Глава 20
Тонкая бровь юноши пару раз нервно дернулась, в то время как Великий Мастер любовно поглядывая на своего ученика, сидел на плетеном диване, спокойно попивая чай.
«Если это действительно то, чего ты желаешь, то этот Учитель даст свое согласие», — сказал он.
«Цин-эр, этот Учитель всегда поддержит тебя», — говорил он.
А-а-а-а-а! Мне очень жаль! Я, правда, больше не буду хитрить, и перебрасывать решение своих проблем на других!
— Только не говори этому старику, что танцевать ты умеешь только будучи пьяным, — негодовал Старейшина Лин, пыхтя от злости. — Что это за движение? Куда делась грация? Твое тело должно быть точно стройная ива, изящным и гибким, а ты похож разве что на бревно!
Цин Юэ, которого назвали бревном: (ﾉಥ益ಥ）ﾉ ┻━┻
Агрх! Старый дурак! Прекрати позорить меня перед Великим Мастером, он уже и так надо мной смеётся!
Смущённый и обиженный, юноша максимально грациозно повел рукой, от чего колокольчики на его запястьях мелодично звякнули. Однако Старейшине Лин и этого оказалось не достаточно.
Открывая и закрывая рот, точно выброшенная на берег рыба, он пыхтел и отрицательно качал головой. От плохо сдерживаемой ярости, по его лицу расползались красные пятна, а на лбу вздулись синие вены. Однако как бы зол он не был, присутствие Гуан Яна, вынуждало Старейшину пика Искусства сдерживать свои эмоции. Кроме того, несмотря на то, что юноша справлялся, не столь идеально, как Лин Кан себе представлял, все же из-за сложности танца, личные ученики Старейшины не смогли бы исполнить его даже так, а это значит, что никто кроме Цин Юэ не был подходящим кандидатом.
«Пташка, пусть ты и брёвнышко, я всё ещё хочу тебя. Не расстраивайся, самые важные танцы в твоей жизни, будут лишь на моём ложе ~»
Цин Юэ стиснув зубы, продолжил отрабатывать движение рук, совершенно не обращая внимания на тот вздор, что нес этот извращенец. Кроме того, он все равно не смог бы ему хоть что-то ответить из-за присутствия Учителя и Старейшины Лина.
«Хозяин, пожалуйста, не обращайте внимание на слова Лин Кана. У Вас все прекрасно получается!»
Лин Кан: — Ты что умираешь?! Эта часть должна быть более энергичной и игривой! Даже оживший мертвец движется быстрее!
Цин Юэ: «...»
Хочу домой...
***
Цин Юэ обессилено, рухнул на кровать, не удосужившись снять хотя бы сапоги, и тяжело застонал, чувствуя, как конечности ноют и трясутся от перенапряжения. Однако не прошло и минуты, как юноша забылся сном без сновидений.
Рано утром и до самого обеда, Цин Юэ под сопровождение истеричных криков Старейшины Лина, отрабатывает уже ставший ненавистным ему танец, а после возвращается на свой пик, оттачивать мастерство владения мечом вместе с Мо Тянем до позднего вечера.
Подобным образом, юноша живёт уже больше месяца. А ведь чем ближе соревнование бессмертных, тем злее становится Лин Кан, гоняя его так, словно Цин Юэ был тем, кто предал и убил его отца.
Единственное, что все ещё радует юношу, так это приходящие навестить его Юй-гэ, Глава Школы Го и всегда весёлый Бай Цзи. Последний, к слову, также принялся усиленно тренироваться и повышать уровень культивации под пристальным взором своего Учителя, который узнав об их дружбе со своим любимым братиком, стал уделять своему юному ученику больше времени, чем прежде. Однако подобных радостных встреч стало куда меньше из-за больших нагрузок и занятости каждого.
Цин Юэ находясь под каждодневной критикой и психологическим давлением со стороны Лин Кана, чувствовал себя жалким и то и дело впадал в уныние. Но так же быстро приходил в себя, когда Система и Сы Сюань приободряли и всячески веселили юношу, за что тот и был им безмерно благодарен.
Таким образом, Цин Юэ и глазом моргнуть не успел, как день соревнований, наконец, наступил.
Сотни заклинателей из различных школ прибывали ежеминутно, заполняя всю территорию Небесного Змея. В глазах юноши рябило от разноцветных одежд, а от многочисленных голосов, болела голова.
Стоя у главных ворот в компании Главы Школы, Мин Ся и своего Учителя, Цин Юэ был крайне взволнован. Улыбаясь и приветственно кланяясь, он взглядом пытался отыскать красивого юношу с очаровательной родинкой под левым глазом, однако Сяо Нин на горизонте так и не показался, чем расстроил ожидавшего его юношу.
