Глава 58. Ты, ты можешь это сделать?
Рядом с ними вспыхнуло несколько огней, и Цзян Сюньи небрежно посмотрел в сторону. Похоже, это были светлячки, так что ему было все равно, и он положил руку на лоб, чтобы заснуть.
Внезапно он почувствовал, что что-то не так, и глаза его тут же вспыхнули. Юнь Се уже слегка покачнулся и мгновенно вскочил на ветку рядом с Цзян Сюньи. Он держал флейту в руке, больше не играя, и наклонился с улыбкой.
— А-Сюнь, посмотри быстрее, разве эти светлячки не похожи на звезды в небе?
Не нуждаясь в его словах, Цзян Сюньи уже заметил это зрелище. Первоначально вокруг них было всего несколько светлячков, но со временем их становилось все больше и больше. После того, как Юнь Се произнес это предложение, он снова приложил флейту к губам, и мелодия поплыла сквозь ночь. Скопления флуоресцентных огней летали в темной ночи, и издалека это действительно походило на галактику, невыразимо обширную и великолепную.
Казалось, что прошла всего секунда, и в то же время казалось, что прошло много времени. Цзян Сюньи внезапно улыбнулся, флуоресцентный свет и тени деревьев попеременно падали на его лицо. Цвет его кожи казался более белым, что придавало ему другую красоту. Он перевернулся, сел и развел руками. Немедленно несколько светлячков пролетели над ним и приземлились на его ладонь. Слабое сияние осветило его ладонь, и казалось, что невзирая на беды мира, все было в его руках.
— Даже увидев нагромождение цветов, зеркало не тревожится¹... Я думал, что это сон, но не ожидал, что все окажется правдой. — Цзян Сюньи слегка улыбнулся и мягко указал пальцем на конец флейты Юнь Се. — Брат Юнь, перестань играть, давай спать.
¹ 乱花迷眼，不伤明镜 – строчка из стихотворения, которая напрямую переводится как шквал цветов не потревожит зеркало, а значит, хаос не нарушит мир и покой.
Цзян Сюньи и Юнь Се казались умиротворенными, когда заснули. На самом деле они стояли в тупике, думая, как бы уговорить другого. Услышав на следующее утро колокольный звон рядом с собранием учеников, они сразу же переглянулись.
Цзян Сюньи подумал: "Я должен найти способ попасть в центр внимания, чтобы быстро войти во внутреннюю секту."
Юнь Се подумал: "Я должен остановить его!"
Они ничего не сказали, но оба увидели призраки в глазах друг друга и тут же одновременно отвели взгляд.
Они вернулись к двери ветхой хижины и увидели, что униформа, которую носили ученики внешней секты, была выслана. После того, как они надели одежду, они обнаружили, что узор был точно таким же, как и на одежде, которую носили ученики у внутренней двери, но цвета были обратными. Вместо этого было черное пламя на красном фоне.
Когда мужчины носили красный наряд, он был очень нелестным, особенно для новых учеников, которые не выросли совершенствующимися. В их темпераментах не было утонченности, и они выглядели как бойкие деревенщины, празднующие хороший урожай. Смотреть на них было совершенно невыносимо.
Цзян Сюньи и Юнь Се наконец прибыли, переодевшись. Эти двое были изысканны, элегантны и отличались от остальных темпераментом. Они выделялись своей яркой внешностью и сразу же привлекали внимание большинства.
Лицо Цзян Сюньи покрылось инеем, когда он столкнулся с посторонними и отказался смотреть на кого-либо, когда он спокойно прошел в конец очереди и остановился. Однако на лице Юнь Се все еще была нежная улыбка. Он выглядел очень безобидным, просто следуя за Цзян Сюньи. Через несколько шагов его кто-то остановил.
Он опустил голову, чтобы посмотреть на женщину, которая была намного ниже его роста.
— Что это такое?
Девушка тоже носила красное пальто того же фасона, по-видимому, тоже внешняя ученица. Она смотрела на красивое лицо Юнь Се, ее рот долго не шевелился, прежде чем сказать:
— Этот... этот брат, могу я узнать ваше имя, пожалуйста?
После такой паузы фигура Цзян Сюньи уже погрузилась в море учеников. Юнь Се посмотрел в сторону и небрежно спросил:
— Госпожа, я вам нравлюсь?
Девушка не ожидала, что он будет настолько прямолинеен. Она была так потрясена, что ее лицо вдруг покраснело. Прежде чем она успела заговорить, Юнь Се продолжил:
— Если это так, я хотела бы поблагодарить вас, но у меня уже есть кое-кто, кто мне нравится. Пожалуйста, вернитесь.
