Глава 30

Давление было поистине чудовищным, и Мо Тянь все ещё не может поверить, что в такой критической ситуации он способен не только здраво мыслить, но и в целом прибывать в сознании.

Подавив стон, младший ученик Гуан Яна скривился, уткнувшись лицом в сырую землю. Мышцы сводило от напряжения, отдаваясь глухой болью где-то на задворках сознания, однако Мо судорожно вздохнув, закрыл глаза, успокаиваясь.

Мягкая ци неровным потоком омывала сузившиеся от чужой всепоглощающей ауры духовные каналы, мягко расслабляя тело юного заклинателя.

Разумеется, он был наслышан о Великом Владыке Демонов. Когда Тянь ещё был ребенком, готовясь только-только вступить в мир заклинателей посредством выбора своего Учителя, Го Хуань на правах старшего дяди всячески старался переубедить неразумное дитя, используя крайне подлые методы — запугивания.

Мужчина ежедневно выводил ребенка на прогулку, рассказывая о том, каким поистине ужасающим является мир, в который его глупый племянник так норовит войти. И каждая такая прогулка заканчивалась остановкой у места заточения Короля Демонов. Если говорить кратко, то плач четырехлетнего Мо Тяня слышала почти вся школа.

Подобное не могло не оставить след в сердце дитя и лишь с возрастом, этот страх позабылся, спрятавшись глупого в душе юного заклинателя, дабы в самый неподходящий момент вылезти наружу.

Сейчас же, Мо лишь криво усмехнулся, понимая, что его дядя в действительности мог стать крайне богатым и известным человеком, выбери тот поприще писателя.

Еще, будучи ребенком восьми лет, Мо впервые усомнился в словах своего старшего дяди, понимая, что тот, желая добиться своей цели, всячески приукрашивал их с Учителем Гуан Яном битву против Инь Сы Сюаня. Разумеется, то, что предстало перед его лицом, не было столь отвратительным и ужасающим монстром с пятью ликами, но в чем не соврал Го Хуань, так это в силе Владыки.

Мо Тянь был уверен, что этот мужчина выпустил свою ауру не на полную мощь. Именно в этом они с Гуан Яном были похоже. Припугнуть, но не нанести вред телу и духу.

— Пташка, — мягко, с толикой грусти позвал Сы Сюань, вынуждая Мо Тяня открыть глаза.

Птица, услышав зов своего хозяина, подбирается, даже взгляд ее становится более серьезным и твердым, переставая быть столь глупым, однако спустя секунду он вновь становится таковым, стоит ей понять, что драгоценный Король звал вовсе не ее. От зависти и раздражения, она яростно цепляется маленьким клювом в шелковые пряди, желая привлечь внимание, однако Инь Сы Сюань слишком занят, дабы заметить это.

Мо Тянь только успокоившись, вновь начинает дрожать стоит ему понять, кому адресован этот грустный наполненный безграничной любовью и печалью зов...

В той стороне, куда смотрел демон стоял его шисюн!

Цин Юэ в своем невинном очаровании глупо хлопал ресницами, а после тихо охнул, стоило демону оказаться рядом.

Сперва юноша действительно испугался ревности и праведного гнева демона, но заметив, как дрожали его руки, которыми он аккуратно и боязливо притянул его к себе крепко обнимая, успокоился, почувствовав облегчение и странную грусть.

Мягко зарывшись лицом в иссиня-черные волосы своей Пташки, Сы Сюань судорожно вздохнул, втягивая носом запах своего возлюбленного, он с горечью улыбнулся, закрывая глаза.

Цин Юэ все ещё не понимая, откуда взялась эта печаль, так же аккуратно обнял мужчину в ответ. Горячее дыхание, опалившее его шею, мягко щекотало, отчего по всему его телу пробежалась легкая дрожь.

— Пташка, мне страшно, — севшим голосом шепчет Сы Сы, крепче сжимая юношу в своих объятиях. — Я действительно в ужасе...

