48. Кто врёт?

Ночное небо было таким же, как и в первый день, когда они только попали в это подземелье. Темные тучи заполонили весь свод, не давая лучам лунного света пробиться. К счастью, дождь должен был пойти только следующей ночью, так что погода на данный момент не доставляла особых неудобств.

Многие стажеры так и не смогли уснуть. Все, что происходило до наступления темноты, в точности повторяло предыдущую реинкарнацию. Однако на этот раз тело Лао Цяна повесили не на старом дереве, с которого не сводила глаз группа ветеранов, а на крыше. Конечно, в трагическом состоянии, в котором он встретил свой конец, не было никаких изменений.

Сюй Су никак не мог поверить своим глазам:

— Этот труп настолько разумен. Неужели он знал, что за ним кто-то наблюдал?

Благодаря этому изменению Цзун Цзю, по сути, убедился в правоте своих предположений. Команда в глинобитной хижине была в порядке. Они могли поесть, что сняло напряжение и позволило им чувствовать себя лучше. В большинстве случаев уверенность и отвагу людям добавляли именно внешние факторы. Помимо прочего, всемогущество Фокусника дарило им ощущение защищенности.

После инцидента с Лао Цяном в эту ночь больше ничего не требовало их внимания, так что Цзун Цзю посоветовал всем хорошенько отдохнуть и выспаться. Им нужно было приберечь силы на завтра. Скорее всего, в попытках спасти женщину стажёрам придется сразиться с жителями деревни. Это нелегкая задача.

Сюй Сен поднял руку:

— Что мы будем делать завтра?

Цзун Цзю потер подбородок:

— Сначала мы подождем снаружи. Если увидим, что женщина еще жива, сначала заберем ее. Сразу после этого мы отступим в лес. Не задерживайтесь тут без повода.

Против этого плана никто не возражал. Новички понимали, что у них было только два выхода. Одним из них была несчастная женщина, а вторым — бабушка Инь в храме. До сих пор никто не знал, что произошло в ту ночь, когда они провалили задание. Единственное, что они могли делать сейчас — собирать улики и надеяться, что они смогут избежать трагедии на этот раз.

На следующее утро все проснулись еще до восхода солнца. Стоит отметить, что восемь триграмм Тайцзи Чжугэ Аня были действительно полезным предметом. Мало того, что они годились для нападения и защиты, с их помощью можно было разводить огонь и узнавать время. Воистину универсальная вещь!

Без четверти пять новички уже закончили все приготовления и вышли из хижины. Ветераны, которые провели ночь на страже возле глинобитной хижины, тоже были на ногах и пытались развести костер. Когда они увидели команду Фокусника, то настороженно переглянулись.

После произошедшего около входа в деревню, когда Цзун Цзю отказался протянуть руку помощи, и без того напряженная атмосфера между двумя группами окончательно испортилась. Ветераны чувствовали, что новички относились к ним без уважения, и не имели ни малейшего желания им помогать. Теперь, когда они снова увидели их лица, им совершенно не хотелось относиться к ним хорошо.

— Вы оставайтесь в укрытии и будьте на стреме. А вы, ребята, идите и посторожите дом Ван Шоу.

Цзун Цзю отвернулся и позволил Чжугэ Аню увести за собой новичков, а сам после недолгой паузы направился к другой команде. Энтони первым начал демонстрировать свое отношение недружелюбными взглядами, потом подтянулись и остальные.

— Чего вы так напряглись? Я ищу не вас, друзья. Мне нужен номер 4, — Цзун Цзю намеренно подчеркнул статус Азана и кивнул ему. — Старший, можно с вами поговорить?

Азан в чёрном молча принял его предложение и повернулся, чтобы отойти в сторону и побеседовать наедине. Союз ветеранов изначально был очень шатким. Хотя №4 и был на их стороне, в первую очередь он руководствовался собственными интересами и поступал так, как ему самому нравилось. Азан не был мелочным человеком и не таил обиды на других. Так что он не принял близко к сердцу инцидент, произошедший с Цзун Цзю, а на мнение остальных ему было плевать.

[Ах, они хотят поговорить с глазу на глаз! Черт возьми, почему камера прямой трансляции в этом подземелье общая?]
[Верно, мы тоже хотим знать, что они будут обсуждать. Плак-плак-плак.]
[У меня есть ощущение, что с ветеранами S-уровня на самом деле легко общаться. Раньше я думал, что Азан вызывает призраков и сбривает им головы, но сейчас мне кажется, что он довольно хороший человек!]

Отойдя в сторону, Азан заговорил первым:

— Почему ты меня искал?

