56 - Panic! At The Disco - Girl That You Love

Отправитель: Марго Браун

"Майкл, мне кажется, что скоро меня снова не будет. Я не чувствую подушечками пальцев экран своего телефона, я будто за стеклом."

Отправитель: Майкл Грейзер

"Мне придти? Ты в порядке?"

Отправитель: Марго Браун

"Я не знаю. Меня беспокоит Сара в последние дни. Я боюсь."

Отправитель: Майкл Грейзер

"Хочешь, я останусь у тебя?"

Отправитель: Марго Браун

"Я просто хочу сказать, что ты мой самый лучший друг, и я люблю тебя!"

Отправитель: Майкл Грейзер

"Это не ответ, а предсмертная записка"

Отправитель: Майкл Грейзер

"Ау? Марго?"

Отправитель: Майкл Грейзер

"Ты сама напросилась. Я скоро буду у тебя. Если Сара что-нибудь сделает с тобой, я ее прикончу."

Майкл в полном недоумении торопился к дому своей подруги, когда толстая стрелка на его наручных часах коснулась девяти. Теплый свет уличных фонарей упрощал ему путь, брызги от луж под его ногами разлетались по разные стороны тротуара, тканевые кроссовки, что Майкл надел впопыхах, с каждым новым метром все больше промокали. В окнах дома уже не горел свет, гараж был закрыт на замок, а из правого окна первого этажа тускло, едва заметно, различалось свечение телевизора из комнаты уснувшей после тяжелого рабочего дня миссис Браун. Но было во всей этой картине что-то необычное, не дающее Майклу покоя. Он насобирал мокрый гравий в руку и по одному стал бросать в окно второго этажа, что ни раз лично пересекал по ночам. Но никакого ответа не было, знакомое лицо не появлялось в тени комнаты. Майкл набирал Марго по телефону, но который раз оставался без ответа. Он был готов звонить в дверь, чтобы разбудить Элизабет, но обратил внимание на кухонное окно. Та самая вещь, что не давала ему покоя. Оно оставалось прикрытым, словно кто-то оставил его так, чтобы вернуться через него позже домой. И беспокоило Майкла только то, что Марго никогда не вылезала через первый этаж, всегда пользуясь окном своей комнаты и крышей гаража. Но вот Сара могла делать иначе.

Майкл обернулся и огляделся по сторонам, стараясь высмотреть в конце улицы живой силуэт, что напомнил бы ему Марго. Но вокруг не было ни души. Лишь чья-то собака пробежалась в тумане ближе к перекрестку, оставляя звонкое эхо по гравию своими лапами.

Вечер нового дня в доме Ансвортов начался с яростных споров брата и сестры, что не могли определиться, кому остаться на ночь ответственным за младших, пока родители находятся в отъезде в Лондоне. Джейд и Грег поутру были вынуждены уехать в столицу для подачи документов в начальную школу-пансионат для двойняшек, за старших оставляя Луи и Мелиссу. И заодно заехать в гости к кузине Джейд и ее мужу. Поэтому пост контроля над Грейс и Грегом планировал растянуться до двух суток. И, стоя на кухне, два неугомонных подростка не могли решить, кто первый вступит в пост. Малышка Грейс втиснулась в спор старших брата и сестры и предложила решить все считалочкой. Луи казалось, что его сестре только дай волю, и она бы все в этой жизни решала с помощью считалок.

Но как только девичий пальчик остановился на Луи, Мелисса радостно взвалила в его руки чемоданчик с детской косметикой и поспешила к себе в комнату.

— Хорошо вам провести время!

Длинные русые волосы подлетели в воздухе, оставляя после себя шлейф сладкой сливы, а Луи нервно цокнул, понимая, что этим вечером ему точно не остаться безнаказанным в детских играх.

