Глава 27

Помещение, что больше напоминало за́лу старого буддистского храма, стремительно наполнилось громкими голосами заклинателей, что позабыв о своей добродетели, громко бранились и причитали. Лишь единицы из присутствующих все еще держались с присущим им достоинством и отстраненным спокойствием.

Тьма, окутавшая каждого, медленно отступала, стоило зажечься первому огненному талисману.

Удерживая небольшой источник света, Го Хуань слегка нахмурился, когда в очередной раз, его требовательно дернули за локоть. Однако плотно сжав зубы, мужчина и в этот раз не обратил внимания на столь раздражающий объект.

Сквозь полумрак виднелись массивные колоны и жертвенный алтарь, на котором все ещё тлели благовония. В больших мисках покоились подношения в виде свежих фруктов и овощей, а рядом с ними стояли глиняные кувшины и пиала наполненная вином.

— Глава школы Го! Этот Мастер требует объяснений!

Го Хуань идущий к алтарю, медленно остановился, однако оборачиваться и как-то реагировать на данное требование не стал.

Гуан Ян идущий с ним почти рука об руку, бросил быстрый взгляд в сторону своего шисюна и обомлел. Уголки его тонких губ чуть приподнялись, в то время как внутри мужчины полным ходом зарождалось веселье.

Впервые за все двести лет их знакомства, Великий Мастер застал Го Хуаня закатывающего в раздражение глаза! Эта картина, несмотря на то, в каком затруднительном положении они в данный момент находились, действительно развеселила мужчину.

Го Хуань всегда старался держаться максимально дружелюбно, эдакий миротворец, что не позволял своему праведному образу пойти по швам, тщательно подбирая слова, интонацию голоса, а также внимательно следил за тем, чтобы и его лицо всегда проявляло лишь нужное ему выражение.

Каждый раз, Гуан Ян подмечал, что скрупулёзность его шисюна была за гранью понимания, и что для старшего его лицо, как и образ всегда были на первом месте.

Сейчас же, мужчина на чьи плечи легла забота о великой школе культиваторов, в своем раздражение больше походил на Мо Тяня.

Великий Мастер лишь беззлобно хмыкнул, думая о том, что каков дядя, таков и племянник.

Вот уж действительно, даже за расписной ширмой не скрыть сходства...

Гуан Ян, припомнив желание Цин Юэ смеяться чаще, не стал сдерживать порыва и тихо рассмеялся, чувствуя, как спины всех присутствующих без исключения напряглись, став почти деревянными.

Голоса стихли.

— Ш-ш-шиди Ян?! — воскликнул глава Го, резко оборачиваясь. Казалось, его глаза вот-вот выпрыгнут из глазниц и укатятся куда-то под алтарь.

Ши Цин Юй испуганно икнул чуть поодаль, в то время как У Лян Синь (Старейшина У), глухо ахнул, споткнувшись о свою ногу.

— Что Вас так рассмешило, Старейшина Гуан? — вновь подал голос полный мужчина. Гуан Ян разглядел в говорящем Кан Пао — учителя Тан Фэна, который забыв о благородстве на соревнованиях бессмертных, подло и бесчестно покалечил Бай Цзи. — Этот Мастер все ещё требует ответа от вашей школы!

Гуан Ян перестал смеяться, лишь уголки его губ все ещё приподнятые, слегка дернулись. Изогнув правую бровь, мужчина ядовито усмехнулся, желая поставить никчемную пародию заклинателя на место. Однако стоило ему открыть рот, как его тут же пришлось закрыть обратно.

— Старейшина Кан недоволен сложившейся ситуацией ровно, как и все присутствующие здесь, — ровный, мягкий голос Го Хуаня эхом отдавался в полупустом храме, приводя заклинателей в чувства. — Поэтому прошу Вас, вместо того, чтобы наводить смуту в такое сложное для всех время, постарайтесь из-за всех сил помочь нам вернуться. Владыка Демонов Инь Сы Сюань не является личной проблемой школы Небесного Змея, но вы, уважаемые братья и сестры, кажется, позабыли об этом, требуя с нас ответа.

С этими словами, мужчина развернулся и твердым шагом направился в сторону алтаря.

Кан Пао потеряв лицо, с силой заскрежетал зубами и, согнувшись в спине, пошел следом.

Мрак вновь боязливо отступил, прячась по углам храма, стоило Го Хуаню зажечь свечи на алтаре.

