67

67| Абраксас Малфой

— Не могу поверить, что ты мне не сказала, что заболела! Я жил полной жизнью, а ты здесь умирала, ничего мне не сказав, — отчитал Абраксас Серафину, укутывая её одеялом. — Ты понимаешь, как я волнуюсь? Ты никогда не болеешь. Что случилось?

Она старалась не возражать, когда он укутывал её одеялом, потому что день был тёплый, и ей не было холодно. — Ты преувеличиваешь, Бракс. Я в порядке, просто немного простудилась.

Он сел рядом с ней на диван и внимательно посмотрел на неё. — Почему ты простудилась? —  Он выглядел неубеждённым.

— Это из-за погоды в Албании, — солгала она, отчаянно пытаясь сменить тему. — Я надеялся, что это ты приедешь,

Он поднял бровь: — И почему?

— Мне нужно, чтобы ты кое-куда пошёл со мной, — объяснила она, и он подождал, пока она уточнит: — Мне нужно съездить к родителям за кое-какими вещами, и я не хотела ехать с Томом.

Абраксас вздохнул и несколько секунд молчал: — Реддл дал мне чёткий приказ не выпускать тебя из квартиры. Он убьёт меня, если узнает, что я отвёз тебя к твоим родителям.

Она закатила глаза, уже догадываясь, что убедить его будет сложно: — Обещаю, он не узнает. Мы используем порошок для перемещения, и через полчаса будем здесь, как ни в чём не бывало.

Он выглядел неуверенным в её плане: — Не уверен, что это сработает, Серафина. От Реддла ничего не скроешь.

— Поверь мне, ладно? — Она взяла его руки в свои и слегка сжала их: — Если он всё-таки узнает, что мы вышли из квартиры, я скажу ему, что это не его дело. Я свободная женщина, и я могу делать всё, что захочу.

Он всё ещё выглядел неубеждённым: — А что, если с тобой что-нибудь случится, пока ты там будешь? Ты больна, Фини. Я правда думаю, что нам лучше остаться здесь, чтобы ты мог отдохнуть или что-то в этом роде.

— Бракс, пожалуйста! Мне действительно нужно туда поехать, а Том не может поехать со мной, потому что я не выношу, когда мои родители хвалят его за то, что он существует.

Абраксас потер лоб: — Но зачем мне идти? Что я должен делать? Помогать тебе собирать вещи?

— Нет, — она озорно улыбнулась, — Мне, конечно, придется поговорить с родителями, когда я приеду, но пока я беру то, что мне нужно, ты должен их отвлечь, — объяснила она. — Дело в том, что я возьму больше, чем нужно.

Он широко раскрыл глаза: — Ты собираешься воровать у родителей? Ты что, с ума сошла?

— Я просто возьму то, что принадлежит мне, и все портреты, которые есть у моих родителей, у меня и Тома. У них их около тысячи, и я хочу их забрать,— сказала она. — У меня все готово, включая зачарованный мешок, куда я могу взять все, что захочу.

— Не могу поверить, что я собираюсь сказать да, — фыркнул Абраксас и встал с дивана, за ним тут же последовала Серафина с широкой улыбкой на лице. — Только благодаря твоей помощи с Магдой.

Она подбежала к камину, набрала в руку порошок для перемещения и дала Абраксасу такое же количество. — Ты лучший.

— Знаю, — он криво улыбнулся, — Ты собираешься это надеть? — спросил он, глядя на её повседневную одежду. — Родители отрекутся от тебя, если ты появишься в их гостиной в спортивных штанах.

— Родители никогда не отрекутся от меня, Том им не позволит, — она приготовилась войти в камин и улыбнулась ему, — Так что мне не нужно беспокоиться о том, что они подумают. К тому же, мне ужасно хочется увидеть разочарование на их лицах.

