Глава 25
Белый рукав юноши окрасился в алый, точно дьявольский цветок на снегу, приковывая к себе внимание наблюдавших за поединком заклинателей, вот только самому обладателю испорченных одежд, было далеко не до созерцания прекрасного.
Поджав тонкие губы от боли, Цин Юэ плавно отступил, прячась в завесе пыли и понизив свое присутствие до максимума, судорожно выдохнул, переводя дыхание.
«Х-хозяин!»
«Я в порядке», — поспешил заверить ее юноша, оглядываясь по сторонам, но тут же грязно выругался себе под нос, завидев темный силуэт, стремительно приближающийся в его сторону.
Вскинув руку и заблокировав удар, Цин Юэ занял оборонительную позицию, продолжая медленно отступать.
Клинки, вцепившись в свирепом противостоянии, издали гудящий громкий звук. От их лезвий в разные стороны посыпались искры, а духовная энергия двух людей, то и дело колебалась, вызывая в воздухе рябь.
Плотно сжав зубы, Цин Юэ чувствовал как раненная чуть ранее рука, вновь отозвалась острой болью, однако даже, несмотря на то, что горячая кровь с новой силой сочилась из раны, пропитывая его одеяния, юноша упрямо продолжал борьбу.
Хао Мин в дрожащей руке юноши с силой затрясся, постепенно сдавая позиции, тем самым вынуждая Цин Юэ обхватить рукоять и второй рукой, стараясь не обращать внимание на боль. Однако каким бы выносливым и безрассудным не был юноша, его бледное, исказившееся от боли лицо, говорило о многом.
— Младший брат Ши поистине силен, — голос Чжоу Цзин Мао звучал ровно и достаточно сильно. Казалось, в нем было что-то похожее на признание и заинтересованность.
Цин Юэ на это лишь криво усмехнулся, чувствуя как его собственные ноги скользят по базальтовой поверхности арены.
Сконцентрировав духовную энергию в стопах, юноша был поражен тем, что, не выдержав подобного давления, поверхность арены сначала затрещала под его ногами, а затем и вовсе треснула, образуя две небольшие ямы, в которые тот, немедленно угодил двумя ногами.
— Ах!
Удивленный вздох вырвался неосознанно, когда юноша чуть было, не упал на скрещенные клинки, но вовремя удержал равновесие.
Цзин Мао неожиданно отступил назад, выглядя при этом крайне смущённым. Его взгляд перестал быть таким решительным и пугающим. Даже его аура будто смягчилась, превратившись из свирепого тигра в милого пушистого кота, который преданно и любовно лизал руки своего хозяина.
Секундная заминка позволила Цин Юэ перевести дух, а после, сжав Хао Мин покрепче, юноша вновь ринулся в бой.
Цзин Мао был достаточно решительным человеком, который являлся примером для подражания многих молодых заклинателей, непоколебимо следуя по выбранному праведному пути, но в данный момент, юноша из школы Утренней Росы, казалось, потерял весь свой боевой настрой, позволяя хрупкому Цин Юэ теснить его, взяв сложившуюся ситуацию под свой контроль.
Как так получилось, что он стал таким мягким?
Цин Юэ никак не мог понять, почему его соперник, будучи достаточно сильным, чтобы одолеть его, вдруг стал таким уступчивым и пассивным. Он и подумать не мог, что странное поведение его оппонента заключалось в том странном вздохе, который он не так давно случайно издал...
Пыль на арене постепенно осела, позволяя зрителям вновь увидеть происходящее.
Несмотря на то, что наблюдавшие за боем заклинатели всех мастей поддерживали Цин Юэ за его очаровательную внешность, способную затмить и луну и солнце, и мягкий нрав, все они прекрасно понимали, что оппонент юноши действительно силен.
Никто, за исключением самых близких людей, не верил в его победу. Поэтому когда пыль мешающая обзору, наконец, осела, все были поражены, увидев, как хрупкий истекающий кровью юноша теснит более сильного культиватора, который ко всему прочему, так и не был ранен.
— Что происходит? Разве чуть ранее ситуации не была с точностью до наоборот?!
— Тц, из-за завесы пыли мы действительно пропустили все самое интересное!
Девочка, что ранее выступала против Тан Фэна, раздосадовано хлопнула ладошкой по своему колену, чем привела в состояние ужаса своего Учителя, который побледнев, тихо, но крайне недвусмысленно бросил на нее свирепый взгляд.
