Глава 32

Сейдж

Завтра суд. Я не спала всю ночь. Сидела на кровати, смотрела в стену. Зайка лежал рядом. В голове - каша. Деймон. Молли. Джек. Деймон. Молли. Джек. Круг.

Я думала о Деймоне. О том, как он укачивал меня по ночам. Как гладил по голове. Как смотрел на меня, когда думал, что я сплю. Как целовал. Как держал. Как не отпускал. Я ненавидела его. Но какая-то часть меня - та, что привыкла к теплу его рук, к его запаху, к его голосу в темноте - скучала. Не по нему. По тому, что он давал. Внимание. Заботу. Почти любовь.

Я не хотела признаваться себе в этом. Но внутри что-то ныло. Не сердце - что-то глубже. То, что осталось от меня после пяти лет в аду. То, что научилось цепляться за тех, кто не бьёт. Деймон не бил. Деймон заботился. Деймон был чудовищем, но он был моим чудовищем.

Я сжала Зайку. Крепко. До хруста в пальцах. Молли пришивала ему ухо сама. Плакала, когда уколола палец. «Зайка того стоит», - сказала я тогда. «Зайка всего стоит», - ответила она. Ей было четыре. Она знала, что такое любовь. Я - нет.

Утром приехал Джек. Я слышала, как открылась дверь. Его шаги в коридоре. Лёгкие. Уверенные. Он всегда ходит так, будто знает, куда идёт. Я не встала с кровати. Не могла. Тело было тяжёлым, как после болезни.

- Сейдж? - он зашёл без стука. - Ты не одета.

- Не хочу.

- Суд завтра. Нужно подготовиться.

- Не хочу.

Он сел на край кровати. Не близко. На расстоянии. Всегда на расстоянии. Я заметила это ещё в первый день. Он держит дистанцию. Как будто боится. Или не хочет. Или знает, что если подойдёт ближе - не сможет уйти.

- Сейдж, - он посмотрел на меня. Голубые глаза. Красивые. Добрые. Я верила этим глазам. Хотела верить. - Прокурор будет задавать вопросы. О твоих отношениях с Деймоном. О том, что ты чувствовала к нему.

Я сжала Зайку.

- Я ничего не чувствовала.

- Сейдж.

- Правда.

- Врёшь, - он покачал головой. - Я вижу. Ты думала о нём. Этой ночью.

Я смотрела на него. Он не отводил взгляд.

- Как ты понял? - спросила я.

- У тебя глаза грустные. Другие, чем когда ты думаешь о Молли.

Я усмехнулась.

- Ты внимательный.

- Моя работа.

- Твоя работа - сажать преступников.

- И защищать свидетелей.

- Ты защищаешь меня?

- Пытаюсь.

Я смотрела на свои руки. На шрамы. На бледную кожу.

- Часть меня, - сказала я тихо. - Часть меня... я не знаю. Привыкла. К нему. К его рукам. К тому, как он укачивал меня по ночам.

- Это не любовь. Это зависимость.

- Какая разница.

- Большая, - он смотрел на меня. - Зависимость проходит. Любовь - нет.

- А как понять, что прошло?

- Когда перестанешь думать о нём.

- Я не думаю о нём.

- Думаешь. Сейчас. Прямо сейчас.

Я молчала. Он молчал.

- Сейдж, - он взял меня за руку. - Ты не виновата. В том, что привыкла. В том, что скучаешь. В том, что какая-то часть тебя... не хочет забывать.

- Почему?

- Потому что он был единственным, кто дал тебе тепло. Даже если это было тепло клетки.

- Ты меня понимаешь?

- Понимаю, - он кивнул. - Я видел таких, как ты. Много раз. Они всегда скучают. Не по палачам - по моментам, когда палачи были добрыми.

- Это неправильно.

- Это человечно.

Я смотрела на него. На его красивое лицо. На глаза, которые не врали. Или я хотела, чтобы не врали.

- Джек, - сказала я.

- Что?

- Ты когда-нибудь скучал по тем, кто делал тебе больно?

Он замер. На секунду его лицо изменилось. Что-то мелькнуло - боль, страх, воспоминание. А потом он улыбнулся. И всё исчезло.

- Нет, - сказал он. - Я не скучаю по тем, кто делает больно.

Я поверила. Или хотела поверить. Разница стёрлась давно.

- Сейдж, - он отпустил мою руку. - Пойдём. Я куплю тебе мороженое.

- Не хочу.

- Хочешь, - он встал. - Ты просто боишься выйти из дома.

- Я не боюсь.

- Боишься, - он улыбнулся. - Пойдём. Я буду рядом.

Я встала. Оделась. Зайку взяла с собой.

Мы вышли из дома. Машина. Парк. Люди. Жизнь. Мороженое - шоколадное, холодное, сладкое. Скамейка. Солнце. Дети бегали по траве. Собаки лаяли. Кто-то играл в футбол. Обычный день. Для меня - праздник.

- Сейдж, - он сидел рядом. Не близко. На расстоянии.

- Что?

- Ты скучаешь по Молли?

Я сжала Зайку.

- Очень.

- Она в хорошем приюте.

- Мне всё равно, хороший он или плохой. Я хочу, чтобы она была со мной.

- Будет, - он смотрел на меня. - После суда мы подадим документы.

- Долго?

- Не знаю.

- А ты поможешь?

- Я сделаю всё, что смогу.

