Глава 23

Цин Юэ на миг растерялся, а после подобрался и поспешил спуститься вниз, однако стоило Гуан Яну открыть рот, как юноша тут же остановился:

— Хорошо развлекись, Цин-эр.

Цин Юэ улыбнулся и посмотрев на молчаливого Мо Тяня, который просто кивнул ему головой, продолжил путь, тихо говоря, пока никто не видит и не слышит.

— Не помогай мне, Сы Сы. Я сам.

«Система, тебя это тоже касается»

Получив от своих скрытых помощников утвердительный ответ, юноша улыбнулся шире, а после крайне сильно смутился, стоило зрителям поднять бурные овации, словно извиняясь за то, что не сделали этого раньше, после его выступления.

Мягко кашлянув в кулак, Цин Юэ взглянул на стоящую перед ним миловидную девушку, на голове которой красовался цветок лотоса, и приуныл.

«Я не могу ударить девушку, ладно?!» — возмутился про себя юноша, сетуя на свою дешевую удачу.

— Ах, старшая сестра Ши, ты выглядишь так очаровательно! — пропела ученица школы Бархатного Тигра. — Увидев тебя впервые, я поняла, что хочу быть такой же, как ты.

Цин Юэ: — ...

Все: — ...

«Я передумал! Все в порядке, я побью ее»

В каком месте я «старшая сестра»?! Твоя глупость влияет на зрение? Ба! Этот лаоцзы действительно зол!

«Так держать, хозяин! Просто побейте ее и дело с концом»

— Скажи, старшая сестра... У тебя уже есть возлюбленный?

Гарем из четырех сильнейших красавчиков мира, считается?

«Почему бой все ещё не начался?»

«Хозяин, Вы же не видели лица Инь Сы Сюаня. Как Вы может говорить, что он красив?»

Цин Юэ тяжело вздохнул, потирая пальцами виски.

«Система, это отомэ мир, а он — один из главных героев. Как он может быть уродлив?»

Система была поражена, однако сказать так ничего не успела. Звук гонга, наконец, оповестил о начале боя.

Цин Юэ с опозданием поклонился, а после вынудил из рукава веер.

Дева Ту, также не осталась в стороне, складывая изящными пальчиками печать.

Десятки цветов лотоса, появившись перед ней, закружились в танце, а после помчались по направлению к юноше.

С виду нежные лепестки цветов, казались мягкими и нежными, очаровательно сияя на солнечном свете, однако Цин Юэ прекрасно понимал, что это лишь ошибочное мнение.

На самом деле, каждый из них был смертоносным оружием, способным отделить конечности от тела.

Раскрыв веер, юноша грациозно взмахнул рукой, желая сдуть ледяным потоком все цветы разом, возвращая каждый из них, хозяйке.

Ледяной Клык, мягко засветился, а после...

Ничего не произошло!

Цин Юэ ошеломленно уставился на артефакт в своих руках, а после тихо выругался, призвав Хао Мин.

Печать меча засияла мягким фиолетовым цветом, из которой уже показалась резная рукоять, а после и сам клинок.

Юноша быстро убрал бесполезный веер обратно в карман рукава, попутно изящно маневрируя между атакующими его цветами лотоса.

Это подстава! Черт возьми, это действительно подстава!

Мо Тянь с почерневшим лицом, презрительно взглянул на своего старшего, цедя сквозь стиснутые зубы:

— Чем он там вообще занимается?

На что Го Хуань мягко прокашлялся, сказал:

— Развлекается, А-Тянь. Как и сказал ему его Учитель...

Тянь перевел взгляд на Главу Школы, а после минутного молчания, кивнул.

— Дядя прав. Кажется ему действительно весело.

А-А-А-А-А! Так не честно! Почему он не принял меня как своего хозяина?

Широкие белоснежные рукава юноши очаровательно развевались на ветру от каждого его движения, то и дело, оголяя тонкие белые запястья. Однако неожиданно, Цин Юэ, наконец, перестал уворачиваться, резко остановившись.

Сжав покрепче Хао Мин, юноша одним лишь движением руки, изящно рассек сразу несколько цветов, но стоило ему это сделать, как те засветились ещё сильнее, а после и вовсе взорвались.

