Глава 94. Верю тебе

Юнь Се не поверил ему, и его руки сжались. Всю свою жизнь больше всего он не мог вынести того, что Цзян Сюньи грустит. При виде его теперь сердце его смутилось, и он хотел спросить, что случилось, но не знал, как сказать. Пока он колебался, он вдруг услышал позади себя сухой кашель.

Они одновременно повернули головы и увидели, что Цзян Молоу тоже прискакал на своем мече. Он стоял в воздухе, у его ног лежала груда руин. Заложив руки за спину, он сурово посмотрел на двоих, выражение его лица сравнимо с суровым отцом, обнаружившим, что у его дочери есть тайный любовник.

Цзян Сюньи не собирался ни объяснять, ни скрывать это. Как ни в чем не бывало, он отпустил Юнь Се.

— Молоу, почему ты тоже здесь? Разве не было сказано, что в это место может войти только один человек?..

Сказав это, он огляделся и не смог сдержать смех, решив больше ничего не говорить. Это место уже рухнуло, даже если бы вошли сотни или тысячи людей, это не имело бы значения. Однако, помимо того, что никакого ужасного происшествия, как они себе представляли, не произошло, их окружил хаос, а видимость была крайне низкой. В настоящее время, кроме них троих, казалось, что там больше никого не было. Цзян Молоу не отреагировал на слова Цзян Сюньи, вместо этого с серьезным лицом спросил: 

— Что, черт возьми, происходит между вами двумя?

Губы Юнь Се шевельнулись, и, увидев, что он собирался сказать что-то грубое, Цзян Сюньи быстро схватил его, прежде чем быстро вставить: 

— Юнь Се и я... Мастер?

Цзян Молоу небрежно взглянул в направлении его взгляда. 

— Не меняй тему...

Прямо в середине своего предложения он также сделал паузу, поскольку фигура, изображенная на нефрите, промывающем костный мозг, была Бессмертным мастером Ти Мином!

Цзян Сюньи и Цзян Молоу были ошеломлены и вместе бросились вперед. Однако человеком, который сражался с Бессмертным Мастером Ти Мином... был Юнь Се.

Юнь Се был тем, кто навредил ему Нефритом, промывающим костный мозг?!

Цзян Молоу был холодным человеком, и единственными двумя людьми в этом мире, о которых он заботился, были его хозяин и старший брат. Слова не могли передать шок, который наполнил его, когда он своими глазами увидел смерть своего хозяина. Кровь бросилась ему в голову, и он, не задумываясь, яростно выхватил меч, повернулся и ударил Юнь Се.

Прежде чем лезвие успело пройти даже наполовину, лезвие уже было кем-то остановлено. Это Цзян Сюньи стоял боком перед Юнь Се, блокируя удар. Он стиснул лезвие пальцами, слишком нетерпеливый, чтобы даже вытащить собственный меч. Ему потребовались все силы, чтобы едва остановить меч, и вены на тыльной стороне ладони вздулись.

— Молоу, успокойся. Во-первых, проясните ситуацию.

Еще до того, как он увидел сегодняшнюю сцену, Цзян Сюньи уже придумал бесчисленное количество сценариев того, что произошло. Хотя его чувства к Бессмертному Мастеру Ти Мину были такими же, как у Цзян Молоу, таких вещей уже было недостаточно, чтобы свести его с ума. Не говоря уже о том, что этим человеком был Юнь Се.

В этот момент единственным, кто мог остановить Цзян Молоу, был он. Опасаясь, что он причинит вред Цзян Сюньи, он с негодованием убрал меч, однако разозлился еще больше. 

— Ты все еще помогаешь ему! Ты только что видел эту сцену! Зачем меня останавливать?

Юнь Се сначала был потрясен, увидев эту сцену, но больше всего его заботило то, как отреагирует Цзян Сюньи. Он чувствовал страх при мысли о том, как он может смотреть на него или что он может сказать. Однако, увидев, как он блокирует атаку Цзян Молоу, его сердце наполнилось смелостью. Он прижал плечо Цзян Сюньи сзади себя и спросил: 

— А-Сюнь, ты мне веришь?

Даже не оглядываясь назад, Цзян Сюньи без колебаний ответил: 

— Я тебе верю!

