Глава 31.

– И каким же? – спросил Шахин.

– Ради собственной безопасности я хочу связать себя С Юном магической клятвой до момента, пока мы не решим судьбу меча.

– Клятвой говоришь... – протянул Нашми и выразительно посмотрел на Шахина, что пристально смотрел прямо на Реймонда, словно пытался найти в его словах подвох.

– Страховка для обеих сторон, чтобы никто не поубивал друг друга. – Реймонду было тяжело выдерживать чужой взгляд, но он старался держать голос как можно уверенней. – Лишь временная мера, пока мы застряли здесь.

– ... это лучше, чем ничего. – с натяжкой ответил Гален. Похоже, идея все равно не внушает ему большого доверия.

– А мое мнение никому не интересно? – подал недовольный голос Юн.

– Госпо–... Кхм, Юн, у тебя сейчас особо выбора нет. – пожал плечами Нашми. – Нам все же твоя безопасность важнее меча. Иначе какой смысл во всем этом?

– Согласен. – ответил Шахин, сложив руки на груди. – Пока ты висел здесь, мы обошли некоторые проходы. Чтобы вы знали – карликов здесь намного больше, чем казалось сначала. Если разойдемся по группам, да еще ослабленными после боя друг с другом, нас окончательно добьют.

– А помощь мага нам бы здорово пригодилась. – довольно вставил Нашми. – Мы знакомы с Келингтона, разве не почти друзья?

– Друзья не пытаются прикончить друг друга. – Реймонд бросил многозначительный взгляд на Юна и тот отвернулся, закатив глаза.

– Ну не знаю, у меня на родине и не такое происходит.

В воздухе повисло напряжение. Все ожидали окончательного решения от Юна, что пытался противиться предложению. Пока Гален стоял, словно натянутая до предела струна, и готовился к худшему варианту, а подчиненные Юна негромко обсуждали что-то между собой на родном языке, Реймонд вскипал от злости, как чайник. Нет, ну что за поведение у этого парня? Что за выпендреж, как у пятилетнего ребенка?!

– Ладно. – пролетел звонким эхом голос Юна. – Мне и так надоело тут висеть. Давай уже заключим твою дурацкую клятву.

Рей облегченно выдохнул. Наконец-то этот олух сдвинул дело с мертвой точки.

Несмотря на перемирие, сопровождающие обеих сторон не спускали ни с кого глаз. Освободить парней из каменных тюрем оказалось не так сложно, как предполагалось на первый взгляд. Уже через пару минут Реймонд допивал бутылек с зельем, восстанавливающим ману, и подготавливал магический круг для заклинания. Юн стоял неподалеку, разминая затекшие от долгого заточения мышцы.

Как только все было готово, Рей протянул Юну руку, приглашая зайти в магический круг.

– Подойди.

Юн никогда не боялся Реймонда с момента их первой встречи. В его глазах маг всегда выглядел слабой зашуганной мышью, что не способна показать зубы, пока ее не загонят в угол. Практически беспомощный, ожидающий помощи от других, с испуганным бледным лицом и дрожащими руками.

Но сейчас Юн смотрел на Реймонда, на лице которого не отражалось пугливости и сомнений в своих действиях. Бледно-зеленый взгляд встретился с янтарным, и Юн на мгновение оторопел. Он мог поклясться, что увидел в чужих глаза промелькнувшую угрозу. Тщательно скрытую, ту, что Реймонд даже не посмел бы раньше выставить на показ.

Юн впервые понял, что сильно недооценивал Реймонда. Ему не хотелось входить в этот круг.

Но сильнее беспокойства в молодой южной крови разгоралось предвкушение. Раз эта бледная поганка стала так уверена в себе – пусть попробует свои магические фокусы!

Подавив внутреннее возбуждение, Юн отбросил последние сомнения и шагнул в сторону Реймонда, принимая приглашение. С силой схватив его за руку, Юн бесстрашно улыбнулся и негромко сказал около уха:

– Ну давай начнем, заморыш.

Рей сдержанно кивнул и, порезав собственную ладонь, протянул клинок Юну. Тот незамедлительно сделал то же самое, не задавая лишних вопросов. На лице Нашми отразилось беспокойство, но Шахин положил ему руку на плечо, намекая оставаться на месте. Гален, впрочем, несмотря на внешнюю сдержанность, переживал за Рея не меньше. В голове уже был план того, как он будет объяснять кронпринцу отсутствие меча, лишь бы не позволять Реймонду идти на подобный риск. Но это было бы слишком опрометчивым решением для капитана особого подразделения. Лютвиц сильнее сжал челюсти и продолжил неотрывно наблюдать.

Реймонд сжал окровавленную руку Юна своей и начал читать заклинание, активируя магический круг.

– Скрепливая нашу клятву кровью, из которой произрастает сама жизнь, мы возлагаем на себя нерушимое обязательство. Никто из нас и наших спутников не посмеет возжелать вонзить в нас оружие с ненавистным замыслом, пока наша цель не достигнет единственно верного конца. Поклянись.

