31 глава

Винчи

Мы сидели в комнате. Я был уставшим после долгого дня, но присутствие моей Звездочки согревало меня. Она разговаривала со своей матерью по телефону, а я пошёл в душ, чтобы смыть с себя усталость.

Когда я вышел, на мне было только полотенце на бёдрах, волосы мокрые и растрёпанные. Я не стал одеваться - хотел посмотреть на её реакцию. Она застыла, когда увидела меня в таком виде. Её взгляд скользнул по моей груди, по рукам, по татуировкам. Она даже забыла, что говорит со своей матерью. Её щёки мгновенно вспыхнули румянцем. Как же мне это понравилось.

Я лёг на кровать и смотрел на неё. Она впервые видела меня таким - без одежды, без защиты. Она не знала, куда себя деть, но продолжала говорить, стараясь не смотреть на меня. Потом я тоже присоединился к разговору.

- Как Вы, мама? - сказал я, и сразу услышал смех на том конце провода. Я нравился её матери, и это было приятно. Я рад, что она выслушала меня, когда я объяснял ей, почему нам пришлось так сделать. Я, конечно, не сказал, что я в мафии, и что моя Звездочка увидела то, что не должна была видеть, и вообще не хотела за меня замуж. Я сказал, что нам пришлось это сделать, но мы не можем сказать причину. Она приняла это, и я за это ей благодарен.

- Мой зять, как там поживает? - спросила её мать с улыбкой в голосе.

- О, синьора, просто замечательно! - сказал я. - Как только я услышал Ваш голос, я сразу прибежал поболтать с Вами. Вы сами как поживаете?

Моя Звездочка улыбалась и смотрела на меня. Она краснела, и это сводило меня с ума. Она смотрела на мою спину, покрытую татуировками, и я чувствовала её взгляд на своей коже.

- Всё хорошо, - сказала её мать. - Моя Ади хорошо о тебе заботится.

Я засмеялся.

- Что Вы, синьора, я должен заботиться о ней, а не она обо мне!

Её мать тоже засмеялась.

- Да, да, ты прав.

- Мама, - сказала Армида, - у меня к тебе вопрос.

- Да, спрашивай, - ответила мать.

- Мать Карины... как она? Что она делает? Она вообще не разговаривает с Кариной, даже не берёт трубку.

Её мать горько выдохнула.

- Всё с ней хорошо. Как обычно. Её сестра ходит в школу, самая младшая, очень шустрая. Я вижу её иногда, когда выхожу на улицу. С её мамой я говорила недавно. Она не говорит про Карину ни слова. Когда я спрашиваю про неё, она сразу меняет тему. Но её отец явно давно её простил и скучает. Он даже один раз не выдержал и спросил меня. Я сказала, что у неё всё хорошо. Зря её мать так поступает. Это же всё-таки её ребёнок.

Я увидел, как улыбка исчезла с лица моей Звездочки, и на глазах появились слёзы. Она пыталась сдержать их, но они всё равно катились по щекам.

- Да, ты права, мама, - сказала она тихо, голос её дрожал.

Я добавил, стараясь успокоить её:

- Не волнуйтесь, может быть, ей нужно ещё время.

- Да, ты прав, зять. Мы все по-разному воспринимаем. Может быть, ей нужно больше времени. Я ведь тоже не сразу простила Ади. Но я знаю, что она всё равно скучает по своей Карине. Ведь это её дитя, и этого не изменить.

Мы молчали несколько секунд, а потом её мать добавила:

- Ну ладно, я что-то с вами заболталась. Давайте, у меня много дел.

Армида улыбнулась, и я тоже. Мы попрощались и выключили звонок. Я посмотрел на неё. Слёзы всё ещё стояли в её глазах. Я протянул руку и вытер их большим пальцем.

- Не плачь, Звездочка, - сказал я мягко.

- А что мне делать? - спросила она, и в её голосе слышалась боль. - Мне так обидно за Карину. Я понимаю, что Лоренсо твой брат, но он забрал у неё всё.

Я вздохнул. Я знал, что она права. Но я также видел, как меняется мой брат.

- Да, ты права, - сказал я. - Но он меняется. Ты видела? Он стал совершенно другим. Она меняет его. Он делает то, что никогда не делал. И он её слушает. Звездочка, это большой прогресс. Я помню, мой брат никогда не просил помощи, он считал это слабостью. Никогда никого не слушал. Да, может быть, он ещё грубит, но я думаю, скоро он и это перестанет делать такими темпами.

- Да, ты прав, - сказала она, вытирая слёзы. - Но всё равно... сколько он ей боли причинил.

- Всё, не плачь, - сказал я, притягивая её ближе. - Я не хочу видеть тебя в таком виде. Это делает мне больно.

Она улыбнулась сквозь слёзы. Я потянулся к ней и поцеловал в лоб, чувствуя, как она замирает под моими губами.

- Вот так, - сказал я. - Улыбайся. Не забывай, ты Звездочка. Ты должна улыбаться и сиять, а не плакать.

