Глава 44. Снег тает весной.

Юнь Се заговорил прямо возле уха Цзян Сюньи, его теплое дыхание касалось кожи Цзян Сюньи так, что у него покалывало на голове. Цзян Сюньи оттолкнул Юнь Се, закатив глаза и воскликнув:

— Отвратительно!

Юнь Се довольно рассмеялся. Цзян Сюньи продолжил:

— Разве тебя только что не забили до смерти? Почему ты еще жив? Ты даже столкнулся с книгой, как и я... ты попал в прошлое?

— Да, — добавил мастер Хэ Дэн. — Только что мастер Цзян считал, что мастер секты Юнь был убит мной и чуть не сражался со мной насмерть. К счастью, ты на самом деле не умер, иначе этих старых костей могло бы не хватить даже для того, чтобы он сражался.

— Нет, я этого не делал! — Быстро солгал Цзян Сюньи. — Старик, не думай, что ты можешь говорить все, что хочешь, только потому, что я не упомянул тот факт, что ты только что толкнул меня.

Мастер Хэ Дэн засмеялся, ничего не сказав, и Юнь Се добавил:

— Будь уверены, я в порядке — на самом деле, пока ты больше не ненавидишь меня и не отталкиваешь меня, ничто в мире больше не может причинить мне вред.

Лицо Цзян Сюньи застыло, но он не назвал Юнь Се отвратительным. Его больше не отвлекали ссоры с мастером Хэ Дэном. Впервые он повернул голову, чтобы посмотреть прямо на Юнь Се.

Юнь Се молча улыбнулся, его глаза были мягкими, а голова слегка наклонена. Его длинные ресницы отбрасывали веерообразную тень под глаза.

Цзян Сюньи долго молчал, прежде чем наконец вздохнул.

— После того, как ты узнал меня, почему ты не объяснил? Почему ты не сказал, что дьявол в твоем сердце сбил тебя с пути?

На лице Юнь Се появилась горькая и слегка болезненная улыбка. В этот момент они, казалось, забыли о существовании Мастера Хэ Дэна.

— Нечего объяснять. Я не смею просить тебя простить меня, потому что не могу простить себя. Это моя вина. Мой... мой разум был слаб. В Море Сердца Демонов я уже однажды причинил тебе боль, а позже совершил еще одну большую ошибку. Если... ты действительно не смог бы вернуться, я даже не знаю, как долго я продержался бы.

Цзян Сюньи не знал, как рассказать Юнь Се обо всех испытаниях с Сюань Ли. Его сердце сжалось от грустных слов Юнь Се. Он взял на себя инициативу сделать шаг вперед и положил руку на плечо Юнь Се.

— Я тоже виноват... На самом деле, я уже принял решение, прежде чем войти в храм. Мы выросли вместе, и наши жизни переплелись. Несмотря ни на что, я не могу заставить себя игнорировать тебя. Тебе больше никогда не придется упоминать о прошлом... в конце концов, ты мой лучший брат.

— ......！！！

Σ( ° △°|||)︴

Юнь Се не мог в это поверить. "Мы прошли через все это, и ты все еще думаешь обо мне как о брате? Разве ты не видел моих чувств только что?"

— Я вижу, что ты чувствуешь себя очень раздражённым, — честно ответил Цзян Сюньи. Он посмотрел на выражение лица Юнь Се и подумал, что тот очень тронут, поэтому похлопал Юнь Се по плечу. Уверенным тоном он продолжил. — Естественно, поскольку мы всю жизнь были братьями, я всегда буду относиться к тебе как к своему брату.

Юн Се чуть не расплакался.

Не дав Юн Се возможности вскрикнуть, мастер Хэ Дэн наконец-то уловил возможность вмешаться.

— Теперь, когда узел в сердце Мастера Цзяна развязан, какие у вас планы?

Цзян Сюньи говорил кратко.