Хотя Цзян Сюньи был одет так же, как и остальные, он, к счастью, был достаточно высок, чтобы Юнь Се смог найти его после того, как он долго сканировал толпу. Ему сразу захотелось уйти. Девушка немного не хотела, погналась за ним и сказала:
— Брат даже не взглянул на меня, а ведь ты уже знаешь, что я не должна быть так хороша, как та, которую ты благоволишь?
После того, как она снова заблокировала Юнь Се, она остановилась. Он не выказывал нетерпения и вместо этого смотрел на другого человека с нежной улыбкой. Его глаза опьяняли, когда он сказал:
— Да, ты не такая красивая, как он, не такая умная, как он, и твое развитие тоже ниже. Прощай, в тебе нет ничего, что можно было бы сравнить с ним. Мы закончили?
Он любил с улыбкой говорить жестокие слова, и этот ответ был особенно душераздирающим. Он смог немедленно уйти, оставив маленькую девочку плакать, когда он подошел к Цзян Сюньи, как будто ничего не произошло.
Когда Юнь Се подошел к нему, Цзян Сюньи тонко почувствовал истощение энергии системы и на секунду был ошеломлен. Юнь Се только что уничтожил росток романа с кем-то, кто был частью эксклюзивного гарема главного героя.
Еще до того, как он сделал ход сам, Юнь Се уже так сильно помог. Он действительно проявлял инициативу. На самом деле, когда он действительно думал об этом, ему казалось, что даже после стольких лет он никогда не видел, чтобы он влюблялся в какую-либо женщину. Он, несомненно, был чистым и достойным героем.
Цзян Сюньи не мог не беспокоиться о здоровье своего брата. В конце концов, Юнь Се столько раз помогал ему от рождения до смерти. Многое из того, что произошло, не было написано в оригинальной книге. Не может быть, чтобы сюжет изменили... часть уничтожили, да?
Как только Юнь Се приблизился, он увидел, как Цзян Сюньи посмотрел на него очень странным взглядом. Его глаза бледно опустились, лицо слегка покраснело, прежде чем он быстро отвернулся.
— ... — Юнь Се необъяснимо запаниковал. — Что не так?
Цзян Сюньи сделал паузу, прежде чем спросить:
— Эта девушка только что признавалась тебе, верно? Ты... отказал ей?
Из-за деликатной темы и особенно из-за беспокойного выражения лица Цзян Сюньи Юнь Се был слишком напуган, чтобы даже пошутить.
— ...О, да.
Цзян Сюньи изначально просто размышлял, но когда он увидел виноватый взгляд Юнь Се, он был поражен и задался вопросом, что не так с этим человеком. У главного героя красноречивого жеребцового романа была скрытая болезнь, которую было трудно выявить? Не может быть...
Он хотел прямо спросить, но не мог даже открыть рот. Даже если эти двое были близкими братьями, было трудно напрямую задать вопрос, который так вредил достоинству другого. Кроме того, Цзян Сюньи был слишком горд, чтобы спросить, поскольку у него никогда не было такой толстой кожи, как у Юнь Се. Было немного стыдно даже думать об этом. Он долго колебался, прежде чем повернуться и сказать:
— Я думаю, что девушка только что была хороша. Почему ты не попытался быть с ней... Эм, как насчет того, чтобы попытаться поладить?
Хотя он уже знал, что у другого не было романтических чувств к себе, как только Юнь Се услышал эти слова, исходящие из уст Цзян Сюньи, он больше не мог даже обманывать себя. У Юнь Се закружилась голова, и он сразу же почувствовал, что столкнулся с огромной потерей. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Цзян Сюньи, его глаза были глубокими и темными, а нежное и мягкое лицо наполнилось холодом.
Это был первый раз, когда он так смотрел на Цзян Сюньи, и тот необъяснимо почувствовал себя виноватым, как будто он только что сделал что-то зловещее. Когда он подумал об этом, с бдительностью и интеллектом Юнь Се, он, вероятно, уже догадался, что имел в виду. Если бы он не угадал, такой вопрос мог бы сильно задеть, поэтому ему стало плохо.
— Н-неважно, я... кхэ-кхэ, просто любопытно, притворись, будто я не спрашивал.
Юнь Се изо всех сил старался сдержать печаль в своем сердце и без всякого выражения опустил глаза.
— Ты хочешь, чтобы я был с другими женщинами? Почему?
Цзян Сюньи не знал, что сказать. Юнь Се внезапно спросил:
— Говори, почему?!