— Ничего такого. У меня просто есть одно предположение. Я слышал от вас, что почва перед храмом бодхисаттвы очень холодная, верно?

— Да, это так, — колдун кивнул. — Один из жителей сказал, что ни одно растение, пересаженное туда, не может выжить, так как земля слишком холодная. Однако этот холод не вызван сосредоточением духов. Скорее это какая-то врожденная холодность.

Объекты Инь, обладающие врожденной холодностью, были такой же редкостью, как и объекты Ян с врожденной чистотой. Если бы Азан сам не побывал в деревне Тонг Бай и не увидел бы эту почву своими глазами, он никогда бы не поверил, что в мире может быть земля, столь сильно напитанная энергией Инь и не связанная со злыми духами.

— Если я должен сказать что-то еще, — он туманно намекнул. — Похоже на работу бессмертного. Поскольку мир не может создать такую почву естественным путем, даже земля из подземного мира неизбежно обречена на изъяны или примеси.

Конечно, это предположение основывалось не только на температуре странной красной земли. На самом деле, Азан почувствовал свет Будды в храме. Без этого факта он не осмелился бы делать столь поспешных выводов.

Цзун Цзю на мгновение задумался:

— Тогда как вы объясните теоретическую возможность выращивания растений на этой почве?

Азан ответил:

— Только растения, не целиком состоящие из энергии Ян, смогут расти, не подвергаясь воздействию холода.

Как уже упоминалось ранее, вероятность этого была ничтожно мала. Кардист решил пока сменить тему:

— У меня есть еще один вопрос. Если обычный человек будет есть эту почву в течение долгого времени, возникнут ли какие-то побочные эффекты?

Азан нахмурился:

— Люди — это Ян точно так же, как почва — это Инь. Ее потребление в течение длительного периода нанесет серьезный ущерб их Ян-телу. В итоге это может привести к тому, что у них будет наполовину Иньское тело. Нет ничего невозможного в том, чтобы силой открыть глаз Инь-Ян.

— Я понимаю, — Цзун Цзю глубоко вздохнул. — Спасибо за ваши ответы, Старший. Выслушав мои идеи, что вы думаете о предположении, что местные люди могут превращаться в призраков?

Фокусник уже долго вынашивал в себе эту мысль. Прежде всего, он заметил, что зрачки жителей деревни время от времени темнеют, делая глаза абсолютно черными. Каждый раз это происходило всего на долю секунды, а затем все быстро возвращалось в норму, так что эти изменения было не так просто заметить. Во-вторых, когда они с И Юэси столкнулись с призраком в туннеле, было очевидно, что он все еще был способен мыслить. Он не сразу превратился в безмозглого духа. Наконец, люди, превращающиеся в призраков, не были редкостью. Подобные случаи часто описывались как в древних, так и в современных легендах. На самом деле, для того чтобы это произошло, должны были быть выполнены довольно суровые условия. Однако самое сложное из них в этой деревне выполнилось непреднамеренно.

— Если они долгое время питались почвой Бодхисаттвы и дополняли ее злыми мыслями, это вполне возможно, — Азан снова нахмурился. — Но для этого требуется очень много злобных мыслей. Они должны быть не просто ужасными, их должно быть огромное количество, — оборвав фразу на середине, он не стал продолжать.

Он понимал, что люди в этой деревне были действительно отвратительными. Одного того факта, что они любили есть человеческое мясо, было достаточно, чтобы заставить людей содрогнуться. Азан замолчал, потому что прекрасно знал, что фетиш на каннибализм появился здесь не из-за безвыходного положения. Почти в каждом доме в резервуарах для воды он находил свежую человечину, еще пропитанную кровью. Даже у тех, у кого еще оставалась нормальная еда, были емкости для хранения мяса себе подобных. Когда он зашел в мясную лавку, которую так хвалили селяне, он обнаружил, что дровяной сарай для хранения был полон замороженных трупов. Многие из них уже были освежеваны, на костях не осталось ни частички мяса. Они не хотели тратить еду впустую.

Единственное, что стоило отдельно отметить, так это то, что эти трупы не испытывали никакой ненависти. Вероятно, все они были обычными людьми, которые умерли от голода где-то на обочине. Их тела подбирали, а мясо срезали для продажи. Пока что селяне еще не дошли до того, чтобы убивать людей ради плоти, Азан бы почувствовал. Тогда не пришлось бы вести столь долгое расследование.