— Откуда я пришел, туда я и уйду. Снаружи многие люди ждут, чтобы рассчитаться со мной. Я не могу всю жизнь прятаться в твоем храме. — Он серьезно посмотрел на Хэ Дэна и сказал несколько редких хороших слов. — Сегодня мы с Юнь Се смогли развеять наши прежние сомнения, и за это мы должны поблагодарить Мастера.

— Эти вещи, ты все понимаешь? — Мастер Хэ Дэн сказал.

Губы Цзян Сюньи приподнялись.

— Я ничего не понимал перед смертью. Когда я однажды умер, я продолжал думать об этом. Я узнаю все, чего не понимаю, когда выйду и спрошу.

Он довольно холодно улыбнулся. Снаружи Мастер Хэ Дэн сказал, что Цзян Сюньи был глуп, но на самом деле он знал, что тот очень увлечен. Кроме того, рядом с ним была лиса с лицом, полным улыбок. В мире не было никого более проницательного. С этими двумя вместе, пока не было никаких распрей, ничего плохого не могло случиться.

Он почувствовал облегчение. 

— Раз уж дело обстоит так, ты...

Прежде чем он успел закончить, Юнь Се уже протискивался сзади, притягивая Цзян Сюньи назад. Он поклонился перед Учителем Хэ Дэном и спросил:

— Подождите, я раньше был ранен и чувствовал сильную боль в груди. Моя духовная сила также была ослаблена. Почему эти проблемы исчезли после того, как вы меня ударили? Кроме того, я словно попал в прошлое и встретил А-Сюня!

— Что касается вашего физического состояния, мастер секты Юнь может перестать беспокоиться. У вас был узел в сердце, поэтому ваша духовная энергия находилась в застое. Кроме того, было несколько раз, когда вы насильно повышали свое совершенствование, что вызывало серьезные внутренние повреждения. В тот момент я уже открыл духовные вены всего вашего тела. Все будет хорошо, когда вы вернетесь и отдохнете несколько дней.

Юн Се был раздражен.

— Это отстой. Как же мне притвориться жалким?

Мастер Хэ Дэн потерял дар речи.

— Мастер, продолжайте говорить, у меня все еще есть вопросы о том, что произошло потом, — напомнил Юнь Се.

Он думал, что мастер Хэ Дэн определенно избежит этой темы и откажется отвечать. Неожиданно, спросив, он увидел, как Мастер Хэ Дэн вытащил матерчатый мешок.

Юнь Се посмотрел на форму предмета внутри и спросил: 

— Нож?

Мастер Хэ Дэн действительно достал из матерчатого мешка короткий нож, но форма ножа была очень странной. Задняя часть клинка была сильно изогнута, а лезвие было очень тупым. Казалось, убить цыплят будет сложно, не говоря уже о человеке.

Юн Се был тем, кто мог распознавать легендарные предметы, и как только он увидел нож, он был потрясен.

— Клинок Смерти? Это легендарное оружие, способное расщеплять время и пространство. Он действительно существует?

Мастер Хэ Дэн позволил ему взглянуть, прежде чем убрать его.

— Мастер секты Юнь хорошо информирован. Это именно Клинок Смерти. Я использовал это, чтобы вернуть вас двоих в прошлое, и я должен поздравить мастера секты Юна с победой над вашим прошлым и изменением вашей концовки. Возможно, ваше состояние ума совершит прорыв.

На этот раз Юнь Се был действительно тронут, его глаза дрожали. Он собирался что-то сказать, когда Цзян Сюньи похлопал Юнь Се по плечу и сказал:

— Выходи и подожди меня немного.

Юнь Се улыбнулся ему и не пошевелился.

Цзян Сюньи откровенно сказал:

— Мне есть что скрывать от тебя, и я хочу рассказать об этом мастеру. Уходи, не слушай.

Он закончил фразу, которая для обычных людей прозвучала определенно неприемлемо. Однако Юнь Се не был обычным человеком. Его глаза тихо закатились, и он сказал с улыбкой: 

— А-Сюнь, что ты хочешь сказать ему, а не мне? Я говорю, это слишком подло. Смотри, по сравнению со стариком я моложе, красивее и понятливее. Ты мог бы также - ой!

