17

17| Полёты и рейсы

Том искоса взглянул на прекрасную ведьму, сидящую рядом с ним. Она слушала профессора, записывая всё, что он говорил. Древние исследования — её любимый предмет с первого дня, как она переступила порог этого класса, слушая, как профессор рассуждает о вещах, которые Тома совсем не интересовали.

Он совсем не хотел брать этот курс, так как это был внеклассный предмет, и он был факультативным. Однако в начале шестого года Серафина так настойчиво уговаривала его посещать этот курс вместе с ней, что он в конце концов сдался и выбрал этот предмет вместе с ней.

Конечно, у него не возникло никаких трудностей при изучении древних руин, но он предпочёл бы заниматься чем-то другим или просто посещать другой курс. Несмотря на это, ему нравилось слушать, как Серафина рассказывает о заклинаниях древних египтян и других видах древней магии.

С того самого дня, как он её впервые встретил, она всегда проявляла большой интерес к истории магии и всему, что с ней связано. Серафина знала всё о восстаниях гоблинов, охоте на ведьм, войнах великанов и даже узнавала большинство известных волшебников. Том отказывался признаться ей в этом, но ведьма всегда была в этом лучше него. Однажды ему даже пришлось попросить у неё помощи, чтобы успешно сдать СОВ. И он также был уверен, что профессор Биннс предпочитает её ему, что было редкостью. В конце концов, Том был любимым учеником большинства преподавателей.

Однако в тот день он не думал о том, как хорошо она разбирается в Древней истории. Он вспоминал разговор, который у них состоялся ранее в женском туалете. Том был чрезвычайно доволен тем, что ей снова удалось ему доверять. Это было частью его плана, поскольку он хотел, чтобы она снова была рядом и выбрала его, а не кого-либо другого.

– Мистер Реддл, в каком году была Мыльная буря?— профессор прервал мысли Тома, вероятно, думая, что застанет его за рассеянным и не сможет ответить.

Том одарил профессора своей очаровательной улыбкой и ответил: – Это было в 1378 году, профессор.

– Верно. 10 баллов для Слизерина. — продолжил профессор, и Серафина покачала головой, глядя на Тома.

–Счастливчик, — прошептала она, заставив его ухмыльнуться с гордым выражением лица. — Можно поговорить с тобой после занятий? Я только что вспомнила, о чём хотела тебя спросить.
Том нахмурился, услышав её серьёзный тон, и слабо попытался прочитать её мысли, но она пресекла его попытку. — Серьезно, Том? Не можешь подождать десять минут?

Том извинился, но они оба знали, что на самом деле это не так. Они дождались окончания урока, и когда он наконец закончился, они вдвоем вышли из класса. Никто из их друзей не был с ними на этом уроке, а значит, они остались одни.

– Так что ты хотела мне сказать? — спросил Том, почувствовав, как она взяла его за руку, когда они шли вместе по коридору.

–Сколько у нас времени до следующего урока?

– Это зельеварение, Серафина. У нас может быть столько времени, сколько мы захотим, и Слизнорт не будет против, — заметил он, и она кивнула головой, он был прав.

– Это простая просьба, правда. Но я не уверена, что ты согласишься, — начала Серафина, и он повернул голову, чтобы посмотреть на нее.

–Наверное, нет.

Серафина фыркнула, остановив их обоих, схватила его за руки и попыталась привлечь его внимание к себе. Вела ли она себя как ребенок? Немного, но ей приходилось бороться за то, чего она хотела.

– Слушай, Том, — начала она, и он нахмурил брови, — ты должен выслушать меня непредвзято, — сказала Серафина.

Услышав её слова, он уже понял, что ему не понравится то, что она скажет. – Чего ты хочешь?— подозрительно спросил он.

– Дело не в том, чего хочу я. Дело в том, чего хочешь ты, — он посмотрел на неё с невозмутимым лицом, так что ей было трудно понять, о чём он думает, — ты хочешь видеть меня счастливой , не так ли?

Она играла в рискованную игру, но ей нужно было убедить его помочь ей. – Я знаю тебя, Серафина. Это сложный вопрос. То, что я хочу, чтобы ты была счастлива, не значит, что я сделаю для тебя что-нибудь глупое.

Ведьма поняла, как трудно будет его убедить. Она ещё даже не начала, а он уже вёл себя вызывающе. –Но ты хочешь, чтобы я была счастлива?

–Прекрати уже. Пойдем на занятия,— он попытался пройти мимо нее, но потерпел неудачу, когда она встала перед ним.

– Это простой вопрос, Том. Или ты хочешь видеть меня грустной и подавленной? Этого ты хочешь?
Серафина, пытаясь обвинить его и заставить почувствовать себя виноватым.

Том вздохнул, чувствуя себя побежденным: – Нет. Просто скажи мне, чего ты, черт возьми, хочешь уже.

Она радостно улыбнулась: – Ну, ты же знаешь, что такое рождественские каникулы, верно?
Он кивнул головой, не понимая, к чему она клонит: – А ты же знаешь Лео, верно?

–К сожалению.

–В любом случае, я подумывала пригласить его провести несколько дней в поместье, чтобы он познакомился с моими родителями, понимаешь? Проблема в том, что я почти уверена, что моим родителям он не понравится, и...

