Глава 21. Баловать (Часть 2/3)

«Этот фейковый аккаунт! Точно! Без сомнений! Это сам Ли Чжэнь!»

В комментариях царило редкое единодушие — бесконечный поток веселья:

«Ха-ха-ха-ха-ха! Наш господин Гу просто крут!»

«Я поражен, с сегодняшнего дня официально объявляю себя преданным фанатом Сяо Синя!»

«Ха-ха-ха-ха-ха-ха, папа Ли Синь и папа Гу, примите мой поклон!»

«Ли Чжэню пора убираться из шоу-бизнеса. У обоих братьев один и тот же "отец", но почему между ними такая пропасть, ха-ха-ха-ха!»

Перед лицом неопровержимых улик шансов исправить положение больше не оставалось.

Ли Чжэнь выключил трансляцию. В голове образовалась звенящая пустота: он не мог вымолвить ни слова, не способен был даже выругаться.

Гу Жань? Когда он успел вмешаться в это дело?

Впрочем, если его фейковый аккаунт разоблачил лично Гу Жань, Ли Чжэнь прекрасно понимал: на этот раз он действительно восстановить репутацию не сможет.

От полного отчаяния и незнания, что делать дальше, он мог лишь беспомощно оцепенеть.

Только когда заговорил Сун Чэнпу, он немного пришел в себя.

Сун Чэнпу вздохнул и произнес:

— Уходи.

— Почему? — он все еще не хотел смириться. — Чэнпу, ты ведь обещал быть на моей стороне?

Сун Чэнпу качнул головой:

— Я обещал тебе только то, что скажу правду.

Объяснив это, он подошел к двери и распахнул ее.

Намерение выставить незваного гостя было более чем очевидным.

Ли Чжэню ничего не оставалось, кроме как с позором уйти, испытывая жуткую неловкость.

После этого инцидента количество подписчиков Ли Чжэня стремительно обрушилось с шестизначного числа до четырехзначного. Все съемочные группы, работавшие с ним над кинопроектами, спешно заявили о разрыве отношений.

Когда сериал о школьной жизни вышел на экраны, он без всяких сюрпризов провалился — треща по швам, с треском и окончательно, попутно получив шквал разгромной критики от пользователей сети.

Более того, знатоки раскопали, что крупнейшими инвесторами этой школьной дорамы были Гу Хай и семья Ли.

В итоге акции компаний семьи Ли обвалились до катастрофических отметок, а Гу Хаю интернет-пользователи не без иронии повесили ярлык [1] «отброса».

Узнав обо всем этом, Ли Чжэнь окончательно пал духом.

Это было не просто плохое настроение, а почти болезненная, глубокая депрессия: он стал проявлять вспышки агрессии и вести себя нервозно. Он боялся выйти из дома, потому что каждый раз на улице на него тыкали пальцами, как на [2] крысу, перебегающую улицу. Он боялся смотреть в зеркало, так как едва сдерживал порыв разбить его.

Такая жизнь продолжалась около недели, пока ему не позвонила мать.

Увидев на экране звонок от матери, сердце Ли Чжэня затрепетало.

Наверняка мама нашла способ спасти его! Она всегда души в нем не чаяла и точно сможет уговорить отца помочь.

С этой надеждой он ответил на вызов:

— Мама? Ты звонишь, чтобы помочь мне?

— Сынок, мы с твоим отцом всё обсудили... — голос матери Ли звучал осипше, с сильным гнусавым оттенком.

Помедлив, она всё же пересилила себя и произнесла:

— Хватит сниматься. Уходи из шоу-бизнеса и возвращайся домой.

Уйти из шоу-бизнеса? Бросить актерство?

Ли Чжэню показалось, что он ослышался. Он переспросил с нескрываемым изумлением:

— Что?

— Хотя дела нашей компании идут уже не так хорошо, как раньше, на жизнь тебе хватит. Если постараешься, может, и управлять ею научишься, — произнесла мать Ли, едва не плача.

Подобных потрясений за последнее время было слишком много. У Ли Чжэня больше не осталось сил на бурный протест. Как бы он ни бунтовал в душе, вслух он смог лишь беспомощно выдавить:

— Я не согласен.

После чего сбросил вызов и в бессилии опустился на пол.

Ему больше никто не может помочь. Кто вообще способен помочь ему сейчас?

Движимый каким-то неведомым порывом, Ли Чжэнь снова отправился к компании Гу Хая и стал поджидать его у входа.

Чувства, копившиеся годами, не могли испариться в один миг. Ли Чжэнь думал: если он правильно воспользуется этой возможностью попросить прощения, всё еще можно вернуть.

Он прождал с утра до самого вечера, проведя у здания почти двое суток.

Наконец, в один из вечеров он увидел знакомый силуэт.

Гу Хай куда-то спешил, словно торопился по важному делу, и, выйдя из дверей, сразу сел в машину.

Ли Чжэнь поймал такси и поехал следом за ним.

Но по дороге он почувствовал некоторую странность.

В это время Гу Хай обычно проводил совещания в компании, почему же он уехал?

Неужели направляется на встречу с кем-то очень важным?

Сердце Ли Чжэня сжалось, он затаил дыхание, а его глаза налились кровью.

Гу Хай даже не подозревал, что за ним едет хвост.

Сейчас он был в прекрасном расположении духа.

