моменты в классе и на тренировках

Айзава объясняет новую тему — командные манёвры в ограниченном пространстве. Он разбивает класс на пары случайным образом (потому что "жизнь не даёт выбирать напарников").
Ты слышишь своё имя и его в одной паре.
— [Твоё имя] и Тодороки.
Класс затихает. Все знают, что вы живёте вместе и постоянно переругиваетесь. Бакуго хмыкает что-то вроде "вот это цирк будет", Мина хихикает, прикрывая рот.
Ты поворачиваешься к Тодороки. Он сидит прямо, руки на парте, взгляд в доску. Ни эмоций.
— Только не вздумай меня заморозить "случайно", — шипишь ты тихо.
— Только не вздумай орать на всю площадку, — отвечает он так же тихо, не глядя.
Айзава даёт задание: нарисовать схему совместной атаки за 10 минут. Вы садитесь за одну парту (потому что места не хватает). Ваши локти почти касаются. Ты чувствуешь холод от его левой стороны — как будто кондиционер включён только на тебя.
Ты начинаешь чертить. Твоя сторона — хаотичная, стрелки везде, пометки цветными маркерами. Его — идеальные линии, расчёты расстояний, углы.
— Это слишком медленно, — говоришь ты, тыкая в его схему. — Если я ударю вот здесь, а ты заморозишь там, то враг просто обойдёт.
— Если ты ударишь слишком рано, то сама попадёшь под лёд.
— Тогда сделай лёд тоньше!
— Тогда используй свою силу точнее.
Вы спорите шёпотом, но спор превращается в... обсуждение. Настоящее. Ты даже не замечаешь, как начинаешь кивать на его предложения.
В итоге схема получается смешанной — твоя агрессия + его контроль. Айзава проходит мимо, смотрит и бормочет:
— Неплохо. Для пары, которая ненавидит друг друга.
Тодороки отводит взгляд. Ты чувствуешь, как уши горят.
На тренировочном поле. Парная битва против роботов.
Поле — разрушенный городок, дым, обломки. Ваша задача — захватить флаг в центре, работая в паре против трёх роботов среднего уровня.
Ты бежишь впереди — твой квирк позволяет быстро маневрировать (допустим, что-то вроде ускорения или телекинеза). Тодороки идёт сзади, прикрывает.
Один робот стреляет лазером — ты уворачиваешься, но второй заходит сбоку и хватает тебя за ногу металлической клешнёй. Ты падаешь, квирк сбивается, боль простреливает лодыжку.
— Чёрт...
Робот поднимает тебя, готовый швырнуть в стену.
Вдруг воздух холодеет. Лёд взрывается снизу — огромная волна, но не хаотичная, а точная: обхватывает только клешню робота, не задевая тебя. Клешня трескается, отпускает. Ты падаешь на землю мягко — потому что Тодороки уже рядом и ловит тебя левой рукой (тёплой).
— Вставай, — говорит он спокойно, но голос чуть напряжённый.
Ты смотришь вверх — его лицо близко, разноцветные глаза смотрят прямо в твои. На миг кажется, что он не дышит.
Ты отталкиваешься, встаёшь. Нога ноет, но терпимо.
— Я в порядке.
— Нет, не в порядке. Опирайся на меня.
Ты хочешь огрызнуться ("я не инвалид!"), но вместо этого... берёшь его за руку. Его левая ладонь тёплая, почти горячая. Контраст с холодом вокруг.
Вместе вы добиваете роботов: ты отвлекаешь, он замораживает пути, ты бьёшь в уязвимые точки. Последний робот падает — флаг ваш.
Когда сирена звучит "победа", класс аплодирует. Мидория кричит "классно сработано!", Урарака хлопает в ладоши.
Ты отпускаешь его руку. Он не сразу отпускает твою.
— Спасибо, — бормочешь ты, глядя в сторону.
— Не за что. Просто... не падай больше так глупо.
Ты фыркаешь, но улыбаешься уголком губ.
— А ты не стой как столб. Мог бы и раньше помочь.
— Я ждал, пока ты попросишь.
— Я никогда не попрошу.
— Знаю.
Он отходит, но перед этим тихо добавляет:
— Но если упадёшь снова... я всё равно поймаю.
Ты замираешь. Он уже идёт к выходу с поля, спина прямая.
А ты стоишь и чувствуешь, как сердце стучит не от адреналина боя.
Вечером в комнате ширма приоткрыта уже на 20 сантиметров.
И никто из вас не пытается её задвинуть.