Глава 28
Сейдж
Нас привезли в участок через час. Молли спала у меня на руках, прижимая Зайку к груди. Я не могла её разбудить - не хотела, чтобы она видела эти стены, этих людей, этот холодный свет. Всю дорогу я смотрела на неё. На её спокойное лицо. На розовые щёки. На волосы, которые пахли яблоками.
- Сюда, - полицейский открыл дверь. Маленькая комната. Стол. Два стула. Зеркало во всю стену. За ним кто-то смотрит. Всегда кто-то смотрит. Я привыкла.
Я села на стул. Молли посадила к себе на колени. Она не проснулась - только прижалась ближе, что-то прошептала во сне. Я не разобрала. Может, «папа». Может, «Зайка».
- Сейдж Морроу? - в комнату вошла женщина. В форме. С блокнотом.
- Да.
- Меня зовут детектив Морено. Я буду задавать вам вопросы.
- А Молли?
- Девочкой займутся коллеги из социальной службы.
- Нет, - я прижала Молли к себе. - Она останется со мной.
- Это не обсуждается.
- Я не отдам её.
- Сейдж...
- Я сказала - нет.
Женщина смотрела на меня. Я смотрела на неё.
- Сейдж, - она села напротив. - Я понимаю, что вы привязались к девочке. Но у вас нет документов. Вы - не мать. Не опекун. Не родственница.
- Я - тот, кто её любит.
- Любовь не даёт юридических прав.
- А что даёт?
- Кровное родство. Или официальное усыновление.
- У неё нет кровных родственников.
- Это должен решить суд.
- А пока суд не решил?
- Пока суд не решил, девочка останется в приюте.
Я смотрела на неё. На её лицо. На её блокнот. На ручку, которой она крутила в пальцах.
- Вы не забирали мою дочь, - сказала я.
- Это не ваша дочь.
- Моя.
- Фактически - да. Юридически - нет.
- Тогда сделайте юридически.
- Это процесс. Долгий.
- Мне всё равно.
- Сейдж, - женщина вздохнула. - Вы сами находитесь под следствием.
- За что?
- Вы проживали в доме подозреваемого. Вы пользовались его средствами.
- Я была жертвой, - я смотрела на неё. - Меня похитили. Меня продали. Меня насиловали. Меня били. Я не была его сообщницей.
- Мы знаем, - женщина кивнула. - Мы нашли ваше дело. Вы числитесь пропавшей без вести.
- И что теперь?
- Теперь вы свободны.
Я усмехнулась. Свободна. Смешное слово.
- Сейдж, - женщина встала. - Нам нужно забрать девочку.
- Нет.
- Сейдж...
- Я сказала - нет.
Молли проснулась от моего голоса. Заплакала.
- Сейдж? Что случилось?
- Ничего, милая, - я прижала её к себе. - Всё хорошо.
- Ты кричала.
- Я не кричала.
- Кричала, - она смотрела на меня испуганными глазами. - Где мы?
- У полиции.
- Зачем?
- Они хотят поговорить с тобой.
- Я не хочу, - она обняла меня за шею. - Я хочу к папе.
- Папа не может приехать.
- Почему?
- Он занят.
- Сейдж, - она плакала. - Я боюсь.
- Не бойся, - я поцеловала её в макушку. - Я с тобой.
- Сейдж, - голос женщины. - Нам нужно забрать девочку.
- НЕТ, - закричала Молли. - НЕ ХОЧУ! НЕ ОТДАВАЙТЕ МЕНЯ!
- Молли...
- НЕ ХОЧУ К НИМ! Я ХОЧУ К ПАПЕ! Я ХОЧУ К СЕЙДЖ!
- Молли, тихо...
- НЕ ХОЧУ!
В комнату вошли две женщины из социальной службы. С добрыми лицами и холодными глазами.
- Здравствуй, Молли, - сказала одна. - Мы заберём тебя в хорошее место.
- НЕТ! - Молли прижалась ко мне. - СЕЙДЖ, НЕ ОТДАВАЙ МЕНЯ!
- Молли...
- ПОЖАЛУЙСТА!
Женщина подошла к нам. Протянула руку.
- Пойдём, милая.
- НЕТ! - Молли закричала. - НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ!
- Молли, так надо.
- НЕ НАДО!
Женщина взяла её за руку. Молли вырвалась. Укусила. Женщина охнула.
- Молли!
- НЕ ПОДХОДИ!
- Молли, - я взяла её за плечи. - Посмотри на меня.
Она посмотрела. Глаза мокрые, щёки мокрые, губы дрожат.
- Я не хочу к ним, - прошептала она. - Я хочу к тебе.
- Я знаю, - я вытерла её слёзы. - Но ты должна идти.
- Почему?
- Потому что так надо.
- А ты придёшь за мной?
- Приду.
- Обещаешь?
- Обещаю.
Она смотрела на меня. Долго. Потом кивнула.
- Хорошо, - сказала она. - Я пойду. Но ты придёшь.
- Приду.
Женщина взяла её за руку. Молли не сопротивлялась. Пошла с ней. У двери остановилась.
- Сейдж, - сказала она.
- Что?
- Я люблю тебя.
- Я тебя тоже.
- Не забывай меня.
- Не забуду.
Она вышла.
Дверь закрылась.
Я осталась одна.
На столе лежал Зайка. Молли забыла его. Я взяла Зайку. Прижала к груди.
- Молли, - прошептала я. - Ты забыла Зайку.
Никто не ответил.
Я сидела в пустой комнате, с Зайкой в руках, и ждала утра.