Так вот, очевидно, что селяне питаются человеческим мясом. В лесу за деревней все еще росло много деревьев, с которых до сих пор свисала кора. Кроме того, у них было полно съедобной земли, так что у людей был выбор. Они осознано решили стать каннибалами. Но даже если у жителей был этот странный фетиш, а почва Бодхисаттвы служила катализатором, Азан все еще сомневался, что этого хватило для того, чтобы превратить сердца людей в призраков.

Цзун Цзю не хотел спорить на эту тему. Поэтому он просто продолжил аккуратно преподносить свою мысль:

— Нам действительно нужно больше доказательств, чтобы утверждать это наверняка, но раз такая возможность существует, стоит подготовиться к худшему. Что вы об этом думаете, Старший?

Азан приподнял брови:

— Конечно.

Если бы наихудший сценарий стал правдой, деревня оказалась бы в гораздо более сложной ситуации. Азан лучше других разбирался в подобных темах и прекрасно знал, что превращение людей в призраков не происходит в одночасье. Духи всегда будут таиться в сердцах людей. Когда они накопятся в необходимом количестве, в конце концов, они вырвутся наружу и поглотят тела, заполнив душу бесконечными злыми мыслями. Они превратятся в призраков в человеческом обличье.

***

Получив нужную информацию, Цзун Цзю немедленно помчался в сторону дома деревенского старосты в северной части деревни. В прошлом воплощении инстанса Ван Шоу выбежал со своими ранениями на рассвете. Им придется поторопиться, чтобы успеть привести свой план в действие.

Когда фокусник подошел к глинобитной хижине, Сюй Сен, охранявший дверь, поспешно доложил вполголоса:

— Мы пока никого не нашли.

Это было странно. Все напряглись. Согласно имеющейся информации, женщина должна была прокрасться в дом перед самым рассветом, чтобы проверить, там ли еще ее дочь. Однако она столкнулась с Ван Шоу, в отчаянии ударила его заколкой для волос и в спешке выбежала оттуда. Так что лучшим решением было остановить женщину до того, как она войдет внутрь. Таким образом, им не пришлось бы сталкиваться с жителями деревни напрямую, и они смогли бы оставить запасной вариант развития событий.

— Продолжайте наблюдать. Это должно произойти с минуты на минуту, — Цзун Цзю посмотрел на небо и спрятался за углом.

Более десяти человек плотным кольцом окружили дом деревенского старосты. Если бы кто-то решил выбежать из него или прокрасться внутрь, он не смог бы остаться незамеченным. Примерно через десять минут из небольшого леса позади хижины раздались шаги. Новички переглянулись и направились в указанном направлении.

К тому времени, как все добрались до места, самые быстрые стажеры уже усмирили женщину. Чтобы селяне ничего не услышали, им пришлось насильно закрыть ей рот и увести подальше от домов. Сквозь лесные верхушки алела яркая крыша храма.

Зайдя поглубже в лес, они развязали несчастной рот и встали вокруг. Очевидно, что поговорить с ней хотела не только команда Цзун Цзю, поэтому, как только ветераны заметили успех новичков, они отправились вслед за ними. На лице женщины отразился страх, и она закричала:

— Помогите! Кто-нибудь, подойдите! Вы развратники!

— Тетушка, мы не хотели вас обидеть, — Сюй Сен поспешил успокоить ее. Но собеседница была слишком взволнована. Она продолжала кричать и пытаться вырваться из окружения. Этот хаос продолжался почти полчаса, прежде чем женщина успокоилась.

— Ты мне не лжешь? Тебя не подослал этот ублюдок Ван Шоу?

Увидев, что она наконец-то слегка расслабилась, все вздохнули с облегчением.

— Мы действительно не такие.

Казалось, женщина поверила им. Она обвела присутствующих взглядом и вздохнула:

— Тогда отойдите в сторону. Мне все еще нужно найти свою дочь.

Когда была затронута эта тема, все на мгновение замолчали.

— Ваша дочь уже была...вчера, — кто-то наконец решился заговорить, но Цзун Цзю прервал его.

— Тетушка, мы хотим вас кое о чем спросить. Если вы захотите нам помочь, мы, естественно, приведем вас обратно в целости и сохранности.

Женщина усмехнулась:

— Я так и знала, что от тебя не стоит ждать ничего хорошего.

Беловолосый юноша сделал вид, что не услышал обвинений в свою сторону. Он пристально посмотрел ей в глаза:

— Три года назад старая женщина жила за рожковым деревом на востоке деревни. Как она умерла?

Выражение ее лица слегка изменилось:

— О чем, о чем ты говоришь? Я не понимаю.

— Не понимаешь? — Цзун Цзю рассмеялся и повернулся к стажерам. — Ее дочери уже шесть или семь лет. Она была замужем как минимум четыре года. Как она может не понимать?