- Идите, переоденьтесь, - сказала она, улыбаясь.

Я усмехнулся.

- А что, тебя это тревожит?

- Нет, но... я не привыкла видеть Вас в таком виде, - смущённо ответила она, отводя взгляд.

- Вот как? Мне чаще ходить в таком виде?

Она отвела взгляд, и я видел, как её щёки заливаются краской. Как же это сводило с ума.

- Ваша татуировка... - сказала она, указывая на мою спину.

- Что, понравилась? - спросил я.

- Да, но...

- Но что? Ты её не разглядела? - усмехнулся я.

Она кивнула. Я повернулся и показал ей спину. Я чувствовал её взгляд на себе - любопытный, изучающий.

- У Лоренсо такая же, - сказал я.

- Что? Правда?

- Да. Это знак нашего клана, нашей семьи. Его не обязательно делать, но я сделал. Уж больно понравился.

- Он очень красивый, - сказала она, и я слышал в её голосе восхищение.

Я вернулся к ней и поймал её взгляд. Она была вся красная от смущения. Белая пижама в горошек, распущенные волосы. Я не мог поверить, что такая красавица принадлежит мне.

- Почему Вы так на меня смотрите? - спросила она.

- А что, нельзя? - спросил я, улыбаясь.

- Можно, но...

- Но что? Стесняешься?

Она ничего не сказала и отвела взгляд. Чёрт, какая же она милая. Я поднял её подбородок пальцами и поцеловал её так нежно, как мог. Чтобы она чувствовала, что она делает со мной. Она не оттолкнула меня и начала отвечать. Училась быстро. У меня было много девушек, но ради неё я готов был ждать её всю вечность. Пока она сама не решит, что я - тот самый мужчина, которому она отдаст себя.

Я целовал её, и мой язык проник в её рот. Я чувствовал, как возбуждаюсь только от одного поцелуя с ней. Я чувствовал себя семнадцатилетним подростком рядом с ней. Интересно, возбуждаю ли я её так же?

Она прервала наш поцелуй и посмотрела на меня. Мы тяжело дышали, наши губы были влажными. Я смотрел на неё, едва дыша. Как же я её хотел. Она закусила губу и, глядя на меня, сказала:

- Я готова.

Я замер. Я не знал, как реагировать. Я думал, что мне послышалось или кажется.

- Что ты сказала? - переспросил я.

Она выдохнула и повторила:

- Я сказала, что готова. Я Вам доверяю.

Я едва сдерживался, но спросил:

- Ты хорошо подумала, Звездочка? Назад пути не будет.

Она кивнула, её глаза были серьёзными и решительными.

Я хотел ещё спросить, но она накинулась на меня и начала целовать. От этого я зарычал. Я упёрся спиной в спинку кровати, притянул её к себе на колени. Полотенце держалось на мне с трудом, но мне было всё равно. Как только я усадил её к себе на колени, она обхватила меня руками за шею и поцеловала. Я сходил с ума. Я чувствовал, как мой член становится твёрже. Кажется, она тоже это почувствовала. Она прервала поцелуй, посмотрела вниз, потом на меня. Я усмехнулся и накинулся на неё. Я бросил её на кровать, нависая сверху. Я так мечтал увидеть её подо мной.

Я начал целовать её шею, расстёгивая пижаму. Она стонала от моих поцелуев и движений. Я снял с неё верхнюю часть пижамы, оставляя её в одном лифчике. Я смотрел на эту картину и сходил с ума. Она сейчас станет моей полностью, во всех смыслах. От этой мысли я чуть ли не умирал от возбуждения. Я видел, как она стесняется. Я целовал её везде, где только мог, спуская лямки. Она извивалась подо мной, кусая губу. Я снял с неё лифчик и бросил на пол.

- Ты выглядишь потрясающе, - сказал я, и мой голос был хриплым. - Не стесняйся. Ты сводишь меня с ума.

Она смотрела на меня. Я спустился ниже, целуя её, и остановился у её штанов. Я посмотрел на неё.

- Ты доверяешь мне? - спросил я.

Она кивнула. Я снял с неё штаны и тоже отбросил вниз. Я посмотрел на неё и поцеловал в губы, успокаивая. Она тяжело дышала и отвечала на поцелуй. Её рука была на моей голове, пальцы пробрались в мои волосы, слегка сжимая их. Сука, как же мне это нравилось. Моя рука гладила её. Я спустился к её груди, кусая соски. От этого она начала стонать громче. Я закатил глаза от удовольствия. Если бы я мог, я бы делал это вечно. Моя рука гладила её бёдра, потом спустилась между её ног. Я почувствовал, какая она уже мокрая. А я только начал.

- Моя Звездочка мокрая для меня, - сказал я, и мой голос был низким. - Но этого недостаточно.

Она смущалась, закрывалась. Я усмехнулся, и моя рука проникла под её трусы. Я гладил её и одновременно целовал. Затем ввёл в неё свой палец. Она вскрикнула, и я прикрыл ей рот.

- Тихо, Звездочка, - сказал я. - Ты слишком громкая. Нас услышат.