Время подошло к десяти, когда анимированный кролик на экране телевизора перевез в свою нору десять морковок, потеряв по пути еще четыре. Он просил юных зрителей посчитать, сколько всего он привез морковок. Луи меланхолично следил за происходящим на экране, пока его веки аккуратными движениями кисточки подкрашивали розовыми блестками. Грег сидел рядом с Луи и разукрашивал картинки в своей раскраске скрипящими фломастерами. А Грейс решила испробовать подаренную на Рождество косметику и сделать своему брату красивый макияж. Она украсила его шевелюру красивой розовой диадемой, нарумянила щеки и дальше занималась глазами. Когда она закончила покрывать тенями второй глаз, в дверь позвонили.

— Мелисса, — крикнул вглубь дома Луи, — открой дверь.

В ответ тишина. Луи повторил, но снова остался без ответа. Звонок прозвенел дважды. И Луи, оставив младших в гостиной, сам поднялся с места и поспешил в прихожую. Но каково было его удивление, когда на экране домофона он увидел перемещающегося с ноги на ногу Майкла. Перепугавшись, Луи забыл о своем внешнем виде и поспешил пустить парня внутрь.

— Я о тебе еще многого не знаю, Луи, — вместо приветствия сказал Майкл, из-под нахмуренных бровей рассматривая макияж парня напротив.

Луи ахнул и принялся наскоро руками оттирать все блестки и тени с лица, но вскоре понял, что у него это не получается, и вернулся к Майклу в диалог.

— Ты же не просто так здесь?

Луи ждал в ответ новости про письма, но явно не то, что тот ему ответил:

— Да, я по поводу Марго.

Луи заметно напрягся. Желваки на его лице заходили из стороны в сторону. Майкл старался быть осторожным, чтобы не сказать лишнего.

— Мне нужна твоя помощь. Я обещаю, что Марго тебе сама расскажет подробно, в чем дело. А я буду немногословен: нужно ее найти.

— Снова игра в прятки? — усмехнулся Луи и стянул с головы диадему. — Я уже научился в нее играть, Майкл. Но наступит день, когда настанет и моя очередь прятаться.

— Предъявляй это сколько влезет Марго, а сейчас перед тобой стою я и серьезно с тобой разговариваю, — Майкл перенастроился на свой привычный для переговоров лад, из-за чего надулись вены на его шее. — Я знаю, что тебе не все равно на нее. Поэтому пришел к тебе, а мог бы делать это один. Нам нужно найти Марго.

Луи уже вслух рассмеялся, заставляя Мелиссу с интересом спуститься в гостиную.

— Пока она ничего с собой не сделала.

Но тут Луи стало не до смеха. Мелисса, подслушав разговор двух парней, поморщилась и отправилась к младшим, чтобы прибавить громкости мультикам на телевизоре.

Луи наскоро смыл всю косметику, растерев до красноты область вокруг глаз. Он передал пост своей сестре, что долго упрямилась, но все же согласилась остаться с Грейс и Грегом. По пути он долго пытался разговорить Майкла, но крупный парень настаивал на своем. "Марго расскажет", — повторял он из раза в раз встревожевшемуся парню. И Луи снова чувствовал себя участником бесплатного квест-шоу, в начале которого ему забыли рассказать про правила.

Парни шагали плечом к плечу. По сравнению с Майклом Луи казался крошечным, несмотря на то, что последний был атлетичен и далеко не дохляк. Ширина плеч Луи могла влезть полтора раза в ширину Майкла, а бицепс парня по толщине походил на бедро Луи.

Спустя семь минут поспешного шага они снова стояли напротив порога Марго. Майкл еще раз попробовал позвонить подруге, слушая гудок за гудком. Он бросил в стекло четыре камешка. И только после этого сказал пугающую даже его самого вещь:

— Надо залезать внутрь.

Луи ошарашено глянул на парня.

— Пробраться к Марго в дом? Как воры?

— У нас нет другого варианта.

— И как ты это сделаешь? Через трубу, как Санта Клаус? — решил пошутить Луи, но лицо Майкла не меняло своей серьезности.

Он подошел к кухонному окну и легким движением руки приоткрыл его, позволяя морозному воздуху накинуться на кухонную утварь. Луи округлил глаза пуще прежнего. Но не успел он и возразить, как Майкл одной ногой уже стоял на подоконнике, руками придерживая шторы. Сидя, он снял с себя обувь, чтобы не нанести грязи и шума. В доме все было залито синевой. В тишине позднего вечера лишь гудел холодильник, а за стеной приглушенно работал телевизор. Майкл помахал в пригласительном жесте Луи.