Столь решительный настрой и Юнь Се, и Цзян Молоу были ошеломлены. Цзян Молоу не мог не сердито закричать: 

— Брат! Тебе нужно осознать, что когда его раньше настигала демоническая энергия, он даже убил тебя. Почему он не причинил вреда Учителю?

Цзян Сюньи возразил: 

— Ты думаешь, так легко встать на демонический путь? Ты думаешь, что можешь блуждать когда угодно и куда угодно? Юнь Се не стал бы, потому что он никогда не думал о битве против Мастера, поэтому не было бы причин волноваться в его душевном состоянии... Неважно, ты бы этого не понял. Короче говоря, если ты до сих пор относитесь ко мне как к старшему, поверь ему хоть раз. Кроме того, ситуация неопределенная, и я не знаю, кто еще наблюдает за нами, ожидая увидеть наши распри. Не ссорьтесь больше!

Как будто он произнес это в реальность, пока Цзян Сюньи говорил, он увидел фигуру, промелькнувшую мимо Цзян Молоу. Это был именно тот человек, о котором он думал в данный момент, и он быстро крикнул: 

— Молоу, останови его первым!

Гнев Цзян Молоу не утихал, и его лицо было полно замешательства. 

— Кого?

Цзян Сюньи был потрясен: этот человек только что был очень близок с Цзян Молоу, но по какой-то причине не заметил этого.

— Человек, который только что был рядом с тобой.

Юнь Се схватил его за руку. 

— А-Сюнь, о чем ты говоришь? Там ничего не было.

Цзян Сюньи был поражен, его сердце пронзило холодом. Когда он присмотрелся, фигура действительно бесследно исчезла. Внезапно Лезвие Смерти рядом с ним вылетело на запад, и звук имени Будды прозвучал резко.

— Амитабха.

Юнь Се схватил руку Цзян Сюньи, не отпуская. Обернувшись, чтобы увидеть новичка, он тут же закричал: 

— Монах, наконец-то ты готов появиться! Быстрее, скажи мне, ты что, напортачил?!

Цвет лица мастера Дэна был не очень хорошим, и ему не хватало той хипповской улыбки, которая была у него, когда они впервые встретились. Он проигнорировал крик Юнь Се, вместо этого серьезно глядя на Цзян Сюньи. 

— Кого ты сейчас искал?

Цзян Сюньи не мог понять, что происходит, и тон другого тоже раздражал его. 

— Что с тобой?

Глаза Мастера Хэ Дэна были безмятежными и глубокими, твердо глядя на него. Казалось, он заметил что-то на лице Цзян Сюньи, и спустя некоторое время медленно сказал: 

— Я советую тебе не встречаться с этим человеком.

Когда Мастер Хэ Дэн появился в первый раз, можно было сказать, что он был другом, а не врагом, но в этот момент Юнь Се смог ощутить тонкую враждебность в его отношении. В его сердце начала проявляться бдительность, и он потащил Цзян Сюньи за собой, холодным и острым взглядом глядя на другого. 

— Боюсь, кого мы увидим, решать не тебе. Мастер Хэ Дэн, цель вашего прихода сюда не должна состоять в том, чтобы просто прогуляться после ужина, верно? Если вам что-то от нас нужно, советую не усложнять без необходимости.

Цзян Сюньи вырвался из объятий Юнь Се и встал рядом с ним, подняв руку и положив ее на рукоять меча.

— Собственно, что ты пытаешься сделать?

Голос Мастера Хэ Дэна повысился. 

— Мастер Цзян спрашивает меня? Если я осмелюсь сказать это, посмеешь ли ты позволить мастеру секты Юнь меня выслушать?

Цзян Сюньи ответил: 

— Если хочешь сказать, просто скажи. Нет ничего, чего он не мог бы знать.

Юнь Се усмехнулся. 

— Вы закончили сеять раздор? Я спрашиваю вас, имеет ли какое-то отношение к вам изображение на Нефрите, промывающем мозг?

Цзян Сюньи не расслышал, что дальше сказал Юнь Се, потому что мигающая фигура появилась снова, и, как ни странно, казалось, что никто, кроме него, этого не заметил.