Однако юная леди совсем не страшилась гнева старшего, продолжила вести себя достаточно своевольно и раскованно, не задумываясь ни на миг, что подобное поведение совсем не приемлемо для юной заклинательницы.
Цин Юэ тем временем, чувствуя усталость и боль в руке, поспешил закончить бой. Его движения вмиг стали более свирепыми и мощными. Точные атаки сыпались на Цзин Мао, но тот, несмотря на сложившуюся ситуацию, все ещё ловко уворачивался, тем самым приводя одного конкретного юношу в бешенство.
Да чтоб тебя, проиграй уже!
Сы Сюань глядя на то, как краснеет личико его Пташки, не удержался от поддразниваний:
«Пташка, когда ты делаешь такое выражение лица, твоему Сы Сы приходится совсем не сладко... Одна очень упрямая большая вещь не хочет ложиться обратно... Что же мне делать?»
Услышав подобные слова, Цин Юэ вмиг вспыхнул. Даже мочки его ушей стали ярко-красными, а атаки, куда более свирепыми.
Но Инь Сы Сюань не пожелал сдаваться, говоря сладким тягучим голосом:
«Пташка, я действительно хочу тебя... Давай сделаем это, когда у нас будет больше времени? Дойдем до конца? Ты будешь в восторге»
Юноша старался не обращать внимания на столь развратные слова, но как бы тот не старался, выходило у него из рук вон плохо.
Сы Сюань на какое-то время замолчал, давая своему возлюбленному время остыть, а после неожиданно плаксивым и обиженным голосом, сказал:
«Пташка, это место уже болит...»
Цин Юэ стиснув зубы, продолжил наступление, но последующие звуки в его голове, вынудили юношу споткнуться на ровном месте.
«Мнгх... Пташка... Хах... Мгха... Ах»
Цин Юэ: — ...
Хриплые гортанные стоны и вздохи, казалось, окружили юношу, точно кокон из которого нет возможности выбраться, будоража его кровь и не позволяя вздохнуть. Лицо Цин Юэ горело от смущения, а все его тело мелко подрагивало от возбуждения.
Итак продолжалось достаточно долго...
Какого черта?! Ч-что он делает? Система, что он д-делает?!
Система крайне смущённая не только происходящим, но и заданным вопросом, пару раз неопределенно пискнула, а после почти на ультразвуке провизжала:
«Х-хозяин, он... Он на Вас... Угх... Он ублажает себя, глядя на Вас!!!»
Подобный ответ помощницы, ввёл юношу в глубокий шок! А Сы Сы тем временем, продолжал сексуально постанывать, рисуя в голове Цин Юэ крайне развратные, но такие заманчивые картины.
В итоге, из-за чрезмерного возбуждения юноша не справился с бушующими в его душе эмоциями, которые вызвали огромный выброс ци, сильно задев своего соперника, сбивая того с ног...
Разумеется, юноше было и невдомёк, что для подобных действий некто по фамилии Инь должен был для начала вновь сломать сдерживающие его цепи, а потому все его вздохи были лишь прекрасным актерским мастерством.
Однако, глядя на юношу, Инь Сы Сюань всерьез задумался поступить именно так, ведь то его место в действительности болело от напряжения отнюдь не в шутку...
Цзин Мао лёжа на базальтовой поверхности арены, с трудом открыл глаза и выхаркнув глоток крови, слабо улыбнулся.
— Победитель — Ши Цин Юэ школа Небесного Змея, пик Жизни!
Толпа, затихнув на пару секунд, разразилась аплодисментами и радостными воплями.
Вот уж действительно, они нашли своего кумира...
Цин Юэ чувствовал, как каждый его меридиан невыносимо болит и пульсирует с бледным, точно простыни лицом, юноша слабо поклонился, а после направился прямиком к Гуан Яну.
Великий Мастер свел брови к переносице, поднимаясь со своего места. А после размеренными шагами направился навстречу своему ученику.
Юноша вяло улыбнулся, а после, покачнувшись, упал прямиком в объятия своего учителя.
Не сказав ни слова, Старейшина пика Жизни, взмахнув рукавом, быстро удалился, сжимая в своих руках бессознательного юношу.
Хэ Сяо Нин встрепенулся и уже хотел сорваться с места, дабы догнать Цин Юэ, как крепкая, но вполне изящная рука, удержала его на месте.