Что значит почему? Ты должен спросить, почему сейчас?
Голос Юнь Се слегка дрожал, казалось, придавая большое значение словам Цзян Сюньи. Цзян Сюньи чувствовал, что должен ответить, но он также не хотел выплевывать слова, как будто он не мужчина. У него не было выбора, кроме как напрячь нервы и сказать:
— То есть я просто хотел тебя спросить. У тебя где-то проблема, ах, или ты не любишь женщин? Мы хорошие братья, так что я не буду смотреть на тебя свысока. Если у тебя есть проблемы... не скрывай их от меня. Если ты мне скажешь, мы вместе найдем способ...
Что, черт возьми, это было? Чем больше Цзян Сюньи удивлялся, тем нелепее становились его мысли. Его голос постепенно понижался, но Юнь Се просто замер.
Цзян Сюньи опустил голову и коснулся своего носа.
Внезапно его плечи опустились, и Цзян Сюньи неожиданно обняли — Юнь Се набросился на него, слегка ударив его, прежде чем он окончательно сломался. Он не мог не лежать на плечах Цзян Сюньи и смеяться. Растерянная толпа посмотрела на них.
Даже если он привык к безрассудному поведению Юнь Се, некоторые вещи он не мог вынести. Возможно, его нынешнее неврологическое состояние было более чувствительным, поэтому даже он чувствовал, что двое взрослых мужчин, смеющихся и обнимающих друг друга какое-то время, ненормальны. Чувствуя раздражение, он сказал:
— Я просто беспокоюсь о тебе! Что ты смеешься?!
Юнь Се задыхался и не мог перестать смеяться. Если бы можно было точно описать это чувство, то можно было бы только сказать, что он был совершенно потрясен.
— А-Сюнь, ты... Ха-ха-ха-ха, как ты мог так думать? Ты... ты просто слишком интересен!
Как только Цзян Сюньи собирался повернуться и отбросить его, Юнь Се внезапно усилил объятия и уткнулся головой в шею другого. Выражение его лица было неизвестным, но в его голосе все еще чувствовался легкий намек на улыбку, когда он тихо спросил:
— А-Сюнь, если то, о чем ты меня спросил, правда, то как бы ты помог мне... найти решение вместе?
Пока он говорил, его губы мягко коснулись кожи шеи Цзян Сюньи, казалось бы, непреднамеренно. Влажное и теплое прикосновение потрясло Цзян Сюньи. В его сердце возникло странное чувство, ударившее его током, поэтому он вдруг оттолкнул другого и сделал полшага назад.
Цзян Сюньи был озадачен, но он видел, что выражение лица Юнь Се было вполне нормальным, поэтому он чувствовал, что слишком много думает.
— Мне? Я бы помог тебе попросить лекарство у врача... Ч-что, по-твоему, мне следует сделать?
Даже Цзян Сюньи не знал, о чем он сам говорил. Не похоже, что у Юнь Се была проблема. Он просто хотел вернуться на несколько минут назад и закрыть свой большой рот.
Хотя внутренние ученики еще не пришли, их движения привлекли большое внимание, и они чувствовали на себе много взглядов. У Юнь Се все еще была улыбка на лице, и он без тени беспокойства огляделся. Круг зрителей вдруг почувствовал, как забилось их сердце, и отвернулся, необъяснимо боясь взглянуть на него.
Оглядевшись на мгновение, Юнь Се уже успокоил свое сердце. Он втайне предупредил себя, что это опасно, так как сейчас неподходящее время для раскрытия своих чувств. Он изо всех сил старался сохранить улыбку на лице.
— Ладно, посмотри, как ты испугался. О чем ты думаешь? Человек, который совершенствуется до бессмертия, должен иметь чистое сердце, поэтому не заставляй меня учиться чему-то неправильному. Но странно, мы раньше... разве ты не должен знать, что я... кхэм, ничего.
Цзян Сюньи некоторое время смотрел на Юнь Се, прежде чем принял ответ. Он хмыкнул и потер щеки, которые были еще немного горячими, тыльной стороной ладони.
Они вдвоем некоторое время разговаривали, и каким-то образом, хотя колокола собрания учеников уже давно явно звучали, ни один из внутренних учеников не вышел. Цзян Сюньи какое-то время молча чувствовал себя неловко, тайно поглядывая на Юнь Се. Увидев, что другому, похоже, все равно, он на мгновение заколебался, и как только он собирался заговорить, издалека послышался плач.
Автору есть что сказать: Маленький Цзян, ты уверен, что твой призыв «Брат Юнь» не был кокетливым...