глава 22.

- Что вы думаете о смерти? - спросил Себастьян.

Мы сидели в кафе. Настоящем кафе - с настоящим кофе, который он не пил, а просто держал чашку в руках, грея ладони в перчатках. Он сказал, что кофе здесь отвратительный, но атмосфера подходящая. «Для разговоров о смерти нужен плохой кофе. Хороший отвлекает».

- Я стараюсь о ней не думать, - сказал я.

- Зря. Смерть - это единственное, что делает жизнь осмысленной. Если бы мы жили вечно, мы бы никогда ничего не делали. Зачем? Времени - бесконечность. А так - у тебя есть срок годности. Как у молока. И это заставляет тебя что-то делать. Хотя бы выходить из дома. Хотя бы разбивать стаканы.

- Откуда вы знаете про стакан?

- Вы сами рассказали.

- Я не рассказывал.

- Рассказывали. В прошлый раз. Когда говорили про четвертый урок и зеркало. - Он отпил кофе и поморщился. - Нет, вы не говорили. Но я знаю. Я много чего знаю. Это моя работа.

- Знать?

- Догадываться. Поэт - это детектив, который расследует преступления против души. А душа - это место, где всегда что-то происходит. Всегда что-то разбивается. Всегда кто-то кричит.

Он поставил чашку на блюдце. Снял очки. Протер. Надел.

- Смерть - это не конец, - сказал он. - Это просто момент, когда ты перестаешь считать. Таблетки. Дни. Людей с седыми висками. Ты просто закрываешь глаза и говоришь: «Хватит». И это, между прочим, единственный способ выспаться.

- Вы боитесь смерти?

- Я боюсь не смерти. Я боюсь умереть, не дописав стихотворение.

- Какое?

- То самое. Главное. Которое всё объяснит. Которое соберет все куски пазла. Которое я пишу уже... - он запнулся, - ...очень давно. И никак не могу закончить. Потому что не хватает одной детали.

- Какой?

- Не знаю. Когда узнаю - допишу. И тогда можно будет умереть.

Он улыбнулся.

- После каждой шутки я всё дальше от Бога. А после смерти - наконец-то встречу его лично. И расскажу ему все свои шутки. Все до одной. Интересно, он засмеется?