Цин Юэ: — ...

Она сумасшедшая!!!

Разумеется, взрыв не был очень мощным, да и что там говорить, юноша умело избежал каждого из них, однако если бы он этого не сделал, результаты были бы явно не из приятных.

Таким образом, юноша вновь начал ловко уворачиваться...

Хао Мин загудел и задрожал, подкинутый в воздух, а после, издав что-то схожее с орлиным криком, засветился ещё сильнее.

Десятки небольших лун, выделяемые клинком, с начало окружили стремительно движущиеся цветы, а после и вовсе «проглотили» их.

Цветы лотоса, загнанные в ловушку, медленно остановились, светясь, а после, точно мыльные пузыри полопались внутри «клетки».

Дева Ту нахмурила изящные брови, а после широко улыбнулась.

— Старшая сестра такая сильная!

Белые пальцы вновь принялись складывать печати, однако вместо предыдущих цветов лотоса, из базальтовой поверхности арены стали прорастать красные маки, испуская розоватый дым.

Юноша, быстро смекнув, задержал дыхание, не торопясь избавляться от цветов.

Ловко схватив Хао Мин, Цин Юэ ринулся вперёд, желая закончить все одним лишь ударом.

Дева Ту поджала алые пухлые губы, а после прикрыла свое тело преобразованным защитным щитом из различных цветов.

Дым, исходящий из маков, стал более густым, заволакивая всю арену в розовый кокон.

— Что там происходит?

— Ах, я ничего не вижу! Все ли хорошо с Ши Цин Юэ?

— Кто-нибудь видит, что там происходит?

Десятки возмущенных голосов, слились воедино, отчего Бай Цзи занервничал ещё сильнее.

Почувствовав беспокойство своего ученика, Цин Юй обернулся и с мягкой улыбкой на губах, тихо сказал:

— Все хорошо. Нет нужды в беспокойстве.

Бай Цзи медленно кивнул и наконец, выдохнул с облегчением.

Густой дым потихоньку начал рассеиваться, придавая зрению более четкие картины.

Цин Юэ стоя на платформе с вытянутой рукой, мягко улыбался, в то время как острие Хао Мина остановилось лишь в пару сантиметрах от бледной шеи девушки.

Щит из цветов был разрезан на две части, а маки по всей арене, постепенно увядали.

— Победитель — Ши Цин Юэ школа Небесного Змея, пик Жизни!

Зрители бурно зааплодировали, чем вновь смутили юношу.

Призвав Хао Мин обратно в печать меча, Цин Юэ вздохнул и поклонился. Дева Ту последовала его примеру, широко улыбаясь. Казалось, ее и вовсе не расстроил проигрыш.

Покинув арену, юноша поспешил занять свое место, рядом с Учителем и Мо Тянем. Первый с гордым чувством в глазах, долго и искренне поздравлял своего ученика, смущая и вгоняя того в краску.

Мо Тянь же молчал какое-то время, а после, натянув на лицо довольно милую улыбку, сказал:

— Шицзе* действительно сильна!

Цин Юэ: — ...

Бай Цзи и Цин Юй сидели от них на достаточно большом расстоянии, поэтому не могли поздравить юношу с проходом во второй этап, лишь тихо вздыхали.

— А-Юэ, мои поздравления, — улыбнулся Го Хуань.

«Моя Пташка так выросла... »

«Хозяин, Вы супер!»

Несмотря на то, что его все хвалили и поздравили, юноша не был столь оптимистичен.

Ах, этот лаоцзы сражался против девы. Что стало с моим лицом?

Следующие пару часов, Цин Юэ стоял с чувством, словно в том бою проиграл именно он.

Заклинатель объявил следующие пары, которые оказались завершающими первый этап.

— ... пик Дождя. Бай Цзи школа Небесного Змея, пик Воина. Тан Фэн школа Драконий Чешуи, пик Огня.

Цин Юэ вздрогнул, а после нахмурился.

Ему действительно не повезло встретиться на арене первого этапа со своим новым другом.

