Глава 10: Запасной вариант

У Ли Синя не было особых чувств к этому второстепенному персонажу, если не считать их можно было сократить до четырёх слов: «Высший запасной вариант»[1].

Этого «запасного» звали Сун Чэнпу. Он был влюблён в Ли Чжэня целых восемь лет. Ради него он отказался от высокооплачиваемой стабильной работы, в одиночку ворвался в индустрию развлечений и, благодаря прекрасным данным и невероятному усердию, в итоге взобрался на вершину, став киноимператором.

Казалось бы, блестящее будущее! Разумеется, при условии, что его интеллект при нём и он не совершает глупостей. Но этот дурачок в итоге добровольно ушёл из шоу-бизнеса, чтобы принять на себя удар за Ли Чжэня. Но даже так он не смог добиться Ли Чжэня. Тот лишь легко и небрежно вручил ему «карточку хорошего парня»[2], перечеркнув десять с лишним лет ухаживаний. Насколько всё было жалко — до слёз жалко.

Но у каждого жалкого человека есть свои причины для ненависти. Из-за Ли Чжэня этот киноимператор всегда люто ненавидел оригинал, до такой степени, что позже, желая угодить Ли Чжэню, намеренно ставил оригиналу подножки и очернял его перед собственными фанатами. Именно фанаты Сун Чэнпу окончательно вытеснили оригинал из шоу-бизнеса.

Подумав об этом, Ли Синь больше не чувствовал к нему жалости.

Ван Цань, видя, что Ли Синь молчит, решил, что тот его не знает, и терпеливо пояснил: — Это актёр, который недавно стал популярным, его зовут Сун Чэнпу. Режиссёр изначально хотел дать ему главную роль, но, прочитав сценарий, он решил, что больше подходит для роли злодея, и согласился на неё. — Он цокнул языком. — Говорят, он кандидат на звание следующего киноимператора «Золотая лошадь»[3]. Постарайся наладить с ним отношения, это пойдёт тебе на пользу.

Он тоже из этой съёмочной группы? Почему я помню, что Сун Чэнпу — актёр из команды Ли Чжэня?

Думая об этом, Ли Синь зевнул и лениво ответил: — Я понял.

Ван Цань: «...» Не знаю почему, но меня не покидает чувство тревоги.

Заметив, что на них смотрят, Ван Цань повёл Ли Синя к ним: — Это господин Сун, верно? — он подобострастно улыбнулся и добавил: — Господин Сун, вы и по телевизору выглядите великолепно, но в жизни — ещё лучше. И актёрское мастерство, и внешность — всё на высоте. Наш Сяо Синь будет играть в паре с вами, это просто...

— Это и есть Ли Синь? — перебил его Сун Чэнпу, переводя взгляд на юношу, который стоял позади и явно витал в облаках.

Услышав о том, что Ли Чжэнь ранен, он полдня промучился в тревоге, поспешно позвонил ему и успокоился только тогда, когда Ли Чжэнь лично сказал, что с ним всё в порядке. — За что тебя наказал дядя Ли?! — Сун Чэнпу с трудом скрыл раздражение и тревогу в голосе. — И этот твой брат... Я видел, он в Weibo огрызается на твоих фанатов? — Он ещё молод, неразумен, — вздохнул Ли Чжэнь.

Услышав это, Сун Чэнпу почувствовал горечь и ревность, ещё больше сочувствуя своему возлюбленному, скрытому глубоко в сердце. Разумеется, к Ли Синю он симпатии не питал. — Я только что видел это имя в Weibo. Кто бы мог подумать, господин Ли, что у вас такие искусные методы раскрутки, — Сун Чэнпу усмехнулся и протянул руку. — Здравствуйте.

А-Чжэнь такой хороший, конечно, у него много фанатов, готовых его защищать. А этот актёришка, появившийся неизвестно откуда, пытается привлечь внимание, наверняка хочет пропиариться за счёт А-Чжэня.

Ли Синь, естественно, уловил в его словах презрение и неуважение: — Господин Сун, вы слишком добры. — Ли Синь искривил губы в насмешливой улыбке. — Мне не очень-то нужно заниматься раскруткой, всё зависит от самого человека. Некоторые люди, как бы они ни пиарились, не получат никакой популярности, а станут только ещё более «мутным»[4] посмешищем.