Он продолжил:

— За последние несколько дней в деревне произошла череда загадочных смертей. Ты пришла из дома своей матери одна, так что наверняка слышала об этом. Селяне говорят, что это старуха вернулась, чтобы забрать твою жизнь.

В этот момент выражение лица женщины изменилось еще сильнее. Настолько, что даже остальные стажеры смогли это заметить. Подобное выражение ни с чем нельзя было спутать. Она все отрицала, но явный страх позволял читать ее как открытую книгу. Было очевидно, что она действительно боялась, что злобный дух, о котором говорил Цзун Цзю, вернулся их мира мертвых, чтобы забрать ее с собой. С первого взгляда стажеры поняли, что что-то произошло. Это явно была реакция человека, сделавшего что-то не так.

Наконец, она снова заговорила:

— Если эту старуху обнаружили, какой смысл вам что-то рассказывать?

На этот раз ей ответил Азан в чёрном.

— Если вы не сделали ничего плохого, естественно, вам не стоит бояться, что призраки постучатся в вашу дверь. Но если вы оступились...море горечи безгранично. Если ваше сердце полно искреннего раскаяния, может быть, призраки отпустят вас.

Эти слова, казалось, придали женщине уверенности. Поколебавшись мгновение, она, наконец, решилась:

— Три года назад я только вышла замуж и переехала сюда вместе с дочерью...

Изначально женщина была вдовой из соседней деревни. Она была очень красива, но семья неожиданно ушла из ее жизни, и она стала вдовой в юном возрасте. У семьи ее мужа было не так много денег, в деревне не выплачивали пособий, а семья ее матери не могла заботиться о замужней дочери по местным обычаям, поэтому ее жизнь стала невыносимо трудной.

Так совпало, что сын старосты деревни Тонг Бай тоже был вдовцом. Его бывшая жена умерла при родах, оставив после себя сына. Деревни были недалеко друг от друга и местная сваха, увидела в этом союзе отличный способ подзаработать. После встречи с предложенной невестой Ван Шоу пришел в восторг от ее красоты. Немного поколебавшись, она тоже согласилась снова вступить в брак.

Однако после замужества она не оправдала чужих ожиданий. К сожалению, вдова больше не могла иметь детей. Ее положение в семье мужа становилось все хуже и хуже. Каждый день ей приходилось исполнять все прихоти деревенского старости, а Ван Шоу часто ругал и бил ее. Последнее слово в деревне Тонг Бай оставалось за семьей старосты, так что ей не у кого было искать защиты. В тот же год начался голод, и у людей окончательно пропала возможность зарабатывать на жизнь. Она никуда не могла уйти.

— У этой старушки тоже не было детей. Ее муж давно умер, но она продолжала жить одна в том старом глинобитном доме.

Старая женщина была буддисткой. До того, как Бодхисаттва появился в деревне три года назад, она была единственной, кто исповедовал эту веру. Раньше никто не заботился о земле перед храмом. Он сам был старым и обветшалым, и никто не мог вспомнить его первоначальный вид. В конце концов, на той земле не могли произрастать растения. Кому во времена голода нужна земля, на которой ничего не вырастишь?

— Только она верила в буддизм и каждый день заботилась об участке земли. Она поливала его день и ночь и часто брала с собой в храм метлу для уборки, — на этом месте женщина заколебалась. — Кроме того у нее было странное хобби — есть землю бодхисаттвы. Она ела ее каждый день. Однако она была добрым человеком. Во времена голода она раздавала свою еду жителям деревни, но, когда те узнали, что она питалась землей, последовали ее примеру. Почвы изначально было немного. Когда селяне начали ее поедать, старушке не хватало, чтобы прокормиться. Из-за этого она некоторое время ссорилась со всеми, жалуясь, что они не только едят то, что она им отдает, но и хотят бороться за ее землю. Когда почвы осталось совсем мало, она умерла от голода в своем старом домике, — ее глаза блеснули. — Жители узнали об этом только через десять дней. К тому времени труп уже успел разложиться. Хотя селяне поступили неправильно, во времена голода никого не волновали последствия. Все просто хотели выжить. Они плохо обращались со старухой, никто не присылал ей еды. Возможно, из-за этого она затаила обиду, и теперь... Эх.

Выражение лица женщины было немного сердитым.

— Но позже деревня собрала деньги на мемориальную табличку. Если она все еще хочет нас убить, это уже слишком.

На лицах многих стажеров появилось выражение внезапного осознания. Только Цзун Цзю и Азан в чёрном всё ещё хмурились.

— Ладно, ты хотел, чтобы я ответила, и я рассказала все, что знаю. Теперь ты должен меня отпустить.

