45. [Обычное удостоверение личности. Миссия провалена.]

Глиняная хижина в принципе была небольшой, а сейчас в нее втиснулось более тридцати человек. Места едва хватало, чтобы стоять. Когда Энтони и остальные ветераны вошли, новичкам стало немного неловко. Они не осмелились вернуться в свою лачугу за старым рожковым деревом. Вместо этого они спрятались в чужом доме, который для них не предназначался, они ведь не сдавали пайки. И сейчас их поймали с поличным.

Глядя на слегка враждебное выражение лица Энтони, Цзун Цзю держался очень непринужденно. Он опустил руку, не моргнув глазом, будто он не пытался убить вошедших минуту назад. Юноша выглядел максимально расслабленным, на нем не было ни капли воды.

— Поскольку вы, ребята, еще не вернулись, мы решили временно побыть у вас в гостях. Вот вы пришли, а мы как раз собирались уходить. Как всё совпало. Всего вам хорошего.

Беловолосый юноша улыбнулся и помахал рукой. Все новички, которые были в хижине, последовали за ним.

[Новички Фокусника действительно хороши. Они только что пережили внезапную атаку, на улице тьма хоть глаз выколи, а они все же осмелились выйти.]
[Обратите внимание, что никто даже не стал спорить. Эх. Они все так доверяют Фокуснику. Я с нетерпением жду момента, когда они узнают, что он крот, чтобы насладиться выражениями их лиц. Хахаахахах. Думаю, что мы получим отличное шоу. ]
[Я только что выключил прямую трансляцию в соседней комнате, потому что тут становится все интереснее. Мне очень интересно, на что способна эта группа кротов.]

— Подожди.

Как раз в тот момент, когда другая команда собиралась выйти из хижины, Энтони внезапно понизил голос и спросил:

— Куда делся И Юэси?

Началось.

Цзун Цзю слегка наклонил голову, словно выражая недоумение, и его светло-розовые глаза недобро блеснули:

— Он из твоей команды, не из моей. Откуда я могу знать?

Остальные поняли, что атмосфера резко стала напряженной, и насторожились. Сюй Су тихо пробормотал:

— Не может быть, они спрашивают у нас, куда пропали их люди. Какое-то сумасшествие.

Энтони не сводил злобного взгляда с беловолосого молодого человека:

— И Юэси следил за тобой.

— Оу, — Цзун Цзю лениво зевнул. — Он прямо следил за мной в открытую? Странно, я даже не заметил. Ты хочешь сказать, что мне нужно удостовериться в безопасности всех, кто садится мне на хвост? Я похож на доброго человека?

Две группы людей стояли друг на против друга, разделенные только дверным проемом старой земляной хижины. Атмосфера был напряжённой. В этот момент в дождливой ночи неожиданно появилась размытая тень. Азан в чёрном направлялся в их сторону. Холодный дождь падал с неба и рисовал на нем причудливые узоры. Его черная мантия полностью промокла и тяжело висела на спине. С каждым шагом он оставлял после себя небольшую лужицу.

Колдун схватился за плечо, и между его пальцами просочилась кровь. Судя по выражению его лица, ему было очень больно.

В толпе послышались многочисленные вздохи. Даже Чжугэ Ань, который до сих пор вел себя отстраненно, наконец проявил заинтересованность. Все же он был номером три, а Азан — четыре. Так что можно было утверждать, что с точки зрения основной системы, уровни их сил были очень близки. Раз кто-то смог ранить №4, ситуация действительно была серьезной.

Видеоэкран заполонили комментарии.

[Блять, почему Азан в чёрном ранен? Это из-за того, что он отправился на расследование в одиночку?]
[Да, в этом инстансе трансляция не позволяет следить за теми, кто покинул команду. Мне так любопытно, что произошло.]
[Они смогли ранить Азана в чёрном? Черт возьми, насколько страшен этот инстанс? Очень жутко, очень жутко.]

Под гнетом не мигающих взглядов со всех сторон Азан слегка нахмурился и разжал руку, обнажая ужасную рану. Сразу после этого он пошатнулся от боли. Как ни странно, несмотря на то, что он так долго зажимал ее, из раны все еще хлестала кровь. Она смешивалась с холодным дождем и быстро стекала вниз, окрашивая темные одежды и впитываясь в холодную землю.

Даже ветераны удивленно воскликнули. Рана, которую опытный колдун не смог залечить, очевидно, была нанесена чрезвычайно опасной сверхъестественной сущностью.

Азан принес две новости:

— Женщина в дровяном сарае мертва.