— Это незаконно, — настаивал на своем Луи, но поспешил повторить за Майклом.

— Я Марго как брат, — прошептал Майкл, — поэтому вторгаюсь вовсе не на чужую территорию.

Как и предположил Майкл, цветочный горшок и тостер, что обычно купались в солнечных лучах на подоконнике, были отставлены на кухонный стол. Значит кому-то и правда понадобилось их убрать, чтобы распахнуть окно.

На цыпочках, не оставляя после себя ни звука, два парня осторожно поднялись наверх по лестнице. Сердце Луи колотилось о ребра с такой силой, что, казалось, могло разбудить всех в этом доме. Когда он проходил мимо двери в ванну, сердце и вовсе намеревалось выпрыгнуть из груди. Ванная комната была не закрыта, а внутри никого не было. Собственно, как и в комнате Марго. Ее телефон лежал на письменном столе, Майкл взял его в руки и прочитал уведомления о собственных же пропущенных сообщениях и звонках. Кровать была идеально заправлена, такого он не видел еще никогда в жизни в комнате своей подруги.

Луи переминался с ноги на ногу на входе, прислушиваясь к происходящему за дверью. Больше всего на свете он боялся, что проснется миссис Браун. Пока Майкл хозяйничал в комнате подруги, проверяя предмет за предметом, Луи, привыкнув к темноте, рассматривал каждую ее личную вещь. И заинтересовали его больше всего пластинки с бледными таблетками. Луи незаметно взял на половину израсходованный пласт конвалюты, чтобы прочитать название.

— Что за таблетки "Вальдо..."? Боже, название обрезано, — спросил он у Майкла, с прищуром глядя на половину пластинки.

Парень сидел на краю кровати и открывал ноутбук Марго. В ответ он лишь пожал плечами. К счастью Майкла, гаджет подруги находился в режиме сна и позволил войти в профиль без использования пароля.

— Луи, какой у тебя ник на фейсбуке? — поинтересовался Майкл, его лицо сияло от света экрана.

— Луи Ансворт. Все просто.

— А кто тогда может быть под ником Zombie Boy?

Луи насупил брови, вернул таблетки на стол и подошел к Майклу. Глаза резало от яркого света, но через силу парень разглядел на экране имя, о котором спрашивал Майкл. Луи тоже было неизвестно, кто такой Zombie Boy. И почему с ним общается Марго от имени какой-то Сары. Обычная игра в прятки уже походила на детективный сериал, на роль в котором Луи не давал согласия. Майкл же, в свою очередь, меньше Луи олицетворял собой недопонимание. Пока Луи вытягивал из сердца иголки ревности при виде незнакомого ему ника, Майкл бегал глазами по сообщениям. И тут, напугав парня, Майкл хлопнул ноутбуком, вновь оставляя комнату в темноте.

— Нам срочно надо в другой конец города. Как же хочется сегодня почесать кулаки.

***

Двумя часами ранее Сара очнулась в своей комнате, сидя на незаправленной кровати и держа в руках смартфон Марго. Он разрывался от входящих сообщений, и девушка откинула его в сторону. Последним самым четким воспоминанием было то, как она перевернула вверх дном комнату и сходила с ума от приступа мигрени. По ощущениям и состоянию окружающих ее предметов, с тех пор прошло пару минут: в комнате царил все такой же хаос, чехол ее гитары и уличная одежда лежали там, где Сара их в последний раз оставила, а за окном было также темно из-за давно ушедшего за горизонт солнечного диска. А фактически – с тех пор прошло несколько дней.