Ах, а ведь он мог бы быть моим верным другом. Мы бы ходили на ночную охоту, писали бы друг другу письма, а после и вовсе бы побратались...
Люди продолжали идти ровным строем, также почтительно приветствуя Великого Мастера и Главу Го, быстро проходили за учениками, располагаясь в выделенных им апартаментах, а некоторые более смелые, останавливались у входа, дабы перекинуться парой вежливых фраз с известными на весь континент заклинателями Небесного Змея.
Из-за грандиозности подобного мероприятия, гости прибывали за день до его начала, дабы ненароком не задержаться в пути и не пропустить ничего интересного, а значит оставались на ночь, непосредственно на территории школы проводящей соревнование.
Го Хуань неожиданно нервно рассмеялся, незаметно толкая своего шиди в бок. Гуан Ян же в то время, нахмурившись, напрягся всем телом, но быстро расслабился. Цин Юэ удивленный подобным провидением своего Учителя, перевел заинтересованный взгляд вперёд.
Во главе новой партии прибывших, в черных одеяниях размеренным шагом шел довольно красивый мужчина, чьи длинные иссиня-черные волосы были заплетённые в косу. На лбу у заклинателя красовалась киноварная точка, а взгляд черных глаз, сиял явной агрессией и раздражением.
Как только мужчина подошёл ближе, Цин Юэ уже было приготовился поприветствовать гостя, но неожиданно был схвачен за запястье.
— Стой и не преклоняй головы.
Сказав это, Гуан Ян с вызовом посмотрел на презрительно фыркнувшего мужчину. Глава Го, который так и застыл в поклоне, мысленно плакал кровавыми слезами.
Шиди Ян, не будь таким упертым!
Мужчина смерил Старейшину пика Жизни придирчивым взглядом, а после вновь скривился, однако когда он открыл рот, Цин Юэ пораженно застыл.
— Таки ещё не помер, Гуан шисюн? Очень жаль.
Гуан Ян не заставил ждать дорого гостя, ответив также ядовито.
— А ты, Лан Фан, как всегда ведешь себя как ублюдок. Несмотря на то, что мир меняется, такая падаль как ты — остаётся падалью. Хоть в этом ты постоянен, — сказав это, Великий Мастер сделал шаг назад и вскинул руку в просящим жесте, мол милости просим.
Человек по имени Лан Фан сжал зубы, но всё же послушно пошел вперёд, не задерживая очередь.
Цин Юэ же пораженно уставился на своего Учителя, не понимая, почему глава школы Западного Ветра называет Великого Мастера «шисюн», однако быстро про это забывает, стоит знакомой фигуре, наконец, появится в поле его зрения.
Хэ Сяо Нин в черных одеждах, с заплетенными в высокий хвост волосами, шел, гордо подняв голову, однако завидев Цин Юэ, его обсидиановые глаза неожиданно засветились счастьем и неприкрытой радостью. Совершенно не обращая внимания на то, что он задерживает других, юноша из Западного Ветра остановился напротив Цин Юэ и взяв того за руки, выпалил:
— Цин Цин, я наконец-то встретился с тобой!
Го Хуань поперхнулся воздухом, да так сильно, что Мин Ся пришлось успокаивающе погладить старшего по спине, а Гуан Ян злобно сверкнув глазами, непроизвольно выпустил давящую ауру. Вскинув руку, мужчина с силой хлопнул наглеца по рукам, яростно прошипев сквозь стиснутые зубы:
— Не смей касаться моего ученика, щенок!
«Щенок», оторопело взглянул сначала на свои покрасневшие руки, а после перевел такой же свирепый взгляд на того, кто посмел ударить его, прерывая их воссоединение с его Цин Цином.
Двое стояли и молча, буравили друг друга убийственными взглядами, словно желали вцепиться друг другу в шеи зубами. Цин Юэ испуганно поспешил оттащить Сяо Нина, который не испугался, открыто противостоять Великому Мастеру.
Система, наблюдавшая за этой сценой, не могла удержаться от счастливого визга.
— Я найду тебя позже, — прошептал юноша на ухо Сяо Нину, и тот послушно кивнув, наконец, удалился.
Цин Юэ облегчённо выдохнул, и вновь натянув на лицо улыбку, поспешил поприветствовать нового гостя.
Ему было и невдомёк, что Учитель прекрасно расслышал каждое сказанное им слово.
Все оставшиеся время, Гуан Ян выглядел мрачным и даже более пугающим, чем в первую их встречу.
***
Цин Юэ широко улыбаясь, наблюдал за тем, как Бай Цзи смеясь, шел плечом к плечу с адептом из другой школы, весело проводя время, они громко разговаривали и делились впечатлениями. От вида счастливого шиди, напряжение, накопленное за весь сегодняшний день, наконец, спало.
Поясница юноши болезненно ныла от нескончаемых поклонов, а ведь завтра ему предстоит тяжёлый день.