— Все хорошо, — вторя его шепоту, выдыхает Цин Юэ, поглаживая широкую спину демона своей тонкой рукой.

Сы Сюань поднимает голову и Цин Юэ внутренне содрогается, чувствуя, как сжимается от боли его сердце.

Великий Владыка Демонов, беспощадный и непредсказуемый в своих действиях выглядел так, будто вот-вот задохнется от не пролитых слез. Даже его глаза, ранее горящие алым убийственным светом, сейчас померкли. Весь вид мужчины говорил о том, каким несчастным и потерянным он чувствовал себя.

— Прости, Пташка...

Цин Юэ хочет улыбнуться и сказать, что извиняться тому не за что, однако сразу же замолкает, стоит ему открыть рот.

Лёгкий, почти невесомый поцелуй в лоб, и такой же почти незаметный тычок в акупунктурную точку...

«Не смей!» — мысленно кричит юноша, чувствуя подступающую панику.

Все тело вмиг становится деревянным, не позволяя даже пошевелить и пальцем...

Он извинялся не за то, что сделал... А за то, что сделает!

Взглянув на широко открытые глаза юноши, из которых уже вовсю бегут горячие слезы, Сы Сюань тяжело выдыхает, а после бросается за спину Цин Юэ.

Сяо Нин покачиваясь на месте, сжал только что призванную саблю в руке, чувствует переполняющий его гнев, вскидывая голову, а после, в последний момент подставляет руки, защищая голову.

Точный удар приходится в блок, задевая ухо, которое тут же, как и руки начинает обильно кровоточить.

— Терпи, — грубо и холодно выплевывает Инь Сы Сюань, продолжая атаковать, и Сяо Нин, глядя на спину застывшего Цин Цина, послушно поджимает губы, стараясь подавить болезненные стоны.

Цин Юэ же чувствуя, как паника черными от крови когтями вспарывает ему грудную клетку, сжимая трепещущую душу в своей омерзительной тощей руке, задыхается.

«Система!» — кричит он истошно и надрывно. «Система, умоляю, сделай что-нибудь, прошу! Он убьет его! Он убьет Сяо Нина! Умоляю... Хоть что-нибудь...»

Система, слушая рыдания своего хозяина, и сама готова была сойти с ума, от той боли, что испытывал ее Цин Юэ.

За все время, которые она провела с юношей, она впервые видит его таким напуганным и жалким.

Слезы, словно прозрачные алмазы катятся по бледным от страха щекам, задерживаются на краткое мгновение на остром подбородке, а после безжалостно разбиваются о землю. Именно так себя чувствовал Цин Юэ — разбитым.

Система, напуганная и растерянная, сбивчиво старалась успокоить своего хозяина, который то без остановки умолял помочь, то срывался на истошный крик, мысленно сходя с ума от страха и беспокойства, однако все ее попытки были тщетны.

Разумеется, она не в силах была помочь не своему хозяину, ни страдающему от мощных атак демона Сяо Нину.

Сы Сюань хмурится и недовольно поджимает губы, глядя на то, как неприглядно Хэ Сяо Нин пытается встать.

— Ты слаб, — смотрит холодно, с явным презрением, а после вновь бьет в грудь, игнорируя незащищенную голову.

Сяо Нин тихо мычит от боли, лежа на земле, он с ужасом понимает, что демон прав.

Слабый...

Его руки сжимающие рукоять сабли слабо дрожат. Все тело ломит и пульсирует, а противный гул в голове мешает собрать все мысли в кучу.

— Скажи, — бросает демон, присаживаясь на корточки. — Каким образом, ты собирался защищать его? Жалкое подобие на заклинателя вроде тебя не достойно именоваться его супругом, понимаешь?

Сяо Нин слабо дергается и шумно выдыхает, стоит холодным пальцам Владыки Демонов коснуться его лица. Большим пальцем, мужчина грубо утер кровь с аккуратной родинки, а после слегка надавил на нее, поглаживая.

«Наш сяо Сяо — гений, так ведь, Господин Лан?»

