Глава 27
– Так значит, проклятый меч, да?... – Агнес убрала волосы в тугой пучок и принялась шерстить в своем кабинете в поисках нужной книги, благополучно закинув верненную Реймондом на дальнюю полку. – Лучше заранее подготовь несколько заклинаний, чтобы снять проклятие на месте. Такие вещи редко благополучно перевозятся на дальние расстояния.
– Думаешь, есть риск полного разрушения? – спросил Рей, наблюдая, как девушка нещадно раскидывает вещи по сторонам. Похоже, этот бардак убирать явно не ей.
– Нет, скорее дело в силе подчинения. Судя по истории все дело в камне, и так как его нельзя извлекать, есть вероятность того, что в одиночку запечатать полностью ты его не сможешь. Такие процедуры всегда проводятся от двух высших магов минимум или в спокойных условиях, когда есть нужные устройства и много времени. В твоем случае нет ни первого, ни второго варианта.
– Будто тогда очистить его от зла будет проще...
– Ты не поверишь, но – да. – в голосе девушки проскользнули ироничные ноты. – Ты, конечно, потратишь немало маны, однако это намного быстрее и эффективнее. Поэтому и говорю – подготовься.
Громко воскликнув, Агнес достала с глубины полки книгу и, обтерев ее рукавом от пыли, вручила Реймонду. Это был специальный учебник по снятию порчи, проклятий и прочему взаимодействию с негативной энергией у вещей. Под оружие там была выделена отдельная глава.
– Не смотри на меня так, я знаю, о чем говорю. – закатила глаза Агнес, стоило только наткнуться на недоверчивый взгляд Рея. – Может я лично и не занималась этим направлением, зато работала с парнем, который в этом собаку съел.
– И где он сейчас?
– Без понятия. Перевелся в другой отдел нового корпуса и с далеких пор мы не пересекались.
Рей нарочито цокнул, но понимая, что желания разговаривать с незнакомыми магами у него не возникнет ни сейчас, ни позже, он открыл книгу и мельком взглянул на содержание. Довольно немалая типология предметов, с которыми можно работать. Глава под оружие была одной из самых обширных, и Рей надеялся, что только лишь из-за разнообразия доступных заклинаний, а не сложности работы с ними.
– В любом случае тебе и двух прочтений хватит, чтобы понять суть. Не даром же ты умница своего выпуска. – Агнес ехидно улыбнулась и встретила недовольный взгляд.
– Люди просто преувеличивают мои учебные заслуги из-за того, кто мой опекун. Но по факту мне нечем хвастаться в этой жизни.
– Ой, да брось! Подумаешь, к тебе постоянно прикованы завистливые взгляды магов, это же забавно. Пока они пытаются овладеть магией с раннего детства, ты познал ее саму суть уже в подростковом возрасте. Разве этим не стоит гордиться? Не каждому дано подобное.
Рей в последний раз бросил взгляд на открытую страницу и тихонько закрыл книгу. Это действительно было правдой. Некоторым людям необходимы долгие года, чтобы просто научиться контролировать свои силы, развить их до нужного минимума и начать изучать специализацию. Реймонд же словно интуитивно чувствовал духовную энергию, отчего переступил порог лишь спустя полгода занятий. Больше времени заняла простая учеба для умения читать и писать. Однако ни разу парень не чувствовал удовольствие от чужой похвалы, зная, что ее всегда говорят либо для галочки, либо совершенно неискренне. Ведь недаром его под свое крыло взял Салливан, разве можно ожидать от него чего-то иного?
– Я не первый, не я последний. Вся эта гонка за достижениями меня раздражает. Если бы вся деятельность магов была направлена на благо общества, если бы мы соревновались кто сделает больше полезных артефактов и радовались успехам другим... Может бы тогда я бы со спокойной душой жил здесь.
Агнес громко вздохнула и пожала плечами.