Вздохнув, Цин Юэ уже хотел было отправиться на свой пик отдыхать, однако когда горячие широкие ладони легли ему на талию, юноша испуганно вскрикнул, вскидывая руку для атаки.
Сяо Нин ловко перехватил чужую тонкую руку за запястье, обиженно глядя своими, точно два омута, глазами.
— Ты обещал найти меня, — напомнил он, потирая большим пальцем нежную чужую кожу.
Юноше хотелось дать себе оплеуху.
Вот кретин! Я так устал, что совсем забыл про него!
Смущённо улыбнувшись, Цин Юэ отнял свою руку, мягко говоря:
— Я как раз собирался это сделать.
«Лгать — плохая привычка, Пташка»
Юноша заставил себя сдержать порыв закатить глаза и жестом пригласил Сяо Нина прогуляться. Тот охотно последовал за ним.
— Я рад, что ты не забыл о своем обещании, — улыбнулся тот, вышагивая по каменным тропинкам, вдоль которой, точно цветная лента, росли разноцветные хризантемы.
Услышав это, юноша почувствовал себя крайне виноватым и, склонив голову, пару раз кашлянул, лихорадочно обдумывая как сменить тему.
Какое-то время, двое молча, шли, наслаждаясь красотой цветов, но Сяо Нин внезапно нарушил тишину.
— Я писал тебе письма, — заявил тот, неожиданно остановившись, а после уставился на удивленного юношу сложным взглядом.
Цин Юэ на мгновение растерялся, не зная что и сказать, ведь никаких писем он не получал, а после вскинув голову, встретился с собеседником взглядом.
— Эм... Я не получал от тебя писем... Наверное, они где-то затерялись или...
Не успел юноша договорить, как Сяо Нин резко прервал его сбивчивую речь.
— Я знаю. Мой Учитель перехватил каждый из них и сжёг, — сказал он будничным тоном, а после принялся искать что-то в кармане своего рукава.
Насколько мог судить юноша, учителем Сяо Нина являлся, глава школы Западного Ветра — Лан Фан, а значит не мудрено, что тот так не желал общения своего ученика со старшим учеником своего заклятого врага. Однако юноше все же было любопытно, что именно было в этих письмах, но спрашивать напрямую, так и не решился, побоявшись показаться слишком любопытным.
Пока Цин Юэ гадал, что же было в тех самых неполученных письмах, Сяо Нин, наконец, нашел то, что искал.
В руке адепта Западного Ветра аккуратной стопкой красовалась парящая бумага, которую Цин Юэ без колебаний принял и, улыбнувшись, спрятал в своем собственном рукаве.
— Эти письма Учитель перехватить не сможет.
Цин Юэ улыбаясь, кивнул, и уже собирался продолжить идти дальше, как горячая ладонь вновь ухватила его за запястье.
— А? — удивился юноша, глядя на то, как новоприобретенный друг, смущённо отвёл взгляд.
— Есть ещё кое-что, что я хотел бы тебе подарить, — сказал тот, опустив тонкую руку, а после вынул из того же рукава изящный чёрно-белый веер, от которого даже на приличном расстоянии исходил холод.
«Веер Ледяного Клыка!» — вскрикнула Система.
Цин Юэ пораженно уставился на мощный артефакт в руках своего друга, а после, подняв взгляд на Сяо Нина, глупо спросил:
— Так что же ты хотел мне подарить?
Система: «...»
Сяо Нин: «???»
Сы Сюань: «Пташка, в моей коллекции есть куда более интересные вещи... Не бери его!»
Оправившись от лёгкого оцепенения, Сяо Нин молча, вложил в тонкую белую руку веер, а после спокойно сказал:
— Я нашел его на дне ледяного озера, в котором тренировался и сразу же подумал о тебе, — а после небольшой заминки, добавил: — Хотя, какой бы красивой не была бы эта вещь, с красотой Цин Цина ей не сравнится!
Цин Юэ в конец опешил.
Он дарит мне веер? Это же артефакт высшего уровня, а он просто дарит мне его?!
Когда юноша, наконец, пришел в себя, то поспешил спросить о том, как теперь Сяо Нин будет тренироваться. Ведь без этого артефакта, вода в том озере перестанет быть такой полезной.
Все, кроме Цин Юэ: «...»
— Все в порядке. Мне это больше не нужно, — заверил его тот, и юноша без зазрения совести принял подарок как плату за спасенную жизнь, чувствуя себя крайне счастливым.
— Спасибо.
— Мгм.
— Но... Ты уверен, что стоило отдавать его мне перед соревнованием? Что если нам суждено встретиться на арене? Тебя не смущает, что я буду бить тебя твоим же подарком?
Сяо Нин рассмеявшись, вынудил юношу почувствовать себя крайне глупо.