Мужчина нахмурился, осматриваясь. Вместо статуи Будды, напротив алтаря для подношений величественно возвышалась белая коронованная «змея», чьи глаза, точно живые мерцали красным светом. Блики свеч делали их слишком реалистичными, отчего Го Хуань нервно повел плечом.

Гуан Ян также обратил внимание на рубины, вставленные вместо глаз, а после кратко высказался:

— Убожество.

Стоя чуть ли не вплотную к своему шисюну, Великий Мастер проигнорировал лёгкую улыбку на устах старшего, продолжил ещё тише:

— Хуань-гэ, — тихо позвал тот. — Я не чувствую печати.

Го Хуань крупно вздрогнул, а после резко обернулся, глядя на шиди сложным взглядом. Тот в свою очередь, продолжил осматривать статую.

Проследив за тем, чтобы никто не услышал их разговор, Глава Го вновь обратил свой взор на «змею», также тихо спрашивая:

— Что насчёт шиди Ши?

Младший лишь покачал головой и тяжело вздохнул.

Попались как дети...

— Они не только избавились от двух последних сдерживающих печатей, не вступая с вами в бой, но ещё и избавились от нас всех, дабы мы не могли вмешаться, — Глава Го привычным жестом ущипнул себя за переносицу, устало прикрыв глаза. — Позор...

— Ох, это вино пахнет так сладко! — взволнованно воскликнул Кан Пао, на что Гуан Ян и Го Хуань дружно закатили глаза. Но стоило Старейшине пика Огня осушить стоящую на алтаре пиалу, оба мужчин насторожились.

У Го Хуаня нервно дернулся глаз, гладя на столь глупого человека, мужчине хотелось взвыть от отчаяния!

Ну что за тупица!

Пока все, замолкнув и замерев на одном месте, судорожно готовились к худшему, Кан Пао, жмурился от удовольствия, громко причмокивая.

Однако даже спустя мучительно долгую минуту, ничего так и не произошло.

Лю Мэй взревев точно дикий зверь, вскинула руку для удара, намереваясь проучить глупого идиота, что посмел так опрометчиво подвергнуть всех присутствующих опасности, однако неожиданно, свечи погасли также как и парящий в воздухе огненный талисман.

Зал вновь погрузился во тьму.

Какое-то время, слышались лишь громкое дыхание и лязганье вынимаемых орудий.

— Не могу. Зажечь. Талисман! — сквозь зубы прошипел Го Хуань, стараясь рассмотреть хоть что-то в этой густой темноте, однако как бы он не старался, кроме сплошной черноты, всевидящие глаза заклинателя не улавливали даже смутных очертаний.

Разумеется, у заклинателей крайне острый взор, однако в данном случае, он оказался беспомощным, точно человек против моря во время шторма.

— Это все ты, старый дурак! Стоило трогать эту пиалу? Глупее собаки! — взревела Лю Мэй.

Всем присутствующим не нужно было видеть ее, дабы понять, как сильно исказил гнев ее красивое личико.

Переведя дух, женщина вновь собиралась разразиться бранью, вот только вместо слов оскорблений из очаровательных алых губ вырвался полный отчаяния и страха крик, от которого у всех присутствующих по спине пробежал холодок.

— Матушка!

Цин Юй бросился на звук, однако женщина тут же предупредила:

— Не двигайся Юй-эр! Оставайся на месте!

Цин Юй подчинился, резко замерев. А после и сам крупно вздрогнул, стоило чему-то огромному и холодному коснуться его ноги.

— Ах!

— Что это было?!

— Оно коснулось меня!

Гуан Ян нахмурился, стоило голосам заклинателей загудеть, точно пчелы в улье. Однако сосредоточившись, мужчина отчётливо услышал шипение.

— Постарайся зажечь свечу, — тихо скомандовал он, и Го Хуань молча, но кране быстро поспешил исполнить просьбу младшего.

От лёгкого щелчка свечи стали загораться одна за другой постепенно освещая комнату.

— Это...

Увиденное, заставило всех задержать дыхание, а кровь в их телах застыть. Десятки переплетённых между собой белоснежных тел, сворачивались и извивались, тихо шипя. Белая чешуйчатая кожа переливалась в свете свечей, а красные глаза, точно рубины, смотрели пугающе и завораживающе одновременно.

Сотни змей толщиной с корову ползали у их ног, выжидая. А самая большая из них, заключив хрупкую на вид женщину своим внушительным телом, зажало ее в удушающих кольцах.