– Мир несовершенен и прекрасен в своем уродстве. Я вот смирилась и наслаждаюсь благами, что дает мне Башня. Кто знает, может ты тоже однажды перестанешь брыкаться и осознаешь, что все не настолько трагично.
– Если такая мысль придет в мою голову, значит, я буду на пороге смерти.
Рей не стал развивать разговор дальше и, быстро попрощавшись, вышел из кабинета. Девушка поправила очки и решила вернуться к разработке быстрорастущих цветов для снежных районов. Может, ее коллега жаждет чего-то возвышенного и чистого, но для человека, у которого до сих пор нет ничего, кроме маленькой комнатушки и примыкающего к нему кабинета, лишних денег и достижений никогда не бывает.
– Кхе-хе-хе-хе... Я почти близка, чтобы отправить эти семена на продажу!!! В этот раз я точно разбогатею на знатных толстосумах!!!
***
Несмотря на то, что Рей планировал выехать из Башни сразу же после встречи с кронпринцем, он решил задержаться еще на день и помочь своим детям с учебой. Так слезно его умоляли посмотреть записи с лекций и объяснить непонятные моменты.
Шейд и Фелизе не были талантливыми и гениальными учениками, и это было одной из причин, почему им не сразу нашли наставника. Каждый маг хочет отхватить себе особенного ребенка и взрастить самого особенного мага, что прославит его славное имя. Но Рей, будучи совершенно не тщеславным и самовлюбленным, даже не думал брать себе учеников, считая свой академический опыт бесполезным. В этом настояла Агнес, давя на скрываемую Реймондом сторону сострадания к детям.
– Знаешь, от них отказались почти все профессора... Ах, как жаль, что я не могу быть наставником... Но эти усердные дети тогда совсем пропадут, если ты до завтра не придешь к господину....
Каждый день в течение недели девушка напоминала Реймонду о бедняжках, которым не повезет с формальным учителем, и тот сдался, мысленно уверяя себя, что это плохая идея. Какой из него учитель? Он сам лишь недавно закончил академию, и даже его отличные оценки не могут дать юнцам действительно необходимый опыт.
Даже первая встреча Реймонда и детей прошла весьма странно. В день, когда их должны были представить официально, Рей отправился в хранилища старых механизмов в надежде найти себе подходящие запчасти. Здесь складировали ненужные железки, дабы другие могли ими воспользоваться. Приходили сюда в основном молодые и небогатые маги, что не могли позволить себе закупать новенькие детали для своих наработок.
Копаясь в груде металла и шумя на все помещение, Рей даже не заметил, как за ним наблюдали два ребенка. Лишь когда их спор начал повышаться в тонах, он испуганно вздрогнул и резко обернулся от осознания того, что он здесь не один и даже не подозревает об этом.
Два ребенка ойкнули, когда их глаза пересеклись с нахмуренным зеленым взглядом. Девочка спряталась за своим другом, а тот лишь сжал руки покрепче за спиной, не делая и шага в сторону.
– Вы чего тут подсматриваете? – Рей успокоился, увидев, что это были всего лишь дети, но все еще негодовал от их навязчивого поведения. – Если по поручению пришли, так не стойте в дверях.
Паренек неловко откашлялся и ответил:
– Мы... можем вам помочь?
– Помочь? – недоуменно переспросил Рей. – С чего вы взяли что мне нужна помощь?
– Вы уже долгое время ругаетесь, когда находите схожую с нужной деталь и выкидываете ее в дальний угол. К тому же ваши пальцы начали кровоточить.
– А. – Рей взглянул на порезанные пальцы и попытался вытереть кровь об одежду, но она лишь размазалась полусухими линиями. – Это мелочи. Впрочем, если вам делать нечего, не буду отказываться от лишних рук.
В иной ситуации Реймонд бы предпочел отказаться от предложения, но он копошился в холодном неуютном помещении уже почти час, а желание доделать сегодня подъемный механизм для грузов было слишком велико. Пускай это была его никому ненужная прихоть, Рей хотел как можно скорее передать прототип на испытания людям. Если его не забракуют на этапе регистрации из-за отсутствия выгоды Башне.