«Мой сын станет великим заклинателем!»

«Что ты делаешь, сяо Сяо?! Не трать свое драгоценное время на глупые игры! Выбрось это немедленно!»

«Матушка, я закончил с медитацией, можно мне пойти с гэ?»

«Пойти с этим поганцем? Забудь! Послушай, сяо Сяо, ты надежда и будущее нашей семьи, понимаешь? Придет время и ты станешь главой школы Западного Ветра — одной из сильнейших школ нашего континента. Подумать только, у тебя будет все самое лучшее, тебя будут уважать и бояться. Однако чтобы достичь желаемого, нужно хорошо потрудиться, понимаешь? Хорошо, а теперь пойди и потренируйся в стрельбе из лука. Твои навыки оставляют желать лучшего...»

— Этого не достаточно, — говорит Сы Сюань, вставая. — Делаешь вид, что ты стараешься из-за всех сил, не стараясь вовсе... Сейчас результат удовлетворяет тебя? Ты доволен тем, что имеешь?

Хэ Сяо Нин плотно поджимает губы, злобно глядя на поднявшегося на ноги демона.

— Хорошо если так, — слабо улыбается Инь.

Удар приходится прямо по ребрам, отчего те, издают громкий хруст, ломаясь.

Цин Юэ прошибает холодный пот и ужасающий страх разинув свою пасть, наконец, дождавшись пока его жертва полностью выбьется из сил, проглатывает обезумевшего юношу целиком.

Монстр, именуемый ужасом, точно умелый, опытный марионеточник, дергает за веревочки, и Система готовая поклясться, что слышит, как рвется последняя ниточка здравомыслия своего хозяина, испуганно кричит.

— Ваше Высочество, — вмешивается дева Инь. — Массив скоро рухнет.

Сы Сюань лениво машет ей рукой, говоря:

— Повеселитесь там, — а после вновь возвращается к лежащему на земле юноше.

Наклонившись, мужчина вырывает из рук юноши саблю, рассматривая ее с крайней брезгливостью, кривит губы.

— Неудивительно, что ты такой слабак.

Сяо Нин, точно в замедленной съемке наблюдает за тем, как его оружие в руках ненавистного ему демона, легко, словно сделана из бумаги, с легким звоном ломается, осыпаясь на землю изувеченным, непригодным металлом.

Та в последний раз жалобно гудит, затихая, словно прощаясь и прося прощение.

Их связь, построенная на протяжении долгих лет, также легко, но мучительно обрывается, отчего юноша, схватившись за сердце, выплевывает большой глоток крови, а после ещё один.

Хрипы и противное бульканье, мешают юному адепту Западного Ветра дышать, а боль от потери духовного оружия все еще отдается жгучей болью, словно ожег от клейма.

Запах крови, густой и неприятный бьет в нос. И Сяо Нин в какой-то момент понимает, что не только его одежды, но и он сам весь в своей собственной крови.

Приходит раскаяние.

Если бы я хотел стать сильнее ещё тогда... Возможно, сейчас у меня действительно был бы маленький, ничтожный, но шанс...

Демоница вместе со своим братом и отрядом демонов вмиг исчезают, скрывая свои силуэты в толще пыли смешанной с фиолетовыми миазмами.

Адепты все еще лежат неподвижно, также как и Лин Кан.

— Слушай сюда, — командует Мо Тянь, проползая к своему шисюну вплотную, потянув того за грязные одежды. — Сейчас я освобожу тебя, и ты сразу убегаешь, понял?

Цин Юэ смотрит на него огромными безумными глазами, и Тянь на секунду теряется, испугавшись подобного зрелища.

Нажав на акупунктурную точку, младший ученик пика Жизни тянет руку, стараясь ухватить своего старшего за рукав, дабы увести его в безопасное место к Бай Цзи.

Насколько он понимает, массив, о котором они только что говорили, это место где удерживают старшее поколение заклинателей.

А значит, помощь скоро будет. Главное потянуть немного время! Учитель, поторопитесь!