Широко разинутая пасть возвышалась над головой Лю Мэй, давая понять, что змей намеревался проглотить женщину целиком.

— М-матушка...

***

Демоническая ци окрасила небо в алый. Воздух потяжелел, а из дрожащей земли расползались миазмы, окутывая пространство в слабый, ещё не такой насыщенный фиолетовый цвет.

Цин Юэ судорожно вздохнул, чувствуя, как сильно дрожит земля. Казалось ещё мгновение, и она расколется прямо под его ногами, утаскивая юношу в беспросветную бездну, мучая его тело и душу до скончания веков. Эдакая своеобразная тюрьма для грешников.

Лин Кан, брезгливо поморщился, грациозно, в прочем, как и всегда, прикрыв лицо длинным рукавом ханьфу, свел седые брови к переносице.

Юноша, как и сам Старейшина пика Искусства, никак не мог понять, отчего достаточно сильного заклинателя не переместили вместе с остальными бессмертными, на что Система лениво отмахнулась.

«Не поместился»

Если бы ситуация не была столь критичной, Цин Юэ возможно даже посмеялся и не без удовольствия позлорадствовал бы над шуткой его помощницы, однако в данный момент юноше было далеко не до смеха.

— Бай Цзи, возьми с собой младших учеников пика Жизни и уведи всех тех, кто не может сражаться в безопасное место, — сказав это, Старейшина взмахнул рукавом, поторапливая.

Юный адепт низко поклонился, приступая к выполнению приказа. Мо Тянь сложным взглядом провожал хрупкую прямую спину своего шиди, чувствуя, что отпускать Бая совсем не хотелось. Однако осознание того, что целителей крайне не хватало, вынудило Тяня сдаться и отвернуться, поджав губы.

Цин Юэ наблюдая за младшим, тяжело вздохнул.

Когда их отношения стали такими глубокими?..

Старейшина пика Искусства продолжал раздавать приказы, не произнося лишнего. Подбадривал и успокаивал уверенным голосом, прямой осанкой. Казалось, он держал все под контролем и остальные, несмотря на свои страхи, непроизвольно заражались боевым настроем.

Кто-то осторожно потянул Цин Юэ за рукав, вынуждая юношу, удивлённо обернутся, а вместе с ним, обернулся и недовольный таким положением вещей Хэ Сяо Нин.

Юная дева застенчивого улыбнулась, нервно поправляя съехавший с головы цветок лотоса.

Ах, эта же...

— Старшая сестра Ши!

Цин Юэ: (ﾉಥ益ಥ）ﾉ ┻━┻

Где-то совсем рядом, прыснул со смеху Тянь.

Разумеется, юноша помнил ее! Су Тун Ли — школа Бархатного Тигра, пик Когтя.

Этому лаоцзы не смешно, ясно?!

— Дева Су, — мягко кивнул юноша, улыбаясь уголками губ. — Чем я могу помочь?

Милое личико Тун Ли казалось полностью пунцовым от смущения, когда девушка крайне быстро всунула парящий лист в руки юноши, а после шустро убежала.

Цин Юэ нервно улыбнулся, глядя, как невероятно быстро скрылась хрупкая дева из виду.

— Что там? — недовольно спросил Сяо Нин, заглядывая юноше через плечо.

Мо Тяню, несмотря на то, что делал он крайне незаинтересованный вид, тоже было довольно интересно.

Разумеется, он понимал, что с таким лицом и темпераментом, шисюна будут преследовать многие, желая заполучить столь невероятного красавца себе. Однако понимать и лицезреть — разные вещи.

Цин Юэ недовольно пихнул адепта школы Западного Ветра в ребро, отворачиваясь так, дабы скрыть аккуратные символы, выведенные изящной рукой.

Система, это мое первое признание от девушки! Так волнительно! Жаль расстраивать столь очаровательную деву, но ее чувства останутся безответными...

Система же не разделяла такого энтузиазма своего хозяина.

«Хозяин, надеюсь, Вам не стоит напоминать, что девушка только что назвала Вас «сестрой». Кроме того, этот мир жанр BL! Она портит мне настроение!»

Цин Юэ мысленно посмеялся, а после, наконец, вчитался в текст.

«Старшая сестрица Ши! Понимаю, что возможно моя просьба покажется через чур не приемлемой, но... Хэ Сяо Нин! Я люблю его! Прошу, после того как все это закончится, познакомьте меня с ним!»

Где-то в своем сознании, юношу вырвало кровью!

Бесстыдница! Я пришлю тебе приглашение на нашу свадьбу, маленькая лисица, хмпф!