Внимательно разглядев на схеме детали, дети мигом принялись рыскать среди всеразмерных железок. Они стали весьма шумными, когда привыкли к компании Реймонда, и всячески спорили по каждой мелочи. У этой детали не тот размер. Эта слишком ржавая. А эта почти сломанная.
Уже через десять минут Рей отвлекся от поисков и сел на скрипучую бочку, теперь устав не только от попыток найти нужные детали, но и от детского галдежа, что раздавался в помещении гулким эхом. И все же ему не хотелось высказывать недовольства, или и вовсе прогонять их. Они с таким энтузиазмом принялись за дело, что Реймонду стало интересно, как быстро справятся дети.
Детали нашлись через двадцать минут. До ужаса грязные и запыхавшиеся дети с гордостью вручили магу пять необходимых деталей. Даже девочка, изначально испуганная, стояла широко улыбаясь и молча ждала похвалы, пока парень вздернув нос рассказывал, как было непросто достать их из огромной кучи по центру.
Рей поджал губы, дабы не рассмеяться, и довольно улыбнулся.
– Вы и правда молодцы. Кто ваш наставник? Я выражу благодарность и ему.
Тут дети опустили глаза в пол. Улыбка с их лиц сползла в одно мгновение.
– У нас нет наставника. От нас отказался десятый профессор. Сегодня откажется еще один маг.
– Вы знаете, как его зовут? – начал догадываться Рей.
– Вроде как... Я не помню имя, но... А! У него есть прозвище «Вороненок Рози»! – забавляясь вставила девочка.
– ...
Рей закашлялся и, отведя от детей взгляд, ответил:
– Не зовите его так. Он до жути не любит это прозвище.
– Вы его знаете? – воодушевился мальчик. – Про него ходит много странных слухов, если честно, нам даже немного страшно. Например, что он любит уходить ночью в город и вылавливать людей для пыток!
– И ты в это веришь? – с сарказмом спросил Рей.
– ... если честно нет. Но про него так мало говорят хорошего, разве это бывает беспочвенно?
– Он... Просто одиночка, не любящий излишнее внимание. Его связь с верховным магом вечно не дает другим покоя. Можно сказать, отсюда все проблемы.
– Так это все-таки правда! – шепотом обратилась девочка к другу, не скрывая искреннего удивления.
Послушав, как дети обсуждают между собой его самого, Рей хлопнул хлопнул по пустой бочке, отчего в помещении раздался гул. Когда те перевели внимание на него, Рей спросил и с интересом посмотрел в наивные детские лица.
– Только честно, вы хотели бы себе такого наставника? Он очень молод, многого не знает сам, да и к тому же нелюдимый. Возможно, вас будут дразнить другие ученики. Разве не проще быть пока без учителя, чем с таким?
– ... мы знаем, что про нас говорят взрослые. – паренек переглянулся с девочкой и неловко улыбнулся, стесняясь говорить столь бесчувственные слова в их адрес. В его глазах отражалось слишком сильное понимание несправедливости этого мира. – Поэтому просто хотим доучиться и спокойно жить. Но неамбициозные ученики никого не интересуют. Так что если господин и правда нелюдимый и спокойный, мы лишь будем рады учиться под его крылом. И помогать, если он того захочет.
Реймонд протянул длинное «Хо-о-о», удивляясь, насколько эти дети взрослые в свои юные года. Впрочем, Башня намеренно лишает их детства и заставляет на своей шкуре испытать всю горечь взрослой жизни еще когда они не достигают совершеннолетия. И хоть при нынешнем верховном маге ситуация сгладилась, воспитание взрослого поколения не изменилось тотчас.
Что-то в этой парочке было Реймонду знакомо. Желание покоя и отчужденности рядом со взрослым человеком, которому можно доверять... С каждым годом это желание потухало, оставляя после себя мокрую труху, которой не разгореться вновь. Его взгляд смягчился, а намерение утешить детей разморило сердце.