Абраксас рассмеялся, наблюдая, как она произносит адрес родителей в камине и исчезает в зелёном пламени. Он последовал за ней и через пару секунд нашёл её в гостиной её родителей. — О, как я скучал по этому месту, — признался он, отряхивая грязь с волос, пока она делала то же самое.

— Нет, не скучал.

Её родителей не было в гостиной, и она, казалось, была рада их там не найти. — Сомневаюсь. У нас здесь было много хороших моментов, пока мы росли.

Он вышел из камина и оглядел помещение, восхищаясь зачарованным потолком и всеми парами украшений на старых, но безупречных стенах. — Ну, у меня здесь тоже много ужасных воспоминаний. Давай найдем моих родителей, а потом ты с ними поговоришь, пока я заберу все, что смогу.

Он нахмурился: — Я думал, ты хотела забрать только картины с тобой и Реддлом, — он откашлялся и последовал за ней в длинный коридор.

— Но если я найду кое-что, что меня особенно заинтересует, я это заберу. Так что, пожалуйста, поговори с моими родителями как можно дольше, — она одарила его невинной улыбкой и взяла маленького фарфорового дельфина со стеклянного столика в коридоре. — Это мило, — прошептала она, и он закатил глаза.

— Не могу поверить, что помогаю тебе воровать у твоих родителей.

— Рано или поздно все здесь станет моим, так что я просто забираю это раньше, — она продолжила идти к мраморной лестнице, и он последовал за ней с легкой улыбкой. Ему не хватало возможности побыть наедине со своей лучшей подругой в её старом доме, где они разделили так много воспоминаний.

Они спустились по лестнице, и он предположил, что она, вероятно, знает, где находятся её родители. — А что, если они узнают, что мы делаем? — тихо спросил он.

— Тогда я просто скажу им, что Том хотел этих вещей, и они поймут,— просто ответила она, и он понял, что она всё продумала.

Его огорчало, что мистер и миссис Веврейн никогда не уделяли ей должного внимания в детстве. И как будто игнорирования было недостаточно, они очень привязались к Риддлу, когда он переехал к ним, что ещё больше усугубило её состояние. Однако, как бы ей ни было грустно, она никогда этого не показывала, скрывая это внутри себя.
Она никогда не плакала, когда родители плохо с ней обращались, и одновременно хвалила Реддла, но Абраксас всегда видел, как сильно это её расстраивало.

У Серафины было много недостатков, и он был твёрдо убеждён, что каждый из них — результат обращения с ней со стороны родителей. Его родители тоже иногда были довольно жестоки, но их нельзя было сравнить с её родителями. Было слишком больно смотреть, как они говорили ей, как сильно они в ней разочарованы, хотя она делала все, чтобы им угодить. А Реддл никогда ее не защищал. Абраксас никогда бы ему этого не простил.

Она открыла дверь в библиотеку, и Абраксас молча последовал за ней, увидев её родителей, сидящих на диване, пьющих чай и тихо разговаривающих. Они повернули головы и подняли брови, увидев, как они входят в библиотеку.

— Добрый вечер,— миссис Веврейн поднялась с дивана и слегка холодно улыбнулась, — Абраксас, я тебя так давно не видела. Рада снова тебя видеть. Ты, наверное, привёл сюда мою дочь?

Его смущало то, что она обращалась только к нему, а отец Серафины просто кивал ему, игнорируя её присутствие. — Э-э, да, мы пришли сюда ненадолго.

— Ненадолго? — миссис Веврейн рассмеялась. — Что тебе нужно, Серафина? — Наконец она повернула голову, чтобы посмотреть на дочь, которая, казалось, ничуть не была обеспокоена грубостью родителей.

— Я пришла за кое-какими вещами для своей квартиры, — сказала она, — На самом деле, я сейчас их и возьму.

Она не стала ждать, пока они что-нибудь скажут, и просто повернулась к ним спиной, оставив Абраксаса неловко стоять в одиночестве с её родителями. Он откашлялся, обдумывая лучшую тему для разговора: — Э-э... я пришёл сюда не только для того, чтобы составить компанию Серафине, но и потому, что у меня к вам вопрос.