Цзян Сюньи стукнул ногой по ноге Юнь Се.

— Покинуть. Верно. Сейчас! — сказал он, стиснув зубы.

Юнь Се улыбнулся и перестал спрашивать, прежде чем послушно уйти.

Затем Цзян Сюньи повернулся, чтобы посмотреть на Мастера Хэ Дэна, и скрестил руки на груди.

— Этот вопрос очень важен для меня. Я должен сказать несколько слов, так что не вините меня. Мастер Хэ Дэн, осмелюсь спросить, откуда вы?

Мастер Хэ Дэн сложил руки в торжественном стиле Будды.

— Естественно, я родом из места своего происхождения.

Увидев кивок Мастера Хэ Дэна, Цзян Сюньи успокоился и продолжил.

— Это немного странно. Причина, по которой ты уделяешь так много внимания моему отношению к Юнь Се, из-за задания или из-за него? Неважно, с какой целью я помогаю Юнь Се, какое это имеет отношение к тебе?

Когда Цзян Сюньи спросил, он не был очень уверен. Однако, услышав эту фразу, у него возникла идея, и он махнул рукой.

— Не обманывай меня этой таинственной чушью. Э-э, как насчет этого, я спрашиваю тебя, ты знаешь самолеты, поезда, телевизоры, компьютеры... гм, и Чен Деронг?

Он собирался сказать «Чжао Лиин», но, если подумать, учитывая возраст старика, Чжао Лиин еще не дебютировала до того, как он переселился. Он долго думал и, наконец, нашел имя, которое должно находить отклик.

Конечно же, мастер Хэ Дэн внезапно шевельнулся, услышав последние три слова, и хлопнул Цзян Сюньи по плечу. 

— Я не знал кого-то столь же молодого, как ты знаешь Чен Деронга! Перспективная. Та, с которой она играет, эм, Ма Цзинтао, мой любимая! — сказал он, полный волнения.

Цзян Сюньи потерял дар речи. Он считал, что другая сторона оскорбила термин «лаона»¹.

¹ 老衲 - монах называет себя лао на, как старые монахи называют себя. Они должны оставаться целомудренными.

Он также вспомнил, что мастер Хэ Дэн недавно вцепился в куриные ножки и пожал плечами. 

— Значит, ты также признаешь, что переселился?

Юнь Се больше здесь нет, поэтому мастер Хэ Дэн больше не прятался и вместо этого спокойно кивнул:

— Но когда я вошел, эта книга все еще называлась «Владыка Меча Демона Ветра», и главным героем был не тот ребенок Юн Се.

"Мастер секты Юнь" стал "этим ребенком Юн Се" как только ушел. Цзян Сюньи посмотрел на него, прежде чем спросить: 

— Как ты снова попал в «Восходящие облака, вздымающиеся небеса»? ... Ах, это не то.

Когда он закончил это предложение, его мозг наконец отреагировал.

— Когда ты пришел, ты сказал, что эта книга также называется «Владыка Меча Демона Ветра», что означает, что это на самом деле книга из серии историй?

Глаза мастера Хэ Дэна вспыхнули от удивления, и он кивнул.

Цзян Сюньи пожал плечами и больше не спрашивал об этой книге.

Вместо этого он подумал об этом и спросил:

— Мастер, ты только что спросил меня, только ли потому, что система сказала, что мастер секты Юнь является ключом к возвращению домой, что я забочусь о его благополучии, помогаю ему без жалоб и сожалений и "Оставайся рядом с ним даже после того, как он однажды убил тебя", верно?

Мастер Хэ Дэн сузил глаза и посмотрел на Цзян Сюньи. Только сейчас он понял, что с красивым молодым человеком перед ним действительно нелегко иметь дело. Если бы были какие-то ошибки, он мог бы заметить это в одно мгновение.

