75. Групповые подземелья.

[Все стажеры ужасов, пожалуйста, соберитесь на третьем этаже ровно в 10 утра.]

Ранним утром трижды прозвучало объявление системы. Ни для кого этот инстанс уже не был первым. После прошедших двух подземелий даже самые зеленые новички сумели превратиться в хитрых старых лисов. Не стоило забывать, что самым низким уровнем в общежитии теперь был D. После этого этапа останутся только высшие ранги. Конечно, стажёры, которые еще не достигли необходимого уровня, были крайне встревожены.

Некоторые нервничали настолько, что провели эту ночь без сна. Кто-то даже отправился в местный бар, чтобы напиться в последний раз. Одни стажеры проснулись пораньше, чтобы вкусно позавтракать, а другие кутили всю ночь. За исключением десятки S-уровней, немногие смогли сохранить спокойствие перед лицом надвигающейся опасности.

Однако Цзун Цзю крепко спал всю ночь. Ровно в восемь часов он открыл глаза, чтобы умыться и принять душ. Он встал перед зеркалом и крепко завязал свои длинные белые волосы. В реальности он никогда не отращивал их настолько сильно и сейчас пытался научиться правильно с ними обращаться.

Успех профессионального фокусника всегда на 70 процентов зависел от его навыков и на 30 — от его внешнего вида. Конечно, им приходилось много и тщательно практиковаться, но фокусник без умелого актерского мастерства никогда не стал бы великим артистом. Настоящий профессионал должен не только сбивать публику с толка визуально, но и незаметно вводить зрителей в заблуждение и заставлять их вскрикивать от изумления. Хороший фокусник должен быть еще и психологом, способным видеть людей насквозь, и отличным актером, умеющим надеть любую маску. Некоторые артисты, любившие экстремальную магию, были еще и заядлыми авантюристами, не боявшимися опасности, и безумцами, готовыми пожертвовать собой ради искусства.

Последние несколько лет Цзун Цзю очень серьезно относился к своему развитию. Для улучшения своего сценического образа он даже отрастил волосы до плеч, как у настоящего художника, и заплетал их в аккуратную косу. Конечно, до попадания в книгу он никогда не был блондином. Все черты, присущие альбиносам, он получил именно здесь. Раньше он выглядел как самый обычный красивый китаец с черными волосами и темными глазами. Даже если он иногда и красил их для выступлений, он никогда не совершал настолько радикальных изменений.

Когда Фокусник попал в автомобильную аварию и повредил руки, сначала он не хотел сдаваться. Цзун Цзю путешествовал по всему миру в поисках известных врачей и народных средств, совсем как доктор Стрэндж в киновселенной Марвел. К сожалению, куда бы он ни приходил, нигде не могли ему помочь.

В какой-то момент он окончательно потерял веру в восстановление и утонул в глубоком разочаровании. Целыми днями юноша заливал в себя алкоголь и курил, пытаясь найти спасение в иллюзиях. Конечно, в таком состоянии он уже не мог следить за собой и никогда не ухаживал за своими отросшими растрепанными волосами.

Цзун Цзю даже не думал о стрижке, хотя его волосы и стали длиннее в этой вселенной. Как и пара восстановленных рук, они служили ему доказательством всех трудностей, через которые ему пришлось пройти, прежде чем снова встать на ноги.

С пучком на голове он казался гораздо более свежим и отдохнувшим. В реальности он никогда не выглядел настолько холодным и безразличным, но Цзун Цзю все устраивало. Он аккуратно заправил за уши выбившиеся пряди, вытер руки и погладил кошку, свернувшуюся калачиком на диване.

— Если я смогу повысить свой уровень, то заберу тебя в дом побольше.

Только стажёры, достигшие уровня В, имели право заводить домашних животных, и Цзун Цзю это несказанно обрадовало. Самое главное, что он смог завести кошку, остальное теперь имело гораздо меньше значения. У животных в бесконечном цикле тоже отсутствовали естественные потребности, а еще они не линяли. Ну разве не идеально? Кошка посмотрела на него своими серо-голубыми глазами, облизнулась и вернулась на мягкую подушку рядом с камином.

Когда Цзун Цзю зашел в студию, там уже была куча народу. Правила оставались прежними, и никто не хотел умереть, как несчастные перед началом первого инстанса. Ради своей же безопасности многие решили прийти пораньше. Они предпочитали подождать какое-то время, рисковать и бежать сюда в последние секунды никому не хотелось.

Как и всегда, Фокусник привлекал очень много внимания. Ленивое выражение тут же исчезло с его лица, и глаза сковал холод, заставляя людей испуганно отводить взгляд. Внешность и темперамент молодого человека были слишком привлекательны, не говоря уже о том, что теперь его считали лидером новой восходящей организации. Естественно, в любом месте за ним пристально наблюдали тысячи глаз.

Прежде чем занять свое место на ступени В-уровня Цзун Цзю посмотрел на возвышение S-классов. Как и ожидалось, центральный трон все еще пустовал. Многие стажёры уже привыкли к такому количеству привилегий у 1-го номера и не осмеливались высказывать какие-либо возражения по этому поводу.

— Здравствуйте.

Цзун Цзю кивнул В-рангам, стоявшим рядом с ним. В целом, они относились к нему довольно холодно. Людям высоких уровней было не свойственно завидовать или угнетаться при виде талантливых соперников, этим грешили только новички. Ветераны же были очень умны, и каждый из них обладал мощной поддержкой. Они никогда не стали бы совершать опрометчивых поступков и брать инициативу в свои руки, за исключением откровенных провокаций. С одной стороны, это сэкономило Цзун Цзю массу усилий, но с другой, их уже будет сложнее одурачить.

