61

— Выйди и объясни, — голос Ян Хуа прозвучал твёрдо, почти резко, но в этой жёсткости пряталось не столько требование, сколько попытка удержать реальность на месте.
Тьма отозвалась не сразу.
Сначала в глубине зала мелькнул огонёк — крошечный, дрожащий, словно нерешительный. Он вспыхнул и тут же погас, затем появился снова, уже ближе. Свет не рассеивал тьму, а будто вырезал в ней узкий проход.
Из этого света шагнул юноша.
Он выглядел слишком... целым для этого места.
Красивые, почти утончённые черты лица, кожа светлая, без следов времени. Чёрные волосы спадали на плечи ровными прядями, и в них не было ни пыли, ни седины. Одежда — простая, старомодная, словно вышедшая из эпохи, которую давно перестали называть по именам. Ни оружия. Ни печатей. Ни следов борьбы.
Но Ян Хуа сразу понял — опасность была не в том, что он видел, а в том, чего не было видно.
Юноша остановился в нескольких шагах от них и посмотрел прямо на Ли Хуана.
Его взгляд не был жадным. Не был враждебным.
Он был... наполненным.
— Вы всё ещё держите его, — тихо сказал он, обращаясь к Ян Хуа, но не отводя глаз от Ли Хуана.

Ли Хуан медленно выпрямился. Движение далось ему нелегко — тело всё ещё отзывалось эхом увиденных смертей, но осанка осталась ровной. В его взгляде не было удивления, лишь осторожное  внимание.
Он не дух, — понял Ли Хуан.
И не человек.
— Вы изменились, — произнёс юноша мягко, с почти тёплой улыбкой. — Но я узнал вас сразу. Даже... таким.
Он сделал шаг вперёд — и воздух вокруг словно сжался. Ян Хуа инстинктивно подался ближе к Ли Хуану, не закрывая его полностью, но становясь той самой границей, которую нельзя переступить без разрешения.
Юноша это заметил.
Улыбка стала тоньше.

— Вы привели защитника, — сказал он с лёгким удивлением. — Раньше вы приходили один.

В этих словах не было упрёка. Лишь констатация факта, от которого почему-то стало холодно.
Ли Хуан медленно перевёл взгляд на Ян Хуа — коротко, почти незаметно. Не просьба. Не приказ. Просто подтверждение: я здесь.

А затем снова посмотрел на юношу.
— Ты долго ждал, — произнёс он наконец. Голос был спокойным, но под этой ровностью скрывалась усталость, накопленная не за годы — за жизни.
Юноша кивнул.
— Я был должен бы ждать, Господин.
И помнить то, что вы не смогли унести с собой.

Огонёк рядом с ним дрогнул и вспыхнул ярче, выхватывая из тьмы стены, покрытые едва заметными символами. Теперь Ян Хуа видел: это были не просто следы печатей — это были слои, наложенные один поверх другого. Как если бы кто-то снова и снова пытался удержать одно и то же... и каждый раз терпел неудачу.
— Добро пожаловать обратно, — сказал юноша тихо. —
В место, где вы умирали.
И куда всегда возвращались.