Сун Чэнпу: «...» Его улыбка постепенно застыла.

— Кстати, сегодняшние горячие тренды ведь спровоцировал мой брат, верно? — Ли Синь словно внезапно что-то вспомнил и цокнул языком: — Говорят, его там ругают. Как жаль.

Это представление было чистым, естественным и лишённым притворства. Разве это не обычный сарказм и подколы? Кто так не умеет? Улыбка Сун Чэнпу окончательно замёрзла, выражение лица стало крайне неприятным.

— Ладно, ладно! Пора на грим! — видя, что атмосфера снова накаляется, Ван Цань поспешно вмешался, после чего затащил Ли Синя в гримёрку, осыпая его упрёками.

Ли Синь не смотрел на него, оглядываясь по сторонам: — Где Гу Жань? — Господин Гу занят, он ушёл, — Ван Цань вздохнул. — Ты можешь хоть раз нормально разговаривать с людьми?

Ли Синь «ахнул»: — Я и так разговариваю нормально.

Не став объясняться, он достал телефон и зашёл в Weibo, чтобы посмотреть, что именно Гу Жань сделал с горячими трендами. Его удивило, что он сам уже занял две строчки в трендах. Этот неизвестный актёр благодаря простому ответу набрал тридцать тысяч подписчиков. Один из репостов его ответа сделал известный блогер-миллионник по имени Aiden. Тот ничего не написал, просто молча репостнул запись, и под ней тут же появились тысячи комментариев:

«Спустя столько лет Эйден наконец-то вспомнил пароль от своего Weibo! Отец Эйден, когда вы придёте развивать наш рынок? Я уже накопил денег, жду!» «Погодите, что это за репост у отца Эйдена? Эй, чьи это фанаты-мозгогнили?» «То, как этот парень осадил этих фанатиков, так мило~ Подписываюсь, раз отец Эйден рекомендует!»

Ли Синь: «...» Если я не ошибаюсь, китайское имя владельца этого аккаунта — Гу Жань.

Aiden — Гу Жань — основатель одной из десяти крупнейших мировых компаний. С детства унаследовав семейный бизнес, он прорвался сквозь трудности, вдохнул жизнь в полумёртвую компанию и открыл сотни филиалов за границей. Ли Синь никак не ожидал, что Гу Жань — это влиятельный блогер с пятью миллионами подписчиков.

— Всё, хватит смотреть, — Ван Цань отобрал телефон и жестом позвал гримёра. — Позже поблагодари господина Гу. Если бы он не встал на твою сторону, фанаты твоего брата уже растерзали бы тебя. — Да, надо его поблагодарить, — Ли Синь повернулся к зеркалу, разглядывая себя. — Спасибо ему за поддержку. Я думал, наберу от силы десять тысяч подписчиков, а с его помощью — целых тридцать! — Ты что сказал? — Те фанаты не успокоятся. Сейчас их просто подавляет количеством тех, кто против них. — Ли Синь равнодушно добавил: — Чтобы окончательно устранить угрозу, мне нужны доказательства.

Ван Цань промолчал, глядя на отражение юноши с холодным выражением лица, и по спине пробежал холодок. Ему казалось, что Ли Синь сильно изменился. Если бы это был прежний Ли Синь, он ни за что не осмелился бы вступать в перепалку с пользователями сети; в такой ситуации он бы забился в угол и, дрожа от страха, звонил бы ему за советом. Разве мог он так рационально анализировать ситуацию?

Пока он сомневался, Ли Синь вертел телефон в руках и осторожно спросил: — Как думаешь, получится? Я так нервничаю.

Юноша слегка выдохнул, в его глазах читалась тревога. Ван Цань мгновенно отбросил сомнения. Я накручиваю себя. Человек нервничает из-за мелочи, это точно Ли Синь.

Сегодня предстояла сцена «пощёчины». Главный герой узнаёт, что начальник его очерняет, собирает доказательства, и когда ситуация становится критической, предъявляет их как угрозу. Герой молод и талантлив, хоть и не в высоком звании, но постоянно совершает подвиги. Как говорится, одарённые люди бывают высокомерны, и хотя герой не был таким, он не умел скрывать своё остроумие и таланты. Злодей, будучи прямым начальником героя, завидовал ему и, боясь, что его заменят, очернил героя перед важным отчётом о заслугах. Герой узнал об этом заранее, но не спешил раскрывать карты.