Изначально он не хотел говорить слишком много, но в это время он не мог не оценить свой талант. Покачав головой, он сказал:

— Зачем мне беспокоиться об этом? Что меня беспокоит, так это то, считаете ли ты жизнь здесь настоящей жизнью. Задумывался ли мастер Цзян когда-нибудь о том, почему тебя привели сюда? Ты живешь в этом месте, чтобы умереть по чужим правилам?

Цзян Сюньи хотел замолчать, и Хэ Дэн заметил его колебания.

— Расслабься, этот храм — единственное место под небом, которое может экранировать сигнал системы. Тем не менее, ты не можешь быть слишком небрежными, когда уйдешь.

Тем не менее, Цзян Сюньи слегка понизил голос:

— Ты предлагаешь мне сопротивляться системе?

Мастер Хэ Дэн не ответил ему положительно.

— Я всегда слышал, что Цзян Сюньи горд и чист от пыли, и он ни в коем случае не человек, которым можно легко манипулировать. Теперь, ты действительно готов жить такой жизнью? Если я позволю тебе выбирать самому, ты убьешь Сюань Ли? Ты бы спас смертных?

Цзян Сюньи опустил глаза и мягко сказал:

— Конечно, мой долг перед самим собой должен быть погашен.

Мастер Хэ Дэн давно ожидал его ответа.

— Ты обязан выполнить возложенные на тебя задачи². Может быть, действуя по собственной воле, ты сможешь найти настоящий ответ.

² 受人之托，忠人之事  после принятия запроса необходимо выполнить его

Цзян Сюньи сразу же спросил:

— Кто доверил мне?

— Будда сказал: «Невыразимо».

Цзян Сюньи потерял дар речи. Он был нормальным всего три секунды, и вот он снова.

Он почувствовал, что больше ничего нельзя получить, и вдруг улыбнулся.

— Учитель дал мне так много, и я очень благодарен. Хочешь выслушать мои идеи?

Мастер Хэ Дэн улыбнулся и сказал:

— Если ты хочешь их произнести, я, конечно же, хочу их услышать.

— Я здесь так долго, что в основном понимаю систему. Я умер в прошлой жизни, что в основном эквивалентно «игра окончена». Это на самом деле не моя вина, а вызвано системной ошибкой, поэтому я получил шанс изменить статус и жить снова. Исходя из этого, прежняя система миссий больше не может мешать мне и заставлять меня убивать мать, насиловать и искать смерти. Вместо этого система выдаст мне новые задания, основанные на личности «Ду Хэн».

Мастер Хэ Дэн не ожидал, что Цзян Сюньи проанализирует правду. Первоначально он хотел сделать несколько замечаний. Наоборот, ему не только нечего было сказать, его слова произвели на него глубокое впечатление. Увидев его паузу, он не мог не спросить:

— Что потом?

Цзян Сюньи сложил руки.

— На самом деле, я думал о том, почему я пришел в этот мир, чтобы делать эти странные вещи. Какова цель системы? Я предполагаю, что система получает энергию от прохождения сюжетных точек, поэтому я обязательно получу соответствующее наказание за уклонение от задания. Затем... если мне нужно выполнить свою задачу, могу ли я разрушить сюжет с другой стороны и понемногу истощать энергию системы?

Пока он говорил, на его холодном лице появилось легкое выражение волнения. 

— Например, допустим, что однажды система дала мне задание избить тебя. После того, как я закончу задание, система больше не сможет меня контролировать. Далее, по сюжету, ты затаишь обиду и присоединишься к Юн Се, чтобы разобраться со мной. В это время система не говорила мне, как поступить с Юнь Се, поэтому я могу убить его первым, тогда сюжет, в котором ты и Юнь Се имеете дело со мной, будет разрушен... так что, если это продолжится, однажды сценарий будет уничтожен, слишком полно дыр, и в конце концов источник энергии системы исчезнет.

Мастер Хэ Дэн некоторое время молчал, прежде чем, наконец, сказал:

— ...За исключением того факта, что твой пример был немного странным, другие твои идеи очень успешны, я думаю, их можно попробовать.

Он посмотрел на Цзян Сюньи, его глаза были наполнены чем-то необъяснимым.

