Глава 38

Мощный буро-белый кот поджимал раненую переднюю лапу, замотанную паутиной, но его янтарные глаза возбуждённо сияли.
- Это было невероятно, правда? – обратился он к своей соплеменнице, той самой голубоватой кошке, которую Бабочка пощадила во время битвы. – Ты могла подумать, что такое может произойти с нами? Помнишь, раньше мы были домашними котиками и не представляли себе жизни без Двулапых? Это было так давно, Синеводная…
- Да уж, - вздохнула воительница, положив голову на плечо друга.
«Значит, её зовут Синеводная», - подумала Бабочка и на всякий случай постаралась запомнить. – «Какое красивое имя! И очень ей подходит.»
Двое, как поняла Бабочка, бывших домашних котов молча жались друг к другу, Искристый Цветок и ещё две кошки до сих пор сидели в палатке Золотарника над своей раненой соплеменницей, - кажется, её звали Быстроцапка, - а сам Золотарник обходил овраг, проверяя, не нужна ли помощь его товарищам. (Так мучительно хотелось поговорить с ним, ведь он понял бы Бабочку, как никто другой, но кошка понимала, что лекарю сейчас не до неё.) Никому не было дела до Бабочки и её брата, хотя сразу после конца битвы их со всех сторон кололи непонимающие и сомневающиеся взгляды. Изменят ли луговики отношение к Бабочке после того, как она на их глазах убила собственного лидера, спасая Искристый Цветок? И впечатлило ли их хоть немного поведение Грязнули?
Бабочка чувствовала себя лишней, невидимым призраком, зачем-то сошедшим на землю. Золотарник, кажется, упоминал, что духи, в которых он верит, так умеют. Интересно, а Рыкун после смерти тоже стал одним из таких духов? И будет ли он преследовать Бабочку, стремясь отомстить за свою гибель – вдруг бывает и такое?
От этой мысли кошке стало не по себе. Ещё одной встречи с этим… с этой кучей помёта она точно не вынесет!
Бабочка по привычке одёрнула себя - нельзя так думать о лидере и отце…
«Нет! Хватит! Он уже умер, и я никогда его не увижу. Поэтому и думать о нём я не стану – ни плохо, ни хорошо!»
Ей захотелось сделать что-нибудь значимое, чтобы почувствовать себя любимой. Сейчас в овраге, да и во всём мире, есть только два кота, которые в целом способны любить её – Золотарник и Грязнуля. Но им сейчас хватает и своих переживаний. Пожалуй, лучше поговорить с обоими попозже… если вообще представится возможность.
Она встала и тихонько потрусила в сторону, в единственное место в овраге, свободное от хаоса, острого запаха крови и ещё не растворившегося страха. Может, хотя бы одним глазком заглянув туда, Бабочка почувствует себя лучше? К тому же так хочется увидеть хвалёных племянничков Золотарника, о которых он столько ей рассказывал…
- Куда ты, сестра?
Судя по тоскливому взгляду жёлтых глаз Грязнули, он очень хотел бы добавить: «Останься со мной!», но удержался.
- Я быстро, - прошептала в ответ Бабочка. – Только посмотрю, что там в детской.
- Мы в незнакомом лагере среди котов, которые только что были нашими противниками. На твоём месте я бы не совал нос куда не надо, - осторожно, но при этом строго заметил Грязнуля. Бабочка знала, что в чём-то он прав, но всё же с трудом удержалась от издёвки.
«Теперь ты взялся читать мне нотации, братец? Я, в общем-то, не возражаю, но ты в этот момент был до боли похож на Рыкуна…»
Бабочка подобралась к уютной норке, сбоку от которой лежал мёртвый Рыкун, и просунула туда голову. В пахнущем сухой землёй и мхом полумраке горели четыре ярких огонька. Бабочка осмелела и сделала ещё один шаг внутрь.
- Не подходи! – угрожающе прорычал один из котят; белое пятно на его груди сильно выделялось в темноте. Это, наверное, и есть Лучик?
Раздался шорох, и Бабочка заметила, как малыш заслонил собой сестрёнку.
