когда хочется так сильно, что не хочется разъединяться

Это случилось в один из тех выходных, когда в общаге почти никого не было — все разъехались по домам или на короткие миссии. Только вы вдвоём в комнате, дождь стучит по окну, гирлянда мигает тёплым светом, и воздух между вами такой густой от желания, что дышать тяжело.
Всё началось с обычного поцелуя на кровати.
Но через минуту ты уже сидела на нём верхом, его руки на твоих бёдрах, твои пальцы в его волосах. Он вошёл медленно, глубоко, как всегда проверяя — но на этот раз ты сразу сказала:
— Не проверяй. Просто останься. Надолго.
Он замер внутри, посмотрел тебе в глаза — долго, молча. Потом кивнул.
— Хорошо.
И не вышел.
Вы просто лежали — он на спине, ты на нём, грудь к груди, ноги переплетены. Он был внутри полностью, тёплый, пульсирующий, и вы оба не двигались. Просто дышали в унисон. Ты чувствовала каждое его сердцебиение там, внутри себя. Он гладил твою спину — левая рука холодила позвоночник, правая грела поясницу.
— Не хочу, чтобы ты выходил, — прошептала ты ему в шею.
— Тогда не буду, — ответил он тихо.
Вы уснули именно так.
Он внутри тебя.
Ты обнимаешь его за плечи, он тебя за талию.
Никаких движений. Просто полное, абсолютное соединение.
Вы просыпались пару раз за ночь — каждый раз он чуть шевелился внутри, ты сжималась в ответ, оба стонали тихо, но никто не начинал двигаться по-настоящему. Просто засыпали снова, не разъединяясь.
Утро пришло с мягким светом сквозь шторы.
Ты проснулась первой — почувствовала, что он всё ещё внутри, твёрдый, как будто и не спал. Он открыл глаза, улыбнулся уголком губ.
— Доброе утро.
— Доброе... — ты пошевелилась, и он внутри дёрнулся. Вы оба выдохнули одновременно.
— В душ? — спросил он.
Ты кивнула.
Он встал, не выходя.
Поднял тебя на руки — ты обхватила его ногами за талию, руки на шее. Он пошёл в душ, держа тебя, каждый шаг — лёгкое трение внутри. Ты стонала тихо ему в ухо.
В душе он включил тёплую воду. Стоял под струёй, ты на нём, вода стекала по вам обоим. Он мыл тебя одной рукой — медленно, нежно, другой держал за бедро, чтобы ты не соскользнула. Ты мыла его волосы, целовала шею, плечи. Он был внутри всё время — не двигался, просто оставался. Вы просто стояли, обнимались под водой, иногда целовались, иногда просто дышали вместе.
Потом он вынес тебя обратно — всё так же на руках, всё так же внутри.
Положил на кровать, принёс завтрак (то, что было в холодильнике: йогурт, фрукты, тосты). Сел на стул, посадил тебя к себе на колени — лицом к нему, ноги по бокам. Ты опустилась ниже — он вошёл ещё глубже.
Вы ели так.
Ты кормила его кусочками яблока, он слизывал йогурт с твоих пальцев. Иногда ты двигалась — чуть-чуть, лениво, просто чтобы почувствовать его внутри. Он стонал тихо, обхватывал тебя руками, но не ускорял. Просто ел, держа тебя, оставаясь в тебе.
— Сколько ещё? — спросила ты шёпотом, целуя его в уголок губ.
— Пока не захочешь, чтобы я вышел, — ответил он.
Вы так провели весь день.
Смотрели фильм — ты сидела на нём верхом, спиной к его груди, он обнимал тебя, руки на твоей груди, иногда гладил живот. Фильм шёл, а вы просто были вместе — внутри друг друга, без резких движений, только лёгкие покачивания, когда кто-то из вас шевелился.
К вечеру ты легла на него сверху, лицом к нему, и вы снова уснули — он внутри, ты на нём, его руки на твоей спине.
Полтора дня.
Без единого выхода.
Только соединение, тепло, дыхание в унисон, редкие тихие стоны, когда кто-то из вас случайно двигался слишком сильно.
На утро второго дня ты проснулась и прошептала:
— Теперь... можешь двигаться. По-настоящему.
Он перевернул тебя под себя, вошёл глубже — и наконец начал.
Медленно, потом быстрее, потом жёстко — как ты любишь.
Вы кончили почти одновременно — громко, долго, обнимая друг друга так, будто боялись отпустить.
После он лежал на тебе, не выходя ещё минут десять.
Потом поцеловал в лоб.
— Никогда не думал, что можно хотеть кого-то так сильно... просто быть внутри и не двигаться.
Ты улыбнулась, гладила его по щеке.
— А я думала... и хотела именно так. Просто чувствовать тебя. Всё время.
Он прижался лбом к твоему.
— Тогда... иногда будем так. Просто спать. Просто быть.
Ты кивнула.
— Да. Иногда.
И вы снова уснули — он всё ещё внутри, ты обнимаешь его.
Дождь стучит по окну.
Гирлянда мигает.
А вы — одно целое.