Сара наскоро убралась, кинула на фейсбуке Кристу пару сообщений, зная, что до полуночи он их не прочитает, и спустилась на кухню, чтобы проверить, чем занята Элизабет. На кресле в комнате женщины лежали скомкано колготки и офисная юбка. Переодевшись в свой домашний серый халат, даже не смыв макияж, Элизабет уже тихо сопела у себя в кровати. На фоне негромко транслировал свежие новости телевизор, яркими вспышками озаряя спрятавшуюся в вечернюю темноту спальню. Сара на цыпочках подобралась к пульту, чтобы убавить звук, взяла с кресла плед и аккуратно накрыла им свою мать. Затем покинула комнату, плотно закрыв за собой дверь.

Несмотря на пропажу личного дневника, Сара не торопилась сообщать всем о том, как она унижена. Она не понимала, почему не изъявляла желания закрыться в ванной и покончить с этим позором раз и навсегда. Она стала терпеливее к себе за последние месяцы, более сдержана и, как странно это для нее самой звучало, жизнелюбива. Девушка стала замечать и отслеживать, что хорошего происходило в ее жизни, и начала копить приятные воспоминания. Отдельные от эго Марго. Теперь ее жизнь походила не на детали несобранного конструктора, а на что-то логичное и красивое. И именно эта тяга к полноценной жизни, о которой раньше Сара могла только читать в книжках и слушать в песнях, делала ее сильнее этим вечером. И хоть шрамы от ран остаются с человеком навсегда, раны от них все равно рано или поздно затягиваются.

Маленькие черти начали пляс в кудрявой голове. Своим танцем они созывали Сару совершить что-нибудь нечестивое. И, пользуясь случаем, девушка покинула дом, чтобы отправиться по уже изученному ей маршруту. Спустя час холодные от вечернего ветра пальцы перебирали натянутые струны гитары. Под каждое их движение подстраивался приятный, бархатистый голос Криста.

Поздним вечером Сара, Шерил и Крист решили сочинить что-нибудь совместно, переплетая три острых ума в одно целое. Сара держала под языком цветную марку и мотала головой в такт бьющей по покрасневшим ушам музыке. Предметы обихода словно подтанцовывали ей, а обшарпанные стены начали отдаляться.

— Обычно я это д-делала не для удовольствия, а чтобы с-с-сдохнуть, — рассмеялась Сара, отложив гитару в сторону.

— Все мы рождаемся, чтобы умереть, Кудрявая, — запел Крист, удерживая меж зубов толсто скрученный дымящийся сверток, и протер бокалы для виски махровым полотенцем. — И то, как скоро это случится, ты сама выбираешь в процессе. Не стоит считать на пальцах пережитые тобой грехи, чтобы прикинуть время смерти. Ибо рождение – это уже большой грех.

Сара откинула голову к стене, сильно ударяясь затылком. Она задумалась над словами Кристофера, и его философия ей чертовски нравилась. Шерил поддержала своего друга, перехватывая гитару в худощавые бледные руки. И на всю квартиру тотчас раздался мелодичный, всем знакомый мотив "Where Is My Mind?" в прекрасном исполнении Шерил.

— Ну что же ты приуныла, Кудрявая, — позвал Крист, отложил начищенные, блестящие при свете ламп бокалы и протянул Саре свою смуглую руку. — Давай скорее танцевать.

Перед глазами все плыло, квартира в миг стала пестрой и красочной, от чего хотелось постоянно щурить глаза. Но эта рука перед ней. Она была самой четкой, самой реалистичной в ее глазах. Сара поддалась вперед, ухватывая Криста за ладонь. Его кожа была слегка шершавой, но для Сары под действием марки казалась, как наждачка. Тепло его рук проникло под тонкую кожу девушки, расплываясь по венам и согревая все живое внутри нее. Девушка поднялась, и ноги едва не подвели ее. Крист был выше Сары на голову и дымил прямо ей в макушку. А шоколадные кудри изредка цеплялись за смоляную щетину молодого парня. Они плавно двигались, крепко удерживая друг друга, пока Шерил во весь голос, прикрыв глаза, напевала знакомые им строчки припева.

— Where is my mind? — пропела девушка.

И Крист ухватил Сару за тонкую, неказистую талию.

— Where is my mind? — повторила Шерил.