С тех пор, как Цзян Сюньи стал свидетелем разговора между его родителями, он всегда думал об одной важной вещи. В это время ему было наплевать на дебаты с Хэ Дэном. Его тело повернулось, готовое преследовать тень.

Неожиданно, как только он двинулся, Хэ Дэн поднял свой буддийский посох, чтобы перехватить его, крича: 

— Сегодня ты никуда не пойдешь!

Юнь Се уже мог сказать, что Цзян Сюньи действительно нужно было сделать что-то, о чем он не знал, что-то, что очень беспокоило его. Увидев это, он, не колеблясь, оттолкнул Цзян Сюньи. 

— Иди, оставь его мне.

Цзян Сюньи так торопился уйти, что забыл что-то сказать Юнь Се. После того, как его подтолкнули вперед, ему внезапно напомнили о том, что у него было слишком много вещей, которые он не объяснил Юнь Се внятно, и он, должно быть, сейчас очень сбит с толку.

Не то чтобы Цзян Сюньи намеренно пытался что-то скрыть, но один из них был главным героем, а у другого были миссии, которые нужно было выполнить. Они всегда были окружены туманом и суматохой. С тех пор, как они разрешили свое недоразумение, у них не было ни дня покоя. Кроме того, Юнь Се слишком заботился о нем. Было трудно найти способ начать вдаваться во все детали, поэтому это было отложено до сих пор.

В конце концов, маловероятно, что кто-то легко смирится с тем, что он всего лишь персонаж книги. Более того, хотя у Юнь Се была сильная воля, он был немного тщеславен.

В прошлом Цзян Сюньи всегда чувствовал, что у них есть еще много времени, чтобы обсудить это, но прямо сейчас он почувствовал предчувствие в своем сердце, которое заставило его, человека, который никогда не возвращался, остановиться. Он крепко сжал руку Юнь Се.

— Юнь Се.

Он больше ничего не сказал, но твердое выражение лица Юнь Се внезапно сменилось легкой улыбкой. С мечом, готовым сразить Мастера Хэ Дэна в одной руке, он использовал другую, чтобы вытолкнуть Цзян Сюньи с поля битвы.

Поскольку он был полон решимости выиграть время для Цзян Сюньи, он действовал безжалостно, застав мастера Хэ Дэна врасплох и заставив его сделать два шага назад. Хэ Дэн смотрел, как спина Цзян Сюньи исчезает, удивление и гнев окрашивали его голос, когда он выругался: 

— Юнь Се, ты знаешь, что делаешь? Ты знаешь, кого он ищет? Я всегда думал, что ты умный человек, но твоё поведение просто жаждет смерти. Помогая ему, ты погубил себя!

Услышав эти слова, Юнь Се расстроился и выругался в ответ: 

— Хэй! Прекратите это действие. Я с радостью вступлю на путь собственного уничтожения ради жены. Я чувствую себя очень счастливым! Почему я должен слушать слова людей, которые слишком много говорят?

Его слова были эксцентричными, но его движения были очень резкими, и мастер Дэн изо всех сил пытался поднять свой посох и выковать отверстие. Он громко закричал: 

— Ты сейчас так увлечен, но знаешь ли ты, что в сердце Цзян Сюньи ты не более чем персонаж книги? 

Юнь Се остановился в шоке, его рука замедлилась. 

— Что ты имеешь в виду?

Пока Юнь Се удерживал Хэ Дэна, Цзян Сюньи вышел, бросился вперед и поднял свой меч, чтобы поспешить к тени.

Однако фигура больше не исчезала. Казалось, их скорость была невысокой, но они всегда порхали вперед в нескольких футах от Цзян Сюньи, словно намеренно пытаясь куда-то его увести. Цзян Сюньи некоторое время следовал за ним, затем, завернув горный изгиб, внезапно остановился и приземлился на землю. Тень бросилась прямо на человека, стоящего спиной к нему, прежде чем тут же исчезла.

Со скрежетом Цзян Сюньи соскользнул на землю, прежде чем поднять свой меч и вонзить его в шею противника. Леденящий свет меча отражал половину лица другой стороны. Он закричал: 

— Ду Ли, расскажи мне о своей цели!

Однако, хотя его тон был безжалостным, его руки все еще незаметно дрожали.