Мо Тянь и Сяо Нин непонимающе переглянусь, наблюдая за тем, как остервенело и крайне изощрённо Цин Юэ разрывает любовное послание, а после сжигает его огненным талисманом, не забывая с яростью растоптать пепел ногами.

Мо Тянь закатывая глаза: «Совсем спятил...»

Хэ Сяо Нин хмуря брови: «Неужели эта развратная девка предложила моему Цин Цину разделить ложе?! Не позволю!»

Цин Юэ пылая от ярости: «Я готов убивать!»

Лин Кан, оглядев собранных им людей, тяжело вздохнул.

Ещё так молоды...

Подняв изящный клинок высоко над головой, Старейшина пика Искусства призвал громким голосом всех соблюдать осторожность и остановить демонов.

Толпа заклинателей вторила ему такими же громкими криками, вырываясь вперёд. Внизу их ждала кровавая битва, однако если они отступятся сейчас, спрятавшись с коконе своих страхов, завтрашний день для них уже не наступит.

Цин Юэ бежал, чувствуя, как дрожит под ногами земля, и не мог поверить, что все происходит в реальности. Что вот он, обычный парень из 21 века бежит в разлетающимся ханьфу, крепко удерживая в руке уже полюбившийся клинок. Сам, по своей воле, несётся на уже виднеющийся свирепых демонов, во главе которых стоит очаровательная беловолосая дева.

— Никого не убивать и не калечить, мальчики. Мы здесь для того, чтобы устроить эффектное зрелище. Таков приказ Его Величества и кто его ослушается, будет убит! — алые глаза демоницы сверкнули хищным блеском. — Вперёд!

Сотня демонов различного вида бросились вперёд.

Особенно большой взмахнув своей шипастой дубиной, ударил в землю, оставляя на ней внушительных размеров воронку. Вынуждая тем самым некоторых юных адептов испуганно замереть.

— Это сумасшествие!

— Он размажет нас и глазом не моргнув!

Цин Юэ стиснув зубы, вырвался вперёд, желая сразиться с рогатым ублюдком, что посмел напугать его товарищей.

Плохо! Очень плохо! Если так дальше пойдет, мы не сможем отразить их атаку. Слишком напуганы... Ещё и ци я восполнил лишь благодаря пилюлям.

Юноша тяжело вздохнул, а после неожиданно ахнул, удивлённо глядя вперёд.

Сяо Нин черной молнией стремительно пронесся вперёд, вынимая свою верную саблю и взмыв в небо, нанес сокрушительный удар сверху. Демон злобно оскалился, в последнюю минуту, чудом успев заблокировать удар дубиной. Однако, несмотря на это, та в свою очередь под мощным напором юного заклинателя затрещала, а после и вовсе разломилась на две части!

Лезвие Тун Вана с легкостью разрубило демона надвое, отчего ее хозяина окропило дождем из алой, вонючей крови.

На мгновение наступила тишина.

Сяо Нин небрежно вытер кровь тыльной стороной ладони с щеки, смотрел сложным взглядом в сторону опешившего Цин Юэ, а после крайне соблазнительно ухмыльнулся.

От подобной картины, юноша, и не только он, потерял дар речи...

Дальше, Цин Юэ уже не совсем понимал происходящего, из-за всех сил стараясь не умереть, он атаковал и защищался. Наступал и отступал, когда это было нужно, отвлекаясь лишь на секундные передышки.

Мо Тянь создав массив, лечил вместе с учениками Лан Фана раненных, молча и сосредоточенно. Казалось, словно между всегда враждующими школами, наконец, установилось понимание и мир.

И лишь беловолосая дева в компании крайне очаровательного юноши, стояли без дела.

Воздух вдруг неожиданно стал заканчиваться и Цин Юэ сделал неуверенный шаг назад, стараясь прогнать появившуюся в глазах темноту. Тяжёлая аура смерти накрыла юношу с головой, удушая и не давая сосредоточиться.

Бросив быстрый взгляд на демона и демоницу, чья схожесть во внешности говорила о том, что те являются кровными родственниками, юноша напрягся.

Дева и юноша также выглядели ошеломленными, быстро переглядываясь.

— Сестра?

— Я не звала его! А-Юань, это плохо!

Из возникшего в воздухе алого портала, показалась костлявая большая рука, больше напоминающая конечность монстра, чем человека.

Цин Юэ задержал дыхание... А после испуганно попятился назад.

Это...