И его теплое дыхание за девичьим ухом вызвало табун приятных мурашек.

— Держи, — прошептал Крист, свободной рукой передавая из своего рта недокуренный сверток Саре.

Девушка была совсем не против. Она сделала длинный затяг, а голову закружило, как на американских горках. Шея казалась такой тонкой и воздушной, словно сшитой из нитей, и тяжелая голова болванчиком ходила из стороны в сторону, волочащимися кудрями щекотя обнаженные ключицы Криста. Они курили один сверток на двоих, кружась в танце и сбивая вокруг себя на пол предметы с мебели. Сара нагло повисла на плечах Криста, уткнувшись в него своим горячим и слегла вспотевшим лбом. Парень подловил ее, крепко обхватывая то за талию, то за бедра, и повел к дивану.

— Кудряш, нельзя спать, — скомандовал он и, придерживая большой ладонью мягкую шевелюру на макушке, уложил голову Сары на подушку.

Шерил уже давно бессвязно что-то бурчала под сумбурные перебирания шести струн, словно пересчитывая их. Крист боролся с раздвоением лица Сары в собственных глазах. Он даже не представлял, как его помутнения зрения были правдивы в трезвости сознания. Он пытался ухватиться взглядом за каждую расслабленную часть фарфоровой кожи девушки, за ее покусанные трепещущие губы.

— Можно я поцелую тебя? — прошептал Крист, обжигая своим дыханием кожу Сары.

Девушка не находила сил, чтобы ответить. Все вокруг уже давно потеряло свою материальность и значимость. Сара и представить себе не могла, в какой коктейль смешаются принятые ею лекарства и антидепрессанты с запрещенными веществами из рук Криста. Она лишь то приоткрывала, то снова смыкала иссохшие губы. Шершавые пальцы прошлись вдоль гладкой женской щеки, пряча свисающий локон за ухо. И в голову отрекошетил стук во входную дверь.

— Крист, ты кого-то ждешь? — промычала под нос Шерил.

Парень молча поднялся с колен, стараясь сфокусировать нетрезвый взгляд на мебели вокруг. Громкие удары в дверь не прекращались, а лишь отбивали в голове все сильнее с каждым шагом. Дверного глазка в квартире не было, поэтому Крист одним смелым движением распахнул в подъезд дверь, во всей своей красе вытягивая перед полуночными гостями обнаженные крепкие руки.

— Где Марго? — серьезно спросил Майкл.

При одном взгляде на темноволосого незнакомца, забитого татуировками чуть ли не до подбородка, он понял, что перед ним тот самый Zombie Boy.

— Марго? — переспросил парень в попытках сфокусироваться на двух силуэтах в неосвещенном сыром коридоре. — Я таким не торгую. Травка, таблетки, марки...

— Я еще раз тебя спрашиваю, умник, где Марго? — уже громче повторил Майкл и своей крепкой рукой ухватился за дверной косяк.

— Че? Вы вообще кто?

Крист понял, что два парня пришли не с целью купить у него товар. Но зачем тогда – совершенно не понимал. Майкл, воспользовавшись случаем, резко и прицельно усадил свой давно чешущийся кулак в горбатый нос парня напротив. Криста развернуло на девяносто градусов, и он чуть не завалился на холодный и битый кафель своей прихожей. Луи нервно поглядывал из-за спины Майкла за происходящим, то и дело устремляя взгляд вглубь накуренной квартиры. В темный коридор стыдливо выползал дымок, будто бы испугавшись нежданных гостей и сметая с места улики.

Майкл толкнул ослабевшего парня внутрь и размашистым шагом зашел в квартиру. Луи мелкими шагами поспешил следом. Сердце в груди было радо выскочить, но стучало до последнего. До того самого момента, пока голубые глаза не увидели слабое тело на диване. И все вокруг словно поставили на паузу. Луи позабыл, как дышать. Его девушка лежала на диване, совершенно не двигаясь. Ее бледная рука свисала к полу, а кудри россыпью раскинулись по подушке. Лицо было бледным, как те самые таблетки на ее столе, а лоб испещрен бисеринками холодного пота.