Я смотрела на него. На его глаза. На губы, которые говорили правильные слова.

- Почему ты такой добрый? - спросила я.

- Потому что я хочу быть добрым.

- А другие не хотят?

- Другие боятся.

- Чего?

- Показать слабость.

- Доброта - не слабость.

- Знаю, - он улыбнулся. - Но многие думают иначе.

Я смотрела на мороженое. Оно таяло. Капало на руку.

- Джек, - сказала я.

- Да?

- Я люблю тебя.

Он замер. Всего на секунду. Я заметила.

- Сейдж...

- Не говори ничего, - я перебила его. - Я знаю, что ты не можешь ответить. Просто хочу, чтобы ты знал.

- Я знаю, - тихо сказал он.

- Знаешь?

- Да.

- С самого начала?

- Да.

- Почему ты не остановил меня?

- Потому что не хотел делать тебе больно, - он смотрел на меня. Грустно. Почти искренне. - Ты нуждаешься в том, чтобы тебя любили. А я не могу дать тебе того, что ты хочешь.

- Ты даёшь.

- Не то.

- А что мне нужно?

- Семья. Дом. Спокойная жизнь.

- У меня ничего этого нет.

- Будет, - он взял меня за руку. - После суда.

Я смотрела на его руку. Большую. Тёплую. Без татуировок. Не как у Деймона. Я верила ему. Должна была верить.

- Джек, - сказала я.

- Что?

- Ты будешь рядом?

- Я буду рядом, пока я нужен тебе.

- А когда я перестану нуждаться?

- Тогда я уйду.

Я сжала его руку.

- Не уходи.

- Не могу обещать.

- Почему?

- Потому что у меня есть другая жизнь, - он смотрел на меня. - Я не могу бросить её.

- А меня можешь?

- Ты - моя работа.

- Только работа?

Он смотрел на меня. Долго.

- Не только, - наконец сказал он. - Но в основном.

Я кивнула. Смотрела на мороженое. Оно растаяло.

- Всё хорошо, - сказала я. - Я понимаю.

- Понимаешь?

- Да. Ты полицейский. У тебя есть семья. Ты не можешь быть со мной. Я - работа.

- Ты - не просто работа.

- А кто?

- Человек, который заслуживает счастья.

Я улыбнулась. Горько.

- Ты говоришь красивые слова.

- Я говорю правду.

- Ты уверен?

Он смотрел на меня. В его глазах что-то мелькнуло. Я не поняла что.

- Да, - сказал он. - Уверен.

Я поверила.

У меня не было выбора. Только верить. В полицейских. В маму. В Джека. В то, что когда-нибудь всё будет хорошо.

- Завтра суд, - сказала я.

- Завтра суд, - повторил он.

- Ты будешь рядом?

- Я буду в зале.

- Этого достаточно.

- Хорошо.

Мы сидели на скамейке. Солнце светило. Дети бегали. Собаки лаяли. Жизнь продолжалась. Я сжимала Зайку и смотрела на небо.

- Молли, - прошептала я. - Я скоро приду.

Никто не ответил.

Джек смотрел на меня. Я не знала, о чём он думает. Может, о работе. Может, о семье. Может, о том, как избавиться от меня после суда. А может, о том, как помочь.

Я не знала. Но я верила.

Я всегда верила тем, кто обещал помочь. Даже когда они врали. Даже когда бросали. Даже когда убивали.

- Пойдём, - сказал Джек. - Тебе нужно отдохнуть перед завтрашним днём.

- Пойдём, - я встала.

Он открыл мне дверь машины. Я села. Зайку положила на колени.

- Всё будет хорошо, - сказал он, заводя мотор.

- Ты не можешь это знать.

- Могу, - он посмотрел на меня. - Потому что я рядом.

Я улыбнулась.

- Ты всегда так говоришь.

- Потому что это правда.

Я закрыла глаза. Машина ехала. Я чувствовала тепло его присутствия. И верила. Верила, что завтра я переживу. Что послезавтра заберу Молли. Что когда-нибудь буду счастлива.

Он обещал. Он полицейский. А полицейские не врут.

Мама не врала.

Мама никогда не врала.

Я открыла глаза. Посмотрела на Джека. Он смотрел на дорогу. Красивый профиль. Светлые волосы. Голубые глаза.

- Джек, - сказала я.

- Да?

- Ты хороший человек.

- Я стараюсь.

- Этого достаточно.

Он улыбнулся. Я улыбнулась в ответ.

Мы ехали по городу. Я смотрела в окно. Люди. Дома. Жизнь. Она была где-то там, за стеклом. Не моя - чужая. Но красивая.

- Скоро всё закончится, - сказал Джек.

- Скоро, - повторила я.

- И ты начнёшь новую жизнь.

- С Молли?

- С Молли.

Я прижала Зайку к груди.

- Я хочу, чтобы она была счастлива.

- Она будет.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что ты будешь рядом.

Я смотрела на него. Верила ли я? Не знала. Но хотела верить. Хотела верить, что завтра я переживу. Что послезавтра всё наладится. Что когда-нибудь я перестану бояться.

- Джек, - сказала я.

- Что?

- Спасибо.

- Не за что.

- За то, что ты есть.

Он ничего не ответил. Только сжал руль чуть сильнее. Я заметила. Но не поняла.

Мы ехали домой. В безопасный дом. В белую клетку с белыми стенами и белыми шторами. Я сжимала Зайку и смотрела в окно.