Оба взрослых одновременно подняли брови, и мистер Веврейн указал на диван перед ними: — Конечно, садись, Абраксас.

— Чем мы можем тебе  помочь? — Бенильда Веврейн улыбнулась ему так, как не улыбалась собственной дочери: — Уверена, мы с Бальтазаром сможем тебе помочь.

Он сглотнул комок в горле и сел на тёмно-зелёный диван: — Речь идёт о браке. Я собираюсь сделать предложение своей девушке Магде, и думаю жениться на ней следующим летом, когда мы закончим Хогвартс. Если она, конечно, согласится.

Честно говоря, Абраксас никогда не думал о свадьбе в столь скором времени и даже не был уверен, будет ли делать предложение так скоро, но это была первая мысль, которая пришла ему в голову.

Бенильда улыбнулась: — Почему кто-то мог бы тебе отказать? Ты очаровательный юноша, Абраксас. На самом деле, мы считаем, что ты очень похож на нашего дорогого Тома, что объясняет вашу близость.

— Да, Том и Серафина всегда были отличными друзьями, — сказал он, — думаю, она мне не откажет, она уже познакомилась с моими родителями, и они очень к ней привязаны. Они хотят, чтобы я сделал предложение, но я подумал о том, чтобы спросить тебя, потому что ты тоже женился после окончания Хогвартса.

Это был выстрел наугад, Абраксас понятия не имел, поженились ли они рано, но опять же, большинство чистокровных пар женились сразу после окончания Хогвартса.

Бальтазар рассмеялся: — Я был немолод, когда женился на Бенильде, но она как раз окончила  Хогвартс, когда я сделал ей предложение, — объяснил он, — скажи мне, мы её знаем?

— Не думаю. Её семья из Польши, но они приехали в Лондон, чтобы она могла учиться в Хогвартсе,— он не решался рассказывать им столько подробностей о любви всей своей жизни. В конце концов, они были нехорошими людьми, и он боялся, что они что-нибудь испортят.

— О,— Бенильда попыталась улыбнуться, но это больше походило на гримасу, — Но она же чистокровная волшебница?

— Конечно,— ответил Абраксас, не затаив дыхания, — Она принадлежит к одной из самых влиятельных семей Польши.

— Прекрасно», — сказала она, — Мой Том наверняка скоро сделает Серафине предложение. Честно говоря, он мог бы жениться на ком-нибудь получше, на блестящей и обаятельной женщине, но я не могу отрицать, как я рада, что кто-то действительно заинтересовался моей дочерью. Если бы не он, за кого бы она вышла замуж?

Абраксас постарался не выглядеть удивленным ее словами. Он был уверен, что Реддл никогда не сделает Серафине предложение, он не хотел жениться и не стеснялся выражать свое презрение к браку.

Он предпочел не упоминать об этом паре: —Серафина — замечательная девушка, миссис Веврайн. Она очень талантлива, и я уверен, что любому мужчине повезло бы иметь ее рядом.

Бенильда посмотрела на Бальтазара с насмешливой улыбкой, словно не поверила его искренним словам: — Тебе не нужно её защищать, мальчик мой, — сказал он, — Моя дочь никогда не отличалась особым талантом. И боюсь, она оказалась довольно избалованной, а это не то, чего ищет мужчина.

Абраксас старался сохранять спокойствие, не желая их злить, ведь ему предстояло долго с ними разговаривать: — Сэр, я с ней очень близок. И могу вас заверить, Серафина была мне прекрасной подругой с того самого дня, как я с ней познакомился. Она очень талантлива и всегда готова мне помочь.

