рядом с возлюбленной. Она перебирала пряди его волос и улыбалась также ярко, как и в их первую встречу. Но теперь он не отмахивается от рук девушки, позволяя делать, все что ей хочется.

Его солнце. Яркий свет, озаривший в одно мгновение и подаривший смысл в бренном существовании. И все же зная, что он не достоин даже ее небесного взгляда, Кассиан не теперь не сможет забыть ее, отречься душой и телом.

И пусть им не суждено быть в этой жизни, он будет ждать следующей. Она ведь говорила, что не забудет его.