Глава 14. Внимание! Контент 18+. Читайте на свой страх и риск.

   В полумраке небольшой комнаты царил ужасный беспорядок. От вещей, разбросанных на полу, негде было и шагу ступить. К тому-же мебель тоже оказалась перевернутой, от чего все предметы, мирно стоявшие на ней еще некоторое время назад, точно так же валялись там, где им быть не положено. И ведь совершенно непонятно, что на самом деле произошло в этой комнате?! По виду, можно было бы сказать, что в этой комнате побывали воры или и вовсе состоялась драка, особенно если покрасить пятна от чернил в алые тона, но кто же рискнет заявиться на вершину Белого Лепестка, в логово самого Янь Юаня? Разумеется, таких смертников и днем с огнем не сыскать. Так что тому, кто увидел бы сей ужас, оставалось бы удалиться в недоумении.

   Вот только самому хозяину дома не было дела до обстановки в его собственном жилище. Точно так же не обращал на погром внимание и другой человек в комнате. Они оба расположились на единственной кровати, превращая белоснежные, идеально разглаженные простыни в мятые тряпки. Неясный свет одинокой свечи отражался от их обнаженной кожи, мерцая и подрагивая, словно на ветру.

   Лицо Лу Минцзе раскраснелось, и не совсем понятно, было то действие выпитого вина, смущение, или все-таки страсть. Он лежал на спине, в тех самых «трусах», которые когда-то так сильно заинтересовали главу заклинателей. Теперь то этот мужчина смог оценить эластичность этого предмета гардероба при личном опыте. Как ни странно, Се Янлин не спешил стянуть последнюю «защиту» Лу Минцзе, вместо этого его рука, поглаживающая тело рыцаря, то и дело цеплялась за резинку, то оттягивая, то с легким хлопком отпуская ее. Эта странная игра производила на Лу Минцзе неизгладимое впечатление, заставляя его метаться между желанием остаться в «одежде» и разорвать чертовы трусы к чертям собачьим.

   Се Янлин умелыми ласками с каждым разом заставлял рыцаря желать его все сильнее, сгорать в пламени, разрастающемся из груди, охватывающем все его тело. Заклинатель целовал его губы, то нежно и сладко, то яростно, прикусывая раскрасневшуюся кожу. Его влажный язык раз за разом проникал в горячий рот Лу Минцзе, ласкал его собственный язык, словно призывая включиться в игру, и рыцарь никак не мог не подчиниться. И пусть Се Янлине не был груб, даже когда прикусывал кожу мужчины под ним, он просто не оставлял никакого шанса на сопротивление. Впрочем, Лу Минцзе сопротивляться и не хотел. Ему нравилась эта игра, граничащая с безумием.

   Тянущее чувство в низу живота заставляло Лу Минцзе покачиваться под заклинателем, тереться отвердевшей плотью о бедро, зажатое между его ног. А заклинатель, казалось, все больше дразнил его ожиданием. И все же он точно так же не был стальным, а потому Лу Минцзе в какой-то миг почувствовал полную свободу. Се Янлин все же не сдержался, и уничтожил последнюю преграду между ними. Несчастная эластичная тряпочка разлетелась на мелкие лоскутки, и Лу Минцзе, к своему стыду, понял, что оказался в весьма неприглядной позе с широко разведенными бедрами. Но на смущения ему не оставили времени... Лу Минцзе почувствовал нечто прохладное и невероятно скользкое между ягодиц, и стоило ему только осознать происходящее, как палец заклинателя погрузился в его тело.

   Разумеется, Се Янлин садистом не был, и как бы он не хотел перейти к главному действию, все же больно делать своему возлюбленному он не собирался. И пусть у него не было никакого опыта в постели, все же и глупым заклинателя назвать было нельзя. Он прекрасно знал, что и как происходит, и о подготовке тоже слышал, а потому усмирив свое желание, он медленно и осторожно вводил пока только один палец, позволяя рыцарю привыкнуть к ощущениям.

