Глава 27. Каменные стены и пустые обещания
Полицейский участок встретил их запахом дешёвого кофе, казённой бумаги и равнодушия. За высоким барьером сидел молодой лейтенант, который лениво листал журнал, не обращая внимания на посетителей. Артур, держа Юлю за руку, подошёл к окошку и постучал костяшками пальцев по пластику.
- Слушаю вас, - голос лейтенанта был таким же тусклым, как и лампа над его головой.
- Моя сестра пропала, - голос Юли сорвался, но она заставила себя говорить чётко. - Ей двенадцать лет. Ушла из дома в субботу, сегодня уже понедельник.
Лейтенант вздохнул, отложил журнал и взял ручку. - Заявление, значит. Фамилия, имя, отчество пропавшей. Адрес проживания.
Пока Артур диктовал данные, Юля смотрела на стену, увешанную плакатами о розыске преступников. Она чувствовала себя так, будто сама была преступницей, отнимающей время у важного человека.
- Так, - лейтенант заполнил шапку документа. - А теперь подробно: во сколько ушла? С кем? Были ли конфликты в семье?
Юля рассказала всё: про записку, про чаепитие у Полины, про то, что Катя не вернулась. Когда она дошла до лжи Полины, лейтенант впервые поднял на неё заинтересованный взгляд. - То есть, подруга говорит, что ваша сестра ушла от неё в воскресенье вечером? - Да! А сама всё это время была дома! Значит, Катя пошла куда-то ещё!
Лейтенант отложил ручку и посмотрел на них с видом врача, объясняющего пациенту, что его болезнь неизлечима. - Послушайте. У нас тут не кино. Подростки часто сбегают. Повздорили с родителями, решили переночевать у другой подруги, о которой вы не знаете. У нас таких заявлений - десятки в неделю.
- Но её нет почти трое суток! - Юля почувствовала, как к глазам подступают слёзы отчаяния. - Она могла попасть в беду!
- И что вы предлагаете? - лейтенант откинулся на спинку стула. - Объявлять план «Перехват» из-за двенадцатилетней девочки? У нас нет оснований. Вот если бы прошло семьдесят два часа с момента фактического исчезновения... или если бы были признаки преступления... А так - ждите. Вернётся.
Артур шагнул вперёд, его лицо потемнело: - Вы не понимаете. Её отец погиб при странных обстоятельствах. Её мать - алкоголичка. Она живёт в долгах. Она беззащитна!
Лейтенант посмотрел на него с нескрываемым раздражением: - Молодой человек, я ценю вашу... эмоциональность. Но у меня есть регламент. Напишите заявление, я зарегистрирую его. И если девочка не появится к вечеру завтрашнего дня - приходите. Будем искать.
Они вышли из участка на улицу. Вечерний воздух показался Юле колючим и холодным. - Он нам не поверил, - прошептала она, обхватив себя руками. - Он считает, что она просто загуляла.
Артур обнял её за плечи: - Плевать на него. Мы будем искать сами.
Они сели в машину. - Куда теперь? - спросил Артур, заводя мотор.
Юля закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Мысли путались. - Домой... Мне нужно подумать. Может, мы что-то упустили? Может, Катя оставила ещё какую-то записку? Или... или что-то сказала перед уходом?
Всю дорогу домой они молчали. Когда они вошли в квартиру, там было темно и тихо. Мама спала в своей комнате после ночной смены. Юля прошла в их общую комнату и включила свет. Матрас всё ещё хранил тепло их тел с Артуром, но сейчас это вызывало лишь новый укол вины.
Юля начала осматривать комнату. Кровать Кати была заправлена идеально - она всегда была аккуратной девочкой. На столе лежали учебники. В тумбочке - старый плюшевый заяц и несколько тетрадей. Ничего.
Артур стоял в дверях, наблюдая за ней. - Юль... иди сюда.
Она подошла к нему, уткнулась лицом в его грудь и наконец дала волю слезам. Он гладил её по волосам и шептал успокаивающие слова, но сам чувствовал глухую ярость от собственного бессилия.
Вдруг он замер. Его взгляд упал на столик у окна. Там лежал Катин телефон. Тот самый, который был выключен всё это время.
- Юля... чей это телефон?
Она подняла заплаканное лицо: - Это Катин... Я же говорила. Он выключен с субботы.
Артур взял телефон в руки. Он был не просто выключен - он был разбит. Экран паутиной трещин покрывал почти всю поверхность.
- Он не выключен, Юля. Он сломан. Кто-то разбил его. И сделал это специально.
Юля перестала плакать и уставилась на телефон. Новая волна страха накрыла её с головой. Это уже не был побег обиженного подростка. Это было что-то другое. Что-то гораздо более страшное.
Кто-то разбил телефон её сестры, чтобы она не могла позвонить. Чтобы её не нашли.
И этот «кто-то» знал Катю лично.