Цзун Цзю беспечно сказал:

— Ладно, пошли.

После этого он жестом велел Сюй Су и остальным пропустить женщину и следовать за ним. Хотя новички были сбиты с толку, за последние несколько дней они привыкли следовать инструкциям Цзун Цзю, так что они ни о чем не спрашивали и последовали за беловолосым юношей из леса.

С другой стороны, группа Энтони, очевидно, хотела получить больше информации от женщины, но не стала вмешиваться. Вместо этого они холодно наблюдали за уходом новичков. Стоит отметить, что Азан в чёрном пробормотал несколько слов и покинул ветеранов.

Цзун Цзю не стал медлить и повел свою команду в сторону храма. Сюй Сен прошептал:

— Брат Цзю, что-то не так с тем, что сказала женщина?

В отличие от Фокусника, они не слышали разговора между деревенским старостой и бабушкой Инь в храме, поэтому не могли заметить никаких противоречий. На самом деле, если бы у них не было никаких других улик, рассказ женщины ответил бы на все их вопросы.

— Я не считаю невозможным то, что старушка переродилась в призрака и вернулась, чтобы отомстить, — Сюй Сен продолжал рассуждать вслух. — С временной шкалой, которую она упомянула, и причинами, по которой жители боролись за землю, тоже нет особых проблем, просто...

Он вспомнил про царапины на стенах старого дома и почувствовал, что что-то с этой историей было нечисто. Но новичок никак не мог определить, что именно было не так.

— Ты спрашиваешь меня, есть ли проблема с ее словами? Конечно, есть, — Цзун Цзю пожал плечами. — Она лжет, это слишком очевидно. Тебе трудно это заметить, потому что ее ложь чрезвычайно искусна. Она отлично переплетает вранье с правдой.

[Черт возьми, я знал, что она лжет.]
[Все верно. Эта женщина продолжала говорить, что хочет позаботиться о своей дочери. Почему же она не взяла ее с собой, когда сбежала?]
[Эх, это слишком сложно. Было нелегко найти ключ к разгадке, но оказалось, что все вокруг врут. В этом инстансе нет никаких четких подсказок. Это сводит меня с ума.]

Пока женщина говорила, Цзун Цзю внимательно наблюдал за ее лицом. Когда человек лгал, его мимика менялась. Более того, она явно скрывала что-то чрезвычайно важное.

— Итак, я предполагаю, что она не только солгала, но и могла быть сообщницей. Хорошо, у нас есть подсказка. Поскольку живые не могут предоставить больше никакой правдивой информации, теперь нам придется...обратиться к мертвым.

Услышав его слова, остальные вспомнили, что бабушка Инь в храме сказала, что попытается спуститься в подземный мир в ближайшие несколько дней. Это означало, что она отправится в преисподнюю. Было всего два способа спуститься в подземный мир. Один из них подразумевал поиск определенного призрака. После этого ему предлагалось вселиться в тело проводника, чтобы живые могли с ним побеседовать. Другой способ позволял провести живых в подземный мир. Однако он был чрезвычайно сложным и рискованным. Только могущественные даосы брались за него.

Цзун Цзю был уверен, что нынешнее положение деревни Тонг Бай не было связано с призраком старой женщины, который якобы вернулся, чтобы свести с ними счеты. А раз старушка не превратилась в приведение, они могли попытаться найти ее душу, спустившись в подземный мир.

Жители деревни были полны лжи и явно в чем-то виноваты. Было удобнее спросить единственного честного свидетеля событий напрямую, чем пытаться добиться чего-то еще. Даже Азан, который молча следовал за ними, кивнул. Он чувствовал, что этот метод осуществим, и согласился с этой идеей.

Возможно, они подняли слишком много шума перед рассветом, так что жители деревни уже начали просыпаться. Вдалеке, перед хижиной Ван Шоу собрались селяне с мотыгами в руках. Они направлялись в сторону леса.

Сюй Сен начал переживать:

— Похоже, нас обнаружили. Что нам делать?

— Только рассвело, будет ли храм открыт так рано?

— Кто знает? Я знаю только то, что, если вы не подготовите свой реквизит, мы тут умрем.

Большой лес внезапно затих. Стажеры тоже поняли, что что-то не так. Каждый из них молниеносно достал оружие и осторожно огляделся. В просветах между деревьями виднелись призрачные тени, которые то появлялись в поле зрения, то исчезали вновь. Неподалеку быстро бежала другая группа стажеров. Позади них виднелась толпа ругающихся жителей деревни.

Цзун Цзю приказал:

— Бегите!