45

45| ванная комната старосты

«Эта глава содержит сцены сексуального характера, если вам не приятно такое читать можете перелистнуть:)))»

У Тома Марволо Реддла никогда не было большого количества вещей. Но те, что у него были, он ценил всю свою жизнь. Это означало, что если кто-то испортит его вещи, будут последствия, ужасные последствия. Или если кто-то украдет у него что-то важное, он будет способен на убийство.

Теперь у него были важные вещи, которые принадлежали ему, а затем появилась Серафина, не обязательно предмет, подумал он, но гораздо важнее. На самом деле, она никогда не была вещью, скорее, призом. Но это было до того, как между ними возникла новая, более сильная связь.
Том не знал, что чувствовать по поводу своей... привязанности к Серафине, но он точно знал, что между ними все изменилось с того момента, как они провели время под столом.

Размышляя о том, как сильно он нуждается в ней, он с гневом посмотрел на одного из своих последователей, Альсидеса Эйвери. Мальчик сидел перед камином, читая книгу тем прекрасным воскресным утром, но Том не смог сдержать гнева, вспомнив то, что он видел прошлой ночью. Его Серафина в чужих объятиях.

Том встал из-за стола и медленно подошёл к Эйвери, размышляя, как ему следует поговорить с ним, – Эйвери.

Мальчик поднял взгляд от книги, которую читал, и посмотрел на Тома: «
–Доброе утро, Реддл. Ты в порядке?

– Могло бы быть и лучше.

Том сел на диван, скрестив ноги, готовясь поставить Эйвери на место: — Ну, чем могу помочь?

– На самом деле, можешь,— сказал Том. — Почему Серафина была в твоей постели прошлой ночью?

Эйвери сглотнул, услышав слова друга: – Ничего не случилось, Том. Она просто...

– Я знаю, что ничего не случилось, потому что я ей доверяю. Она мне верна, но я не уверен, стоит ли мне тебе доверять. Знаешь, я всегда считал её одной из самых преданных своих последовательниц, но, похоже, я ошибался, — спокойно произнёс Том, в его глазах читалась вся та ненависть, которую он испытывал.

Эйвери бросил книгу на пол: – Я не понимаю, к чему ты клонишь, Реддл. Я ничего не пытался сделать, никогда бы не стал. Ты действительно не понимаешь, но это совершенно невозможно.

– Тогда помоги мне понять. Была ли уважительная причина спать с ней в твоей постели? Разве ты не знаешь, что она недоступна для всех?

Эйвери больше не выглядел испуганным и нервным. На самом деле, он начинал злиться на обвинения Тома и на то, как тот говорил о Серафине: –Уверяю тебя, ничего не случилось, и никто из нас даже не думал об этом. Она просто помогала мне в кое-чем, и в итоге мы уснули, — объяснил он. — Кроме того, я не понимаю, почему тебя это волнует, Том. Серафина вольна делать всё, что хочет, и я тоже.

Том слегка усмехнулся, стараясь не устраивать сцену: — Серафина знает своё место, ей потребовалось много времени, чтобы это понять, но сейчас она именно там, где я хочу. Единственное, что я хочу сказать, это то, что ты не будешь внушать ей никаких мыслей.

—А, значит, теперь ты не хочешь, чтобы она думала? Это гениально. Реддл, если у тебя есть хоть капля добра в душе, оставь её в покое, — храбро заметил Эйвери. — Ты её погубишь. Том рассмеялся:

– Мой друг, она уже всё испортила.

•

Серафина закрыла глаза и вздохнула, прислонившись головой к спинке огромной ванны, просто наслаждаясь временем, проведенным в ванной комнате старост. Накануне, когда она помогала Тому, он пообещал наградить ее. И в то приятное воскресное утро она спросила, может ли он дать ей пароль от ванной комнаты старост в качестве награды. К счастью, он согласился, и она с радостью побежала принимать самую расслабляющую ванну в этой прекрасной ванной.

Ванна была настолько большой, что напоминала небольшой бассейн с множеством пузырьков. Ее одежда лежала на полу, а ее обнаженное тело исцелилось от мышечной боли, которую она испытывала последние недели. Собрав волосы в пучок и положив голову на край небольшого бассейна, она сидела в большой ванне, чувствуя, как горячая вода касается ее обнаженной кожи, и ощущая себя более чем счастливой.