– ... Могу дать вам слово, что у вас появится наставник. Не обещаю, что он будет сильным учителем, но обижать вас точно не будет.
И уже через два часа в официальную встречу Рей с довольной улыбкой наблюдал шокированную громкую Фелизе, что мучила Шейда со словами «Так это он был, ты поди все знал!!!». Профессор, что руководил распределением учеников, смотрел на троицу брезгливым взглядом. Для него все это было похоже на малолетнюю дурость, что сбивается в кучу.
«Сам белая ворона, да других кукушат собирает. Тьфу, бездарности»
Рей, вероятно, и правда не умел хорошо объяснять, особенно детям. В первый месяц он учился перестраивать свои мысли так, чтобы его смогли понять. Не обходилось без усталых вздохов и перерывов, которые перетекали в «Завтра продолжим». Наставничество могло носить формальный характер, так как ученики продолжали ходить на занятия, и многие заводили отношения лишь ради связей – будущих или нынешних. Но Шейд и Фелизе для Реймонда были неким собственным вызовом – сможет ли он быть лучше, чем его наставник.
И лишь после расставания и временного возвращения в Башню, Рей понял, что учитель наверняка из него и правда никудышный, раз так легко смог «променять» их на жизнь в остальном мире. Но их счастливая реакция, стоило ему только появиться на пороге, дала надежду, что взрослым для них Реймонд стал и правда неплохим. Как и они стали дороги его сердцу.
***
В кондитерском заведении было довольно многолюдно, а насыщенный сладкий запах окутывал как мягкий приятный плед. Троица ожидала десерты в весьма неловкой тишине. Точнее Рей, наблюдавший задумчивую Элизу и хмурого Ноа, пытался подобрать хоть одну интересную тему для обсуждения. Однако его предстоящие новости не настраивали на положительную атмосферу.
Когда стол уже не был пустым и напряженные лица брата и сестры немного сгладились, Рей спросил, как прошла их встреча со знакомым. Тут Ноа снова нахмурился и недовольно фыркнул, не торопясь отвечать на вопрос. Элиза же в более спокойной манере ответила, что все в порядке.
– А как прошла твоя встреча? – сменила тему девушка.
– Весьма... специфично. Я хотел как раз обсудить это. В ближайшие дни я отправляюсь на следующее задание вместе с маркизом Лютвицем, и, боюсь, в этот раз мы тоже не сможем быть вместе. Слишком опасное место.
Элиза лишь немного приподняла брови, словно подтвердила для себя собственные ожидания, и ответила кроткое:
– Вот как. Что ж, к счастью, так совпало, что нам предложили здесь поработать. Мы думаем согласиться.
– Это ты – хочешь. Я уже говорил, что наседать на их шею плохая идея!
– Хочешь вернуться к этой теме? – более раздраженно бросила Элиза. – А сидеть на шее Реймонда – отличная идея?
– Э-это... – лицо Ноа залилось краской, в моменте не зная, что ответить.
– Что с вами такое? – не выдержав, спросил Рей. – Вы снова собачитесь, как на первой тренировке с Честейнами. Это из-за меня, верно?
– Не совсем. – выдохнула Элиза. – Оскар, наш давний знакомый, предложил нам и жилье, и работу. И я считаю это хорошим предложением. С тех пор, как мы покинули родную деревню, прошло достаточно времени. Мне хочется большей стабильности и независимости, а вот Ноа ведет себя не пойми как!
– Неправда! – голос юноши дрогнул, а взгляд заметался от сестры к Рею. – Просто у нас только начала налаживаться жизнь, неужели обязательно где-то садиться якорем? Уверен, Рей не против, что мы с ним путешествуем!
– Вот только мы все равно ему обуза. – слова девушка впились в Ноа больной иглой, отчего он заметно вздрогнул. – Даже если он сам не вбегает в драки, они сами его находят.