Наблюдая за тем, как хрупкий с виду, но очень храбрый внутри Бай Цзи кланяется, улыбаясь так искренне, юноша чувствует зуд в душе.

Мо Тянь стоящий рядом, также сильно хмурится, а после, сжав руки в кулаки, цедит сквозь зубы:

— Что он себе позволяет?!

Гуан Ян и Глава Го также замечают неладное, но звук гонга оповещает о начале боя.

Ещё до того, как подали сигнал, Тан Фэн спрятав руки в рукава своих одежд, незаметно складывал печати, попутно ведя дружескую беседу с Баем, а тот в свою очередь, не подозревая о низости этого человека, продолжал застенчиво отвечать.

Так что, по началу боя, Бай Цзи не успевает сделать и шагу, как из под земли неожиданно пробились колючие терновые кусты, стремительно оплетая сначала его ноги, а после и все его тело, заключая юного адепта пика Воина в зелёный кокон, который продолжал неистово сжиматься в размерах, словно так и норовил раздавить заключённого внутри юношу.

Мо Тянь закусил губу до крови, в то время как пораженный Бай Цзи изо всех сил, вынул клинок из ножен, стараясь разрубить опутавшие его лианы, прорубая себе путь на свободу.

Однако, как бы он не старался, адепт школы Драконьей Чешуи, вовремя закрывал появившиеся бреши, новыми лианами.

Бело-зеленые одежды Бая, растрепались и порвались в некоторых местах, а нежная кожа, соприкасающаяся с шипами и зудящими стволами, покраснела, истекая кровью.

Задыхаясь, юный адепт продолжал рубить мечом, точно топором, но все его попытки оказались тщетными.

— Младший брат Бай, сдавайся, — насмешливо бросил Тан Фэн, отчего Цин Юэ и все из школы Небесного Змея, знавшие каким хорошим человеком являлся Бай Цзи, пришли в бешенство, желая разорвать этого ублюдка на куски.

Злость клокотавшая в его душе, застелила юноше глаза и тот несмотря ни на что, уже было собирался ринуться вниз и помочь своему шиди, однако крепкая рука Тяня удержала его на месте.

Бай Цзи наконец понял, что подобным образом выбраться ему не удастся, перевел дыхание и спокойно сел, вливая ци в меч, дрожа от сдавливающих его, точно змеи, растений. И не прошло и двух минут, как зелёный купол сначала засветился, а после сотни лиан были стёрты в порошок.

Израненный Бай Цзи вывалился из него, точно мешок с картошкой, тяжело дыша. Его волосы, обычно убранные в пучок, распустились и спутались.

Превозмогая боль, он упрямо встал на ноги и слегка пошатываясь, сжал меч в руке.

Ещё не проиграл...

Хруст!

Однако спустя лишь мгновение, острая боль пронзила его правое плечо, сопровождаемая громким хрустом, а ещё через мгновение, рука удерживающая меч, безвольно повисла.

С громким лязганьем клинок упал на поверхность платформы.

— А-А-А-А-А!

Истошный крик Бай Цзи пронзил тишину, вынуждая зрителей невольно покрыться мурашками от головы до пят и поежиться.

Лоза, которая оплела правое уже опухшее плечо Бай Цзи, всё ещё крепко стискивала его, принося ещё больший дискомфорт и боль.

— Так жестоко, — прошептал кто-то из зрителей.

— Разве они не друзья?

— Точно, точно! Я тоже видел, как они вчера гуляли вместе!

— Дружба? Какой от нее прок? Это соревнование бессмертных, глупцы! Мой ученик просто оказался сильнее.

— Время вышло, — упавшим голосом произнес мужчина. — Победитель — Тан Фэн школа Драконьей Чешуи, пик Огня.

— Спасибо за победу, младший брат Бай, — поклонившись, Тан Фэн поспешил сойти с арены, но тут же и остановился, точно прирос корнями к базальтовой поверхности платформы.

Температура воздуха заметно упала, вынуждая всех поежиться от холода, а выпущенная аура множества сильнейших заклинателей привела в ужас всех присутствующих.

