глава 11.

Пятьдесят таблеток.

Я высыпал их на стол и пересчитал. Трижды. Ровно пятьдесят. Белые кругляшки на сером пластике столешницы. Как звезды. Как нули. Как маленькие луны, упавшие с неба и разбившиеся о мою кухню.

Сегодня вторник. Психотерапевт выписал мне новый рецепт. Уже пятый с тех пор, как я начал считать. Я соврал ему, что старые таблетки закончились. Он поверил. Он всегда верит. Я хорошо вру.

Пятьдесят - это число, которое назвал Кларк. «Когда будет пятьдесят, ты примешь решение». Он сказал это, и я не спросил, какое именно. Но я знал. Я знал с самого начала. С первой таблетки, которую не проглотил, а отложил в банку. С первой бессонной ночи. С первой трещины на потолке.

Решение простое: либо выпить их все, либо выбросить. Либо сдаться, либо начать жить. Третьего не дано.

Я сижу и смотрю на таблетки. Они не двигаются. Они ждут. Как и я.

В дверном проеме возникает Кларк. Сегодня он без рубашки. Вернее, рубашка расстегнута, свисает с плеч, как белый флаг, который забыли поднять. На груди у него - ничего. Ни шрамов. Ни родинок. Ни волос. Гладкая бледная кожа. Как гипс. Как чистый лист.

- Пятьдесят, - говорит он. - Ты дисциплинирован. Я уважаю это.

- Я не знаю, что делать.

- Знаешь. Ты всегда знал. Просто боялся себе признаться.

Он подходит к столу. Смотрит на таблетки. Проводит над ними ладонью - не касаясь. Как экстрасенс над больным.

- Если ты их выпьешь, всё закончится, - говорит он. - Не будет больше бессонницы. Не будет офиса. Не будет Волги на потолке. Не будет меня. Тишина. Полная. Навсегда.

- А если выброшу?

- Тогда начнется другое. То, ради чего я здесь.

Он смотрит на меня. Глаза серые, холодные. Но сегодня в них что-то есть. Что-то, похожее на... нетерпение? Азарт? Как у игрока, который ждал весь вечер и наконец увидел карты соперника.

- Ты хочешь, чтобы я выбросил, - говорю я.

- Хочу. Но я не могу решить за тебя. Это твои таблетки. Твоя жизнь. Твоя улыбка.

Я беру одну таблетку. Маленькая. Меловая на ощупь. Кладу на язык. Горечь. Язык немеет. Я мог бы проглотить. Мог бы запить водой из-под крана. Мог бы лечь на кровать и закрыть глаза. И всё.

Вместо этого я выплевываю таблетку в раковину.

Потом беру банку - ту самую, из-под томатного соуса, с отмытой этикеткой, - и пересыпаю таблетки обратно. Одну за другой. Они стучат по стеклу. Пятьдесят ударов. Пятьдесят маленьких капитуляций.

- Я не буду, - говорю я.

- Я знал, - говорит Кларк.

- Ты не знал. Ты надеялся.

- Может быть. - Он улыбается. Шрамы белеют. - Может быть, я тоже умею надеяться. Немного. Чуть-чуть.

Он запахивает рубашку. Застегивает пуговицы. Медленно. Одну за другой. Как будто готовится к выходу в свет.

- Хорошо, - говорит он. - Раз ты выбрал жить, начнем обучение.

- Какое обучение?

- Я же обещал. Я научу тебя улыбаться.