Глава 50. Старое смущение

Цзян Сюньи не мог не вздохнуть, прежде чем продолжить. 

— Позже вы поняли, что это не я был вам родственником, а Хуан Янь, которого я собирался казнить. Несмотря ни на что, ты должен был спасти его. Тебя и Нин Фень кто-то вдохновил объединить усилия и нацелиться на меня. Просто чтобы спасти его, вы заплатили честной репутацией, над созданием которой работали всю свою жизнь, а Нин Фень заплатила своей жизнью. Это действительно того стоило?

Предположение Цзян Сюньи почти полностью совпало с реальностью. Чэнь Ли на мгновение потерял дар речи. Свет струился из-за его спины, и его лицо в этот момент казалось постаревшим.

Он открыл рот, но не знал, что сказать, поэтому опустил голову и бросил взгляд на пыльную землю.

У жизни нет корней, она свободно плавает, как пыль.

После периода молчания он наконец заговорил медленно. Хотя его спина уже была согнута, Чэнь Ли все еще изо всех сил пытался стоять прямо. "

— Да. Вы правы. Той ночью вы внезапно впали в кому в своей комнате по неизвестным причинам. Это я разорвал рукава на одной из ваших старых одежд, и это же я распространил эту новость. Госпожа Фэн действительно пришла, но в то время вы вообще не проснулись. Все было настроено мной. Это я случайно раскрыл секрет госпожи Фэн и убедил ее сделать это.

Хотя он уже давно предполагал это, когда он услышал эти слова, Юнь Се все еще чувствовал боль в груди. Он не мог не шагнуть вперед и пристально посмотреть на Чэнь Ли, но слова не шли. За это, за такую ​​нелепую причину... эта нелепая причина косвенно привела к тому, что он лично убил человека, которого любил!

Юнь Се не мог представить, как бы выглядел его мир без необъяснимого воскрешения Цзян Сюньи. Хотя он, казалось, выглядел так же комфортно, как и раньше, страх, ужас, боль и тоска не могли быть забыты в этой жизни.

Печаль и гнев постепенно отступили и, в конце концов, превратились в невыразимый страх и истощение, из-за чего даже такие люди, как Юнь Се, не могли сдержать легкую дрожь.

Цзян Сюньи посмотрел на Юнь Се, который выглядел так, словно собирался сразиться насмерть с Чэнь Ли. Опасаясь, что он потеряет контроль и убьет его, он быстро протянул руку и сказал: 

— Эй, Юнь Се...

Юнь Се внезапно схватил его за руку, повернулся и обнял Цзян Сюньи.

Цзян Сюньи замер, но затем он почувствовал беспокойство Юнь Се сквозь слабую дрожь другого. Его сердце слегка дрогнуло, и рука, которая собиралась оттолкнуть его, медленно переместилась на его спину, где он легонько похлопал.

Все знали о хороших отношениях между ними. В глазах окружающих это ласковые объятия между братьями. Только Не Ян и Вэй Сюци посмотрели друг на друга, как будто обнаружили что-то экстраординарное.

Цзян Сюньи испустил редкий вздох. 

— Все в порядке, Юнь Се, разве я не жив?

Его тело окутало холодным ароматом, который был так знаком Юнь Се. Он напоминал ветки сосны зимы, первый лотос летней ночи, мороз и пламя сна, несущие безмерную боль и любовь.

Юн Се глубоко вздохнул и медленно отпустил Цзян Сюньи. Когда он обернулся, его лицо стало холодным. 

— Чэнь Ли, разве ты не чувствуешь угрызений совести после такого поступка?

Чэнь Ли посмотрел на Хуан Яня сбоку и увидел, что его лицо было полностью наполнено шоком и недоверием, но не было никаких следов движения. Он медленно вздохнул. Он очень хорошо знал, что, вероятно, не сможет прожить сегодняшний день, и, поскольку этот ребенок — единственное, что его заботило в этом мире, он все равно не отводил взгляд. Он уставился на обычное лицо Хуан Яня, лицо, очень похожее на его собственное, когда он был молод.

Он хотел сохранить свое достоинство в свои последние минуты и изо всех сил старался подавить его, но голос его все еще бессознательно дрожал. 

— Мастер, вы только что спросили меня, стоит ли делать все это ради его спасения. Может быть, в благородных глазах вашего вида никого не волновало бы, если бы он потерял свою жизнь, или, может быть, вы просто видите в нем муравья, но мне все равно!

