глава 35.

- Свобода - это не когда ты делаешь что хочешь, - сказал Кларк. - Свобода - это когда ты знаешь правду.

- Я знаю правду, - сказал я.

- Не всю.

Мы стояли на крыше. Снова. Это становилось традицией. Ночная крыша. Город внизу. Волга в небе - точнее, трещина, которую я называл Волгой, которая теперь была не в потолке, а где-то внутри меня.

- Что я еще не знаю? - спросил я.

- Ты знаешь, что случилось в семь лет. Ты знаешь про отца. Про мать. Про дверь, которую она не открыла. Но ты не знаешь, что было после.

- После?

- После того, как ты разделился. Как ты создал нас. Ты думаешь, ты просто забыл? Нет. Ты специально нас создал. Ты сказал себе: «Я больше не могу быть одним человеком. Мне нужно разделиться, чтобы выжить». И ты разделился. На боль, смех и красоту. А сам стал Ничем.

- Но я же существую. Я здесь.

- Ты существуешь как оболочка. Как рамка. Как дом, в котором мы живем. Но внутри - мы. Твоя боль. Твой смех. Твое чувство прекрасного. Ты отдал нам всё, что делало тебя живым.

- И как мне это вернуть?

- Не вернуть. Принять. Ты не можешь забрать нас обратно, как забирают долг. Мы не долг. Мы - дар. Ты должен научиться быть нами. Не смотреть на нас со стороны, а быть.

- Как?

- Скоро узнаешь. - Кларк посмотрел на меня долгим взглядом. - Скоро ты улыбнешься. По-настоящему. И тогда ты поймешь.