– Клянусь. – Юн ответил, даже не осознавая, что уже говорит под действием заклинания.

Однако только все подумали о том, что уже подошел конец и можно выдохнуть, как вдруг Рей продолжил:

– Скрепливая нашу клятву кровью, ты, Юн, соглашаешься связать свою жизнь и душу с Реймондом Ройзеном нерушимыми узами контракта. С этого момента ты – его плоть и кровь, душа и жизнь, пока наша цель не достигнет единственно верного конца.

– Рей, что ты...!? – Гален обескураженно распахнул глаза.

Шахин и Нашми поддались вперед, не ожидав от мага подобных слов. Но прерывать контракт было уже поздно, отчего они лишь растерянно наблюдали за реакцией их господина.

Лишь Юн без всякого замешательства посмотрел на сосредоточенного Реймонда, в чьих глазах отражался свет магического круга.

– Так вот что ты задумал.

– Поклянись. – бесстрастно продолжил Рей.

Пути назад не было. Юн, все так же не отрывая зрительного контакта от мага, громко и четко ответил:

– Клянусь.

В подтверждении слов Реймонда и Юна между ними протянулась эфемерная цепь, закрепившаяся в сердцах, и исчезла одной вспышкой. Однако теперь парни явно чувствовали установившуюся между ними связь, что не сильно радовало Юна. Даже если это временная мера, ему не нравилось быть насильно привязанным к кому-то.

– Рей! Святая богиня, что это сейчас было? Я, конечно, не маг, но это явно было нечто более, чем простая клятва... – Гален, не терявший времени и подбежавший сразу же, как только заклинание было закончено, с горечью взглянул на вновь раненную руку мага.

– Да, мистер грибочек, разве вы не знали, что обманывать людей нехорошо? – Нашми пытался держаться спокойно, но в его голосе проскальзывала явная угроза.

«Мистер грибочек?»

– Зачем было идти на такие крайние меры? – пренебрежительно спросил Шахин. Похоже, то небольшое доверие к Реймонду утекло быстрее, чем песок сквозь пальцы.

Хоть маг и ожидал таких вопросов, он не знал, как объяснить им столь спонтанное решение. Именно в этом была проблема – Рей не планировал подобную... подлость? Возможно. Самым простым объяснением произошедшего была банальная месть. Раз в Келингтоне он постоянно был под давлением, что плохого в том, чтобы в этот раз обернуть ситуацию в свою пользу?

Однако, когда магический круг был почти дочерчен, в голове Реймонда промелькнула вереница мыслей. Несмотря на то, что Юн пытался убить его, открыто проклинал, не скрывал своего двуличия... Реймонд хотел понять его. Как изобретение, что работает по неисправному алгоритму.

И которое можно настроить правильно, если влезть в него самому.

Совесть убеждала, что другой подходящей ситуации может не быть. Здесь сложились все условия, чтобы безнаказанно связать души друг друга. Ирония заключалась в том, что маги не используют это заклинание на недолюбливаемых ими людях. Это сильнее всего удивляло Рея – он пошел на этот шаг по собственной воле.

В первое время после событий в Келингтоне он надеялся больше никогда не пересекаться с этим человеком. Его открытая ненависть и лицемерие словно острым лезвием высекли в душе Реймонда напоминание о беспринципности Юна, и на что он готов пойти ради достижения своих целей. Но увидев его вновь, беспомощно висящего на стене и сверлящего Реймонда взором, в котором скрывались стыд и унижение, маг осознал одну вещь.

Даже если Юн и правда ненавидит его до глубины души, даже если попытается убить вновь, Реймонд не сможет с такой же легкостью взять на себя роль властителя судеб. Не сможет сыграть на опережение и вонзить клинок в сердце, даже помня, как Юн заносил над его головой меч. Единственное, чего он хотел бы увидеть от Юна – принятие наказания за проделанные им поступки. Искупление. Осознание, что жить так – неправильно.

И если Рей поймет, что же по-настоящему движет этим человеком, он сможет предотвратить дальнейшую череду насилия. В глубине души маг смеялся над собой, посчитав настоящим глупцом. Еще недавно ему и в голову не пришли бы подобные мысли – влезать в столь абсурдную авантюру. И ради чего? Дабы смехотворно объявить себя героем и преподнести Юна кронпринцу на блюдечке?

– Здесь нет ничего смертельного. – Рей состроил невинное лицо, словно был единственной жертвой в данный момент. – Разве такой слабый человек, как я, не может взять чуть больше гарантий для своей безопасности?

– Не стоит прикидываться овечкой – ты просто вымещаешь на мне обиду. – усмехнулся доселе молчавший Юн. – Думаешь, я не буду теперь рассказывать им, что ты думаешь на самом деле? У этих уз есть и свои плюсы.