***
Цин Юй поспешил за ними сразу, как только его младший брат оказался бес сознания, а потому, когда Цин Юэ пришел в себя, у его кровати было слишком много людей.
Бай Цзи и Цин Юй выглядели слишком взволнованно и энергично расспрашивали о его самочувствие, в то время как Мо Тянь казался лишь раздраженным, но юноша знал, что тот вполне себе обеспокоен глубоко внутри.
С веселой компанией, Цин Юэ, которому дали сладостей, чувствовал себя крайне счастливым. Его взгляд сиял ярче тысячи звёзд, а тонкие губы то и дело растягивались в улыбке.
Однако Гуан Ян, настаивая на том, что его ученику нужен отдых, выгнал всех из комнаты. Таким образом, Цин Юэ остался в помещении один на один с влюбленным в него мужчиной.
Если позавчера он был крайне возбужден, желая отдаться своему сильному и прекрасному Учителю, то прямо сейчас юноша хотел того же самого. Правда, некое смущение, присутствующее в его душе сильно сковывало Цин Юэ, не позволяя даже взглянуть на своего старшего.
В мыслях, юноша не переставал ругать себя, сетуя на свою внезапно взыгравшуюся извращенность.
Раньше этот лаоцзы не был таким!!!
Старушка Чу, отпивая чай из пиалы неожиданно чихнула...
Гуан Ян, несмотря на свой безразличный вид, в душе не мог найти себе место, чувствуя как кончики его пальцев предательски подрагивали, а живот скрутило от волнения. Холодный пот стекал по его красивому, точно нефрит лбу.
— Цин-эр, как ты себя чувствуешь?
Цин Юэ глупо кивнул головой.
Цин Юэ: «...»
Ему захотелось удавить себя же собственными руками!
— С этим учеником уже все в порядке. Этот ученик не забудет доброты Учителя.
В глазах Гуан Яна промелькнула обида и разочарование, но старший быстро скрыл их под завесой трепещущих ресниц.
— Мгм, — коротко отозвался тот, присаживаясь на край кровати. Та заметно прогнулась, и Цин Юэ занервничал ещё сильнее.
В комнате повисла неловкая тишина.
Несмотря на то, что каждый выглядел в крайней степени спокойно и непринужденно, внутри у обоих царил хаос и смятение. Не зная, что сказать и с чего начать разговор, оба продолжали молчать, думая о чем-то своем.
Первым нарушил тишину Гуан Ян.
— Цин-эр, этот Учитель сделает все, для того чтобы ты чувствовал себя самым счастливым.
Выражение лица юноши стало в миг серьезным. Твердо кивнув головой, Цин Юэ мягко улыбнулся, тихо сказав:
— Я знаю.
Гуан Ян бросил на юношу быстрый взгляд, а после уставился на свои руки, словно видел их впервые в жизни.
— Это хорошо, — кивнул он. — В таком случае... Ты позволишь мне это сделать?
Цин Юэ смутившись, опустил голову, а после тихо угукнул.
Мужчина резко выдохнул, а после также резко поднялся на ноги.
Цин Юэ вскинул голову, демонстрируя покрасневшее лицо, с изумлением наблюдая за тем, как стремительно подошёл к нему мужчина.
Щеки Великого Мастера почти не заметно покраснели, отчего юноша, уставившись на него, точно заворожённый, тихо пискнул, когда это красивое лицо оказалось слишком близко к его собственному.
— Я люблю тебя.
Горячие сухие губы мягко коснулись губ юноши, аккуратно, почти невинно захватывая в плен страсти и желания, вынуждая Цин Юэ поддаться вперёд.
Очевидно, что склонившись так низко, мужчина испытывал дискомфорт, от того юноша заботясь об удобстве своего Учителя потянул того на себя, вынуждая мужчину неловко упасть на него сверху.
Сквозь поцелуй, юноша отчётливо почувствовал, как уголки губ Великого Мастера поднялись вверх. И если сначала Цин Юэ пораженно замер, то после и сам весело усмехнулся.
Пробыв в таком положении ещё немного, Гуан Ян неожиданно поменялся с юношей местами, удобно усаживая ученика на низ своего, точно камень живота.
Цин Юэ задорно улыбнулся, а после, наклонившись, мягко, почти невесомо коснулся языком нижней губы мужчины. Однако ещё через мгновение, его поддразниваниям пришел конец, когда крепкие руки неожиданно сжали его ягодицы, сминая и поглаживая мягкую плоть.