–На то есть веские причины», — перебил ее Том, уже недовольный ее словами.

Она указала на него пальцем:
– Не перебивай меня. Как я уже говорила, боюсь, мои родители его не примут, несмотря на то, что он замечательный парень. И они уже недовольны тем, что ты не проведешь с нами все каникулы, поэтому, когда они узнают, что я привезу кого-то другого, они сразу подумают, что я тебя заменяю. А я этого не хочу. И вот тут ты мне поможешь», — улыбнулась она, поглаживая его руки, пытаясь смягчить его, — «Поскольку ты мой самый любимый человек на свете, и я знаю, что я тоже твой самый любимый человек, ты мог бы помочь мне, рассказав моим родителям, как сильно тебе нравится Лео. И я знаю, что как только они услышат твой комплимент, они сразу же полюбят Лео.

Том не стал ждать ни минуты, прежде чем ответить.

– Нет.

–Что?

– Нет, точно нет.

Серафина в шоке открыла рот: – Но почему, Том? Он мне очень-очень нравится.

– Нет,  — пожал он плечами, глядя перед собой.

– Ты ведёшь себя как ребёнок! Я всего лишь прошу тебя написать письмо моим родителям, чтобы сказать им, как ты впечатлён Лео. Тебе нужно просто сказать им, что он очень хорошо ко мне относится и оказывает на меня фантастическое влияние, — защищалась она, не особо рассчитывая на его согласие, но попытка всё же стоила того.

Том усмехнулся, глядя на нее так, будто он был в тысячу раз лучше нее: –Я веду себя как ребенок? Серафина? Не знаю, что с тобой сейчас не так, но однажды ты признаешь, что я все это время был прав. Ты ведешь себя незрело, потому что не понимаешь, что это всего лишь твой этап. Этот мальчик — всего лишь отвлекающий фактор и пустая трата твоего времени, жаль только, что ты не достаточно умна, чтобы меня послушать.

– Это не этап, Том! Ты просто слишком бессердечен, чтобы понять, что я чувствую. Я влюблена в Лео, правда. Честно говоря, мне действительно нужен был кто-то вроде него, чтобы по-настоящему осчастливить меня. И знаешь почему? Потому что он не считает себя лучше меня, он не угрожает мне, не командует мной и никак меня не обижает, а именно это ты со мной и делаешь! И если бы ты хоть немного заботился обо мне, ты бы мне помог!

Когда Серафина закончила свою эмоциональную речь, ей было все равно на студентов, которые смотрели на проходившую мимо пару. Она просто боялась своих эмоций. Ее сердце билось быстрее, чем когда-либо, а глаза почти слезились, но она не могла выглядеть слабой. Именно этого, как она думала, он и хотел.

Том посмотрел на неё с шоком на лице, что было редкостью, поскольку большую часть времени он смотрел на неё пустым взглядом. Однако на этот раз Серафина
узнала в его тёмно-карих глазах новое чувство. _Боль._

– Если бы я хоть немного заботился о тебе?— повторил он её слова медленным голосом, словно тот обжигал ему горло. — Ты единственный человек, о котором я забочусь в этом мире. Единственный, кого я слушаю, и единственный, кому я доверяю.
Том лгал ей бесчисленное количество раз, но на этот раз, просто взглянув ему в глаза, она поняла, что он не лжёт. — И если мы будем честны друг с другом, то позволь мне рассказать тебе, что у меня на уме.

Внезапно ей стало ужасно от того, как она заставила его себя чувствовать. — Прости. Пожалуйста...

Том остановил её:
– Послушай меня, Серафина. Я безмерно благодарен твоим родителям за всё, что они для меня сделали и продолжают делать. Но они мне не нужны, я мог бы вернуться в детский дом в мгновение ока. Честно говоря, главная причина, по которой я принял их предложение, — это желание быть ближе к тебе!
Конечно, были и другие причины, но он не лгал: – Ты действительно хочешь знать, почему я до сих пор провожу с тобой большую часть своих дней, несмотря на твою явную потребность держаться от меня на расстоянии? Потому что мне нравится твоя компания, и я совсем не против проводить с тобой время. Я всегда видел в тебе кого-то особенного и непохожего на других, но в последнее время ты меняешься, и, очевидно, в худшую сторону. Ты уже не та, что прежде.
Однако я терплю твои новые изменения, поскольку ты занимаешь особое место в моей жизни, — впервые за много лет Том запыхался, — Но теперь я даже не знаю, что о тебе думать. Из-за этой лживой фразы, которую ты видишь, ты уже говоришь мне, что мне на тебя наплевать. Как ты можешь так говорить?

–Том...— она попыталась прикоснуться к нему, не понимая, как быстро все изменилось между ними. Всего десять минут назад они обнимались в ванной.

– Нет! Я дам тебе еще один шанс, Серафина. Будь умной и послушай меня, когда я скажу, что он тебе не подходит, или будь безмозглой и оставайся с ним, несмотря на его ложь, — закончил Том. — Я не могу видеть, как ты меняешься. Либо я, либо он.

•

Справедливо ли Том относится к Серафине?

Пожалуйста, поделитесь своими мыслями об этой главе!