Разумеется, Тянь не был столь глупым. Посему он прекрасно понимал, что этот крайне опасный демон сейчас сдерживается, не желая убить или покалечить Хэ Сяо Нина. А все потому, что его цель не адепт школы Западного Ветра!

Вот только моего шисюна тебе не видать, ублюдок!

Рука, тянущаяся за рукавом, неожиданно ловит воздух, и Мо Тянь расширив глаза от удивления, смотрит, как срывается с места его старший, опасно пошатываясь.

— Ши Цин Юэ! — кричит Мо Тянь, ударив по земле рукой. — Вернись сейчас же!

Кровь, попавшая в глаза подсохла, отчего длинные ресницы Сяо Нина слиплись, отказываясь отпускать друг друга. Однако юноша прекрасно знает, кто сейчас стоит перед ним.

Через щель между слипшимися ресницами, белым пятном маячит стройная спина его Цин Цина и Хэ Сяо Нин впервые чувствует себя настолько беспомощным. Прямо сейчас, теряя сознание, он хочет убить себя самого за слабость и проявленное высокомерие.

— Хватит! — истошно кричит Цин Юэ, расставив руки в стороны. — Остановись сейчас же!

Сы Сюань впервые в жизни вздрагивает, глядя в решительные глаза юноши напротив, в которых помимо этого плескаются множество других эмоций, видеть которые Инь Сы Сюаню намного больнее, чем он себе представлял.

Закрыв собой бессознательного Сяо Нина, юноша выглядел подобно обезумевшей матери-медведицы, что удавив себя, но защитит свое дитя, чего бы ей этого не стоило.

— Хватит, умоляю! — вновь срывается на крик, глядя затуманенными от слез глазами.

Сы Сюань и сам готов разрыдаться, бросившись в ноги юноши, умоляя о прощение.

Подойдя ближе, мужчина неожиданно резко наклоняется, когда на вид хрупкий Цин Юэ, словно стальными клешнями хватает его за ворот одежд обеими руками, яростно дергая его в разные стороны.

— Ты слышишь меня? Хватит! Посмотри, что ты наделал!

— Пташка, — выдыхает демон, не сопротивляясь. Его красивые черты лица искажаются от душевной боли, но мужчина продолжает смотреть на рассвирепевшего юношу, что роняет свои прозрачные, сияющие чистотой слезы на грязную, некогда святую землю, которую сам демон и его подчиненные осквернили подошвой своих сапог.

— Прости...

— Прости? — гневно переспрашивает Цин Юэ, продолжая трясти свое золотое бедро. — Прости? Ты чуть не убил его! Засунь свое «прости» знаешь куда?!

Казалось, что от гнева и страха пережитого за последние минуты, Цин Юэ готов был свалится с ног. Сы Сюань все ещё выглядя порядком опечаленным и виноватым, мягко придерживает, а после вовсе сжимает юношу в своих объятиях.

Мо Тянь расширив глаза, бросился вперед, призывая свой меч, готовый сражаться насмерть.

Тело демона мягко осветилось золотым свечением и Цин Юэ лишившись всяких сил, точно растворяясь, медленно исчезал в своеобразном портале.

***

Иссиня-черные волосы главы Го мягко трепетали на легком ветерке, однако сталь в обычно добрых и нежных глазах явно портила всю красоту момента.

Только выбравшись из странного массива, заклинатели пришли в ярость, поняв, во что превратилась школа Небесного Змея за время их отсутствия.

К сожалению, несмотря на то, что благодаря Линхунь Бушоу им удалось выбраться, это заняло достаточно много времени и сейчас, очутившись в центре на базальтовой арене, Хуань стиснул зубы, глядя на то, как неровным строем к ним приближались демоны.

— Всех до единого, — четко говорит Го Хуань, сжав в руке бессмертный меч. — Убить!

А после и сам, точно молния, бросается вперед.

Цин Юй впервые видит этого человека в ярости и невольно покрывается мурашками, несмотря на то, что и самого его обуревают множество эмоций.