Пока Майкл прижимал Криста в прихожей, старательно вытягивая из него всю информацию, Луи опустился на колени перед Сарой и пустил холодные пальцы меж ее кудрявых каштановых волос.

— Мне кажется, я сошел с ума, — истерически рассмеялся он.

— Луи, я звоню в скорую, — послышалось откуда-то из коридора.

Но Луи было все равно. Он смотрел сквозь слезы на умиротворенное, но такое болезненное лицо перед собой. Губы, которые не так давно сливались в едином танце с его собственными, сейчас совершенно не шевелились. Сара уже давно уснула в подсознании девушки, оставляя Марго на границе жизни и смерти. Поступок за поступок. Вселенная любит баланс.

Луи вынес Марго на руках, чувствуя в себе невероятный прилив силы на адреналине, какого не испытывал никогда ранее, даже на финальном матче перед значимым для него голом. Огни желтой машины скорой помощи мигали в тени вечера, озаряя окна первого этажа многоквартирного дома яркими и быстро сменяющимися вспышками. Девушка была обездвижена, и внутри Луи все снова замерло. В моменте, передавая ее в руки ассистенту скорой помощи, он ощущал с девушкой удивительно сильную и крепкую связь. И все недомолвки и игры в прятки казались теперь пустяковыми.

Луи и Майкл провели ночь в больнице. Марго приводили в сознание в одной из приемных. Врачи и медсестры мельтешили туда-обратно перед лицами парней, не оповещая их о самочувствии Марго. Спустя три часа пребывания на скамейке ярко освещенного больничного коридора, Майкл заснул. Луи видел издалека измученную, сонную миссис Спаркс, что вызвали по ночному звонку на работу. Пару раз в поле зрения появлялась бледная, как смерть, миссис Браун, бегающая от медсестры к медсестре. Что-то внутри Луи снова забурлило от злости, он подлетел со места и спустя мгновение уже стоял рядом с терапевтом своей подруги.

— Что с ней не так? Пожалуйста, расскажите, что с ней не так? — громко умолял Луи, сотрясаясь от злости.

Оливия напугалась от внезапного появления Луи. Его мешки под покрасневшими глазами казались такими тяжелыми, тянущими вниз уставшие веки. Она постаралась тихонько ухватить юношу за плечо, чтобы успокоить. Но Луи пуще прежнего раскричался, совершенно не заботясь о времени на часах.

— Почему мне угораздило полюбить именно ее?

Проснувшийся от криков Майкл уже стоял рядом с ними и пытался на пару с Оливией успокоить своего товарища. На шум сбежались медсестры и Элизабет. Луи не сдержался. Он заплакал. Впервые за долгие месяцы горячие слезы покинули его уставшие глаза и, скатываясь по щекам, оставили соленые дорожки на пористой коже. Его тело ослабло, а ноги подкосились. Майкл держал его за плечи, пока женская рука из толпы протягивала парню пару таблеток успокоительного и стакан воды.

Спустя десять минут Луи уже сидел в белом кожаном кресле напротив миссис Спаркс. Ее тусклая настольная лампа была единственным источником света в терапевтическом кабинете этой ночью. И под теплыми лучами заплясали пылинки, потревоженные вошедшими людьми. Глаза предательски щипало то ли от нехватки сна, то ли от пролитых слез. Сил совершенно не осталось к концу дня, и Луи еле открывал рот, чтобы ответить терапевту.

— Поэтому мы решили сами туда пойти, — сообщил в конце истории парень, пока миссис Спаркс внимательно его слушала и изредка что-то записывала в блокнот.

— Было в поведении Марго что-то ей не свойственное?

— Понятия не имею. Если лежать без сознания – ей не свойственно, то, да, было.

— Полиция уже выехала по указанному адресу, — сообщила Оливия и откинулась на спинку кресла. — Дальше будет ясно, что это за люди, и почему Марго была с ними. Спасибо, что поделился своей версией произошедшего. Это очень важно для меня и для Марго.

— С ней все будет хорошо? — с толикой надежды в глазах спросил Луи.