Цзян Сюньи на мгновение потерял дар речи, слушая, как Чэнь Ли бормочет: 

— Почему вы можете контролировать жизнь моего сына? Почему таким маленьким людям, как мы, так трудно выжить...

Он вдруг вспомнил, что в последние дни своей первоначальной жизни перед тем, как он перешел дорогу, он также ненавидел свое бессилие и несправедливость судьбы. Однажды он притворился, что полушутит со своим братом: "Эй, старший брат, если я когда-нибудь умру, ты должен быть сыновним и не огорчать наших родителей".

Но его брат Цзян Юань ударил его по лбу. "Какая чепуха. Говорю тебе, ты драгоценный прыщик папы и мамы. Если ты посмеешь попасть в неожиданную аварию, наша семья не выживет".

Но у них не было выбора; выжить так сложно, и в конце концов он умер.

В этот момент Чэнь Ли внезапно посмотрел на Цзян Сюньи. 

— Господин, ты знаешь, почему я сначала подумал, что ты мой ребенок?

Цзян Сюньи пришел в себя и слегка нахмурился, услышав слова Чэнь Ли. Он действительно не знал ответа на этот вопрос. Сам он ошибочно полагал, что другой был его отцом только потому, что так было сказано в начале книги «Восходящие облака и вздымающееся небо». Подумав об этом, он наклонил голову и увидел, что свет в глазах Чэнь Ли сияет недобрым светом.

Когда все становится так хлопотно, Цзян Сюньи, естественно, не будет настолько наивным, чтобы думать, что другая сторона все еще будет к нему добра. Тем не менее, он не слишком боялся. Человек, который утром узнает о правильном пути, может умереть вечером без сожалений, поэтому истина должна быть раскрыта.

— Говори.

— Когда я привел своего сына на гору и попросил Бессмертного Мастера Ти Мина вырастить его, он согласился, не зная, что это ребенок проститутки. Я знал, что в Секту Скрытого Духа трудно попасть, поэтому я держал это в секрете в своем сердце. К счастью, я тогда не знал, но он хотел найти прикрытие для любимого ученика, которого только что вернул. — Дядя Чен посмотрел на Цзян Сюньи и сказал по одному слову за раз. — Потому что твоя настоящая мать — танцовщица из Подземного мира.

Слово «Другой мир» у всех на слуху, и сердце Юнь Се взорвалось от шока. Его первой реакцией было выпалить: 

— Заткнись!

Он сразу же посмотрел на Цзян Сюньи.

Не то чтобы он очень нервничал, но Подземный мир отличался от обычных миров. Женщины, служившие проститутками, были либо самого низкого происхождения, предательницы и грешницы, либо совершили непростительные ошибки. Им не разрешалось зачинать будущие поколения. Изначально каждая должна была принять лекарство для стерилизации, когда впервые попала в подземный мир. На случай, если случилась беда и они родили, и ребенок тут же утонул.

Другими словами, жизнь Цзян Сюньи сама по себе была ошибкой. Можно сказать, что иметь такое происхождение было в сто раз хуже, чем быть обычным сыном проститутки. Неудивительно, что Бессмертному Мастеру Ти Мину пришлось намеренно скрывать этот вопрос.

Чэнь Ли посмотрел на лицо Цзян Сюньи с легкой злобной улыбкой на губах. По его мнению, даже простые люди не могут принять эту новость, не говоря уже о высокомерном Цзян Сюньи, и слегка извращенная радость не могла не возникнуть в его сердце.

По сравнению с Юнь Се, сам Цзян Сюньи был намного спокойнее. Он даже взглянул на Юнь Се с озадаченным выражением лица. 

— Почему ты так разволновался? Он говорит о моей матери, а не о твоей. — Он поднял бровь и продолжил. — Кроме того, родиться в таком месте, но при этом выжить — это свидетельство того, что моя мать, должно быть, очень любит меня. Этот результат лучше, чем верить в то, что мой собственный отец хотел меня убить.

Юнь Се не ожидал, что Цзян Сюньи отреагирует таким образом. В шоке он вдруг невольно улыбнулся. Он не мог сказать, было ли то, что он чувствовал, гордостью или огорчением. На первый взгляд, Чэнь Ли был ошеломлен и больше не мог говорить.