Оба взрослых выглядели неубежденными и поспешили сменить тему: — В любом случае, мой Том наверняка скоро сделает ей предложение,— начала Бенильда. — Когда он попросил у нас разрешения жить с ней в Лондоне, я была уверена, что это также означает, что они собираются пожениться. Мой Том, он  настоящий джентльмен.Скоро он сделает ей предложение.

Абраксас знал, что этого не произойдет, но промолчал.

— Так расскажите нам побольше о Магде. Как её семья?

•

Пока три волшебника вели долгий разговор, Серафина поспешила собрать всё, что могла, и бросила в сумку всё подряд: картины, одежду, украшения. Она даже осмелилась зайти в спальню родителей и украсть серьги и ожерелья матери. Затем она отправилась в кабинет отца и украла столько книг, сколько смогла, даже если они её совсем не интересовали.

У неё не было времени открыть альбомы и посмотреть на фотографии внутри, поэтому она просто схватила все книги и добавила их в свою коллекцию в сумке.

Оглядывая кабинет отца, она задумалась, что ещё взять. Она хотела взять что-нибудь ценное, что-нибудь, чего ему точно будет не хватать. И что же это могло быть?

Она усмехнулась, увидев маленький деревянный шкафчик, так любимый её отцом. Он никогда не рассказывал ей о нём и о том, что в нём находится, но она слышала, как он бесчисленное количество раз говорил Тому, что после его смерти всё содержимое этого шкафчика достанется ему. Том, который даже не был его сыном, должен был стать наследником его состояния. Что ж, если она не могла его получить, то никто не мог.

Достав из кармана палочку, она наложила заклинание тишины на кабинет, а затем направила его на шкаф, пробормотав одно из своих любимых заклинаний: — Конфринго.

Вдруг она увидела, как маленький шкафчик взорвался, и всё, что в нём находилось, выпрыгнуло. Ожерелья, монеты, кольца, золото, бриллианты и всё самое ценное, что только можно себе представить. Она была удивлена, как плохо её отец хранил такую ​​чрезвычайно важную вещь.
Позор, поистине.

Лёгкая ухмылка не сходила с её лица. Теперь она хотела, чтобы родители знали, что она сделала. Она хотела увидеть их реакцию. Но она знала, что это не так. Она должна была уйти из их дома с Абраксасом и вернуться в их квартиру. Её родители были настолько предсказуемы и нелепы, что она уже знала, что они напишут Тому письмо с жалобой на её поведение, или, что ещё хуже, вызовут его к себе домой, чтобы поговорить об этом. Они так её ненавидели, что даже не могли признаться ей в этом в лицо. Казалось, её вообще не существует. И ей это надоело.

Развернувшись и отойдя от кабинета отца, она напомнила себе, кто она такая, и снова направила свою палочку на кабинет: — Инсендио.

Она закрыла дверь, увидев, как загорелся стол, и, выйдя из кабинета, успокоилась, поняв, что ничего не слышит. Сколько времени понадобится отцу, чтобы обнаружить свой кабинет и свои драгоценные реликвии?

Серафина спустилась вниз, чувствуя прилив адреналина после того, как сожгла кабинет отца, и обнаружила Абраксаса, всё ещё разговаривающего с родителями в библиотеке. Она вошла в комнату, и родители даже не повернули головы, чтобы посмотреть на неё. Они получили по заслугам, поэтому она не слишком расстроилась.

Абраксас выглядел чрезвычайно облегчённым, увидев её снова, поэтому он практически подпрыгнул и слегка склонил голову: — Было приятно поговорить с вами, — сказал он, — Спасибо за ваш ценный совет.

— Конечно, — кивнул Бальтазар и тоже встал, пожав ему руку, — Удачи с предложением.

Серафина подняла брови, потрясённая словами отца. Предложение? Собирался ли Абраксас сделать предложение Магде? На ее губах тут же появилась улыбка, глаза заблестели от этой новости, и она совершенно забыла о присутствии родителей.

Абраксас одарил их тонкой улыбкой: — Спасибо за гостеприимство. Надеюсь, скоро увидимся.