— Когда-то я думал, что с твоим темпераментом будет трудно с удовольствием выполнять задания, но я не ожидал, что ты так много думаешь.

Цзян Сюньи слегка улыбнулся.

— Еще одна вещь хуже, чем одна меньше. Раньше я думал, что в этом нет необходимости. — Говоря это, он хрустел костяшками пальцев. — Но теперь это нарушает мой практический результат. Мастер так долго задыхался, мне очень жаль, что я ничего не сделал.

Мастер Хэ Дэн сказал:

— Суть сейчас в том, что без системы ты никогда не узнаешь, каким должен быть сюжет и как его изменить?

После того, как он закончил говорить, он увидел, как Цзян Сюньи посмотрел на Восходящие облака, Вздымающиеся небеса на столе и горько улыбнулся.

— Это бесполезно, потому что, даже если бы я захотел, я не могу дать тебе эту книгу, не говоря уже о том, чтобы дать тебе ее прочитать.

Цзян Сюньи скрестил руки на груди. 

— Я понимаю. Хотя я не знаю, как ты сделал этот храм, раз ты не оставил мир в этой книге, я предполагаю, что ты также связан законами системы и не можешь делать некоторые вещи. Я не люблю заставлять людей что-то делать. Если не хочешь, то ладно. Несмотря ни на что, сегодня я хотел бы поблагодарить мастера за твою помощь. Будь осторожен, я ухожу, пока.

Он ушел без каких-либо затяжных эмоций, но вместо этого мастер Хэ Дэн почувствовал себя некомфортно. Он всегда чувствовал, что Цзян Сюньи не из тех, кто может так легко сдаться. Он долго думал, а потом хлопнул себя по ногам и отругал:

— Эти два чертовых мальчика!

Он забыл о способности Цзян Сюньи помнить все, что он видел! Юн Се и Цзян Сюньи всегда хорошо понимали друг друга. Он не знал, какой метод использовал Цзян Сюньи, чтобы намекнуть Юнь Се, чтобы он придерживался его и отвлек его светской беседой, но в это время Цзян Сюньи воспользовался возможностью, чтобы просмотреть книгу, вспомнить грубую идею и что еще он должен был сказать?

Цзян Сюньи вышел из ворот. Мир внезапно наполнился светом, и горный храм, как и глубокие тропы, исчезли.

В древнем храме не было солнца. Только когда он вышел, он обнаружил, что холодная ночь постепенно исчезла. Завеса неба открылась, и явился утренний свет.

Спиной к нему под деревом стоял человек в белом, рассеянно играя веткой ивы в руке. Он был высоким и выдающимся, а солнечный свет обрамлял его тело золотым ободком.

Цзян Сюньи прищурился и поднес руки ко лбу, чтобы заслонить свет. Громким голосом он закричал:

— Юнь Се!

Юн Се повернулся, когда услышал звук. Их взгляды встретились. Глаза Юнь Се были очень яркими и глубокими, а на губах играла улыбка.

Ожидание можно сравнить с самодельной тюрьмой. Время замедляется до полной остановки, так как кажется, что весь мир застыл в момент разлуки. Как бы это ни было больно, он упорно не хотел уходить и отказывался забыть.

На этот раз он наконец воссоединился с человеком, которого он был готов ждать.

Только это короткое расстояние казалось равным трем тысячам миль бурной воды и тысячам лет разлуки. Цзян Сюньи перешел через несколько шагов, встал перед Юнь Се, протянул руки и хлопнул себя по груди.

Он не использовал много сил, но Юнь Се внезапно почувствовал ужасную боль в груди. Его тело вздрогнуло однажды, и все его нежные чувства растаяли в бурлящую воду.

— Цзян Сюньи! — он выругался. — Ты ищешь побоев?

Цзян Сюньи усмехнулся: 

— А?

Юнь Се внезапно вздрогнул и послушно встал, прикрывая грудь, и жалостливо посмотрел на Цзян Сюньи:

— Сюньи-гэгэ, я так долго преданно следовал за тобой. Я отчаянно прошу прощения и прошу только улыбки, но ты даже безжалостно поднимаешь на меня руку. Даже если бы у меня не было никаких внутренних повреждений, мое сердце все равно вот-вот разорвется на куски.