Что? Я сказал что-то не так? Почему он смеётся?
Когда тяжёлая рука погладила его щеку, юноша смущенно опустил взгляд, пряча свое смятение за густым веером ресниц.
— Я буду счастлив, сделай ты это.
***
Цин Юэ все никак не мог поверить в свою удачу, любуясь подарком.
Сам веер Ледяного Клыка выглядел просто и без лишних изящных рисунков. Белая прочная бумага, на которой красовалась небольшая черная хризантема, и черные вставки. Никаких излишеств, просто и вполне симпатично.
Счастливо хихикая, юноша добрался до своей хижины, когда уже вовсю светила луна. Однако белый силуэт, словно призрак невесты, неподвижно стоял у дверей жилья лицом к входу. Присмотревшись, юноша понял, что силуэт этот принадлежал никому иному, как Великому Мастеру, покорно ожидающему возвращения своего ученика.
Цин Юэ уже было хотел спросить, почему Учитель ожидает его в такой поздний час, как тот неожиданно открыл рот, говоря как-то слишком холодно и отстранённо:
— Цин-эр любит его? — спросил тот, не поворачиваясь к юноше лицом.
Цин Юэ испуганно замер, с глупой улыбкой на губах, чувствуя как все внутренности холодеют, будто в этот самый момент его окунули в ледяную воду того самого озера.
— Этот ученик не понимает, о чем говорит Учитель...
Гуан Ян горько усмехнулся, наконец, обернувшись, и юноша готов был провалиться сквозь землю, увидев насколько самоуничтожительной, была эта улыбка.
— Этот щенок из школы Западного Ветра... Ты любишь его?
«Дзинь»
Нет, только не сейчас!
«Поздравляю, хозяин! Вы дошли до контрольной точки! Пожалуйста, выберите вариант действия: 1) Успокоить Великого Мастера, объяснившись. 2) Ничего не объяснять. Временное ограничение — 30 секунд~
Вариант под номером один!
«Дзинь!»
«Вы выбрали вариант под номером один, пожалуйста, продолжайте стараться!»
— Хэ-сюн мой друг, — уверенно ответил Цин Юэ, глядя на то, как мужчина широкими шагами преодолевает расстояние между ними, силясь позорно не отступить.
— Ты не лжешь?
— Я не лгу.
— Действительно не лжешь?
— Не лгу.
— Цин-эр, этот Учитель не был до конца честен с тобой... — сделав паузу, мужчина наклонился и уткнулся лбом в лоб юноше.
На миг, Цин Юэ показалось, что его сердце и вовсе перестало биться, а в голове набатом била мысль «Он скажет это! Точно скажет!».
— Этот Учитель любит тебя, Цин-эр. Любит ни как ученика, брата или сына. Любит как человека, которого он хочет видеть своим спутником на тропе самосовершенствования. Я люблю тебя, Цин Юэ...
Красивые персиковые глаза широко распахнулись, а розовые губы, точно лепестки розы, очаровательно приоткрылись, чем и воспользовался Гуан Ян, отчаянно примкнув к ним своими губами...
***
Закулисная сцена:
Хэ Сяо Нин старательно выписывает иероглифы, то и дело, покусывая кончик кисти, и недовольно хмурится, когда что-то в письме его не устраивает.
«Цин Цин, это уже пятое мое письмо, которое, надеюсь, не последует за своими предшественниками в бездну, развеявшись по ветру. Сказать честно, я очень хотел бы, чтобы общими усилиями, мы смогли окончить эту бессмысленную вражду между нашими школами, посредством крепкого союза двух любящих сердец. Что ты на это скажешь? Ты станешь моим супругом?»
Ещё раз перечитав, Сяо Нин, наконец, довольно кивнул, мысленно хваля себя за проделанную работу.
Спустя десять минут.
Лан Фан читая перехваченное письмо: «Твоя чертова задница будет твоим супругом, мелкий ублюдок!» — мысленно ругался тот, сжигая ненавистное письмо.
***
И снова автору есть что сказать:
Двадцатая юбилейная главушка, капмай! Большое спасибо Вам, дорогие читатели, что остаётесь с нами, читая и комментируя! Ваша поддержка позволяет этой работе жить. Большое Вам спасибо! *Утирает слезы счастья*.
«Система: Спаси-Свою-Хризантему-Сам» стала для меня больше чем просто историей, которую я пишу, ведь каждый персонаж мне полюбился всем сердцем. Надеюсь, Вам они тоже симпатичны и приятны.
Простите меня также и за то, что постельных сцен пока нет, но они будут! Просто немножечко позже...
В конце, хочу пожелать Вам, чтобы у Вас все было и Вам за это ничего не было, бу-га-га!)
(P.S. От редактора. Кхе-кхе... Прошу прощения,Редактор в истерике, спасите меня! Я умру от передоза счастья~)