Кровь брызгает со всех сторон, где проносится лезвие его меча, пачкая светлые торжественные одеяния в темно-алый, но Глава Го, будто не замечая этого, с горящими жаждой крови глазами, кружит в смертоносном танце, обезглавливая несколько демонов за один взмах.

Цин Юй и множество других заклинателей, подхватив настроение своего товарища, также быстро вступают в бой.

Один лишь Лан Фан вдруг понимает, что с тех самых пор как они вышли, он не видел и следа Гуан Яна.

Не прошеная мысль быстро занимает его сознание.

Неужели он остался там?

Однако уже через пару минут, мужчина благополучно забывает о нем, вступая в ожесточенную битву.

Тем временем, А-Юань смотрит жадно на сильного и свирепого мужчину, влюблено вздыхая, сидя на покосившемся дереве.

— Ах, словно живой Асура, — улыбается юноша, чувствуя, как жар прилипает к нежным щекам, а после ловко спрыгивает с ветки, стоило дереву опасно отлететь далеко в сторону от очередной атаки взбесившегося Го Хуаня.

— Если бы Вы пригласили меня присоединиться к Вам, уважаемый Глава школы, я бы спустился и сам. Не стоило поступать столь грубо. Хотя, — застенчиво улыбается юноша. — Таким Вы мне нравитесь больше.

— Снова ты, — усмехается мужчина. — Я уж понадеялся, что та рана была для тебя решающей.

От этих слов, юноша вспыхивает еще сильнее, делаясь до неузнаваемости мягким.

Казалось, будто даже тело юноши при встрече с Го Хуанем стало более гибким и соблазнительным.

— Глава Го думал обо мне все это время?! Я так счастлив, ах!

Последовал очередной сокрушительный удар. Обломки камней, смешиваясь с пылью, не раз причиняли неудобства товарищам Го Хуаня, попадая им в разные части тела, однако мужчина не обращал на это никакого внимания.

Много лет назад, когда он еще был старшим учеником, Владыка Демонов вместе со своим братом и сестрой учинили в их школе самый настоящий хаос, вынуждая запечатать Инь Сы Сюаня. Именно тогда Го и встретился с этим юношей впервые.

Такой же красивый и гибкий, он ловко уворачивался от атак, дразня будущего Главу школы Небесного Змея.

И вот он вновь стоит перед ним, такой же ловкий и гибкий как прежде.

Нет, он стал еще более шустрым.

Напрягаясь всем телом, мужчина смотрит на облако пыли, зная, что тот определенно увернулся.

Однако стоит холодным нежным пальцам провести по его шее, мужчина тут же деревенеет, чувствуя, как стройное юношеское тело прижимается к нему со спины.

— Глава Го, — сексуально тянет юноша, опаляя нежную кожу мужчины горячим дыханием. — Не будьте таким холодным.

А-Юань быстро отскакивает назад, уворачиваясь, а после обиженно надувает губы, искренне ругаясь:

— Я же знаю, что у Вас никого нет! Я тоже берег свое тело и душу для Вас! Так в чем проблема?

— В чем? — цедит сквозь зубы мужчина, готовясь к очередному выпаду. — Ты демон, напавший на мою школу!

— Я никого не убил! — в противовес ему, цедит юноша, продолжая ловко, словно змея уворачиваться.

— Еще бы ты посмел! — острие меча опасно проносится в сантиметре от персикового глаза юноши и тот, усмехнувшись, точно также как и его старший брат, вальяжно поправляет волосы, говоря:

— Я понимаю. Дело в том, что Глава Го любит женщин. Так и это не проблема! — широко улыбается демон, демонстрируя тигриные клыки.

Щелкнув пальцем, нежный облик юноши сменился. Теперь перед Го Хуанем стояла юная красивая женщина.

— Я могу стать для Вас кем угодно,— звучит невинно и застенчиво.

Однако Го Хуань уже не обратил внимание на него, стоило вспыхнуть в небе сигнальному огню семьи Мо.

А-Тянь!