Цзян Сюньи издал звук «пей», затем надавил на несколько точек на груди с непроницаемым выражением лица.

— Энергично идет — мне было интересно, как ты был настолько сильным раньше. Юнь Се, если ты устал от жизни, в следующий раз ты сможешь найти более радостный способ умереть.

Его пальцы были тонкими и сильными, и он надавил на акупунктурные точки Юнь Се с нужной силой, что облегчило его боль. При этом от его рукава исходил холодный аромат равнодушия³, но, наоборот, его поступки согревали людей. Необоснованная улыбка на лице Юнь Се постепенно исчезла, и он необъяснимо почувствовал прикосновени всем сердцем.

³ В древнем Китае духи и другие ароматы исходили из их длинных рукавов, и это стало символом красоты.

Он глубоко вздохнул и как раз собирался что-то сказать. Юнь Се быстро добавил:

— Значит, это действительно ты изнасиловал старшую сестру Цю?

— ...Нет! — решительно воскликнул Цзян Сюньи.

Юн Се был в восторге. 

— Почему ты не признался? Иначе бы ничего этого не было. Цзян Сюньи, я наконец-то понял, почему этот старик Хэ Дэн сказал, что ты тупой, как свинья. Я полностью с ним согласен!

— Я должен напомнить тебе, что он говорит о нас двоих, — недобро сказал Цзян Сюньи. Он сделал паузу на мгновение и снова заговорил. — Ты не должен волновать за меня, ты можешь быть уверен, что некоторые вещи должны храниться в секрете из-за времени. Я не буду вечно что-то скрывать от тебя.

Он показал такие очевидные аномалии. Его речь была непоследовательной, а Юнь Се был проницателен. Хотя он и не спрашивал, на самом деле в его сердце было много сомнений, поэтому он попытался косвенно проверить его. Цзян Сюньи действительно не хотел что-то скрывать от Юнь Се, но не знал, как ему об этом сказать. По правде говоря, до сих пор, если бы система иногда не напоминала ему о своем существовании, даже он не имел бы ни малейшего понятия, реальна она или нет.

Юнь Се посмотрел на Цзян Сюньи и улыбнулся, но не отрицал этого. Внезапно он сменил тему и упомянул официальные дела.

— Что ты будешь делать сейчас? С моей точки зрения, нас столько раз преследовали, не должны ли мы вернуться и отдать долг этим «красноречивым господам»?

— У нас всего два человека, но это банда. Как ты думаешь, хорошие шансы? — пошутил Цзян Сюньи.

Юнь Се улыбнулся.

— Чтобы иметь дело с людьми, мы должны полагаться на мозг. Если мы не можем победить их, это можно использовать.

Цзян Сюньи схватился за подбородок, его глаза сверкнули. 

— Каков план?

— Сеять раздор? Воспользоваться нашей красотой?

Цзян Сюньи поднял брови, его взгляд долгое время был прикован к лицу Юнь Се. Оба не могли сдержать смех одновременно.

Автору есть что сказать:

О, я действительно обнаружил, что для меня, дурака, писать очень утомительно и обременительно. Сегодня я был запечатан в постели холодным ветром. Я лежу в постели и не хочу двигаться. Позже я смахнул комментарии и слезы. Я обнаружил, что питательный раствор также увеличился. Увидев, что все так сильно меня любят ^^, я набрался смелости и снова встал, спасибо, Ни Мэн~. На самом деле малыш очень хочет быть печатной машинкой, и он должен быть печатной машинкой с уровнем грамотности, а потом за считанные минуты стать великим богом, жениться на Гао Фушуай, и идти к пику жизни... Но мне жаль Я приснился и снова проснулся ╮(╯╰)╭ ххххх

Сяоцзян, Сяоцзян, быстрее открывай свой разум, иначе Юньцзун станет в основном сумасшедшим~