Глава 17. Ты мне больше не сын

В квартире воцарилась оглушительная тишина.

Телефон в его руке завибрировал. Звонил отец. Артур ответил на звонок: - Да?

- Ты совсем рехнулся?! - голос отца гремел в трубке. - Алиса звонила мне в истерике! Что ты творишь?! Ты позоришь семью!

- Я не позорю семью! Семья - это позор для меня!

- Щенок! Ты будешь делать то, что я скажу!

- Нет! Не буду! Я не твоя марионетка!

Слова были сказаны. Тишина на том конце провода была страшнее крика. - Значит так, В- голос отца стал ледяным. - Выбирай. Или ты возвращаешься к своей нищенке и живёшь как бомж... или ты возвращаешься домой и ведёшь себя как мой сын.

- Я уже выбрал!

- Что ж... Тогда у меня больше нет сына..

В трубке раздались гудки.

Через час пришло уведомление: все счета заблокированы. Кредитные карты аннулированы. Доступ к корпоративным активам закрыт. Отец забрал всё. Всё, кроме одной вещи - его машины, синего спорткара. Эту машину Артур купил сам, на деньги, которые заработал на стажировке ещё до того, как отец полностью взял его под контроль.

Он остался один. Ни денег, ни семьи, ни невесты.

Было уже поздно, когда он понял, что не может больше сидеть в этих четырёх стенах. Ему нужен был воздух. Ему нужно было увидеть её.

Он поехал к библиотеке филфака наугад, просто потому что это было место из их истории.

И он увидел её. Она стояла у стеллажа с поэзией серебряного века, такая хрупкая и живая среди мёртвых корешков книг.

Артур вышел из тени стеллажей: - Юля?

Она обернулась и замерла.

Он подошёл ближе, боясь спугнуть видение: - Я искал тебя...

И дальше всё было как во сне: его признание о том, что отец лишил его всего; его слова о том, что он больше не Волков; его прикосновение к её щеке; тихий голос библиотекаря; их сплетённые пальцы; и холодный воздух улицы, который показался им обоим самым сладким воздухом на свете.

Они вышли из библиотеки вместе, шагая в неизвестность, но впервые за долгое время Артур не чувствовал страха. Рядом шла девушка, которая стоила дороже любой империи.