Юноша смущённо поджал губы, а затем, крепко зажмурившись, пошел в атаку, целуя мужчину... В подбородок.
Цин Юэ всем телом чувствовал как затряслась грудь его Учителя и, открыв глаза, юноша понял, что тот беззвучно смеётся, выглядя при этом невыносимо прекрасно.
Смутившись ещё сильнее, Цин Юэ сначала поерзал, съехав чуть ниже, а после яростно укусил нижнюю губу мужчины.
— Ах, Цин-эр, пожалуйста, нежнее...
Бархатный смех приятной мелодией коснулся ушей юноши, вынуждая его чувствовать себя невероятно счастливым.
Ещё никогда прежде он не слышал смех своего Учителя. И данный факт поразил его до глубины души.
Такой открытый и красивый.
Не сдержавшись, Цин Юэ нежно поцеловал мужчину в изогнутый уголок губ, а после и в другой.
— Я хочу слышать твой смех каждый день. Это сделает меня счастливым.
Гуан Ян улыбнулся, а после притянул своего ученика ближе целуя нежно, стараясь вложить в этот жест хоть малую часть своей безграничной любви.
Их языки медленно изучали друг друга, будто это было впервые, отчего юноша чувствовал, как приятная дрожь охватила все его тело. А горячее чувство поселившееся в низу живота, дарило необъяснимое наслаждение в купе с тягучим предвкушением.
— Ах! — хриплый стон сорвался с губ юноши, стоило ему почувствовать как горячая пугающая своими размерами плоть, уткнулись меж его ягодиц.
Даже сквозь многочисленные слои одежды, Цин Юэ отчётливо чувствовал жар и желание лежащего под ним мужчины.
Прищурив глаза, юноша хитро улыбнулся, а после сев прямо, красиво изогнулся, медленно, но крайне чувственно качнул бедрами, потираясь ягодицами о твердый член, вырывая тем самым приглушённый стон из уст мужчины.
— Цин-эр...
Гуан Ян уже было хотел остановить своего возлюбленного от подобных действий, но тот грубо отпихнув протянутую к нему руку, вновь качнул бедрами, проходясь по всей длине возбуждённой плоти мучительно медленно. Затем, последовал и третий раз, однако уже более быстрый и резкий. Кровать жалобно заскрипела.
Плотно сжав губы, мужчина с легким укором взглянул на своего безудержного возлюбленного, который так и норовил раздавить все его самообладание, однако как бы ни старался мужчина выглядеть обиженным и недовольным, огонек похоти и любви в его глазах были слишком очевидными.
Цин Юэ был крайне недоволен тем, что старший перестал издавать эти приятные слуху звуки, пересел мужчине на колени, а после ловко развязал пояс, распахивая верхней одежды. Нижние одеяния также были легко сняты.
Прекрасно сложенное тело с восьмью кубиками на прессе предстали голодному взору, и от чего то Гуан Ян на мгновение испугался, думая что в голодных глаза своего любимого он выглядел точно сладкая конфета, которую тот непременно съест.
Цин Юэ восхищённо замер, а после обеими ладонями прошёлся по широким плечам Великого Мастера, спускаясь к торсу а после огладил и твердый, точно сталь пресс.
Под одеждами скрывалось действительно нечто! Этот лаоцзы может трогать и даже кусать!
Дабы доказать свои возможности, юноша опустил голову и прикусил нежную кожу внизу живота, чувствуя как сексуально напрягается тело мужчины, а и без того возбуждённый член пару раз дернулся.
Желание Гуан Яна было столь велико, что на белых тонких штанах, в области образовавшегося бугра расцвело серое пятно, к которому Цин Юэ не забыл мягко дотронуться указательным пальцем, слегка поглаживая, словно хотел впитать в себя смущающую влагу.
Гуан Ян судорожно выдохнул, а после потянул юношу на себя, желая примкнуть к столь соблазнительным губам. Однако стоило Цин Юэ замереть на месте, а его телу сделаться твердым, точно дерево, остановился.
Крупные капли слёз стекали из больших глаз, падая на лицо Гуан Яна, приводя мужчину в ужас.
Неожиданно, Цин Юэ схватился за сердце, хватая ртом воздух, все его тело пробила крупная дрожь, в то время как боль пронзала его душу, сжимая в тиски, из которых он никак не мог вырваться.
— Б-больно, — прохрипел тот, прежде чем упасть без сознания.