41 глава
Демон
Я проснулся от тишины.
Сначала я не понял, что меня разбудило. Что-то было не так. Что-то изменилось. Я лежал с закрытыми глазами, чувствуя, как сознание медленно возвращается из глубины сна, и пытался понять, что меня насторожило.
А потом я понял.
Её не было рядом.
Я резко открыл глаза и повернулся на сторону, где она должна была лежать. Простыня была холодной. Подушка была пустой. Её запах ещё витал в воздухе, но её самой не было.
Я сел на кровати. Моё сердце начало биться быстрее. Я смотрел на пустую сторону кровати, и паника начала подниматься внутри меня.
- Карина? - сказал я, и мой голос был хриплым со сна.
Никто не ответил.
Я встал с кровати. Я чувствовал, как холод проникает в мою кожу. Я чувствовал, как страх начинает сковывать моё тело. Я смотрел на дверь ванной. Она была открыта. Там было темно.
Я подошёл к двери и заглянул внутрь. Пусто.
- Карина! - крикнул я, и мой голос эхом разнёсся по пустому дому.
Никто не ответил.
Я вышел из комнаты. Я бежал по коридору, заглядывая в каждую дверь, в каждую комнату. Я звал её имя, но никто не отвечал. Паника сжимала моё горло. Я чувствовал, как холодный пот покрывает мою кожу. Я чувствовал, как моё сердце колотится где-то в горле.
Она ушла. Она снова ушла. Она сбежала от меня. Или её снова похитили. Или она просто оставила меня. Эта мысль разрывала меня изнутри. Я не мог дышать. Я не мог думать.
Я обыскал весь дом. Гостиную, кухню, столовую, кабинет. Я бегал как сумасшедший, открывая двери, заглядывая в углы. Я кричал её имя, но никто не отвечал. Тишина давила на меня.
Я выбежал на улицу. Холодный воздух ударил мне в лицо. Я смотрел на пустую дорогу, на серое небо, на деревья, которые качались от ветра. Я чувствовал, как паника захлёстывает меня.
- Карина! - крикнул я, и мой голос сорвался.
Я стоял посреди двора и не знал, что делать. Я не знал, куда идти. Я не знал, что случилось. Я просто стоял и смотрел на пустую дорогу, чувствуя, как моё сердце разрывается на части.
А потом я увидел её.
Она шла по дороге, нагруженная пакетами. На ней была моя куртка - та самая, которую я повесил в прихожей. Она выглядела такой маленькой, такой хрупкой в ней. Её волосы развевались на ветру, и она улыбалась, глядя на что-то в пакете.
Я не думал. Я просто побежал.
Я бежал к ней, чувствуя, как адреналин разливается по моему телу. Я бежал, не чувствуя холода, не чувствуя ничего, кроме желания быть рядом с ней.
Она услышала мои шаги и подняла голову. Она удивилась, когда увидела меня.
- Лоренсо? - сказала она, и я увидел, как её глаза расширяются. - Что случилось?
Я не ответил. Я просто подбежал к ней и обнял. Я обнял её так крепко, как мог. Я чувствовал, как её тело прижимается к моему. Я чувствовал, как её руки обхватывают меня. Я чувствовал, как её тепло возвращается ко мне.
- Ты в порядке, - сказал я, и мой голос был почти беззвучным. - Ты в порядке. Ты жива, блядь. Ты жива.
- Лоренсо, что случилось? - спросила она, и я услышал в её голосе беспокойство. - Почему ты весь трясёшься? С тобой всё хорошо?
- Я не мог найти тебя, - сказал я, и я почувствовал, как слова вырываются из меня. - Я проснулся, а тебя не было рядом. Я думал, что ты ушла. Я думал, что тебя снова похитили. Я думал, что потерял тебя.
- Лоренсо, - сказала она, и её голос был тёплым. - Я просто вышла в магазин. Ты спал, и я не хотела тебя будить. Мне очень захотелось сладкого, а дома ничего не было. Я не ушла навсегда.
- Я знаю, - сказал я, и я чувствовал, как моё сердце постепенно успокаивается. - Я знаю, что ты не ушла. Но я испугался. Я испугался, что потерял тебя.
- Ты не потерял меня, - сказала она, и я услышал в её голосе улыбку. - Я здесь. Я никуда не ушла.
