elmax (Макс и Оди) - к черту Майка

Колокола церкви Святого Иуды гудели так сильно, что у Джейн закладывало уши. Белый атлас платья казался неподъемным доспехом, а фата — липкой паутиной, ограничивающей обзор. Впереди, у алтаря, стоял Майк. Он улыбался той самой правильной, немного напуганной улыбкой, которую Джейн видела сотни раз. Хоппер в первом ряду подозрительно часто моргал, поправляя тесный галстук.

Все было идеально. Все было так, как должно быть в мире, который они наконец-то спасли.

Но когда священник начал свою монотонную речь о вечности и долге, Джейн почувствовала, что задыхается. Она посмотрела на витражное окно справа. Там, в отражении цветного стекла, она увидела вспышку рыжего пламени. Макс.

Макс сидела на самой дальней скамье, в тени колонны. На ней был темно-синий костюм, который сидел на ней лучше, чем любое платье в мире. Она не плакала. Она просто смотрела на Джейн — пронзительно, с той самой невыносимой тоской, которую они обе прятали за вежливыми улыбками последние два года.

В голове Джейн что-то щелкнуло. Как будто Векна снова попытался захватить её разум, но на этот раз «тьмой» была сама идея этой свадьбы. Она знала, кого любит. Она знала, ради кого её сердце билось в самые темные минуты в Изнанке.

— Я не могу, — прошептала Джейн.

Майк моргнул:
— Что, Оди?

— Я не могу! — повторила она громче.

Она не стала ждать ответа. Подхватив тяжелые юбки, Джейн развернулась и побежала. Шокированный вздох гостей пронесся по залу, как порыв ветра. Хоппер вскочил, Майк что-то крикнул вслед, но Джейн уже не слышала. Она видела только, как Макс вскакивает со своего места, и на её лице медленно расцветает самая безумная, самая живая улыбка.

Они вылетели из церкви на залитую солнцем парковку.

— Ты с ума сошла! — крикнула Макс, задыхаясь от смеха и бега. — Тебя же Хоппер на куски порежет!

— Пусть попробует! — Джейн сорвала с головы фату и отбросила её в сторону. — Куда мы поедем?

Макс подбежала к своему старому скейтборду, который лежал у фургона Арджайла. Она схватила его, подбросила в воздух и поймала одной рукой.

— К черту кареты, и к черту Майка! Джейн! У нас есть кое-что получше.

Они добрались до старого обрыва — места, где когда-то все казалось концом, но теперь стало началом. Макс достала из кармана пиджака две жестяные банки газировки и колечки от них.

— Знаешь, — Макс поправила свою бабочку, глядя на Джейн, чье платье было безнадежно испачкано в траве и дорожной пыли. — Если мы это делаем, то по моим правилам. Никаких священников. Только ты, я и этот чертов скейборд.

Она взяла Джейн за руки. Ветер трепал их волосы — каштановые кудри и рыжие волны.

— Клянусь, что буду бесить тебя до конца дней, — торжественно произнесла Макс. — Клянусь, что всегда буду на твоей стороне, даже если ты решишь сбежать со своей собственной свадьбы еще раз.

Джейн засмеялась, и этот звук был прекраснее любой музыки.
— Клянусь, что буду защищать тебя. Всегда. Друзья не лгут, а мы... мы больше, чем друзья.

Они обменялись колечками от банок под крики чаек и шум леса. В этот момент, когда Макс подхватила Джейн на руки, а та вскинула вверх букет полевых цветов, мир наконец-то встал на свои места. Скейтборд валялся рядом, солнце золотило их лица, и впереди была целая жизнь — неправильная для всех остальных, но абсолютно идеальная для них.

И они были свободны.