Я поцеловал её губы. Я оставлял следы на её теле. Моя рука под её трусами двигалась всё быстрее. Она стонала чаще. Я хотел уже кончить от одного её вида подо мной.

Я спросил:

- Тебе нравится, моя Звездочка?

Она не ответила. Я улыбнулся и спросил за неё.

- Скажи мне.

- Да, - сказала она, почти стоня.

Это свело меня с ума. Я положил её по центру кровати, спустился вниз и снял с неё трусы полностью. Она смотрела на меня, не находя слов. Но я видел шок в её глазах, когда полотенце упало и она увидела мой член.

- Что, нравится? - спросил я.

Она посмотрела на меня.

- Он большой... Он не войдёт в меня, - сказала она.

Я засмеялся, наклонился к ней и поцеловал в нос.

- Не бойся. Поместится. Ты главное доверься мне.

Она кивнула. Я сел между её ног и раздвинул их. Она была вся влажная. Мой член стоял, готовый войти. Но ещё рано. Она доверилась мне, и я не хотел растоптать её доверия. Я наклонился к её клитору и начал его лизать. Она вскрикнула и посмотрела на меня. Мой язык двигался умело. Мне нравилось, как она смотрит, как ей приятно, как она закатывает глаза от удовольствия.

Я почувствовал её руку на своей голове, пальцы сжимали мои волосы. Она кусала губы, стонала и дрожала от удовольствия. Через несколько минут она кончила мне на лицо. Я был горд собой, что довёл её до пика удовольствия своим языком. Она дрожала. Сука, как же она красива.

Я встал между её ног. Моё лицо было покрыто её влагой. Я посмотрел на неё, облизывая свои губы, и вытер лицо тыльной стороной ладони. Наклонился к ней и поцеловал с новой волной страсти. Она отвечала. Я прервал поцелуй, и она смотрела на меня.

- Я сейчас, - сказал я.

Она кивнула. Я встал, подошёл к шкафу и достал презерватив. Надел его на ходу и снова сел между её ног. Она смотрела на меня. Я видел, что она хочет что-то спросить, но смущается или боится. Но она всё-таки спросила:

- Вы с кем-то этим занимались? Раз у Вас есть они? - она указала на презерватив на моём члене.

Я вдохнул, наклонился к ней и поцеловал в лоб.

- У меня было много женщин, не буду скрывать, - сказал я. - Но после того, как мы начали притворяться мужем и женой, клянусь, я ни с кем не спал.

- Правда? - спросила она, и я увидел в её глазах надежду.

- Правда, Звездочка, - сказал я. - Я же поклялся. Пусть у меня член отсохнет, если я вру.

Она ударила меня по плечу.

- Не говорите так! - сказала она, хмурясь.

Я улыбнулся и усмехнулся.

- Что, боишься, что он отсохнет? - спросил я.

Она долго смотрела на меня.

- Нет, не боюсь, - сказала она. - Но если я узнаю, что Вы занимались этим с кем-то после меня и изменили мне, я сама его отрежу. Он не успеет отсохнуть.

Я рассмеялся, поцеловал её в кончик носа и улыбнулся. Я снова сел между её ног, притягивая её ближе. Она держалась за подушку за головой и ждала моих действий.

- Готова? - спросил я.

Она медленно кивнула. Мне второй раз повторять не нужно.

Я поднёс свой член к её входу. Она закрыла глаза. Я вошёл в неё. Как же в ней было узко. Я сходил с ума. Я думал, что сейчас кончу. Она вскрикнула. Я сразу посмотрел на неё.

- Больно? - спросил я.

- Немного, - сказала она.

- Потерпи немного. Сейчас должно полегчать.

Она кивнула. Я начал медленно двигаться, проталкивая свой член, чтобы она привыкла к размеру. Она стонала, я лёг на неё сверху и начал целовать, отвлекая от боли. Я двигался медленно, уверенно. Она стонала между поцелуями.

- Всё ещё больно? - спросил я.

- Нет, - простонала она.

Она обнимала меня. Я целовал её шею, она стонала мне в ухо. Я сам не заметил, как начал двигаться быстрее. Она начала дрожать подо мной и стонать громче.

Я застыл, когда она произнесла моё имя. Она тянула его, говоря через стоны.

Это сводило меня с ума. Я поменял позу, чтобы мой член заходил глубже. От этого она начала стонать громче, и мне пришлось прикрыть ей рот, чтобы никто не услышал.

Мы кончили одновременно. Я давно так не кончал. Сука, как же она хороша. Я поцеловал её в лоб. Я не хотел выходить из неё, но мне пришлось. Я снял презерватив, встал и выкинул его.

Я лёг обратно к ней, укрыл нас одеялом и притянул к себе. Наши обнажённые тела соприкасались. Она повернулась ко мне лицом. Я посмотрел на неё.

- Спасибо, - сказала она.

- За что, Звездочка?

- За то, что не сделали мне больно.

Я улыбнулся и поцеловал её в висок.

- Тебе спасибо, что доверилась, - сказал я.