Я наклонился и поцеловал её. Я целовал её так, будто не видел целую вечность. Я целовал её губы, её щёки, её нос, её лоб. Я целовал её везде, куда мог дотянуться, чувствуя, как её тепло согревает меня.
- Лоренсо! - сказала она, пытаясь отстраниться. - Прекрати! Ты меня задушишь!
Но я не останавливался. Я целовал её, чувствуя, как её руки сжимаются вокруг меня. Я целовал её, чувствуя, как её дыхание становится прерывистым.
- Ты даже не представляешь, как я испугался, - сказал я, и я услышал в своём голосе слёзы. - Я думал, что потерял тебя. Я думал, что никогда больше не увижу тебя.
Я заметил краем глаза своих людей. Они стояли у ворот, и я видел, как они улыбаются, глядя на нас. Чёрт, я совсем забыл про них.
- Вы, блядь, что уставились? - рявкнул я, и они тут же отвели взгляды. - Отвернулись! Никому не разрешаю смотреть на неё! Только я имею право смотреть на неё!
Они быстро отвернулись, и я снова повернулся к Карине. Она стояла передо мной, и я смотрел на неё, чувствуя, как внутри меня поднимается что-то новое. Но её лицо изменилось. Она смотрела на меня с неодобрением.
- Лоренсо, - сказала она, и в её голосе появилась строгость. - Зачем ты так грубо с ними разговариваешь? Они же ничего плохого не сделали. Они просто стояли и смотрели. В этом нет ничего страшного.
- Они смотрели на тебя, - сказал я, и я услышал в своём голосе собственничество. - Они не имеют права смотреть на тебя.
- Они просто люди, - сказала она, и я услышал в её голосе настойчивость. - Они не сделали ничего плохого. Ты не должен быть таким грубым с ними. Это некрасиво.
Я смотрел на неё. Она стояла передо мной, такая маленькая, такая хрупкая, и говорила мне, что я не прав. И я чувствовал, как что-то внутри меня меняется.
- Ты права, - сказал я, и я услышал в своём голосе удивление. - Я был груб с ними.
- Ты всегда груб с ними, - сказала она, и я услышал в её голосе укор. - Ты можешь быть другим. Ты можешь быть вежливым. Они же делают свою работу. Они заслуживают уважения.
Я смотрел на неё. Она стояла передо мной и учила меня, как быть лучше. И я чувствовал, как её слова проникают в мою душу.
- Я попробую, - сказал я, и я услышал в своём голосе мягкость. - Я попробую быть лучше. Для тебя.
Она улыбнулась. Её улыбка была тёплой, мягкой. Я чувствовал, как её присутствие наполняет меня.
Я повернулся к своим людям, которые всё ещё стояли с опущенными головами.
- Вы, - сказал я, и мой голос был уже не таким грубым. - Подойдите. Возьмите пакеты.
Они подошли и взяли пакеты, но я видел, как они удивлены моим тоном.
- И не смотрите на мою жену, - добавил я, но уже мягче. - Она - ваша госпожа. Вы должны уважать её.
Карина покачала головой, но я видел, что она улыбается.
- Ты неисправим, - сказала она.
- Я знаю, - сказал я, и я усмехнулся.
Я повернулся к ней и подхватил её на руки.
- Что ты делаешь?! - вскрикнула она, обхватывая меня за шею. - Поставь меня на место! Я сама могу идти!
- Я знаю, что можешь, - сказал я, и я услышал в своём голосе усмешку. - Но я хочу отнести тебя сам.
Я понёс её к дому, чувствуя, как её руки обхватывают мою шею.
- Ты сумасшедший! - сказала она, и я услышал в её голосе смех. - Ты совсем с ума сошёл! Почему ты просто не можешь быть нормальным?
- Потому что я люблю тебя, - сказал я, и я услышал в своём голосе улыбку. - И я хочу носить тебя на руках.
- Ты - демон! - сказала она, и я услышал в её голосе смех.
- Я знаю, - сказал я, и я засмеялся вместе с ней.
Я занёс её в дом. Я чувствовал, как её руки сжимаются вокруг меня. Я чувствовал, как её тепло согревает меня. Я чувствовал, как её присутствие наполняет меня.
И я знал, что всё будет хорошо. Потому что она была рядом. Потому что она была моей. Потому что я больше никогда не отпущу её.