Она провела это время в одиночестве, размышляя о своих недавних жизненных решениях и о том, что происходит в ее жизни. В частности, ее мысли были заняты Томом Марволо Реддлом, парнем, который постоянно занимал ее мысли. Стоит ли ей испытывать к нему чувства? Он никогда их не вернет, и будет очень трагично, когда он разобьет ей сердце, но она просто не смогла сдержаться.

Проблема заключалась в том, что она проводила слишком много времени с Томом, и его присутствие мешало ей нормально соображать. Его природное обаяние и их близость постоянно затуманивали её рассудок, а этого она совсем не хотела. Но с другой стороны, она не могла перестать думать о Томе и о том, какие чувства он у неё вызывал.

Мерлин, он иногда её злил, но она всё равно хотела быть рядом с ним 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. В то воскресное утро она была без него всего пару часов, и уже скучала по его присутствию. Она любила кого-то по-настоящему опасного, кого-то, кто мог разбить ей сердце в мгновение ока. Насколько это было токсично?

Мысли Серафины прервал звук открывающейся двери ванной, и она тут же резко повернула голову, чтобы посмотреть, кто это. Том сказал ей, что по воскресным утрам в ванную может пользоваться только он.

–Том?— спросила она с облегчением, радуясь, что никто больше не увидит её голой, — Я думала, ты занимаешься.

– Я хотел, но потом пришел тебя навестить,— солгал он,
подойдя к большому бассейну и посмотрев на ее тело, которое, к сожалению, было покрыто белыми пузырьками. — Я пришел посмотреть, не утонула ли ты уже.

– Я ждала, когда ты меня утопишь, чтобы создать крестраж, — поддразнила она, на что он закатил глаза.

—Мне не нужно тебя убивать, чтобы создать его,— он откашлялся и понизил голос. — «К тому же, на моих руках уже достаточно крови, чтобы создать хотя бы один».

– Давай не будем говорить о смерти, дорогой . Я наслаждаюсь столь необходимым мне мирным утром, — она озорно улыбнулась. — Присоединяйся ко мне, хорошо?

Том усмехнулся, увидев ее озорную улыбку. — Ты настаиваешь?

Она пожала плечами, и Том заметил капли воды, блестящие на ее обнаженных плечах, освещенных утренним солнцем. Как же заманчиво лизнуть мелкие капельки на её веснушчатых плечах.

–Если хочешь.

Том наклонил голову набок, разглядывая красные и фиолетовые следы на её обнажённой шее: –Ты же знаешь, я не могу устоять перед таким предложением.

– Конечно,— усмехнулась она, — тогда я повернусь.

– Не нужно,— сказал Том, снимая жилетку.

– Знаю, но не хочу тебя смущать,— она повернула голову набок, не признавая, что ей самой будет неловко, если она увидит его полностью обнажённым.

Ведьма услышала, как Том снимает одежду, и терпеливо ждала, пока он войдёт в горячую воду, любуясь прекрасными русалочками на окнах. Наконец она услышала, как вода снова зашевелилась, и поняла, что он уже в небольшом бассейне: – Можно мне теперь повернуться?

— Конечно,— она повернула голову, румяные щёки, ведь это был не первый раз, когда она видела его без рубашки, но теперь он был голым. Хотя она не могла разглядеть его полностью обнаженным из-за белой пены на поверхности воды, ей все равно стало стыдно, что они оба голые под водой.

Том сел рядом с ней на воду с легкой ухмылкой, зная, что простым движением руки он может коснуться ее обнаженного тела. Он никогда раньше не видел ее полностью обнаженной, но пена, покрывавшая ее грудь, заставляла его с трудом сдерживаться, чтобы не оттолкнуть ее.

–Как приятно, — улыбнулась Серафина, поправляя свой небрежный пучок на макушке, снова обнажая плечи и шею. — Нам следует делать это чаще. Я до сих пор не могу поверить, что ты не пригласил меня сюда раньше. Ты же знаешь, как я люблю ванны.

– Мы могли бы делать это каждое воскресное утро,— предложил он, уже зная, что будет с нетерпением ждать этого каждую неделю. Если она действительно согласится, он будет просыпаться каждое утро, мечтая о том, чтобы это было воскресенье.

Она улыбнулась, и ее прекрасные глаза, казалось, заблестели на солнце.

– Договорились.

Они несколько секунд смотрели друг другу прямо в глаза, не зная, что сказать или что делать, просто любовались своими чертами и удивлялись, как им так повезло. — Ты прекрасна, Серафина, — прошептал Том, нежно проводя влажным средним пальцем по ее подбородку.