Увидев этот фрагмент сценария, Сун Чэнпу усомнился, сможет ли его партнёр хорошо сыграть. Он никогда раньше не слышал имени Ли Синя, а судя по утренним трендам, Ли Синь был просто безмозглой «вазой»[5] без актёрских данных. Если он провалит сцену, это повлияет на его собственное состояние.

— Режиссёр, этот человек потянет? — он подошёл к режиссёру, выражая сомнение. — Сразу скажу, у меня плотный график, нет времени на десятки дублей. — Кто? Ли Синь? — режиссёр поднял голову. — Ли Синя на главную роль назначил лично господин Гу. Если есть вопросы — иди к нему. Но я уверен, проблем не будет.

Сун Чэнпу подавился словами, его лицо смущённо покраснело. Он всего лишь актёр, откуда у него право допрашивать инвесторов? Не успел он ничего добавить, как из толпы, которая до этого была тихой, послышался шум, прерываемый восторженными визгами девушек.

Он с недоумением поднял голову и увидел, как из гримёрки выходит Ли Синь. Челка, которая прежде мягко лежала на лбу, была убрана, обнажая высокий лоб. Длинные брови после нанесения грима стали выразительнее, но их суровость сглаживалась ясными, сияющими «персиковыми» глазами. Он не скрывал своих амбиций и желаний — дерзкий, изысканный, словно обнажённый меч. Военная форма идеально подчёркивала его фигуру, притягивая взгляды.

Сун Чэнпу был ошеломлён и долго не мог прийти в себя. Ну, внешне он, пожалуй, соответствует персонажу, да. Он подумал так, но взгляд всё равно невольно возвращался к Ли Синю.

— Режиссёр, — не обращая внимания на взгляды окружающих, Ли Синь быстро подошёл. — Так пойдёт? Режиссёр энергично закивал: — Пойдёт, пойдёт! — Хорошо, — сказал Ли Синь. — Тогда начнём.

Неподготовленный Сун Чэнпу был вынужден последовать за ним, и съёмки первого кадра начались мгновенно. По сюжету Сун Чэнпу должен был схватить Ли Синя за воротник, прижать к стене и яростно допрашивать, откуда тот взял доказательства. Ли Синь должен был сыграть полное высокомерие главного героя.

Сун Чэнпу подошёл ближе и схватил его за запястье. Режиссёр скомандовал: «Начали!»

Сун Чэнпу тихонько вдохнул. Запястье юноши было тонким, а жар от контакта с кожей заставил его нервничать. — Начальник, — Ли Синь насмешливо улыбнулся. — Думаю, вам сейчас стоит подумать о том, как ликвидировать последствия, а не допрашивать меня о происхождении доказательств.

Сун Чэнпу стиснул зубы, яростно рванул его за воротник и прижал к стене. Юноша же не выказал ни капли паники, наоборот, в его спокойных глазах читалось торжество. Он указал на свой висок и вызывающе улыбнулся: — Идиот, шевели мозгами, а?

Он был как роза с шипами — опасная и ослепительная красота. У Сун Чэнпу перехватило дыхание, и он внезапно забыл, что должен был делать и говорить дальше.

❀══════༺♡༻══════❀

✦ Записки переводчика ✦

[1] Запасной вариант / 备胎 (bèitā) — сленг: «запасное колесо», так называют человека, который безответно любит кого-то и готов на всё ради этого объекта, даже если его используют.

[2] Карточка хорошего парня / 好人卡 (hǎorén kǎ) — фраза «ты хороший парень, но...», стандартный вежливый способ отказать в романтических отношениях, оставаясь «во френдзоне».

[3] «Золотая лошадь» (金马影帝) — престижная кинопремия на Тайване, эквивалент «Оскара» в китайском киномире.

[4] «Мутный» / 糊 (hú) — сленг: в индустрии развлечений так называют актёров, чья популярность падает, или когда проект проваливается, становясь «непопулярным» или «забытым».

[5] «Ваза» / 花瓶 (huāpíng) — презрительное прозвище для актёров (чаще актрис, но бывает и к мужчинам), у которых нет актёрского мастерства, а есть только красивая внешность («красивая картинка, но пустая внутри»).