Я занёс её в гостиную и сел в кресло, усаживая её к себе на колени. Она сопротивлялась, пыталась встать, но я держал её крепко. Она была такой лёгкой, такой тёплой, такой моей.
- Пусти! - сказала она, пытаясь вырваться из моих рук. - Я же могу сидеть на диване, как нормальный человек!
- Нет, - сказал я, и я услышал в своём голосе усмешку. - Ты будешь сидеть здесь. У меня.
- Ты совсем с ума сошёл? - сказала она, и я услышал в её голосе раздражение. - Я же сказала, что могу сидеть сама!
- Я знаю, что можешь, - сказал я, и я повернул её к себе, заставляя смотреть на меня. - Но я хочу, чтобы ты сидела у меня.
Я наклонился к её шее и вдохнул её запах. Она пахла сладко, как всегда. Я чувствовал этот запах, и он успокаивал меня.
- Ты пахнешь вишней, - сказал я, и мой голос был низким. - Моя маленькая вишенка.
- Что? - переспросила она, и я услышал в её голосе удивление. - Какая ещё вишенка?
- Ты - моя маленькая вишенка, - сказал я, и я поцеловал её в шею. - Сладкая, тёплая, моя.
- Перестань! - сказала она, пытаясь оттолкнуть меня. - Ты меня щекочешь!
- Я не щекочу, - сказал я, и я услышал в своём голосе улыбку. - Я наслаждаюсь тобой.
Я продолжал целовать её шею, её плечи, её ключицы. Я чувствовал, как её тело расслабляется под моими руками. Я чувствовал, как её дыхание становится глубже.
- Ты невыносим, - сказала она, и я услышал в её голосе смех. - Ты просто невыносим.
- Я знаю, - сказал я, и я поцеловал её в щёку. - Но ты любишь меня таким.
- Нет, не люблю, - сказала она, и я услышал в её голосе улыбку.
- Врёшь, - сказал я, и я поцеловал её в нос. - Я знаю, что любишь.
Я чувствовал, как её руки сжимаются вокруг меня. Я чувствовал, как она расслабляется в моих объятиях. Я чувствовал, как её присутствие наполняет меня.
В этот момент в гостиную вошли мои люди. Они поставили пакеты в коридоре и быстро удалились, не поднимая глаз. Я слышал, как они закрывают за собой дверь.
Карина увидела пакеты и оживилась.
- Ой! - сказала она, пытаясь встать. - Мои пакеты! Я должна их забрать!
- Сиди, - сказал я, притягивая её обратно. - Они никуда не денутся.
- Нет, я должна их взять! - сказала она, и я увидел, как её глаза загораются. - Там мои сладости! Я же так хотела их попробовать!
Она вырвалась из моих рук, и я не стал её удерживать. Она встала и повернулась ко мне. Я смотрел на неё, и я чувствовал, как внутри меня поднимается что-то новое.
- Я сейчас вернусь, - сказала она, и я услышал в её голосе улыбку. - Я возьму пакеты и сяду обратно на твои колени. Хорошо?
- Хорошо, - сказал я, и я услышал в своём голосе улыбку. - Но если ты не вернёшься, я пойду за тобой и принесу тебя обратно.
- Я вернусь, - сказала она, и она подошла к коридору.
Я смотрел, как она поднимает пакеты и заглядывает в них. Она нашла то, что искала - какую-то сладость в красивой обёртке. Она улыбнулась, и я чувствовал, как её улыбка согревает меня.
- Я люблю тебя, - сказала я, и я услышал в своём голосе нежность.
Она повернулась ко мне. Я смотрел, как она идёт обратно ко мне. Я чувствовал, как её присутствие наполняет меня.
Она села ко мне на колени. Я обнял её, чувствуя, как её тепло согревает меня. Я чувствовал, как её руки сжимаются вокруг меня. Я чувствовал, как её присутствие наполняет меня.
- Сладкий, - сказал я, и я поцеловал её в лоб. - Ты сладкая, как конфетка.
- Перестань, - сказала она, и я услышал в её голосе смех. - Ты меня смущаешь.
- Я хочу тебя смущать, - сказал я, и я услышал в своём голосе улыбку. - Я хочу, чтобы ты всегда была рядом. Я хочу, чтобы ты всегда была моей.