***

Раз уж даже Цзун Цзю и остальные смогли догадаться, что женщина была ключевой подсказкой для этой миссии, могли ли ветераны до этого не додуматься? Так что после поиска необходимой информации и проверки собственных гипотез Азан, одетый в чёрное, направился прямиком к дровяному сараю на севере деревни Тонг Бай. Когда он пришёл, уже стемнело. Днем несколько селян охраняли сарай, но почему-то сейчас там уже никого не было. Это показалось №4 странным, поэтому он отправил одного из своих призраков на разведку. Благодаря этому он стал невольным свидетелем следующего разговора:

— Отец, что делать с этой сукой? Торговец людьми придёт уже завтра!

Ван Шоу беспокойно расхаживал взад-вперед по хижине.

— Я же говорил тебе, не переусердствуй.

Деревенский староста швырнул окурок сигареты прямо на каменную кровать:

— Двадцать юаней!

В эпоху голода двадцать юаней были огромной суммой. За продажу маленькой девочки Ван Шоу получил только шесть, и их хватило на расходы семьи на полгода. Представьте только, на сколько бы хватило двадцати! Мужчина не мог перестать сожалеть о потерянной возможности.

— Мы с братом просто хотели повеселиться, кто же знал, что эта тварь окажется такой вспыльчивой.

— Забудь об этом, всё, забудь. Что сделано, то сделано, ты уже ничего не исправишь. На сегодня у нас есть дела поважнее. Позаботься обо всем завтра и потом иди на продажу у западного входа на рынок. Пару юаней может выручишь, — деревенский староста все еще был немного раздосадован. — Половину оставим себе и спрячем в резервуаре для воды в задней части дома. Тогда мы хотя бы сможем пережить зиму.

Хотя они и не сказали ничего прямо, информации, подчерпнутой из этого разговора, было достаточно, чтобы расставить все точки над и. Подобные факты действительно ужасали. Азан в чёрном оставил призрака приглядывать за двумя мужчинами в хижине, а сам подошел к сараю. Если он понял все правильно, женщина там уже мертва. Для того чтобы спуститься в подземный мир, душе требовалось некоторое время. Азан мог бы попробовать призвать ее при помощи флага духов и немного поговорить.

В сарае пахло кровью, на языке тут же появился металлический привкус. Женщина лежала на земле со связанными руками. Она была целиком покрыта зелеными и фиолетовыми гематомами, местами виднелись пятна крови и спермы. Тело уже окоченело. Казалось, что на ней нельзя было найти нетронутого участка. Во лбу зияла огромная кровавая дыра, а глаза закатились. Неподалеку, в куче дров лежал окровавленный топор. Возможно, именно из-за того, что ее дочь продали, а ее саму схватили и подвергли унижению, она захотела пойти на смерть.

Азан в чёрном пропел мантру Возрождения. Убедившись, что все спокойно и вокруг не происходит ничего необычного, он присел на корточки с флагом духов в руках и приготовился вызывать душу. Как раз в этот момент произошло кое-что непредвиденное!

Глаза трупа внезапно прокрутились, превратившись из белых пустот в абсолютно черные дыры. Окровавленные ногти значительно удлинились и полоснули Колдуна по руке, оставляя глубокие порезы. Всё произошло настолько внезапно, что он не успел увернуться, и заработал себе рану, изнутри разъедаемую энергией Инь.

***

— Я был недостаточно осторожен.

Больше он никак не прокомментировал этот инцидент. Нельзя сказать, что произошла какая-то трагедия, но это был и не пустяк. На самом деле, Азан в чёрном мог избежать этого. Прежде чем призывать души, он всегда проверял, была ли в сердце жертвы обида, чтобы убедиться, что она не обратилась в злого духа. Но в этот раз он абсолютно ничего не почувствовал, это должно было его насторожить.

Когда дело доходило до работы с призраками, никто не стал бы отрицать, что Азан был лучшим среди стажёров. В конце концов, даже Мастер Инь-Ян мог вызывать только шикигами. Если он не почувствовал никакого негодования со стороны призрака, это могло означать только одно. Призраки в этой деревне не появлялись обычным путем.

— О, я знаю, что не так, — вмешался Цзун Цзю. — В этих местах сердце человека само обращается в призрака. Так сказала бабушка Инь.

Азан в чёрном нахмурился:

— Не так-то просто обратить сердце человека в призрака, для этого должны быть чрезвычайно благоприятные условия... Забудьте об этом. Есть еще кое-что, — выражение его лица было серьёзным. — У людей в этой деревне наблюдается пристрастие к каннибализму.

Как и ожидалось.

