byler- одно целое (бонус хэппи энд)

Крик Майка, казалось, расколол само небо Изнанки. Он прижимал Уилла к себе, и его слезы падали на черную пустоту в груди друга.

— Нет... — прошептала Одиннадцать. Она видела, как жизнь покидает Уилла, но вдруг её глаза расширились. Она вспомнила. Она вспомнила, как когда-то вернула к жизни сердце Макс. Но здесь... здесь было нечто большее.

— Майк! — Оди упала на колени с другой стороны. — Не отпускай его! Держи его за руку! Твое сердце... оно должно стать его!

Майк не понимал, что она имеет в виду, но он вцепился в холодную ладонь Уилла так, словно от этого зависело вращение самой Земли.
— Уилл, вернись! — рыдал он. — Пожалуйста, вернись ко мне! Я не смогу без тебя! Ты мой паладин, ты мой лучший друг, ты... ты всё для меня!

В этот момент время словно замедлилось. Внутри сознания Уилла, там, где была лишь тьма и холод, вдруг вспыхнула искра. Это было не колдовство и не монстры. Это был голос Майка. Тот самый голос, который звал его в подвале, который искал его в лесу Лихолесья, который всегда был его путеводной звездой.

Одиннадцать закрыла глаза. Из её носа потекла тонкая струйка крови. Она направила всю свою ярость, всю свою любовь и всю мощь, что у неё осталась, не на борьбу, а на созидание. Она проникала в ту самую пустоту, где раньше сидел Векна, и выжигала остатки гнили чистым белым светом.

Черная субстанция на груди Уилла начала шипеть и испаряться. Она больше не была частью его — она была лишь шрамом, который теперь исчезал.

Вдруг Уилл резко выгнулся в руках Майка. Его легкие с судорожным всхлипом втянули воздух — первый настоящий, чистый воздух, не отравленный Изнанкой. Черная дыра в его груди начала затягиваться, зарастая новой, живой кожей, а по венам вместо черноты побежала горячая, алая кровь.

Майк замер, боясь пошевелиться. Уилл медленно открыл глаза. Они больше не были затуманены. Они были ясными, карими и полными жизни.

— Майк?.. — голос Уилла был слабым, но это был его голос.

— Уилл! — Майк уткнулся лбом в его плечо, содрогаясь от рыданий, но теперь это были слезы облегчения. — О боже, Уилл... Ты здесь. Ты вернулся.

— Я... я видел свет, — прошептал Уилл, его рука робко поднялась и легла на затылок Майка, перебирая его темные кудри. — Это был твой голос. Ты вытащил меня из этой тьмы. Векна... он ушел. Совсем. Я больше не чувствую его. Я чувствую только... тебя.

Одиннадцать обессиленно повалилась на бок, улыбаясь сквозь слезы. Дастин и Лукас, которые всё это время стояли застыв от ужаса, с криками радости бросились к ним.

Изнанка вокруг них начала рушиться. Но теперь это не имело значения. Порталы закрывались, затягиваясь сами собой, потому что связь, которая их питала, была разорвана. Уилл Байерс умер как сосуд зла, но воскрес как человек, свободный и любимый.

Майк помог ему подняться. Они стояли среди обломков, израненные и уставшие, но когда солнце настоящего Хоукинса впервые за долгое время пробилось сквозь редеющие тучи Изнанки, они смотрели только друг на друга.

— Мы одно целое, Майк, — тихо сказал Уилл, сжимая его руку. — Но теперь это наш выбор. Навсегда.

Майк улыбнулся — впервые за долгие годы по-настоящему, — и притянул своего паладина к себе, зная, что теперь их историю уже ничто не сможет оборвать.