byler- вместе (стекло)

Воздух Изнанки был пропитан пеплом, озоном и запахом разлагающейся плоти. Небо над Хеллмакс-хаусом горело ядовитым багровым пламенем, а ритмичный, сводящий с ума бой напольных часов Векны отдавался в костях тяжелыми ударами молота.

Уилл Байерс стоял в центре этого кошмара, и его тело выгибалось от невидимых нитей. Векна не просто убивал его — он выпивал его душу, используя Уилла как последний мост, чтобы окончательно обрушить барьер между мирами.

— Уилл! — крик Майка сорвался на хрип.

Майк прорвался через заросли живых лиан, игнорируя то, как они впиваются в его лодыжки, раздирая кожу. Он видел, как глаза Уилла начали закатываться, как тонкие струйки крови потекли из носа.

— Отпусти его! — Майк бросился вперед, обхватывая Уилла руками, пытаясь вырвать его из невидимой хватки Генри Крила.

В голове Майка раздался ледяной, рокочущий смех Векны: *«Сердце... так легко разбить. Вы умрете вместе, как и родилась эта никчемная дружба — в темноте и одиночестве».*

Уилл судорожно вздохнул, его сознание на мгновение вернулось. Он посмотрел на Майка — его лицо было бледным, почти прозрачным в этом красном мареве.
— Майк... уходи... он... он заберет и тебя... — прошептал Уилл, едва шевеля губами.

— Нет. Больше нет, — Майк прижался своим лбом к его лбу. Его трясло от ужаса, но в этом ужасе родилась странная, спокойная решимость. — Помнишь, что ты сказал? Что я — сердце? Сердце не может биться без тебя, Уилл. Если это конец, то мы закончим его вместе.

Вихрь вокруг них усилился. Лианы опутали их обоих, связывая в один неразрывный узел. Майк нащупал руку Уилла и крепко переплел свои пальцы с его. Ладонь Уилла была ледяной, но пальцы Майка горели живым теплом.

— Я люблю тебя, Уилл, — голос Майка был тихим, но он перекрыл рев бури и бой часов. — Я должен был сказать это раньше. На той качели... в подвале... всегда.

Уилл всхлипнул, и в его глазах, полных боли, на секунду вспыхнул свет, который не принадлежал Изнанке. Это был свет их общего детства, летнего солнца и желтых фургонов.
— Я знаю, Майк... Я всегда знал.

Векна нанес последний удар. Разум Уилла должен был взорваться, став порталом, но Майк не отпустил. Он добровольно открыл свой разум, впуская тьму в себя, разделяя агонию пополам. Они стали одной мишенью, одной душой.

Раздался оглушительный треск. Белый свет, чистый и ослепительный, вырвался из их сомкнутых рук, сталкиваясь с чернотой Векны. На мгновение всё затихло. Боли больше не было. Не было пепла, не было лиан.

Они стояли на той самой детской площадке, где когда-то познакомились. Майку было десять, Уиллу тоже. Солнце светило в спину, и пахло скошенной травой.

— Нам пора? — спросил Уилл, улыбаясь так легко, как не улыбался годами.
— Да, — Майк сжал его руку покрепче. — Но теперь нам не нужно бояться.

В реальном мире, в руинах Хокинса, друзья нашли их тела спустя несколько часов. Они лежали в самом центре выжженного круга, среди мертвых черных лоз. Уилл и Майк выглядели так, словно просто уснули, укрытые пылью миров. И даже смерть не смогла разжать их руки, сплетенные в замок — вечный и нерушимый.

Векна исчез, его связь с миром была разорвана жертвой, которую он не смог понять. Сердце Хокинса остановилось, но оно остановилось в любви, а не в страхе.