Цзун Цзю ничуть не удивился. Не говоря уже о подсказке, которую дала ему миссия по поиску идеального трупа, любой, кто хотя бы немного разбирался в тёмной стороне истории, прекрасно понимал, что каннибализм был не редкостью в эпоху голода. Не будем рассматривать совсем древние века, во времена династии Цин с 1877 по 1878 год был «Голод Дин У Ци», а во времена Китайской Республики — «Голод восемнадцатого года». Даже в современности из-за большого скачка вперед и народной коммунистической партии в 1959–1961 годах в стране стоял голод. Всякий раз, когда это происходило, картина была практически одинаковой.

Насколько голод может лишить людей человечности?

Они выкапывали корни и срывали кору с деревьев, ели любую дикую растительность, не брезговали гуаньинской глиной... Желудки набивали всем, что чисто теоретически можно было съесть. В настолько экстремальных обстоятельствах каннибализм стал чем-то само собой разумеющимся. Люди не могли жить без еды. В вопросах выживания мораль и законы отходят на второй план. Во времена любого голода даже трупы в итоге казались вкусными.

Ужасы голода в Дин Уци отлично были описаны в «Стратегии ликвидации последствий стихийных бедствий Цзинь У» и «Слезах династии Цинь». Когда кто-то наконец умирал от голода, к нему стекалось бесчисленное множество людей, готовых выкапывать из земли еще не разложившийся труп и варить его в горшке. Некоторые родители не могли вынести того, что ели собственных детей, так что они обменивались и ели чужих. В итоге дошло до того, что люди начали убивать друг друга ради мяса.

Поэт династии Мин, Цюй Дацзюнь, написал стихотворение под названием «Плач овощного народа». В нем описывалась нехватка еды во время голода. Одна женщина вызвалась торговать овощами на рынке, чтобы обеспечить жизнь своему мужу. Овощные люди, как следует из названия, — это те, кто ходят на рынок готовить и продавать себя. Такое название было вполне естественным, а на рынках открыто продавалось человеческое мясо. Сложно представить, насколько адской была эта сцена.

— Подождите что-то не так, — пока все были шокированы новостями, принесенными Азаном, Чжугэ Ань успел все обдумать и нахмурился. — Рынок открывается утром. Ван Шоу мог бы попросить мясника вымыть и порезать тело за ночь, раз уж они собрались торговать человечиной. Почему они тянут время и собираются на рынок только послезавтра?

Азан задумался:

— Я не обратил на это внимания. Они, кажется, говорили что-то о походе в храм.

На этот раз стажёры среагировали острее. Азан не был с группой Цзун Цзю и не обменивался с ним информацией, так что многого не знал. Например, он не знал того, что сегодня ночью храм будет закрыт. Вспоминая холодное лицо деревенского старосты, когда он выходил из храма последний раз, становилось понятно, что поход был организован не с добрыми намерениями.

Выражение лица Цзун Цзю стало холодным:

— Пойдемте. Возможно, что-то случилось.

Как только все бросились под проливной дождь, зазвучал холодный голос основной системы.

[Удостоверение личности шпиона, основная миссия: найти идеальный труп. Миссия провалена.]

Сообщение получил не только Цзун Цзю, но и все остальные стажёры.

[Обычное удостоверение личности, основная миссия: защита жителей деревни. Миссия провалена.]

Они остановились, не веря своим ушам.

[Основные миссии обоих лагерей провалены. Не удалось установить. Инстанс «Голодная горная деревня» перезапускается...]

За мгновение проливной дождь прекратился. Окружающий пейзаж изменился и снова погрузился в тишину.

Неподалеку торговец людьми медленно тащил небольшую тележку ко входу в деревню Тонг Бай. Ван Шоу и жители деревни сообща затягивали пеньковую верёвку на запястьях маленькой девочки.

Стажёры застряли в открытом пространстве и не могли пошевелиться. Они могли лишь наблюдать, как повторяется прелюдия. На лицах у всех было одинаковое удивление. Никто не знал, почему миссии обоих лагерей провалились одновременно, и никто не понимал, почему миссия с семидневным ограничением по времени уничтожила их на третий.

Люди по ту сторону экрана тоже сидели в недоумении. Все печатали одновременно, уделяя пристальное внимание последним событиям в прямом эфире.

[Подземелье «Голодная горная деревня» было успешно перезапущено.]
[Подземелье перезапускается лишь единожды. Если на этот раз вам не удастся выполнить основную миссию, вся команда будет удалена.]
[Извлекается пакет режима наказания...]
[Извлечение режима наказания завершено.]

Все стажёры внезапно почувствовали давно забытое чувство голода. Оно заставляло внутренности гореть.

[Принудительная активация параметра «голод».]
[Верхний предел параметра «голод» равен 60. Если значение упадет до нуля, вы немедленно умрёте. Пожалуйста, обратите на это внимание.]