Из-за пара в воздухе и напряженной атмосферы им обоим было очень трудно дышать. Том любовался ее обнаженной, покрытой веснушками кожей, блестящей и сияющей под лучами солнца, проникающими сквозь витражи. В тот момент волшебник задумался, не покрыты ли ее грудь и живот такими же веснушками, как плечи и шея.

–Спасибо, — ответила она, повернувшись к нему лицом. — Ты тоже неплох.

Кожа, к которой он прикасался, покалывала, и ей казалось, что его прикосновение ощущается гораздо сильнее. — Лучшее, что ты когда-либо видела.

Она хитро улыбнулась: – Не знаю, я тебя не видела целиком.

– Тогда нам следует это изменить,— сказал он, коснувшись большим пальцем её нижней губы. — Или ты не хочешь?

Внезапно голова стала очень тяжёлой и затуманенной от ощущения близости их лиц. — – Я ещё не уверена,— его губы исказились от её дразнящих слов. — Ты собираешься меня поцеловать?

–Я ещё не уверен, — передразнил он её, и она закатила глаза.

– Ну да, я готова,— такими были её последние слова, когда её лицо приблизилось к его, и их губы соприкоснулись. Это был медленный поцелуй, его рука обхватила её обнажённую шею сзади.

Их губы медленно танцевали вместе, пока её руки скользили по его тёмным локонам. Адреналин бурлил в их венах, а в их головах кипела страсть, и они одновременно открыли рты, позволяя своим языкам прижаться друг к другу. Вскоре они начали исследовать внутреннюю часть своих ртов и отстранились менее чем через минуту, чтобы перевести дыхание.

Том сильно прикусил её нижнюю губу, и её дыхание перехватило, когда его другая рука обхватила её щеку. Они смотрели прямо друг на друга, предвкушая то, что должно было произойти дальше.

– Можно я тебя потрогаю? — промурлыкал он, проводя большим пальцем по её ключице.

Она облизнула губы и кивнула головой, не виня себя за то, что ей было так приятно от его прикосновений. — Да, пожалуйста,— прохрипела она, обхватив его шею рукой, чтобы притянуть его ближе к себе. Том нежно поцеловал её в губы, страстно желая наконец исследовать её тело. Он позволил своей руке скользнуть глубже в воду, расположившись на коже между её ягодицами.

Серафина закрыла глаза, сдерживая стон, когда он медленно и чувственно потянул её за мочку уха. А потом её живот словно растворился от удовольствия, когда она почувствовала, как его рука медленно обхватила её правую грудь под водой.

Никто никогда раньше так её не трогал, но когда его рука задержалась на её груди на пару секунд, она пожалела, что он не сделал этого раньше.

У неё была грудь меньше, чем у других девушек, но Том был поражён тем, что она идеально подходила его руке, словно его руки и её грудь были созданы друг для друга. – Чёрт,— прошептал он ей на лоб, слегка поглаживая её круглую нежную грудь.

Серафина подумала, может быть, она чувствует всё сильнее, находясь под водой, потому что в тот момент её разум был настолько затуманен удовольствием, что она едва могла соображать.
Она громко застонала, произнося его имя, когда его палец коснулся её соска и переместил его между большим и указательным пальцами.

Том застонал, услышав ее сладкий стон: – Я не могу так продолжать, — прохрипел он. — Мне нужно тебя видеть, вставай,— приказал он, поджав ей руки под мышки, чтобы заставить ее подняться.

Она ахнула от этого жеста, но тут же встала между его раздвинутых ног. От резкого движения вода дошла только до её бёдер, и её грудь оказалась обнажённой прямо перед его прекрасным лицом.

– Ты действительно потрясающая,— прокомментировал Том, теперь глядя ей в глаза. Она ничего не сказала, вместо этого её руки бесшумно легли на его обнажённые сильные плечи.

Он смотрел на её покрасневшую грудь и возбуждённые розовые соски. – Можно?— он хотел убедиться, что она не против, зная, что не захочет делать ничего, что ей не понравится.

Том изучал её глаза, полные вожделения, но всё ещё ждал ответа. – Да, — взмолилась она.

Этого подтверждения ему было достаточно, прежде чем он схватил её левый сосок губами, пососал его пару секунд, а затем на мгновение отстранился. Она громко застонала и сжала ноги, пока он лизал ее упругий сосок: – Черт, Том, — простонала она с закрытыми глазами, не в силах сдержать мурашки по коже.

По её спине пробежала дрожь, когда его другая рука чуть грубее, чем раньше, погладила её правую грудь. Он ущипнул её правый сосок пальцем, одновременно покусывая левый.