— Конечно. Пока ты веришь в это, все с ней будет хорошо.

***

— Крист, только на одну ночь, не более! И чтобы завтра утром тебя со всеми твоими котомками здесь не было.

После того, как машина скорой помощи развернулась и с воем сирены умчалась вдоль шоссе, Крист и Шерил стали наскоро сгребать в одну кучу все запасы товара из их шкафа. Крист моментально отрезвел после удара в нос. Изредка его потирая, парень закрыл молнию дорожной сумки. Спустя двадцать минут после того, как полночные гости покинули их квартиру, она выглядела бесхозной и чистой. Словно в ней никто ранее не жил. Все важные вещи были закинуты в дорожные сумки и рюкзаки, а смуглые кулаки сжимали две наполненные товаром сумки. Было решено эту ночь провести в доме напротив, у друга по району.

Стивен, так звали парня, что сонно открыл дверь двум своим друзьям, был озадачен краткой историей Криста, но добродушно согласился им помочь. Почесывая рукой заплывший зад и еле перебирая ногами по холодному кафелю кухни, небритый мужчина сказал:

— Копы были у меня на прошлой неделе. Поэтому этим сумкам в моей квартире точно не место. У меня осталось последнее предупреждение, иначе буду мерить шагами не свою кухню, а тюремную камеру.

— Завтра нас и этих сумок здесь уже не будет, поверь мне, бро, — умолял своего друга Крист, сидя за маленьким столом и попивая из чумазой кружки крепкий черный чай.

— Крист, смотри, — перебила его Шерил и указала тонким пальцем за заляпанное окно.

В их квартире по очереди загорался свет в комнатах. Трое молодых людей наблюдали за этим с пятого этажа соседнего дома. Кристу и Шерил не зря пришло в голову убраться подальше, так как обыска было не избежать. Пока в их самом родном и до того безопасном пристанище переворачивали все вверх дном в поисках психотропных веществ, Крист думал о том, что это его первый раз, когда копы сели на хвост.

— Помню я свой первый раз, — загадочно проговорил Стивен, с улыбкой глядя в окно, — лицо в пол, руки за голову. В спину утыкается чья-то нога в берце. А кипиша то сколько подняли из-за двух пакетиков кокса, аж самим смешно стало.

— А что с Сарой? — спросила у своего друга Шерил, отводя уставший, еще слегка замутненный взгляд от окон их квартиры.

— Эти укурки ее с собой забрали. Я понятия не имею, кто это.

— Сара – твоя новая телка? — спросил у парня Стивен.

— Нет, — ответил Крист и потер переносицу двумя пальцами. — Просто подруга по несчастью.

— Осторожнее надо быть с такими подругами. Кто знает, какое еще у них за плечами несчастье, кроме обыска хаты.

И всем этой ночью было не до сна. Ведь Шерил и Кристу нужно было думать о том, что делать дальше, пока не уляжется неразбериха с Сарой и полицией.

***

Луи очень хотел спать под действием успокоительного. Но ждал до последнего, одиноко сидя на больничной лавке, пока Майкл рассказывал свою версию произошедшего вечером миссис Спаркс. Глаза слипались, собственное тело совсем не слушалось его. Но до тех пор, пока двери приемного покоя не распахнулись.

Оттуда на каталке медсестра медленно выкатила прикрытое до бледных щиколоток простыней тело. Луи не мог поверить своим глазам. И вновь на них накинулась пелена слез, а из-за собственного крика он не слышал уже ничего вокруг себя. Ведь этой ночью Марго умерла.

Пыль на асфальте.

Это то, что оставлю я после себя.

Вкус сладкой ваты

На языке последнего, кто помнил тебя

Такой виноватой

Перед всеми всегда, уголки теребя

Пустоватой

Души, но наполненного сердца для тебя и себя.

Пыль на асфальте.

Разлетится по ветру с приходом весны.

Вкус сладкой ваты

Растает как самые сладкие сны

Со слегка горьковатым

Послевкусием удара последней струны.

Я тебе не сыграю.

И больше меня ты ночами не жди.