   Лу Минцзе не мог сказать, что ему было слишком приятно, но и больно все-таки не было. Он старался расслабиться, хотя это было весьма сложно, во всяком случае, пока Се Янлин не ввел второй палец. В какой-то момент рыцарю показалось, что его тело исследуют изнутри, и он даже хотел возмутиться этому, но ровно до тех пор, пока мягкие кончики пальцев заклинателя не наткнулись на что-то твердое. Первое прикосновение к тому месту показалось Лу Минцзе разрядом электрического тока, вызвавшего в его теле невероятную дрожь и одновременно слабость. Рыцарь, не удержав в себе громкого стона, выгнулся дугой. Его тело, над которым Лу Минцзе был больше не властен, само двинулось навстречу пальцам заклинателя. Се Янлин хищно улыбнулся, устремившись в ту же точку, срывая еще один не менее громкий стон.

- Минцзе, не делай такой голос, иначе я не смогу держать себя в руках, - прошептал Се Янлин, наклонившись к самому уху Лу Минцзе, при этом в третий раз устремляясь пальцами в чувствительное место.

   Лу Минцзе, быть может, и рад был бы сдержаться, но ни тело, ни голос совершенно не слушались его. Новая волна дрожи, замешанной на наслаждении, прокатилась по его телу, прерывая дыхание, выдавливая из его горла странный, совершенно не принадлежащий ему голос. С этим стоном его тело покинули пальцы, от чего стало немного досадно, но сразу после в то же место уперлась горячая, твердая плоть заклинателя. В первые мгновения Лу Минцзе сжался от боли, ему показалось, будто его сейчас разорвут изнутри, но Се Янлин замер на полпути, прижимаясь губами к губам рыцаря.

   Лу Минцзе судорожно вздохнул, пытаясь заставить свое тело расслабиться, но из его глаз все равно брызнули слезы. Се Янлин, приметив их, совсем растерялся:

- Прости, я сейчас выну...

- Нет, - решительно отрезал Лу Минцзе, быстро обхватывая тело заклинателя, от этого его движения Се Янлин вошел немного глубже, вызывая новую вспышку боли, но рыцарь не отступал, - Все хорошо, все хорошо, просто дай мне немного привыкнуть к тебе.

- Но Минцзе, тебе ведь больно... Я поторопился, не подготовил тебя как следует.

- Это не имеет значения, в любом случае первый раз всегда болезненный. Просто продолжай.

- Ты уверен?

- Говорю же, со мной все в порядке, - Лу Минцзе улыбнулся, и притянув заклинателя к себе за шею, сам прикоснулся к его губам.

   Се Янлин не знал, что ему делать: послушать рыцаря, или, все-таки, остановиться. Вот только все мысли выветрились из его головы, после того, как Лу Минцзе сам двинулся ему на встречу. Заклинатель чувствовал, как дрожит под ним тело Лу Минцзе, понимал, как ему больно, но остановиться теперь уже не смог бы. Медленно, осторожно, Се Янлин погружался все глубже, стараясь найти ту самую точку, которой уже касался пальцами, но задача оказалась очень и очень непростой.

   И вот, наконец, Лу Минцзе привык к своему положению. Не то, чтобы боль прошла окончательно, но разрастающийся пожар в его теле приглушал неприятные ощущения, вытягивая на передний план более приятные, хотя и странные, чувства. Ощущение наполненности будоражило, порождало толпы мурашек, марширующих вдоль позвоночника. Тянущее чувство внизу его живота только усиливалось, и не нужно было смотреть вниз, чтобы понять на сколько на самом деле был возбужден Лу Минцзе. И, наверняка, это возбуждение отражалось и на его лице. Во всяком случае, стоило Се Янлину увидеть это выражение, как он неосознанно двинулся внутри Лу Минцзе, крепко прижимая его к себе.

- Так горячо... и узко, - выдохнул заклинатель, в очередной раз толкаясь вперед.

   Но Лу Минцзе не слышал этих его слов, он больше вообще ничего не слышал, даже своего собственного голоса. Боль окончательно оставила его тело, сменяясь настоящим наслаждением, и теперь рыцарь вообще позабыл обо всем, раз за разом полностью раскрываясь перед заклинателем. Его стоны распаляли Се Янлина, заставляя его двигаться быстрее, глубже, хотя в какой-то момент казалось, куда уж глубже то? Но как оказалось, человеческое тело весьма и весьма удивительно по своей природе. И вот случайно, но заклинатель все-таки смог найти точку, от которой у Лу Минцзе все тело содрогалось, а вместе с этим, нежные стенки сжимались вокруг заклинателя, принося ни с чем не сравнимое удовольствие.

