byler-слепой

Вечер в подвале Уилеров напоминал сотни других вечеров, но для Дастина, Лукаса и Макс он превращался в изощренную пытку.

Майк, стоя у доски, с энтузиазмом расписывал новую стратегию для их похода. Он размахивал руками, его темные кудри прыгали в такт его движениям, а глаза горели тем самым фанатичным огнем, который всегда заставлял Уилла замирать.

Уилл сидел на диване, подперев подбородок ладонями. Он не просто смотрел на Майка — он его пил. Его взгляд был настолько глубоким, мягким и пропитанным нескрываемым обожанием, что воздух вокруг него, казалось, начинал вибрировать. Когда Майк смеялся над собственной шуткой, Уилл улыбался в ответ — так нежно и мечтательно, будто Майк только что совершил кругосветное путешествие и вернулся специально за ним.

Майк же был абсолютно, феноменально, клинически слеп.

— ...и тогда Дастин использует магическую стрелу, а ты, Уилл, как наш мудрый священник, прикрываешь нас тыла! — Майк обернулся к Уиллу, сияя. — Мы будем идеальной командой, как всегда! Лучшие друзья — непобедимая сила!

Уилл едва заметно вздохнул, его улыбка стала чуть более грустной, но взгляд остался прежним — любящим до боли.
— Да, Майк. Непобедимая сила.

В другом конце подвала Дастин медленно закрыл лицо руками. Лукас издал звук, похожий на сдавленный стон, а Макс так сильно сжала банку колы, что та подозрительно хрустнула.

— Всё, я больше не могу, — прошипела Макс. — Это уже не просто тупость. Это какое-то сверхъестественное отрицание реальности.

— Он буквально смотрит на него так, будто Майк — центр Вселенной, а Майк ведет себя как... как Майк, — Дастин вскочил с места. — Мы должны положить этому конец. Прямо сейчас.

— Эй, Майк! — внезапно выкрикнул Дастин, прерывая тираду друга о гоблинах.

Майк моргнул, сбитый с толку.
— Что? Я еще не договорил про фланговый маневр...

— К черту маневр! — Лукас тоже встал, скрестив руки на груди. — Майк, скажи честно, ты когда последний раз проверял зрение? Или, может, тебе в Изнанке мозг заморозили?

Майк нахмурился.
— О чем вы вообще? С моими глазами всё в порядке.

— Да неужели? — Макс подошла к нему вплотную и буквально развернула его голову за подбородок в сторону дивана, где сидел ошеломленный Уилл. — Тогда посмотри. Нет, Майк, по-настоящему посмотри на Уилла.

Уилл покраснел так сильно, что, казалось, сейчас загорится.
— Ребят, не надо... — пробормотал он, пытаясь отвести глаза.

— Нет, надо! — отрезал Дастин. — Майк, ты всё время говоришь, что Уилл — сердце вашей группы. А ты видел, как это сердце на тебя смотрит? Ты вообще замечаешь, что происходит, когда ты входишь в комнату? Уилл на тебя смотрит не как на «лучшего друга». Он смотрит на тебя так, будто ты — единственный человек на планете, который имеет значение!

Майк замер. Он посмотрел на Уилла. Уилл, лишенный путей к отступлению, поднял глаза на Майка. В них всё еще плескалась та самая нежность, но теперь к ней добавился страх и предельная честность.

— Он... — Майк сглотнул. Его мозг, обычно работающий со скоростью света, сейчас буксовал, пытаясь переварить очевидное. — Он просто... мы же...

— Если ты сейчас скажешь «лучшие друзья», я тебя ударю, — пообещала Макс.

Майк снова посмотрел на Уилла. Он увидел его дрожащие руки, его пылающие щеки и этот невозможный, звездный взгляд. И вдруг в его голове что-то щелкнуло. Все те моменты — картина, слезы в фургоне, бесконечная поддержка, — всё это сложилось в одну четкую, ослепительную истину.

— О, — только и смог выговорить Майк. Его голос стал совсем тихим. — Ох.

— Аллилуйя! — Дастин всплеснул руками. — Он прозрел! Чудо свершилось!

— Так, — Лукас подтолкнул Макс и Дастина к лестнице. — У нас внезапно возникли важные дела наверху. Очень важные. Нам нужно... проверить, не остыла ли пицца. Которой нет. Пошли!

Через секунду друзья исчезли за дверью, оставив в подвале оглушительную тишину.

Майк медленно подошел к дивану и сел рядом с Уиллом. Уилл смотрел в пол, ожидая чего угодно: отказа, неловкости, извинений.

— Уилл? — Майк осторожно коснулся его руки. — Они... они правы? Ты правда так на меня смотришь?

Уилл поднял голову.

Скрываться больше не было смысла.
— А ты только сейчас это заметил, Майк? Я смотрю на тебя так годами.

Майк почувствовал, как его собственное сердце предательски ускорило ритм. Он вспомнил, как ему самому было больно, когда он думал, что теряет Уилла. Вспомнил, как его всегда тянуло именно к нему.
— Я... я правда тупица, — прошептал Майк. — Я так боялся всё испортить, что просто запретил себе видеть это. Но теперь...

Майк взял Уилла за обе руки.
— Теперь, когда я это вижу, я не хочу, чтобы ты смотрел по-другому. Я хочу быть тем, на кого ты так смотришь. Всегда. Потому что... Боже, Уилл, это же ты. Это всегда был ты.

Майк порывисто обнял его, утыкаясь носом в шею Уилла. Уилл замер на секунду, а затем выдохнул, расслабляясь в его руках, и наконец-то позволил себе обнять Майка в ответ.

— Наконец-то, — прошептал Уилл, закрывая глаза.

Сверху на лестнице Дастин, подслушивавший у двери, довольно улыбнулся.
— Можете выдыхать, ребят. Миссия «Спасение Майка от собственной тупости» официально завершена. Победа за нами.