Все трое замолчали, оставшись лишь с шелестом чужих одежд и разговоров о теплой столичной погоде за последние дни. Только атмосфера за столом Реймонда была уж через чур прохладной, маг уже почувствовал, как холодеют его пальцы. Даже вкус шоколадного мусса, что понравился ему в поместье маркиза, не дарил повторно таких же приятных ощущений. Видимо, трапеза и правда может меняться от любых мелочей.
– Я не хочу называть вас обузой. – разорвал тишину Рей и отхлебнул чай в попытке промочить сухое горло. – Скорее это мне жаль, что я не могу обеспечить вам интересную компанию из–за моей работы.
– Глупости, ты что, шут, чтобы нас развлекать? – Элиза заметно расслабилась, видя, что Рей негласно поддерживает ее. – Еще бы это кое-кто другой понял, да было бы нам счастье.
Реймонд посмотрел на поникшего Ноа, что пытался держать невозмутимое лицо. Но его поджатые губы и глаза, что блестели слишком сильно, не сильно помогали в этом деле.
– Ноа, ты ведь понимаешь, что мы не расстаемся навсегда? – аккуратно спросил Рей.
– ...
– У нас есть камень связи, и я буду стараться навещать вас время от времени. Помнишь, я говорил, что помогу с обучением у врача? Разве сейчас на подходящий момент?
Ноа перестал крутить в руках чайную ложку, и все же не поднял взгляда на мага. Когда он мелко задрожал и отвернулся в сторону, пытаясь удержать слезы, Элиза молча прижала его к своему плечу, не давая выдернуться из собственной хватки.
– Я и правда... хотел быть с тобой чуть дольше. – оставив попытки выползти из сестринских объятий, Ноа мутным от слез взглядом посмотрел на Реймонда. – Но, видимо, мне и правда не хватает силы, чтобы стоять рядом, а не позади.
Только Рей хотел ответить, как вдруг Ноа все же вырвался из цепких рук Элизы и соскочив со своего места влетел в Реймонда, заставляя сестру покраснеть от возмущения. Он почти слышал ее немой крик «Ноа, мы же в общественном заведении, ты что творишь?!» И не важно, что она сама нередко позволяла себе не совсем воспитанное поведение.
– Хоть мы знакомы не так долго, я не верю, что про тебя говорят. Про всех магов. Я... Я доверяю тебе, поэтому пообещай, что будешь возвращаться к нам. Что не забудешь про звонки, и что обязательно будешь приносить с новых мест интересные мелочи... Обещай, иначе не отпущу тебя!!!!
Реймонда сжали так, что ему почти нечем было дышать. И все же он ответил Ноа ответными объятьями, прижимаясь щекой к его макушке. Как сильно же привязался к нему этот птенец... Рей всегда видел Ноа маленькой пташкой, которая с радостью тянется к людям в попытке найти ответного тепла. Несмотря на свои девятнадцать лет, он был слишком чувствителен и наивен, даже если не хотел показывать этого.
Переносит ли он на него проекцию своего друга из прошлого или нет, Реймонду было неважно. Даже если в этих голубых глазах отражается не Рей, он уже не сможет отвернуться от столь светлого человека, что так отчаянно тянется к нему. И в его силах будет позаботиться о его будущем, даже если теперь они будут врознь.
– Обещаю, Ноа. Я не оставлю тебя.
Смотревшая на эту трогательную сцену Элиза облегченно выдохнула и, плюнув на все, так же встала со своего места и легла на парней сверху, придавливая их вниз и ехидно хихикая. Даже их скрипучие мольбы встать с них совсем не помогли, а лишь усилили эффект, отчего троица чуть не упала на пол под непонимающие и раздраженные взгляды других посетителей. Сейчас девушке уже было все равно. На после их разговора на душе стало так легко, что она готова простить всех и все на этом дурном свете.
И все же она догадывалась, что их встреча определенно состоится скорее, чем она думает.