   Теперь Се Янлин раз за разом старался попасть в эту точку, ощущая, как дрожь в теле рыцаря нарастает, а затем он ощутил, как горячее семя изливается из его тела. Лу Минцзе закончил раньше. Но Се Янлин не остановился на достигнутом, продолжая вбиваться в его тело все сильнее, удерживая рыцаря за талию. Он и сам был близок к развязке, не хватало совсем немного. Задыхающийся Лу Минцзе стонал и извивался под его напором, но обрывать заклинателя он не спешил. Совершив последний рывок, Се Янлин едва успел выйти из тела рыцаря, чтобы не излиться вовнутрь.

    Заклинатель, прильнув лбом к груди Лу Минцзе, отдышался, и на ощупь ухватив полотенце со спинки кровати, удалил им следы страсти с тела обессиленного рыцаря. Лу Минцзе лежал, закрыв глаза, но заклинатель видел все еще не высохшие слезы в их уголках. Откинув полотенце в сторону, он улегся рядом, пальцами вытирая влажные капельки с лица рыцаря. Он рассматривал его, приподнявшись на локте.

   Красивое, стройное тело и чудовищные шрамы на груди. Теперь Се Янлин не боялся прикасаться к ним, нежно обрисовывая розоватые контуры чужих следов. Он знал, эти шрамы, пусть им и много лет, все еще очень чувствительные. Рука медленно переместилась в сторону от этих шрамов, левее, туда, где остался след от меча заклинателя... Се Янлин с горечью осмотрел оставшийся шрам, с трудом подавляя в себе рык и злость на самого себя. Его пальцы зависли над шрамом. Он не посмел прикоснуться к нему. Лу Минцзе, почувствовав неладное, открыл глаза, проследил за заклинателем, и ухватив рукой ладонь Се Янлина, сам уложил его руку на этот самый шрам. Се Янлин вздрогнул, и подняв глаза на лицо рыцаря, растворился в яркой зелени его глаз.

- Это просто шрам, тебе не зачем так его сторониться.

- Но это ведь я тебя ранил, - с грустью выдохнул заклинатель.

- Ну сколько можно, Янлин? Разве я не говорил тебе, что твоей вины в этом нет?

- Но мой меч...

- Янлин, что ты чувствуешь, держа руку вот так? – перебил рыцарь.

   Се Янлин прижал руку сильнее, прислушался к чему-то и спустя короткий миг молчания, ответил:

- Ты теплый. А еще, я чувствую, как бьется твое сердце.

- Вот видишь, ты чувствуешь его. Если бы я не был готов к тому твоему удару, я бы сейчас с тобой не разговаривал. Но оно все еще бьется, и я все еще жив. Этот шрам... Я сам не дал ему исчезнуть. Это не как со следами когтей, это не память о том дне, это память о тебе. Не о том, что ты был не в себе, не о том, как я слаб. Именно о том, что ты мне не привиделся. Напоминание о том, что ты существуешь не в моем воображении. Тогда я боялся, что однажды ты исчезнешь из моей жизни, и спустя время я подумаю, что тебя на самом деле никогда не было. Этот шрам должен был мне напомнить, что это на самом деле не так.

- А сейчас? Сейчас ты все еще думаешь, что я могу оставить тебя?

- Нет, теперь все иначе. Теперь я думаю, что мы проживем долгую жизнь, и надеюсь, она будет счастливой. Во всяком случае, мне хочется в это верить.

    Горячие губы заклинателя прижались ко лбу рыцаря, и отодвинувшись, заклинатель улегся рядом, крепко сжимая Лу Минцзе в объятьях:

- Так и будет, Минцзе. Я обещаю тебе, так все и будет. А сейчас, спи. До рассвета еще есть время.

Пы.сы.: Какая коротенькая глава, но она как бальзамчик на ранки Сильфа. Сильф плачет от счастья ٩(｡•́‿•̀｡)۶