Цзян Сюньи продолжил: 

— Дядя Чен, она еще жива?

Чен Ли все еще не мог отреагировать и тупо сказал:

— Она давно мертва.

Цзян Сюньи кивнул и перестал задавать вопросы.

Цзян Сюньи и его репутация переживали как взлеты, так и падения. Окружающие не знали, как реагировать. Услышав эти слова, нашлись как поклонники, так и люди, исполненные пренебрежения. Он игнорировал все обсуждения вокруг него. Когда он увидел, что Мастер Ву Шоу медленно встал, он немного подошел вперед и сказал: 

— Мастер.

Мастер Ву Шоу похлопал его по плечу и сказал: 

— Если ты так думаешь, хорошо. — Его глаза скользнули по Фэн Сюэ, Страннице Цзыхуэй и другим, и он медленно сказал. — Согласно моей точке зрения, правда в отношении Молодого Мастера Цзяна стала ясной. Интересно, есть ли у кого-нибудь другое мнение?

Цзыхуэй и другие действительно хотели иметь другое мнение, но с этого момента они больше ничего не могли сказать по этому поводу.

— Спасибо, Мастер, — сказал Цзян Сюньи.

Юнь Се был сосредоточен на другом — даже по уважительной причине, он все еще не верил, что Чэнь Ли был лидером, организовавшим это дело за кулисами. 

— Пожалуйста, подождите. Поскольку ваши долги погашены, это также должно означать, что кто-то еще должен нам. Странница Цзыхуэй, глава семьи Фэн, вы так много хотели сказать раньше, не должны ли вы сказать что-нибудь сейчас? Чэнь Ли, кто сотрудничал с вами, чтобы подставить Цзян Сюньи? Даже если ты не хочешь жить, разве ты не хочешь жизни своего сына?

Цзян Сюньи пробормотал: 

— Эй, Хуан Янь нарушил правила секты, и его нельзя пощадить. Ты ничего не можешь обещать.

Выражение лица Юнь Се не изменилось, его глаза не мигали. 

— Я знаю, я лгал.

Цзян Сюньи: 

— ...

Поскольку это было связано с жизнью Хуан Яня, дядя Чэнь действительно дернулся, колеблясь некоторое время. Как только он открыл рот, чтобы заговорить, Юнь Се внезапно закричал: 

— Кто!

Его реакция была чрезвычайно быстрой, и как только он заговорил, его тело подпрыгнуло в небо, быстро заблокировавшись перед Чэнь Ли. Между двумя его пальцами была зажата серебряная игла.

В то же время Цзян Сюньи также прыгнул в противоположном направлении к области, из которой выстрелило спрятанное оружие.

Юнь Се поднял иглу перед собой и увидел, что кончик иглы сияет синим светом. Очевидно, оно было отравлено. На его красивом лице вдруг появилась усмешка. Он опустил руку и обернулся, и улыбка на его лице застыла.

Чэнь Ли упал на землю, его грудь уже неподвижна.

Он необъяснимо умер!

В этот момент Цзян Сюньи также безуспешно вернулся. Он прыгнул на ветку и, нахмурившись, рухнул рядом с Юнь Се. 

— Я никого не поймал.

Сказав это, он увидел Чэнь Ли, который упал на землю и в шоке воскликнул. 

— Этот...

Юнь Се был озадачен. 

— Я просто обернулся, и он внезапно упал на землю замертво.

— Разве спрятанное оружие не было остановлено тобой? Как это могло произойти?

Цзян Сюньи присел, чтобы выяснить причину смерти Чэнь Ли, но с удивлением обнаружил, что на его теле не было ни малейших следов раны, ни внутренних повреждений.

Он немного не хотел, но все же протянул руку, чтобы прижать грудь другого человека. Выражение его лица изменилось, и в шоке он откинулся назад и почти сел на землю.

Юнь Се бросился ему на помощь.

— Что случилось?"

Цзян Сюньи был совершенно потрясен. 

— Его... его сердце пропало!

Это было абсолютно беспрецедентно. Юнь Се помог Цзян Сюньи подняться, достал кинжал и без колебаний разрезал грудь другого человека. Он действительно обнаружил, что все органы в грудной полости целы и здоровы, но там, где должно было быть сердце, было просто пустое пространство.

Оно как будто растворилось в воздухе.

Они посмотрели друг на друга и увидели шок в глазах друг друга.