«Такой маленький, а такой храбрый – весь в свою невероятную мать!» - ахнула про себя кошка. – «Не знаю, догадывается ли он, что, если бы я решила напасть, наши силы были бы неравны. Но он так старается выглядеть смелым… Чувствую, из него выйдет прекрасный воитель.»
- Успокойся, Лучик, - тихо промяукала Бабочка, стараясь выглядеть как можно приветливее. – Я не причиню тебе вреда. Разве ты не видел, как я спасла твою маму?
  - Откуда ты знаешь, как меня зовут? – спросил котёнок, явно сбитый с толку. Мятка прошептала почти одновременно с ним:
- Спасла маму?
- Я не причиню вам вреда, - повторила Бабочка, подбираясь ещё ближе к подстилке котят.
- Ты бродяга! – буркнул Лучик.
- Не все бродяги плохие. Так вы видели, что происходило снаружи?
- Мы сильно испугались и спрятались, - стала объяснять Мятка. - Однажды мне в лапу попала колючка, и папа предложил мне закрыть глаза, пока Золотарник её вытаскивал. Вот мы и решили, что, если закрыть глаза, то опять будет не так страшно. Всё ведь уже кончилось?
- А мама в порядке? – пропищал Лучик, уже с большим доверием глядя на кошку.
Бабочка почувствовала, как у неё дрожат губы. Такие милые, такие наивные котята… Но они, как и она сама, слишком рано познали ужас войны. Лишь бы это послужило уроком на будущее и им тоже! Может, когда котята станут старше, они поймут, что воевать бесполезно и жестоко?
- С ней всё будет хорошо, - пообещала Бабочка, всем сердцем надеясь, что так и будет. – Просто сейчас она… она…
В голове всплыли недавние воспоминания об израненной трёхцветной кошке, почти полностью опиравшейся на плечо Золотарника, который помогал ей добраться до его палатки. Неужели Быстроцапка так и не вышла оттуда?
- Она немного занята. Но скоро она к вам вернётся.
Бабочка улеглась на землю рядом с подстилкой, так что теперь она могла хорошо рассмотреть обоих малышей. А те, окончательно успокоившись, с любопытством взирали на неё.
- От тебя вкусно пахнет, почти как от наших котов, - сказала Мятка.
- Я ведь тоже живу на равнине. – Нежность согрела сердце Бабочки. Даже котята видят, как она похожа на их соплеменников! От них и пахнет почти одинаково… - Кстати, меня зовут Бабочка. И я…
Гулкое рычание раздалось за спиной кошки. Обернувшись, она увидела чёрный силуэт, заслонивший выход из палатки.
- Что ты делаешь рядом с моими котятами?!
«Это их отец! Ох, как неудобно получилось. Я ведь хотела, чтобы мне доверяли, а теперь будет как раз наоборот…»
- Я помогла защитить их, - промямлила кошка, медленно вставая на лапы.
Кот подозрительно сощурил янтарные глаза, но Бабочка с облегчением заметила, что его агрессия не слишком острая.
- Это не даёт тебе права вторгаться к ним домой. Да будет тебе известно, что эти котята – ценнейшее, что есть у всего альянса, защитница!
- У меня и в мыслях не было… - начала Бабочка, но её неожиданно прервала Мятка.
- Папа, это Бабочка! Она милая и пахнет так же, как мы. Можно ей побыть с нами?
- Здесь одиноко без тебя и мамы, - добавил Лучик. Взгляд чёрного кота потеплел.
- Подождите немного, мы с Искристый Цветок уделим вам время, когда закончим дела. А ты… Бабочка… Могу я поговорить с тобой?
Они вдвоём вышли из палатки. Отойдя на приличное расстояние, воин зашептал ей на ухо:
- Я видел… то, что ты сделала. Это было впечатляюще. И я очень благодарен тебе за то, что ты спасла мою подругу. Но… если хочешь подружиться с остальными, прояви терпение. Ты же понимаешь, что им понадобится некоторое время, чтобы простить вчерашнюю соперницу?
- Ты прав. Я буду осторожна, - вздохнула Бабочка. Слова кота были абсолютно разумны. Всё-таки не стоило рисковать, приближаясь к единственным котятам в альянсе.
Интересно, «некоторое время» - это сколько?