Бай Цзи, поклонился и, пошатываясь, побрел прочь, держась за раненную руку. Его распущенные волосы прикрывали лицо, однако дорожки слёз от жгучей обиды, Мо Тянь увидел вполне себе отчётливо.

«Мо шисюн, если мы встретимся на арене, я так просто не сдамся!»

Волна смешанной тяжелой ауры, пронеслась по всей арене, вынуждая каждого задохнуться от страха и невольно задрожать. Кто-то чье культивирование было не достаточно мощным, упал в обморок.

На лбу Гуан Яна, Цин Юэ, Цин Юя, Лян Синя, Мо Тяня вспыхнула сияющая печать меча. Даже всегда улыбчивый Го Хуань выглядел крайне свирепо. Каждый из них, смотрел на упавшего на колени Тан Фэна, желая наказать его за столь низкий поступок.

Мин Ся видя, что дело принимает крутой оборот, аккуратно положил руки на плечи своего Учителя, приводя его в чувства.

Го Хуань стиснув зубы, поднялся с места, и грозным голосом объявил об окончании первого этапа соревнований бессмертных.

***

Бай Цзи уткнувшись лицом в грудь Цин Юэ, судорожно всхлипнул.

— Ши шисюн, — хриплым голосом позвал тот. — Я... Я не думаю, что смогу стать достойным заклинателем...

От этих слов, Цин Юэ вздрогнул все телом и, поглаживая младшего по дрожащей спине, мягко сказал:

— Не говори глупостей. Мой шиди Бай — самый лучший из всех кого я когда-либо встречал.

— Я даже не смог ударить его...

Цин Юэ нахмурился, даже взгляд его стал жёстким.

— Это потому, что он поступил бесчестно. Кроме того, именно ему не светит быть хорошим заклинателем.

Мо Тянь молча стоящий на проходе в комнату, сжав кулаки, развернулся и ушел.

Цин Юэ же, думал о том, как подать заявку на выбор соперника.

Тан Фэн, я размажу тебя по арене!

Лишь спустя час, Бай Цзи лег спать, выбившись из сил. Цин Юэ глядя на своего шиди, помрачнел ещё сильнее.

Разумеется, Великий Мастер уже давно позаботился о его ранениях, но раны на его душе вылечить не по силам даже ему.

Призвав Хао Мин, юноша, злобно сверкнув глазами, поспешил подать заявку. Его гнев не исчерпал себя даже при виде толпы из громко говорящих адептов, что также желали подать заявку на завтрашний день.

— Этот Тан Фэн кусок мусора, — скривилась маленькая девочка лет десяти. — Как таким вообще позволяют становиться заклинателями?

— Точно, точно! Надеюсь, завтра ему преподадут урок!

Не сомневайся, так оно и будет.

— А школа Небесного Змея поистине устрашает...

— Тише ты! — шикнул другой. — Хочешь, чтобы нас услышали? — адепт в светло-сером ханьфу обернулся по сторонам, а после наклонился ближе к собеседнику и тихо заговорил:

— Я слышал, что Старейшина пика Жизни — самый жестокий и опасный на всем континенте целитель. Говорят, что он долго обдумывает, стоит ли спасать того или иного человека... И если ему кто-то не нравится, то он просто проходит мимо, оставляя бедолагу медленно умирать.

— Жуть...

Цин Юэ закатил глаза, а после придвинулся к ним поближе, замогильным голосом говоря:

— А ещё Учитель пускает болтливых детишек на сырье для пилюль и мазей...

Трое учеников сначала побледнели, а после покраснели. Извиняясь и заикаясь, они пропустили юношу вперёд в очереди.

Цин Юэ: — ...

Спустя лишь час, Цин Юэ добрался до небольшого письменного стола.

— Ши Цин Юэ школа Небесного Змея, пик Жизни. Тан Фэн школа Драконьей Чешуи, пик Огня.

***

На следующий день, Цин Юэ стоял на том же месте, ожидая окончания речи Главы Го. Наконец, когда с формальностями было покончено, грубый мужской голос оповестил:

— Тан Фэн школа Драконьей Чешуи, пик Огня...

Шицзе* — старшая сестра по школе, без кровной связи.