Её родители улыбнулись ему и снова проигнорировали присутствие Серафины, но ей было всё равно. Когда взгляд Абраксаса встретился с её взглядом, он тут же пожалел о лжи, которую сказал её родителям: — Не выгляди такой взволнованной, — прошептал он, закрывая дверь после их ухода, и когда они снова направились в гостиную на верхнем этаже, — Это была ложь.

— Но ты должен жениться. Это потрясающе. Скажи мне хотя бы, что ты подумал об этом», — умоляла она, когда они быстро поднимались по лестнице.

Абраксас посмотрел на гобелен под ногами и закатил глаза: — Поговорим об этом позже. А сейчас нам нужно идти, прежде чем Реддл вернётся домой раньше нас.

Она согласилась с ним, и они поспешили к камину, разделив между собой порошок для перемещения по камину: — Спасибо, что пошёл со мной.

— Пожалуйста, — сказал он, позволив ей первой забраться в камин. Она исчезла в зеленом пламени, и он последовал за ней, найдя ее снова в ее квартире.

Она вздохнула с облегчением, когда они поняли, что Реддла ещё нет дома, и он вышел из камина, благодаря Мерлина за то, что у него больше не будет проблем.

— Что у тебя там? — он поднял брови.

— Много вещей. Том рано или поздно узнает, что у меня слишком много новых вещей в доме, поэтому нам придётся ему соврать,— она поставила чёрную кожаную сумку на журнальный столик и засунула в неё руку, — но я кое-что тебе принесла, за хлопоты, знаешь?

— Что это? — спросил он, когда она протянула ему чёрную кожаную шкатулку.

— Открой. Это очень старые и ценные серьги. Они принадлежали моей матери, но отдай их Магде,— она усмехнулась, а он закатил глаза.

— Я ценю это, но мне неловко отдавать ей что-то украденное, — он смотрел, как она с громким стоном бросилась на диван, — Я серьёзно. Это неправильно.

- Они ей понравятся, это все, что имеет значение. А теперь сядь рядом со мной и давай притворимся, что мы никогда не покидали это место, - вздохнул он, но сделал, как она сказала, и сел рядом с ней, любуясь легкой улыбкой на ее лице. Как она может быть в порядке, увидев, что родители в очередной раз игнорируют ее? Что она вообще такого сделала, что они так сильно ее возненавидели?

— Так какую ложь мы собираемся придумать Реддлу?

— Я просто скажу  ему, что ты был так добр и купил кое-что для меня, и у него не будет причин сомневаться или даже слишком много думать об этом, - она посмотрела на взволнованное лицо Абрахаса, - если только мы не покажемся подозрительными, что ты и делаешь прямо сейчас.

— Как я могу выглядеть не подозрительно ? Он всегда все узнает!

Она знала, что он, скорее всего, узнает, так как ее родители собирались жаловаться, но ей не хотелось думать об этом, — Но сегодня он ничего не узнает. И после этого я скажу ему, что заставила тебя пойти со мной. Я заставила тебя, если хочешь.

- В твоих словах нет никакого смысла, но мне все равно, - она была удивлена его подходом, - у нас есть более важные вопросы для обсуждения. — Итак, что ты думаешь о Магде?

— Она мне нравится, и хотя мы мало общались, она кажется замечательной, — улыбнулась она. — Ты действительно собираешься сделать предложение?

— Не знаю. Мы встречаемся всего пару месяцев, и я хочу, чтобы мы поженились только следующим летом, но всё же... я просто хочу, чтобы мы были связаны по-другому, понимаешь? Я хочу создать более крепкую связь.

Они часами говорили о своих простых планах, ни разу не пытаясь скрыть своё счастье долгими разговорами. Они скучали по той простой и незамысловатой жизни, которая была у них, когда они были только вдвоём. Впервые Серафина не думала о своей болезни или о возможности умереть молодой. Она была счастлива.