Глава 43. Обои

Прошла ещё одна неделя. Для Артура она слилась с предыдущей в одно мутное, беспросветное пятно. Он вернулся в мир отца, вернул себе квартиру, должность и доступ к счетам. Внешне он снова стал тем самым Артуром Волковым - холодным, расчётливым, идеальным наследником. Но это была лишь оболочка, пустая скорлупа.

Днём он работал. Не жил, а именно работал, с маниакальной точностью просчитывая логистические цепочки и маршруты, словно пытаясь навести порядок в хаосе, царившем в его душе. Вечером он пил. Виски стал его единственным собеседником, его молчаливым утешителем.

Алиса теперь жила с ним. Официально. Она щебетала о свадебном платье, обсуждала со своей матерью список гостей и выбирала шторы для детской. Артур не спорил. Он просто кивал и наливал себе ещё один стакан. Он был в клетке, и прутья этой клетки звались «долг», «репутация» и «будущий ребёнок». Он был заперт в ней по своей воле, наказывая себя за наивность.

В эту пятницу он снова сидел в своём кабинете в пентхаусе. За окном сияли огни Москва-Сити, но для него мир был окрашен в серый. Алиса уехала на примерку платья, оставив после себя удушливый шлейф цветочных духов.

В квартире стояла тишина. Гнетущая, звенящая. Артур взял со стола телефон. Его пальцы, действуя почти автоматически, разблокировали экран.

На него смотрела она.

Это была их единственная совместная фотография. Он сделал её тайком в книжном магазине. Юля сидела в кресле у торшера, полностью поглощённая книгой, которую он ей читал вслух. Свет падал на её лицо, в глазах плясали золотые искорки, а на губах играла лёгкая, мечтательная улыбка.

Он сделал снимок в тот момент, когда она была по-настоящему счастлива. По-настоящему жива.

Эта фотография была его обоями на экране блокировки. Каждый раз, беря телефон в руки, он видел её. И каждый раз это было как удар под дых.

Он увеличил изображение, водя пальцем по экрану, словно пытаясь коснуться её щеки, её волос. - Почему? - прошептал он в пустоту комнаты. - Почему ты так поступила?

Ответа не было. Только тишина и её улыбка с экрана, которая теперь казалась ему насмешкой.

Он сделал глоток виски прямо из бутылки, стоявшей на полу у кресла. Горечь напитка обожгла горло, но не смогла заглушить другую, более глубокую горечь.

Но глядя на её лицо на экране своего телефона, на её искреннюю улыбку из того, другого времени, он понимал: он никогда её не забудет. Она стала его призраком. Его личным проклятием.

Он снова отхлебнул из бутылки. - Будь счастлива... - глухо произнёс он и заблокировал экран, погружая её улыбку во тьму.