глава 12.

- Возьми стакан, - говорит он.

Я беру. Обычный граненый стакан, из тех, что продаются в хозяйственном поштучно. Мутноватое стекло. Тяжелый.

- А теперь разбей его об стену.

Я смотрю на стакан. Потом на стену. Потом на Кларка.

- Зачем?

- Это первый урок. Улыбка - это не движение губ. Улыбка - это поступок. Это когда ты делаешь то, что хочешь, а не то, что должен. Ты хочешь разбить стакан?

- Нет.

- Врешь. Ты хочешь разбить всё в этой квартире. Ты ненавидишь этот стакан. Ты ненавидишь этот стол. Ты ненавидишь эту трещину на потолке и эти обои, которые три года не мог переклеить. Ты хочешь разнести всё к чертям. Просто ты запретил себе хотеть.

Я сжимаю стакан. Стекло теплое. Или это моя ладонь стала горячей.

- Я не знаю, что будет, если я его разобью.

- Ничего не будет. Мир не рухнет. Полиция не приедет. Соседи не постучат в дверь. Просто на полу будет стекло. И ты впервые за много лет сделаешь то, что хочешь.

Я размахиваюсь. Медленно. Как в воде. Стакан летит в стену. Удар. Звон. Осколки брызжут в стороны, как ледяной фейерверк. Один падает мне под ноги. Второй закатывается под стол. Третий остается лежать на подоконнике - рядом с банкой.

Тишина. Я дышу. Часто. Громко. Как после бега.

- Ну? - спрашивает Кларк.

Я смотрю на осколки. На стену, где осталась маленькая выбоина. На свои руки - они дрожат. Но не от страха. От чего-то другого. От чего-то, что я забыл, как оно называется.

- Еще, - говорю я.

- Что?

- Дай мне что-нибудь еще. Что можно разбить.

Он улыбается. Широко. По-настоящему. Его шрамы почти исчезают в складках кожи.

- Это только начало, - говорит он. - Дальше будет интереснее.