Я чувствовал, как её руки сжимаются вокруг меня. Я чувствовал, как её тепло согревает меня. Я чувствовал, как её присутствие наполняет меня.
-Я купила мармеладных змеек. Апельсиновые! Хочешь попробовать?- сказала она, и я услышал в её голосе радость.
Я посмотрел на пакет, который она держала в руках. Там были оранжевые мармеладки в форме змеек. Они выглядели глупо и по-детски. Я усмехнулся.
- Ты серьёзно? - спросил я, и я услышал в своём голосе усмешку. - Ты хочешь, чтобы я ел мармелад?
- Да, - сказала она, и я увидел, как её глаза загораются. - Они очень вкусные. Попробуй.
Я смотрел на неё. Она была такой искренней, такой счастливой от этих маленьких радостей. Я не мог отказать ей.
- Ладно, - сказал я, и я услышал в своём голосе улыбку. - Давай попробую.
Она открыла пакет и достала одну змейку. Она была оранжевой - апельсиновой, как летнее солнце. Она поднесла её к моим губам.
- Открой рот, - сказала она, и я услышал в её голосе командные нотки. - Я хочу, чтобы ты попробовал.
- Ты меня кормишь, - сказал я, и я услышал в своём голосе усмешку. - Как маленького.
- Ты и есть маленький, - сказала она, и я услышал в её голосе улыбку. - Открой рот.
Я открыл рот. Она положила мармеладку мне на язык. Я закрыл рот и почувствовал сладкий, апельсиновый вкус. Он был приятным, свежим, но не таким сладким, как она.
- Ну как? - спросила она, и я увидел, как она ждёт моей реакции.
- Вкусно, - сказал я, и я услышал в своём голосе удивление. - Но не так вкусно, как ты.
- Перестань, - сказала она, и я увидел, как её щёки заливаются краской. - Ты всегда говоришь пошлости.
- Потому что ты заставляешь меня, - сказал я, и я услышал в своём голосе улыбку.
Она улыбнулась и тоже достала себе одну змейку. Она положила её в рот и начала жевать. Я смотрел на неё, чувствуя, как внутри меня поднимается что-то новое. Она была такой красивой, когда ела. Она была такой красивой всегда.
Я смотрел на её губы, на то, как она жуёт мармеладку. Я чувствовал, как моё сердце начинает биться быстрее.
- Ты такая красивая, когда ешь, - сказал я, и мой голос был низким.
Она посмотрела на меня. Я увидел, как её глаза расширились.
- Что ты сказал?
- Ты красивая, - сказал я, и я услышал в своём голосе нежность. - Ты всегда красивая. Но когда ты ешь, ты особенно красивая.
Она хотела что-то сказать, но я не дал ей. Я наклонился к ней и взял змейку из её губ. Я чувствовал, как её губы касаются моих пальцев. Я чувствовал, как её дыхание становится прерывистым.
- Что ты делаешь?! - сказала она, и я услышал в её голосе удивление.
- Я хочу попробовать твою мармеладку, - сказал я, и я услышал в своём голосе улыбку.
- Но у тебя же была своя! - сказала она, и я услышал в её голосе возмущение.
- Твоя вкуснее, - сказал я, и я наклонился к ней.
Я поцеловал её. Мои губы коснулись её губ, и я почувствовал сладкий, апельсиновый вкус. Я чувствовал, как её тело расслабляется в моих руках. Я чувствовал, как её руки сжимаются вокруг меня.
- Ммм, - сказал я, отрываясь от неё. - Апельсин. Вкусно.
- Ты сумасшедший! - сказала она, и я увидел, как её лицо становится красным. - Ты не должен был этого делать! Ты меня смущаешь!
- Я знаю, - сказал я, и я услышал в своём голосе улыбку. - Но я хочу тебя смущать.
Она ударила меня по груди.
- Прекрати! - сказала она, и я услышал в её голосе возмущение. - Ты не должен так себя вести! Ты не можешь просто брать мармеладку из моих губ!
- Могу, - сказал я, и я поцеловал её в лоб. - Я могу всё, что захочу. Потому что ты - моя.
Она смотрела на меня. Я видел, как её глаза горят. Я чувствовал, как её руки сжимаются вокруг меня.
- Ты - демон, - сказала она, и я услышал в её голосе смех. - Ты - настоящий демон.
- Я знаю, - сказал я, и я засмеялся вместе с ней.