Чувствуя только удовольствие, она выгнула грудь вперёд к его лицу, заставляя его обхватить её талию свободной рукой. Том отстранил рот от её набухшего соска и нежно подул на него, наблюдая, как он твердеет.

Она крепче сжала его плечо, когда он поцеловал её бок, несколько раз посасывая кожу груди, оставляя отпечатки на её слегка веснушчатой ​​коже.

Он застонал, прижавшись к её груди, когда почувствовал, как её пальцы тянут его за волосы: — Моя принцесса, моя милая девочка, — он полюбовался её покрасневшими щеками и притянул её к себе, заставив её сесть, раздвинув ноги, на его левую ногу, чувствуя, как его член напрягается, когда её центр прижимается к его ноге под водой.

Том обхватил ее подбородок рукой, чтобы притянуть ее голову ближе к себе и снова поцеловать ее в губы. Она отстранилась от его губ и позволила ему поцеловать ее в щеку и шею, размышляя о том, что ей следует сделать: – Ты всегда заставляешь меня чувствовать себя так хорошо, Том.

– Знаю, — усмехнулся он, посасывая место за её ухом; её слова, сладкие, как мёд, заставляли его чувствовать невероятную гордость.

– Я тоже хочу доставить тебе удовольствие,— призналась она, наблюдая, как он отводит голову от её шеи.

Он посмотрел ей в глаза, понимая, что она имеет в виду: – Дорогая, тебе не обязательно, если ты ещё не готова или если тебе ещё некомфортно, — он поцеловал её в щёку, — К тому же, ты даже не представляешь, как хорошо ты заставляешь меня чувствовать себя, просто глядя на меня этим милым личиком.

Она почувствовала, как её щёки краснеют, но продолжала стоять, стараясь не возбудиться ещё больше от ощущения его обнажённой кожи, касающейся её интимной зоны под горячей водой.

– Но я хочу доставить тебе удовольствие, Том. Я хочу прикасаться к тебе,— сказала она, понижая голос, когда его глаза начали темнеть, — Если, конечно, ты этого не хочешь.

— Ты даже не представляешь, как сильно я этого хочу, — сказал он, обхватив ее щеки ладонями. — Я просто не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной что-либо делать, — заверил он.

–Нет,— улыбнулась она, и он снова поцеловал её пухлые губы. — Мне просто иногда нужна твоя помощь. Я никогда раньше этого не делала,— напомнила она ему, и он не скрывал удовольствия, которое испытывал, будучи единственным мужчиной, которого она так касалась.

– Я каждый вечер схожу с ума, просто представляя, как ты меня касаешься, так что тебе не нужно много делать, — пообещал он с лёгкой ухмылкой, и она сглотнула, услышав эту новую информацию. — Ты будешь идеальна, Серафина. В моих глазах ты идеальна во всём, что делаешь.

Его слова придали ей уверенности в своих действиях. – Спасибо, Том. За всё, — она снова чмокнула его в губы, и он продлил поцелуй, не в силах оторваться от неё.

Они отстранились, чтобы посмотреть друг на друга, прежде чем рука Серафины скользнула вниз по груди Тома, наконец коснувшись его члена. Том громко застонал, почувствовав её мягкие пальцы, едва заметно коснувшиеся его под водой. Их взгляды были прикованы друг к другу, когда она начала ласкать его член, чувствуя, что делает все правильно, когда Том снова громко застонал: – Вот так, любимая. Ты отлично справляешься.

Она вывернула запястье, продолжая поглаживать, и, набравшись смелости, начала мягко двигать рукой вверх и вниз. Поскольку она делала это под водой, её движения не могли быть такими быстрыми, как ему хотелось, но, тем не менее, он, похоже, получал от этого огромное удовольствие.

Том снова громко застонал, когда она медленно двигала им от основания до кончика, мягко касаясь его большим пальцем. Она не видела его длины, но знала, что он довольно длинный, она слишком хорошо это чувствовала.

Он снова уткнулся лицом ей в шею, чувствуя, как её рука всё ещё двигается по его члену: –Моя милая Серафина, всегда так охотно угождаешь мне,— он сильно укусил её за шею, когда она крепче сжала его своей маленькой рукой.

Она двигала бёдрами по его ноге, нуждаясь в этом трении, потому что была очень возбуждена. Его слова творили с её телом волшебство, такое, о котором она и не мечтала.

Том был рад, что её волосы были собраны в пучок, что давало ему полный доступ к её длинной шее, покрытой множеством следов. – Ты хочешь, чтобы я тебя коснулся, дорогая?— спросил он, когда она снова двинулась, прижавшись к его верхней части ноги.