Разведав из разных источников, что Ли Синь сегодня вечером присутствует на банкете съемочной группы в одном из отелей, он специально выкроил время, чтобы устроить Ли Синю сюрприз: пригласить его поужинать, а заодно рассказать о том, что у Гу Жаня на стороне есть ребенок.

Он полагал, что, узнав об этом, Сяо Синь обязательно держится от Гу Жаня подальше.

Каждый раз, думая об этом, он предвкушал триумф, и недавние неприятности казались ему сущими пустяками.

В это время Ли Синь, о котором так пеклись, понятия не имел о происходящем.

Из-за беременности аппетит у него был неважный, и еще до выхода из дома Гу Жань досыта накормил его правильной, здоровой едой. Теперь, даже увидь он деликатесы, омаров и деликатесные акульи плавники, в его желудке просто не осталось бы места.

За весь банкет он толком ничего не съел, зато непрерывно отвечал на сообщения Гу Жаня:

«Какое мясо ты съел? Не пил ли газировку или алкоголь? Тебе нельзя курить и есть вредную еду».

Черт возьми, если бы ребенок в животе не был от Гу Жаня, Ли Синь уже давно отправил бы этого зануду в черный список.

Когда банкет закончился, он отправил Гу Жаню короткое сообщение для отчета: «Всё закончилось».

Гу Жань: «Я приеду за тобой».

У Ли Синя выступил пот на лбу: «Не нужно, не нужно, со мной司機 [3] водитель».

Если бы съемочная группа увидела, что сам Гу Жань приехал за ним на машине, неизвестно, какие слухи они бы снова раздули.

Однако, выйдя на улицу и увидав Гу Хая, который опирался на авто и с мягкой улыбкой махал ему рукой, Ли Синь мгновенно пожалел о своем решении.

Знать бы заранее — надо было соглашаться на предложение Гу Жаня.

Сделав вид, что не заметил Гу Хая, он опустил голову, уткнулся взглядом в землю и попытался развернуться.

— Сяо Синь! — забеспокоился Гу Хай, тут же догнал его и схватил за руку. — Ты чего прячешься?

Ли Синь: «......» Братан, ты реально [4] не понимаешь, почему я от тебя шкерюсь?

— Сяо Синь, давай поужинаем вместе? — с предельным искренним видом и нежным выражением лица попросил Гу Хай. — Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное.

Но юноша лишь пришел в себя, поднял голову и невинно похлопал глазами. Его густые черные ресницы дрогнули.

На миг дыхание Гу Хая перехватило, а сердце растаяло.

— Извини, я только что поел, — проигнорировав жалобные просьбы собеседника, безжалостно отказал Ли Синь. — Я правда больше ничего не съем.

Гу Хай: «......»

Ли Синь: «Если у тебя есть дело, говори прямо сейчас».

Услышав это, Гу Хай не стал давить и джентльменски кивнул:

— Хорошо.

В конце концов, как только он расскажет Сяо Синю о том, что у Гу Жаня кто-то есть, Сяо Синь обязательно изменит свое решение, так что спешить было некуда.

— Вчера я узнал одну новость, — Гу Хай изо всех сил старался казаться спокойным, говоря ровным тоном. — Она касается Гу Жаня.

«Раз это касается Гу Жаня, а не меня, зачем ты пришел ко мне?» — проворчал про себя Ли Синь, но внешне кивнул:

— Продолжай.

— У моего двоюродного брата на стороне кто-то появился, и у них даже есть ребенок. Я полагаю, скоро он приведет этого человека в семью Гу, чтобы жениться, — на этом моменте Гу Хай внезапно протянул руку и ухватил его за запястье. — Сяо Синь, он явно относится к тебе несерьезно, ты должен открыть глаза!

Ли Синь, не долго думая, первым делом поспешно вырвал руку.

Этот тип! Говоришь дело — говори нормально! Обязательно руками распускать?

Только после этого до него дошел смысл сказанных Гу Хаем слов.

У Гу Жаня кто-то есть? Беременность? И он ведет кого-то домой, чтобы жениться?

Это вообще к чему? Он что, ослышался?

Ли Синь широко раскрыл глаза и переспросил:

— Что ты сказал?

Решив, что юноша просто поражен услышанным, Гу Хай злорадно ухмыльнулся про себя и повторил:

— У Гу Жаня на стороне кто-то есть, и там уже есть ребенок. Дело точно идет к свадьбе, моя тетушка давно хотела его женить. — После чего добавил: — Это чистая правда, мне рассказал его одноклассник, который работает в больнице.

Только после этих слов Ли Синь наконец-то всё окончательно понял.

❀══════༺♡༻══════❀

✦ Записки переводчика ✦

[1] 人渣 (rénzhā) — «отброс общества», «мразь», ничтожный человек.

[2] 過街老鼠 (guòjiē lǎoshǔ) — китайская поговорка «крыса, перебегающая улицу, которую каждый норовит прибить». Обозначает человека, вызывающего всеобщее отвращение и презрение.

[3] 司機 (sījī) — водитель, шофер.

[4] 心裡沒點逼數 (xīnlǐ méi diǎn bīshù) — сленговое вычурное выражение (грубоватое), означающее «неужели ты сам не отдаешь себе отчета в происходящем / не понимаешь элементарных вещей».