Глава 30

Сейдж

Джек приезжал каждый день. Всегда в разное время - то утром, когда я ещё спала, то вечером, когда я уже смотрела в стену, то среди ночи, когда я не могла заснуть и сидела на кухне с чашкой пустого чая. Я перестала удивляться. Просто ждала. Он приносил еду. Не ту, дешёвую, которую дают в таких местах - нормальную. Пиццу с ананасами, которую я полюбила, когда была маленькой. Суши - я никогда их не пробовала, но Джек сказал, что это вкусно, и я поверила. Китайскую лапшу в коробочках, овощи, фрукты. Однажды принёс мороженое - шоколадное, в стаканчике, с деревянной ложкой.

- Вы помните, что я люблю? - спросила я, когда он поставил стаканчик передо мной.

- Вы сказали в парке, - он сидел напротив. - Шоколадное. Я запомнил.

- Вы всё запоминаете?

- Это моя работа.

Я смотрела на мороженое. Оно таяло. Капало на стол.

- Джек, - сказала я.

- Да?

- Почему вы это делаете?

- Что именно?

- Приносите еду. Спрашиваете, как я. Запоминаете, что я люблю.

- Потому что вы человек, - он смотрел на меня. - А не просто свидетель.

- Для вас я свидетель.

- Для начала, - он кивнул. - Но я вижу больше.

- Что вы видите?

- Девочку, которая хочет домой.

Я сжала ложку.

- Вы отвезёте меня?

- После суда. Как только Деймон сядет.

- А если не сядет?

- Сядет.

- Вы так уверены?

- Я в этом работаю.

Я доела мороженое. Он допил кофе. Мы сидели на кухне, в белом доме, с белыми стенами, и смотрели друг на друга.

- Сейдж, - он взял меня за руку. - Я хочу, чтобы вы знали: я сделаю всё, чтобы вы вернулись к маме.

- Зачем вам это?

- Потому что вы это заслужили.

- Я не заслужила ничего. Я продавала своё тело. Я была шлюхой.

- Вы выживали, - он сжал мою руку. - Это разные вещи.

- Для мира - нет.

- А для меня - да.

Я не знала, что ответить. Смотрела на его руку. На его пальцы, обвившие мои. Тёплые. Живые.

- Джек, - сказала я.

- Да?

- Вы женаты?

Он замер. На секунду. Потом улыбнулся.

- Нет, - сказал он. - А что?

- Просто спросила.

- У меня нет семьи, - он смотрел на меня. - Только работа.

Я поверила. Он не врал. Он не умел врать. Или я хотела так думать.

- А девушка? - спросила я.

- Нет, - он покачал головой. - Некогда.

- Вам не одиноко?

- Иногда, - он отодвинул чашку. - Но я привык.

- Я тоже привыкла.

- К одиночеству?

- К тому, что рядом никого нет.

Он смотрел на меня. Долго. Потом протянул руку и накрыл мою ладонь. Его пальцы были тёплыми. Я не отдёрнула.

- Теперь я есть, - сказал он. - Пока идёт следствие.

- А потом?

- Потом вы поедете к маме. В Остин.

- Вы меня отвезёте?

- Отвезу.

- Обещаете?

- Обещаю.

Я верила. Я очень хотела верить.