byler-замени сигареты на мои губы

Вечерний Хоукинс медленно погружался в ночь. Воздух был свежим и немного влажным, пахло мокрой листвой и приближающейся осенью. Майк и Уилл шли по обочине дороги, плечо к плечу, изредка задевая друг друга руками.

Тишину прогулки нарушил резкий щелчок зажигалки. Майк, не переставая идти, привычным движением выудил из кармана пачку, достал сигарету и зажал её в зубах. Огонек вспыхнул, освещая на секунду его острые скулы и сосредоточенный взгляд. Майк сделал глубокую затяжку, и облако сизого дыма тут же окутало их обоих.

Уилл поморщился. Он терпеть не мог этот запах — он казался ему чем-то чужеродным, чем-то, что выстраивало невидимую стену между ними. Ему не нравилось то, как Майк портит себя, как он ищет успокоения в горьком табаке, когда Уилл стоит прямо здесь, готовый отдать ему всё своё тепло.

— Опять? — тихо спросил Уилл, останавливаясь.

Майк выдохнул дым в сторону и виновато усмехнулся:
— Уилл, это просто привычка. Помогает сосредоточиться.

— Это отвратительная привычка, — Уилл сделал шаг ближе, заставляя Майка тоже остановиться. — Ты пахнешь пеплом, а не собой. И мне это надоело.

Майк открыл было рот, чтобы что-то возразить, но Уилл не дал ему шанса. Он протянул руку, осторожно выхватил сигарету из пальцев Майка и бросил её на асфальт, раздавив подошвой кеда. Майк замер, удивленно вскинув брови.

— Уилл?..

Уилл подошел вплотную, так, что между ними не осталось пространства. Он заставил Майка посмотреть себе прямо в глаза — в них не было злости, только бесконечная, щемящая нежность и вызов.

— Если тебе так нужно что-то чувствовать, — прошептал Уилл, касаясь кончиками пальцев подбородка Майка, —замени сигареты на мои губы.

Майк сглотнул. В голове на мгновение стало пусто, а сердце совершило бешеный кульбит. Прежде чем он успел осознать услышанное, Уилл подался вперед и накрыл его губы своими.

Поцелуй был внезапным, глубоким и ошеломляющим. В первую секунду Майк еще чувствовал на языке привкус табака, но он быстро растворился в сладости и мягкости Уилла. Они целовались жадно, не отрываясь, словно пытаясь восполнить всё то время, что Майк тратил на свои перекуры. Уилл обхватил лицо Майка ладонями, притягивая еще ближе, а Майк, наконец опомнившись, крепко сжал его талию, прижимая к себе так сильно, будто боялся, что тот исчезнет.

Мир вокруг перестал существовать. Остались только холодный ветер, тепло друг друга и этот бесконечный поцелуй, который был намного лучше любого никотина.

Когда они наконец отстранились, тяжело дыша, Майк несколько секунд просто смотрел на Уилла — раскрасневшегося, с влажными губами и сияющими глазами. Майк медленно залез в карман куртки, достал почти полную пачку сигарет и не глядя, швырнул её в стоящую рядом мусорку. Раздался глухой стук, поставивший точку в его прошлой привычке.

— Ты прав, — хрипло произнес Майк. — Это было чертовски плохой заменой.

Он снова притянул Уилла к себе, обнимая так крепко, что, казалось, их сердца теперь бились в одном ритме. Майк уткнулся носом в мягкие волосы Уилла, осыпая его виски и лоб мелкими, нежными поцелуями.

Уилл счастливо улыбнулся, закрыв глаза. Он прижался к груди Майка, вдыхая теперь только его запах — запах кожи, чистого белья и чего-то родного, что принадлежало только им двоим. Теперь на его лице не было и следа раздражения — только абсолютный, тихий покой.