– Так вы что, теперь читаете мысли друг друга или как? – недоуменно спросил Нашми. – Какой в этом был смысл?

– Мы не можем читать их, но интуитивно понимаем испытываемые эмоции и чувства. – ответил Рей. – Я лишь временно сделал Юна буквально частичкой себя, чтобы контролировать его душу. Взамен он также может чувствовать мое физическое и душевное состояние. В этом суть контракта – он равноценен для обеих сторон.

– Это все равно отвратительно! Я буквально чувствую, как ты наслаждаешься ситуацией! – Юн принялся тыкать в грудь Реймонда, не зная, как выплеснуть свое недовольство. – Мы что, должны теперь так до самого конца ходить?!

– Да. – с ехидной улыбкой ответил Рей. – А еще мы должны защищать друг друга, потому что иначе помрем вместе.

– Нет никаких мы, заморыш ты поганый!!!

Оставшаяся тройка сопровождающихся смотрела на препирания, казалось бы, взрослых людей, и не могла поверить своим глазам. Напряжение, царившее в пещере, растаяло столь странным образом, что Гален переглянулся с Шахином и увидел в его глазах такое же усталое понимание. Как так вышло, что эти двое, что бились не на жизнь, а насмерть, теперь как дети малые дразнят друг друга?

А никто не забыл, ради чего они здесь собрались?

Хоть Реймонд и правда забавлялся реакцией Юна на их скрепленные души, пришлось поумерить пыл после того, как Гален своим зычным голосом призвал их к словесному миру. Юну повезло чуть меньше – Шахин просто с силой усадил его на землю и встал рядом, коршуном нависая над Юном и заставив прикусить язык.

Теперь, когда все успокоились, и перестали смотреть друг на друга как на смертельных врагов, Рей повнимательнее рассмотрел подручных Юна. Но назвать их простыми подчиненными было сложно – судя по столь неформальному общению и поведению в целом, эта троица была знакома уже много лет и их отношения были шире, чем просто сценарий «главный – подчиненный».

Шахин среди них был самым спокойным и на вид зрелым парнем с темным пронзительным взглядом, напоминающим ястребиный. Но была в его поведении некая скованность, отчего из-за резких черт лица Шахин всегда казался через чур строгим. Нашми же был его некой противоположностью – более смягченный аметистовый взор и раскованное поведение, отчего эмоций он проявлял больше и чаще. Юн на их фоне выглядел скорее как младший брат, отличающийся более импульсивной стороной. Но, как Рей вскользь понял из их разговоров, самым младшим среди этих троих был Нашми. Шахин, предположительно, брал возрастное главенство. Порой маг даже сомневался – а действительно ли Юн лидер среди них?

Расположившись на полу в кружок, теперь одна команда решала, как быть дальше. В ходе обсуждения Рей пояснил, что нибелунги наверняка охраняют шамшир, поэтому сейчас и препятствуют его поиску.

– Скорее всего сила меча затуманила их разум, из-за чего они стали агрессивнее. Сами по себе они никогда не пытаются убить заблудших путников.

– А ты уверен, что меч находится здесь? – спросил Нашми, получив за попытку погреть руки о бока Шахина. – Да и по сравнению с поверхностью здесь вообще не чуется негативная энергия.

– К тому же здесь все проходы – тупиковые. – Шахин отпихнул от себя подальше замершего напарника и тот пополз в сторону Юна.

– Меч определенно здесь. Путеводные нити привели нас сюда не из-за духа-хранителя, это точно. К тому же, после некоторого нахождения в пещере я осознал еще один признак.

Реймонд указал на темно-фиолетовое свечение, исходящее от минералов.

– Флюорит. Скорее всего, вы не чувствуете этого, но камни напитаны очень нестабильной магической силой. Это распространенное явление для минералов – напитываться маной в течении долгого времени, если они находятся в подходящих условиях. Здешние камни не стали исключением. Но их проблема в том, что источником питания стал проклятый меч.

– Почему же даже спустя десять лет мы не чувствуем от них этого? – боковым зрением Гален заметил, как сидящий рядом с ним Юн вздрогнул и дал подзатыльник подкравшемуся к нему Нашми. – Разве за такой продолжительный срок они не должны были впитать в себя большое количество негативной энергии?

– Флюорит не тот тип минерала, что может поглотить много энергии, даже негативной. Поэтому ее небольшое количество ощущают чаще всего именно маги.

– Подождите, я правильно услышал – меч проклятый?

Рей воззрился на Юна таким удивленным взглядом, что южанин несколько смутился из-за своего вопроса.

– Вы не знали, что все творящееся вокруг из-за меча?!

В ответ послышался лишь неловкий кашель Нашми. Нахмурившись и скрестив руки на груди, Юн продолжал недоуменно смотреть на Реймонда, что громко выдохнул и схватился за голову:

– Поверить не могу...