Вскоре после того, как он осмотрелся, пламя свечей затрепетало. В студии появилась антропоморфная голограмма основной системы.

[Время вышло. Дверь студии заперта.]

Тяжелая дверь медленно закрылась, и позолоченные светильники погасли один за другим.

[Запускается изменение окружающего пространства... Пожалуйста, подождите минутку.]

Стены, которые изначально окружали помещение со всех сторон, снова поднялись. Многих новичков это заставило вспомнить одну из самых травмирующих сцен этого шоу. Когда они только попали в «Стажёр Ужасов», стены открыли лужи крови и горы трупов тех, кто не попал в студию вовремя. Эта картина напоминала настоящий ад. Но на этот раз они не увидели ничего подобного.

По небу проплывали белоснежные лебеди, все вокруг залил золотой солнечный свет. Участники смогли рассмотреть белоснежные колонны храма, украшенные статуями греческих богов. Вода, бьющая фонтаном, отражала холодный радужный свет. Пред ними предстала гора Олимп во всей своей красе, под ногами возникла мягкая зеленая трава. С того места, где они стояли, смутно виднелась граница между Небесным Царством и Царством людей, частично сокрытая огромными белыми облаками.

Это было поистине прекрасно, но вот только уже никто не верил, что основная система создаст такую красоту просто так. Как раз в тот момент, когда все восхищенно осматривали открывшиеся виды, зазвучал привычный механический голос.

[Третий инстанс — групповое подземелье. Участники каждого уровня будут проходить общее подземелье, причем его уровень заведомо выше А. Для участия в соревнованиях S-ранги будут распределены по остальным четырем уровням случайным образом.]

— Вау.

Словосочетание «групповое подземелье» так и зависло в воздухе, заставляя стажёров перешептываться друг с другом. В основном обсуждение вспыхнуло на ступенях C и D уровней, потому что высшие ранги уже знали об этом и ничему не удивлялись.

[Подготовка подземелий... Подготовка подземелий завершена.]
[За исключением стажёров С-уровня, остальные начнут перемещение немедленно.]

Возникло уже знакомое ощущение невесомости. Стажёры почувствовали, как их ноги оторвались от земли, а пейзаж вокруг начал разваливаться на большие цветные блоки.

[Бип-бип-бип, подключение к основной системе.]
[Загружается сюжет приквела подземелья В-уровней...]

Голубое небо, белые облака и мягкая трава внезапно сменились темно-серыми тучами, сгустившимися над бетонными домами. Вокруг стало темно и необъяснимо мрачно. Здание перед ними оказалось очень старой школой, это было заметно не только по обшарпанной железной ограде, но и по грязной ручке на платформе для поднятия флага. Она явно существует уже давно. Учебный корпус был единственным зданием, которое удосужились покрасить в белый цвет. Студенческое общежитие же выглядело жалким и обшарпанным, казалось, что его наспех сколотили из деревянных досок и того, что нашли неподалеку.

Но именно эта средняя школа обросла легендами и считалась самой престижной в городе. Бесчисленное множество родителей ломали голову над тем, чтобы как-нибудь пристроить сюда своих детей. Несмотря на заоблачную сумму, которую нужно было заплатить за обучение, желающих всегда было очень много. Ведь все знали, что даже самые вредные дети вернутся отсюда законопослушными и образованными гражданами, которыми можно будет гордиться.

И вот наступил новый учебный год. Перед школьными воротами столпились родители со своими детьми, было настолько тесно, что даже яблоку негде упасть. Взрослые по очереди подводили учеников в сине-белой форме и получали от учителя контракт. Казалось, что никто не видел ярко-красных слов на бумаге: «Эта школа — интернат. Она не несет ответственность за несчастные случаи, которые могут произойти с учениками на ее территории». Родители подписывали документы и призывали своих детей оставить имена на соответствующих строках.

Стажёры не могли контролировать свои тела, так что им оставалось только смотреть, как их руки безвольно поднимаются и оставляют подпись под ужасающими строчками контракта. Родители удовлетворенно смотрели на них, хлопали их по плечам и радостно передавали документы учителю.

Кто-то стоял у школьных ворот и объяснял, что вообще происходит:

— Все верно, мы уже много лет подряд удостаиваемся национальных наград... Мы обязательно будем развивать таланты, которые привлекут внимание страны... Мы не будем тратить лишние ресурсы впустую... У этой школы очень долгая история, в ней работают сильные преподаватели, и все наши выпускники достигли высот. Через сто двадцать дней вы увидите совершенно нового ребенка. Какими бы озорными ни были дети, со временем они станут прилежными учениками с отличными оценками и благородными моральными качествами.

Казалось, что это могло происходить где-то век назад, и только мемориальная доска, висевшая на школьных воротах, не вписывалась в эту картину. Табличка была совсем новой, как будто ее только что заменили. На ней ярким каллиграфическим почерком было выведено несколько слов: «Средняя школа №1». А с другой стороны, был аккуратно приклеен плакат — «Воспитываем только тех, кто полезен обществу».

Буквы были настолько яркими, что, казалось, вот-вот начнут кровоточить. Внезапно все родители и учителя, смотревшие себе под ноги, подняли головы и с довольными улыбками посмотрели на стажёров, как будто увидели в них надежду на счастливое будущее. Их лица были настолько пустыми, что заставляли содрогаться от ужаса.

Все они были безликими!