–Я сейчас тебя коснусь, — прохрипела она, прижимаясь губами к его губам, и он прикусил её нижнюю губу, всё ещё чувствуя, как её рука быстрее двигается по его возбужденному члену.

– Ты можешь сделать мне минет?— спросил Том. — Мне нужно кончить поскорее, и я бы всё отдал, чтобы сделать это тебе в рот,— взмолился он, очень желая, чтобы она согласилась.

Она перестала двигаться на его ноге и кивнула головой, уже планируя это ещё до начала: – Да.

– Хорошая девочка,— он поцеловал уголок её губ, прежде чем сесть на бортик небольшого бассейна. Таким образом, под водой были только его колени, икры и ступни. Она сглотнула, увидев его мокрый член, поняв, что он такой же большой, как она и думала. — Ты уверена, что сможешь?

Она кивнула головой: – Конечно, Том.

Она снова погладила его член рукой пару секунд, прежде чем опуститься, поставив колени на подводную скамейку, где они сидели, плотно прижавшись друг к другу между его ног.

Серафина ещё раз посмотрела в его тёмные глаза, прежде чем её язык коснулся кончика его члена. Он застонал от удовольствия, а она провела языком по основанию и обвила им кончик.
– Черт,— громко простонал он, удивляясь, где она научилась это делать.

Она обхватила его член рукой, затем прижала язык к нижней части его пениса, обхватив его губами, чтобы начать сосать. Серафина начала двигать ртом вокруг члена Тома, втягивая ягодицы и сосая сильнее, одновременно двигая запястьем вокруг основания его ствола.

Он снова застонал, и его рука резко схватила её за лобок, ещё больше его испачкав, пока он помогал ей совершенствовать движения: – Моя грязная маленькая шлюшка, моя дразнящая принцесса.

Том был очень близок к оргазму от движений её руки и рта, и от мысли о том, что королевская особа будет делать ему минет. Он напрягся, когда её прекрасные глаза посмотрели на него: – Я почти там, дорогой.

Она снова лизнула его кончик, обнажив его эрегированный член, покрытый блестящим слоем её тёплой слюны. Он выкрикнул её имя, когда она снова обхватила его член губами, чувствуя и его оргазм.

Его мышцы напряглись, и ослепительное наслаждение наконец охватило его чувства. Он излился в неё, и она подавилась внезапным взрывом во рту. Она отстранилась от него, слушая его задыхающиеся, напряженные стоны и вздохи: – Чёрт, чёрт, чёрт,— он ждал, пока волна экстаза медленно утихнет, чтобы прийти в себя. — Ты в порядке? — спросил он её, всё ещё задыхаясь, когда она снова села на подводную скамейку, расслабляясь в воде и делая глубокий вдох, чувствуя сильную усталость.

— Я в порядке, — ответила она, и через минуту он присоединился к ней, пот выступил у него на лбу, который он вытер водой из небольшого бассейна.

Он обнял её за плечо, чтобы притянуть к себе, и она опустила голову на его горячее плечо, оба всё ещё пытаясь отдышаться. — Спасибо тебе большое, Серафина. Ты не обязана был аэтого делать, но ты была чудесна.

Она слабо улыбнулась, прежде чем нежно поцеловать его в голое плечо: – Я рада, что доставила тебе удовольствие.

– Я никогда в жизни не испытывал такого наслаждения, — признался он, понимая, что никогда не сможет забыть этот момент, — ты — благословение в моей жизни. Даже не думай, что я тебя отпущу.

Она усмехнулась, глядя на его широкую улыбку: – Я не собираюсь тебя бросать, Том Реддл. – Её сердце растаяло, когда она увидела его искреннюю улыбку.
Ей так хотелось сказать ему, как сильно она его любит, но она всё ещё боялась его реакции.

– Нам действительно нужно делать это каждое воскресенье, дорогая,— вздохнул он, глядя на её макушку.

– Мы должны,— согласилась она.

И так они и провели остаток утра, просто наслаждаясь обществом друг друга и разговаривая обо всём на свете. По какой-то причине они оба понимали, что их отношения слишком хороши, чтобы быть правдой, и боялись того, что может произойти в будущем. Тем не менее, они смеялись и улыбались вместе, понимая, как им повезло иметь друг друга в качестве родственных душ. Это была судьба, и они знали, что больше нет смысла держаться друг от друга подальше.
Они всегда найдут путь друг к другу, и так всё и должно было быть.